Глава 17
4 мая 2023 г., 12:51
— Джини! — раздалось за окном.
Неделю Сокджин избегал Намджуна. Он не отвечал на звонки и сообщения. В универе не показывался, сославшись на болезнь. Омега и вправду простыл. Джин не открыл дверь, когда Намджун пришёл объясниться. Омега заперся дома и никого не хотел видеть. Волк апатично лежал на кровати, проклиная себя за свою доверчивость. Даже Тэхён не смог его вытащить из этого состояния. Ему было плохо, но он не плакал. Джин сам себе пообещал, что не проронит ни слезинки из-за Ким Намджуна.
— Джини! — вновь послышался голос Джуна снаружи.
Джин подошёл к окну и посмотрел вниз. Пьяный альфа стоял с баллончиком краски в руках. «Я тебя люблю, Муся» красовалась кривая надпись на асфальте. Омега открыл окно.
— Чего ты орёшь на всю улицу?! Проваливай!
— Я никуда не уйду! — проорал в ответ Джун, пошатываясь. — Я буду стоять здесь, пока ты со мной не поговоришь!
— Ну и стой! — омега со злостью захлопнул окно.
— Муся, я буду песни петь! — икнув, выкрикнул Джун. — Громко!
Этого ещё не хватало! Джин снова открыл фрамугу.
— Я вызову полицию!
— Вызывай! Только как ты объяснишь своим родителям, почему ты сдал в полицию своего жениха? — альфа уселся на землю. — Я здесь буду спать! Голодный и холодный! Если я умру, ты будешь виноват!
— Прекратите кричать! — раздался незнакомый голос этажом ниже. — У меня ребёнок спит!
«Вот чёрт!» — пронеслось в голове у Джина. Тяжко вздохнув, омега пошёл обуваться.
— Ты что здесь устроил? — зашипел он на Намджуна, выйдя из подъезда.
— Любовь моя, я так соскучился, — альфа обнял за ноги Джина.
— Джун, вставай, — бормотал Сокджин, — люди смотрят.
— Ну и пусть смотрят, — Намджун крепче уцепился за Джина. — Я тебя не отпущу. Никогда. Ты мой. Не отдам никому.
— Это тебе не мешает лапать других, — процедил омега, пытаясь освободиться от крепких рук.
— Он мой кузен. Глупый ты омега, — Джун прижался щекой к коленке Джина. — Он приехал с тобой познакомиться. Ну и познакомился. Он от тебя в восторге!
— Намджун, ты думаешь, я тебе поверю? — фыркнул Джин.
Джун, не отпуская ногу омеги, достал телефон.
— Юнджин, — он громко икнул прямо в трубку, — скажи Мусе, кто ты мне?
Альфа включил громкую связь.
— Муся, — раздался в трубке звонкий голос, — эта алкашина — мой двоюродный брат. Круто ты ему в нос двинул! Научишь меня, как надо строить альф?
— Научу, — пробормотал Джин. — Извините меня за это небольшое недоразумение.
— Вот видишь. Я ни в чём не виноват, — заныл альфа и сбросил вызов.
— Джун, вставай. Хватит устраивать цирк, — Джин попытался поднять Намджуна.
— Не встану, пока ты не скажешь, что ты меня любишь, — упрямо заявил Намджун.
— О, Господи! — запричитал омега. — Да люблю я тебя! Доволен?! Вставай!
— Честно? — альфа посмотрел пьяными щенячьими глазками на Сокджина. — Правда? Только меня?
— Только тебя, горе луковое, — усмехнулся омега. — Пойдём домой.
— Я тебя тоже люблю. Очень-очень, — Джун с трудом поднялся и опёрся о плечи Джина.
— Что ж ты так напился, Пуся? — пропыхтел Джин.
— Мне без тебя было очень хреново, Муся. Если бы ты меня не простил, я бы стал алкашом. Спился б к ебеням, — честно признался Джун.
— Я был не прав. Прости меня, — Джин втолкнул альфу в лифт. — И за нос тоже. Но теперь, Пуся, ты знаешь, что тебя ожидает, если ты хотя бы рыпнешься налево.
— Ты такой собственник, любовь моя, — Джун уткнулся лбом в плечо Сокджина. — Куда я рыпнусь? Я от тебя теперь никуда не рыпнусь. Выходи за меня по-настоящему. Я уже не смогу без тебя жить. Для меня эта неделя показалась адом.
