Кружочки больше делать не умею.

    .....вввввззфф....пф. Пппгрррххх... Тк... Тк. Тк. Тк. Тк. – вохоуу!! Лазер. Жёлтый. Синий. Неон. Жидкость. Ожог. Синее пламя. Стекло. Кожа. Топот. Ободок. Ботинок. Левый носок. Чёрный кафель. Удар. Горсть. Коты. Сон...                          *** Сладкая жизнь студента в Америке. Целый мини-городок тебе построили, жильём обеспечили, работу дали, даже барами, парками и клубами не обделили. Ну что за сказка! В таком вот студенческом городке и жили ученики здешней художественной академии. Слишком много девушек. Куда подевались все парни? Не переживайте, Вам просто показалось. Просто половина здешних парней ходит с длинными волосами, крашеными ногтями и макияжем. Никого это не смущает, поверьте. Многие даже вошли во вкус и стали повторять за парнями, которых когда-то сами считали фриками. Латекс. Стразы. Цепи. Перья. Чёрный. Упругая и издающая характерный звук кожа брюк даже не облегала тощие ноги следующей персоны. Знакомьтесь, Билл. Именно он в своё время задал своеобразный тренд для парней этой академии одеваться в женское. Сейчас никого не удивить парнем в юбке или облегающих штанах, но Билл начал так одевать, будучи ещё в школьном возрасте, чем вызывал лютое негодование со стороны других людей. Но если вы на этом основании уже успели подумать, что здесь он лидер, то спешу развеять ваши догадки. Он лишь задавал моду и имел хороший вкус в одежде, но сам по себе парень был довольно тихим и немного депрессивным. А вот главным в его компании был Дамиано - знойный красавец из Италии. Не знаю, как его занесло на другой континент, хотя, впрочем, и Билл был не оттуда, ну да ладно.  Дамиано то и собрал всех друзей в одну большую компанию. Он объединил две главные "шайки" универа в одну общую шайку, которая, на удивление, идеально сошлась. В неё, помимо Билла и него самого, входили ещё Итан, Виктория, Доминик, Ремингтон, Сибастьян и Эмерсон. Все эти ребята были из совершенно разных стран - кто-то из Америки, кто-то из Германии, Италии, а кто-то из Англии, но образовавшийся при первой их встрече языковой барьер не стал для них помехой. Все они хотя бы на базовом уровне владели английским, поэтому решили общаться на нём. Объединившись, эта группа отныне стала просто грозой академии. Это были те самые "крутые дети", которые везде ходят бандой, которую даже в коридоре нужно пропустить первой, а если не пропустишь, то жди разборок с самым отпетым и дерзким её участником, не знающим меры ни в словах, ни в действиях - Домиником. Все они не боялись броско одеваться, чтобы подчеркнуть свою индивидуальность и статус. Не бывало такого дня, когда хотя бы один человек из этой компании ходил, скрючив спину или скривив лицо. Среди молодых людей словно существовали неоглашаемые правила поведения в их кругу общения. Когда ты попадал в этот круг, то моментально заражался этим. Самым противоречивым и выделяющимся пресонажем был, конечно же, Доминик, но его черезмерная задористость, раскрепощённость и вспыльчивость оправдывались наличием у него СДВГ. Все же остальные были как на подбор - дерзкие, крутые. Но при всей своей некой напыщенности и здорой гордости они были авторитетом, другие ученики их уважали, а если тебя и уважают, то точно не за красивые глазки.                           *** *4 позиции бруно - ехала домой* – ПоЗаДи ВсЕ БеДы ОсТаВлЕнЫ, МыШцЫ ЛиЦеВыЕ РаСлАбИлА.. Доносился далеко не приятный, даже в каком-то роде противный голос Ситникова с крошечной сцены в древнем ночном клубе. Дешёвый пол сцены, почерневший от сырости пролитого на него огромного количества пива, жутко скрипел при каждом шаге музыканта. Свето-музыка, видно купленная рублей за 100, крутилась под потолком, вдетая вместо одной лампочки. Прямо под сценой, буквально на расстоянии пары шагов от неё, уже начиналась маленькая вереница держащихся на добром слове барных столиков и стульев, обтянутых одинаковым полопавшимся чёрным кожзамом. В самом дальнем углу помещения находилась "элитная зона" с протёртыми диванчиками и (о боже) креслами из того же материала, что и стулья. Вот на одном из таких и сидел Александр. Ну как.. , минуту назад сидел, а сейчас он вскочил, услышав знакомую песню, и начал извиваться и дёргаться в охватившем его трипе. Чёрная маечка с надетой поверх неё горой разных неоновых цацек вздымалась вверх при каждом резком движении парня. Все зеваки и сони повскакивали со своих мест и тоже начали танцевать. Спереди жопа. Сзади жопа. Делать нечего – надо взобраться на стол. Эта идея показалась Алексу очень даже неплохой, да только вот того