Далеко не маленькая страна...

Вечерняя оживленная улица небольшого города(несуществующего в мире читателя, но существует в моём AY, как и страна в которой находится этот город), но крупной страны. Небольшой клочок истории страны. Рассея- остров, бывшая колония Польши, в 1896г восставшая против оккупанта. Остров находится ниже Камчатки и Аляски. Островное государство никогда не было капиталистическим. Сначала 14 лет монархии, а за тем- 97 коммунизма, при этом не происходило революций, но перерождалась страна. Сейчас, с 2007 года, в стране царит социализм. В стране гос. Языков два- Русский и Польский. А так, как страна каждый раз перерождалась, а не умирала, стране сейчас 16 лет, а если считать все ее жизни, 127) Конец Кратенькой и истории страны. Вернёмся на улицу. Девушка высокого роста в зелёном плаще-военнике ( НЕ ПЛАЩ ПАЛАТКА!!!), переделанном для фигуристой девушки, идёт по этой улице и притягивает внимание прохожих. Абсолютно белые волосы, фиолетовые глаза и рост 185. Именно так выглядит человеческая форма страны Рассеи. Цокая каблуками кожаных сапог по главной пешеходной улице города Тверди (Восьмой по величине город Рассеи.), Она быстро подошла к одному из проходов во дворы и скрылась в темноте арки. Дворик был темным и маленьким, всего с одним местом для машины, качелями, самодельной песочницей и синим гаражом. Двухэтажный дом с двумя подъездами, каждый на четыре квартиры. Рассея жила на втором этаже в третьей квартире в первом подъезде. Напротив жила пожилая старушка с целым полчищем рыбок. Снизу проживал мужик-алкаш, работающий на заводе за городом. Она против мужика во второй квартире, жила многодетная семья, мама и четверо детей до 10 лет. Зайдя домой девушка потянулась, помыла руки в горячей воде, все таки зима. Раздевшись и набрав ванную, Ра стала смывать Гримм. я попала сюда. Пов. Рассея Сложно быть попаданкой. Только родившись в мире кантри, я попала сюда. Ещё когда страна только отделилась от Польши. Но каждый раз когда менялась власть, когда перерождалась страна, У меня обнулялась память, я перерождалась. Но все также в этом мире. При этом сохранялись характеры и внутренние личности предыдущих. Сложно быть тремя "личностями" одновременно. Смыв бежевый Гримм с лица и ставши самой собой, я посмотрела на себя в запотевшем отражении. Белая кожа и большой фиолетовый пикирующий сокол, напоминающий украинский трезубец, на левом глазу. Окунувшись в горячую воду и подняв с пола короткое туповатое лезвие провела по нему пальцем. Подняся его к области возле локтя, провела рядом с другими лёгкую линию. Получилось четыре параллельные прямые, которые я перечеркнула пятой. 192 месяц. А через 4 месяца мне будет семнадцать. Нет, я не резалась, как какой-то суицидник. Нет. Я лишь аккуратно считала месяца. Порезы заживали через неделю, да и больно от такого не будет. Я повреждала лишь первый слой кожи, даже кровь была не всегда. Но сейчас я перестаралась. Тонкая струйка крови и воды потекла по руке в воду. Схватив ватку с пола, я встала и начала останавливать кровь. Ватка насквозь пропиталась красным. Когда кровотечение остановилось, я стала перебинтовывать руки. Свежие бинты на полностью облекали бледную кожу. - Видимо не судьба спокойно полежать в ванной... Ц... Больно Выйдя из ванной комнаты я одела шаровары, забинтована грудь, топ цвета беж и пальто с зелёной фуражкой и вышла на парадное крыльцо. Я не опасалась, что кто-то может выйти. В такое время я одно сидела на этом крылечке. Выкурив уже пару сигарет, я затушила ту о самодельную пепельницу из банки из-под шпрот прикрученную тем самым дедом алкашом к крыльцу. Опершись о поручни я продолжала выкуривать одну за другой сигареты, что случалось крайне редко. Затушив последнюю, ярешила похрустеть. Выгнув спину назад, за поручни, я уранила фуражку в сугроб. - Блядь! Холодно и так с мокрыми волосами, ты ещё тут падаешь! Дождавшись пока спина прохрустит и, выгнувшись обратно, я спустилась с подъезда и зашла за крылечко. Фуражка поблескивала козырьком при свете фонаря, но когда моя рука коснулась нее, блеск изменился и стал более холодным. Встав в полный рост и вдохнув ледяной лесной воздух Я вздрогнула. Вместо уютного дворика небольшого городка с качелями и светящимися окошками, был голый, холодный лес. Сугробы по колено, голые стволы деревьев, кусты и снежные хлопья дополняла убывающая луна. Делать нечего. Идти вперёд и только вперёд, ведь все равно все направления сейчас для меня неизвестны. Я не понимаю, где я, что это за место? Как же я рада, что ножки длинненькие! Так бы я уже сто раз бы утонула. Пройдя метров 700, я заметила вытоптанную тропинку и, определив в какую сторону ходил последний человек или не совсем, пошла. Прошел примерно час. Шаги стали более тяжёлыми, горло болело, как и голова, и ноги. Мокрые волосы замёрзли, ворот пальто тоже. Я надвинула фуражку на глаза и спрятала руки в карманы. Вдруг, нос уловил отчётливый запах печного дыма. Нос задёргался, словно у зайца. С новыми силами я чуть-ли не побежала по тропинке и уже через минуты две увидела "маленький" дом на опушке леса с двориком и, видимо, баней. Подойдя к калитке я чуть потопталась на месте, а затем приотворила ее. Скрипа не было. Я постучала по калитке. Ещё. Через несколько секунд из-за двери выглянул неизвестный. Он ойкнул и зашёл обратно. А через секунд 30 вышел неизвестный мужчина. Длинные ресницы сужали обзор, в глазах темнело, а на дворе и так не сильно светло. Комбо. Ноги не слушались и я начала падать, но крепкие руки подхватили меня во мгновение. Я оперлась на мужское плечо и попыталась открыть глаза по шире. Странно... Почему он красный... С... Очнувшись, я не сразу стала открывать глаза. Я чувствовала лёгкую ломоту во всем теле и лёгкий жар. Наконец, открыв глаза, я поняла, что нахожусь в небольшой комнате, она чем-то напоминала мою, последний ремонт в которой был ещё при коммунизме. В полумраке комнаты я разглядела иконку в красном углу, а на столе бюст Ленина. И все же, где я? Чуть приподняв одеяло, Я вздрогнула, полностью голая, ну хоть трусы на мне. Вдруг, в дверь постучали. Я натянула одеяло повыше и прохрипел а короткое "В-войдите..."