— Я подумаю над твоим предложением, — состроил глазки омега.
— Дразнишься? Да? — Джун посмотрел на Джина. — Сокджин, я серьёзно. Это не пьяный бред. Я хочу, чтобы ты стал моим мужем. И я не хочу ждать ещё два года.
— Ты хочешь, чтобы мы сейчас поженились? — ошалело переспросил Джин.
Двери лифта открылись. Но они не торопились выйти.
— Да. Если честно, то я бы завтра тебя схватил в охапку и поволок бы в ЗАГС. Но мы дети влиятельных родителей, и придется ждать хотя бы полгода. Они нам не разрешат сделать просто регистрацию. Должна быть шикарная свадьба, освещаемая прессой.
— Эй! Я ещё не дал своего согласия! — возмутился Джин.
— А кольцо на твоём пальце говорит об обратном, — хмыкнул Джун и вышел из лифта.
— Намджун! Мы так не договаривались! — выскочил следом Джин.
— Я шучу, любовь моя. Но подумай над моими словами. Я серьезно хочу на тебе жениться.
— Джун, а ты в курсе, что в тебе умер великий актёр? — прищурился Сокджин.
— С чего такой вывод, любовь моя?
— Ты пять минут назад лыка не вязал, а теперь стоишь трезвый, как стёклышко! Обманул меня? Да? — омега пихнул кулачком плечо жениха.
— Скажем так, разыграл небольшой спектакль. Я действительно выпил, но не столько, чтобы не держаться на ногах.
— Врушка ты, Намджун! — надулся Джин.
— Готов загладить свою вину, — альфа взял омегу под попу и поднял вверх.
Ногой он толкнул дверь в квартиру Джина.
— Мне нравится ход твоих мыслей, — нежно прошептал Джин и потянулся к губам Намджуна.
***
Хосок расстелил мягкий плед на пляже. Было очень тепло. Большой солнечный диск уже медленно начал опускаться за горизонт. Юнги плюхнулся на плед и уставился на любимое зрелище. Глаза кота зачарованно смотрели на солнце. Ротик омеги приоткрылся. На лице Мина застыло выражение полного умиротворения. А Хосок любовался своим любимым зрелищем. «Какой же он красивый», — думал альфа, рассматривая профиль Юнги. — Рассвет тоже, наверное, очень красив, — задумчиво произнёс Юнги. — Но для меня встать так рано — это нереально. — Да. Рассвет впечатляет, — ответил Хосок. — Но и закат восхитителен. — Рассвет — это начало, а закат — конец, — рассуждал омега. — Но ведь конец — это всегда начало чего-то другого, — Хосок подал Юнги его любимое молоко. — Я думал, что мы будем клишировано пить вино, — хмыкнул омега и взял баночку. — С него всё началось, — ярко улыбнулся альфа, указывая на клубничное молочко. — Я бы очень расстроился, если бы тем таинственным поклонником оказался не ты. — Ну ты же знал, что это я. — Да. Практически с самого начала. Солнце уже зашло. Но было ещё светло. Небо играло оттенками розовых и фиолетовых тонов. Юнги улёгся на плед и закрыл глаза. — Мне с тобой всегда так спокойно, — сказал он. — Когда ты рядом, я чувствую себя как дома. — Я был бы счастлив услышать: как в кровати. Но боюсь, ей конкуренцию я не составлю, — усмехнулся альфа, укладываясь рядом. — Ты прав. Моя кроватка вне конкуренции, — губы Юнги растянулись в улыбке. — Я проиграл кровати, — засмеялся Чон и обнял омегу. Коты лежали в обнимку, наслаждаясь теплом друг друга. Юнги тихонько посапывал. Альфа, будучи уверенным, что омега спит, тихо сказал: — Я тебя очень люблю, Мин Юнги. — Я тебя тоже, котёнок, — вдруг раздался хрипловатый голос. Серые глаза с поволокой распахнулись и уставились на Хосока. Чон молчал, осмысливая сказанные Юнги слова. Он смотрел в серые глаза напротив, в которых теперь была его вселенная. — Может, ты меня уже, наконец, поцелуешь? — прошептал Мин. — С большим удовольствием, — альфа потянулся к омеге. Целуя нежные губы Юнги, Хосок думал о том, что он никогда не был так счастлив. Он ни на что не променяет этот пляж, этот плед, это небо. Потому что его мир теперь — Юнги.***