мнимого стола на самом деле не было, поэтому парень, взобравшись на кресло и приготовившись шагнуть на стол, в итоге споткнулся и упал на плечи низенькому и худому парню, повалив его на пол всем своим небольшим весом. Началась полная вакханалия.. Алекс перепугался и начал отползать от бедного парня, рассыпаясь в извинениях, но ситуация преобрела неожиданный поворот. Тот парень оказался каким-то чокнутым мазохистом, поэтому новый разряд боли взбудоражил его не на шутку и, поднявшись на ушибленные ноги, он полез в Алексу целоваться, пытаясь обвить его расшибленными локтями. Под действием психотропов эмоции Алекса сменялись с молниеносной скоростью. Не удивительно, что секунду назад он чувствовал непреодолимый страх, а сейчас был чуть теплее камня. Он аккуратно сел на пол и с невозмутимым лицом ждал, пока незнакомец наобимается и нацелуется с ним. На поцелуи, кстати, Александр не отвечал, поэтому его расслабленное и спокойное лицо сминалось как резиновое под резвыми и пылкими губами, стремительно пытавшимися пробраться внутрь рта, сомкнутого с поразительной силой. Наконец-то, после не менее получаса безуспешных попыток удолетворить свои потребности, незнакомый парень отстранился с немного разочарованным видом. Алексу было на это фиолетово плевать.  Действие ЛСД перешло в самую активную фазу. Люди уже перестали казаться людьми, а были какими-то разноцветными пятнами, стулья начали летать в воздухе и растворяться в стенах. Всё шло как надо, да только вот концерт уже подходил к концу, и люди стремительно покидали помещение на ватных ногах. В какой-то момент Александр и вовсе остался единственным человеком в зале. Неудивительно - он ждал своих давних приятелей - Сашку Ситникова и Антона Клевцова. Именно они только что и выступали. Так как и они не побрезговали накидаться в хлам, сборы после концерта затянулись почти на час, но приятели всё же покинули клуб. Ночные улицы, окутанные проседью рассвета, сейчас казались им фиолетовыми джунглями, через 10 мунут стены зданий начали трескаться и стонать, а через полчаса окна заморгали и зашевелили губами. И вот наконец они, шатаясь и кривляясь, достигли первоначальной цели - их дома. Десять раз не попали в дверную ручку, поискали на ощупь и на одиннадцатый раз нашли её и отворили дверь, которая по ощущениям была более гладкой - как будто из стекла. Но это ни капли не смутило парней. Поверьте, даже после того, как они упали больше 20 раз, пытаясь идти в нужном направлении, но постоянно натыкаясь на будто возникавшие из неоткуда углы и посторонние невидимые предметы, они продолжили идти как ни в чём не бывало. Первый этаж, второй, третий.. Да! Неужели это свершилось! Они добрались до своей квартиры, причём непосредственно до кухни. – а кухня правда стояла прямо в прихожей? Подозрительно спросил Александр. – сто лет уже здесь живём! Конечно, а как же! Ответил пьяненьким голосом Ситников. – айда жрать! А то я сейчас вместе с едой и тарелку, и тебя, Алекс, умну! Добавил певец. Далее им предстояло следующее испытание, подозрительно похожее на предыдущее. Они всё так же продолжали натыкаться на невидимые предметы, хотя им казалось, что они в своей кухне. Что-то здесь не так.. И вы, успели догадаться или нет, сейчас  узнаете. Это была не их кухня, прихожая, лестница, коридоры, да и весь дом в принципе. Здание, которое им почудилось их домом, на самом деле являлось художественной академией, в которой училась знакомая нам уже компания студентов. Алекс с Ситниковым и Клевцовым, снося по пути стулья, мусорные вёдра и лавки, добрались до учительской, которую приняли за кухню. Безусловно, еда там имелась, причём в довольно большом колличестве, но только вот сковородок, холодильника и кухонного стола, конечно же, не было, поэтому кружка с недопитым чаем стала заменой масла, а классный журнал послужил неплохой сковородой. Юные кулинары, дабы не заскучать, в процессе "готовки" решили подкрепиться любезно оставленными на столе пироженными и крекерами. После их небольшой трапезы эти крекеры с кремом отпироженных были теперь везде. Не осталось ни одной книжной полки или ящика, который не был бы измазан кремом или облит чаем. Без внимания не был оставлен ни один предмет скудного интерьера, даже обувница. Если бы вы оказались там в разгар веселья, то вам бы показалось, что это не здание школы или академии, а заброшенный разварованный подвал. К четырём часам утра парни умаялись и заснули. Трип уже отходил, они становились всё менее буйными. А того мракобесия, которое здесь творилось несколько минут назад, уже и след простыл.