— Значит, мы с тобой на свидании? — прищурил изумрудные глаза Тэхён. — На свидании, — янтарные глаза напротив тоже прищурились. — И что мы будем на нём делать? У нас с тобой и разговора-то нормального никогда не было. — Надо это исправить, — очаровательно улыбнулся Чонгук. — Киса. — Как ты меня назвал?! — воскликнул кот. Зелёные глаза на лице Тэ засверкали, а брови нахмурились. — Киса, — ласково протянул волк и взял Тэхёна за руку. — Пойдём, пушистик. — Я не пушистый, — буркнул кот, но руку не забрал. Они медленно пошли по дорожке парка. — А твой котик? Какой он? — поинтересовался Чонгук. — Не скажу, — надулся Тэхён. — Это слишком личное. — Не хочешь — не говори, — добродушно усмехнулся Гук, сжимая мягкую ладошку в своей руке. — Мой волк чёрный. — Ого! Круто! Он, наверное, очень красивый? — Я тебе обязательно покажу. Я предлагаю сейчас немного погулять, а затем пойти в кино. — Я согласен, псёночек. — Тэ, только не это! — Ну, ты же меня кисой называешь, — хитро ухмыльнулся кот. — Так ты и есть киса, а я волк, — возмутился Чонгук. — И как же мне тебя называть? Или ты предпочитаешь остаться сутулой собакой? — Хорошо хоть рукожопку не приплёл, — вздохнул Чонгук. — Могу и рукожопкой, — лыбясь, заявил Тэ. — Называй, как хочешь, — махнул рукой Чогнук. — Лишь бы ласково. Кот, улыбаясь, внимательно слушал рассказ Чонгука про своё детство. Чон мог быть смешным, если хотел. Обаятельным и невыносимо милым, когда искренне смеялся. Тэхён с замиранием сердца смотрел на губы Чонгука. Ему так хотелось провести языком по ним. Прикусить зубами маленькое сверкающее колечко. Зарыться пальцами в эти густые чёрные волосы. «Ну и мысли у тебя, Ким Тэхён», — одёрнул себя Тэ. Ни один альфа до этого не вызывал у Тэ такие чувства. С поражением Тэхён сейчас навсегда впускал в своё сердце Чонгука. Независимый и свободолюбивый кот выбрал своего спутника жизни. — А я говорю, этот кинотеатр лучше! — гневно выкрикнул Тэхён. — Да чем он лучше?! — повысил голос Чонгук. — В нём кресла удобнее! — настаивал Тэ. — Но в нём звук хуже! — не уступал волк. — Я хочу в этот кинотеатр! — Почему тебе всегда надо со мной спорить?! — Чонгук обхватил руками голову. — По любому поводу! Всё было замечательно, пока они не начали выбирать, куда пойти в кино. Волк, конечно, мог бы уступить омеге, но почему-то этого не сделал. — Если тебе нужен омега, который с тобой не спорит и всегда во всём слушается, то благословляю тебя на его поиски! А я пошёл! — Тэхён резко развернулся от Чона и начал быстро удаляться. — Никуда ты не пойдёшь! — Чонгук в два шага догнал омегу. Он схватил в охапку сопротивляющегося кота и закинул себе на плечо. — Чонгук, отпусти! — орал Тэ, болтаясь вниз головой. — Нет, Киса! Теперь я тебя никуда не отпущу! Альфа подошёл к лавочке и аккуратно посадил на неё Тэхёна. Он присел перед ним и взял руки омеги. — Тэ, мне не нужен другой. Хочешь спорить со мной? Спорь. Хочешь ругаться? Ругайся. Только не уходи. Мне нужен ты и никто больше. Чонгук легонько поцеловал пальцы Тэхёна. — А вообще, предлагаю забить на кинотеатр. — И чем же мы займёмся? — спросил Тэ. Он уже и сам не хотел в кино. — А вот чем, — в глазах альфы загорелся хитрый огонёк. Чонгук сел рядом с котом и потянулся к губам омеги. У Тэ закружилась голова от умелых губ альфы. Язык Чонгука изучал рот Тэхёна. Волк неторопливо пробовал на вкус своего кота. Они долго целовались в парке, делая перерывы лишь для того, чтобы вдохнуть воздух. Они долго и жадно целовались у подъезда Тэхёна, не желая отпускать друг друга. Но было уже поздно. Тэхён нехотя отстранился от Чонгука. — Мне уже пора, Гуки, — тихо произнёс кот и мило покраснел. — Какой же ты очаровательный, — нежно сказал альфа и прикоснулся губами к чистому лбу омеги. — До завтра, Киса. — До завтра, — улыбнулся Тэ и исчез за железной дверью подъезда. А Чонгук с улыбкой идиота на лице тупо пялился на закрытую дверь. — Ехууу! — раздался счастливый вопль волка на весь двор. — Субин, подойди сюда, — Джиан стоял у окна и напряжённо смотрел во двор. — Что ты там увидел, милый? — альфа подошёл к мужу. — Дорогой, а не наш ли там сынулечка присосался к какому-то альфе? — прищурился Джиан. Субин выглянул во двор. — Да. Это Тэхён. И он целуется с каким-то парнем! — брови альфы нахмурились. Джиан посмотрел на мужа. — Господин Ким, прекратите строить из себя грозного папаню и валите открывать шампанское! — В честь чего? — удивился Субин. — У нашей кровиночки появился альфа! Это дело надо отметить! — Джиан, пританцовывая, пошёл за бокалами. — Милый, но мы же о нём ничего не знаем! — Дорогой, наш Тэхёни абы кого не выберет. По мне, пусть хоть чёрт с рогами, лишь бы любил нашего малыша. Открывай шампанское, — Джиан красиво повилял попой и пропел, — у моего малютки появился альфа! Появился альфа. Ла-ла-ла. — Можно подумать, это у тебя появился альфа, — пробубнил Субин, открывая бутылку. — У меня уже есть любимый альфа, — Джиан смачно чмокнул в щёку мужа. — Чё это вы тут делаете? — спросил Тэ у родителей, входя в гостиную. Джиан заметил красные, немного припухшие губы сына и довольно улыбнулся. — Шампанское пьём, — промурлыкал старший омега. — Что за повод? — спросил Тэ, глядя на подозрительно весёлого папу. — А у нас с твоим отцом романтический вечер, — ответил Джиан, протягивая бокал мужу, чтобы тот ещё налил игристого напитка. — О как! — протянул Тэхён. — Ну тогда не буду вам мешать. Тэ направился в свою комнату. — Тебе не стыдно врать сыну? — пробурчал Субин. — А я ему и не врал, — хмыкнул омега, играя идеальными бровями. — У нас сейчас действительно будет романтический вечер. Бери бутылку и бокалы и пойдём в спальню, дорогой. Тэхён, не раздеваясь, рухнул на свою кровать. Кот еле сдерживал себя, чтобы не запищать на всю квартиру. Чонгук круто целуется. Тэхён вспомнил ласковые губы волка и тёплые руки. В голове всплыли слова альфы, который когда-то обещал его этими руками придушить. — Ничего у вас не вышло, Чон Чонгук, — прошептал Тэхён. Телефон ожил входящим сообщением. «Спокойной ночи, маленькая миленькая Киса». «И тебе, Гуки». Тэхён переименовал контакт Чонгука. Из сутулой собаки Чон превратился в любимого волчонка. Тихонько хихикая, кот поднялся и пошёл в душ. В эту ночь омега так и не смог уснуть. Бесконечно ворочаясь в кровати, он трогал руками припухшие от поцелуев губы и счастливо улыбался в темноту.***
Чимин заварил себе чай. На дворе уже была полночь. Альфе совсем не хотелось спать. Он думал о Джунки. За эту неделю они практически не пересекались. Кот не навязывал своё общество. Он дал Чимину время для размышления. Лишь иногда приходили редкие сообщения с вопросом: «как дела?». Пак запутался. Джунки красив, но он альфа. Джунки интересный человек, но он альфа. Джунки обаятельный и весёлый, но он альфа. Альфа! Чёрт возьми! Чимин закрыл лицо руками. Он не хочет терять Джунки. И, положа руку на сердце, он по нему скучал. Ему не хватало бархатного голоса и взгляда голубых глаз. Почему всё так должно было случиться? Чимин не презирал людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией и относился к ним с уважением. Но он никогда не представлял себя в таких отношениях. Он даже подумать о таком не мог. Джунки не давит на него. И Чимину предстоит сделать выбор самостоятельно. Надо поговорить с Юнги. Точно! Юнги мудрый. Юнги фигни не посоветует. Альфа взял большую кружку с чаем и, выключив свет, подошёл к окну. Грея ладони о кружку, он посмотрел во двор. Его сердце учащённо забилось. Внизу одиноко стоял Джунки и смотрел на его окна.
