Ты слишком драматизируешь
19 апреля 2023 г., 20:00
Примечания:
Plumb - I Want You Here
Эмити сидела в углу своего любимого кафе, ожидая, пока обжигающе горячий какао остынет достаточно, чтобы быть испитым, когда уловила уже почти канувший в забвение голос, услышать который ждала целую вечность. Две недели, если быть точнее. Что же за чудо сейчас пред ней развернулось? Или же ей стоило прозвать это напастью неудачи?
— Эми, какой приятный сюрприз! — радостно воскликнула Луз, целуя свою девушку в щёку и усаживаясь напротив неё. — Это я удачно заглянула. Я так рада наконец-то увидеть тебя, — она ухватилась было за её полную кружку, но тут же отдёрнула мозолистые пальцы, недовольно выдохнув через аккуратный нос.
— Увидела бы раньше, если б открыла наш чат, — враждебно указала Эмити, не смея смотреть на неё. Острая ненависть, которой она с переменным успехом противостояла всю эту неделю, уже возродилась подобно фениксу испепеляющих изнутри эмоций. И жаждал этот феникс свободы, желая беспощадно сокрушить свою изощрённую обидчицу, отомстить за всю ту жестокость, с которой его неизбежно столкнули и оставили наедине. «Не сейчас», — напомнила она себе.
— Звучишь так, будто злишься на меня, hermosa, — насмешливо протянула Луз, одаряя её полуулыбкой приподнятого уголка обветренных губ. Неужели это ей когда-то даже нравилось?
Эмити невыносимо захотелось сказать: «Чего ты улыбаешься, тварь?» Но не сказала. Вместо этого она сделала глубокий вдох и ровно подтвердила:
— Потому что так и есть, я полагаю.
— Как же так? — вопросила Луз, беспокойно поджав губы, отчего из трещинки посредине выступила капелька крови. Всего лишь одна капелька. Ни в какое сравнение с тем количеством алого, что Эмити вкусила сама лишь за несколько дней.
— И ты ещё смеешь спрашивать? — ядовито процедила она сквозь зубы. — Ты игнорировала меня почти полмесяца, а теперь смеешь спрашивать, как же так вышло, что я злюсь на тебя? Уверена, что если б ты тут случайно не наткнулась на меня, ты бы и дальше хранила молчание, — было крайне тяжело держать эмоции под контролем, однако она изо всех сил старалась говорить цивилизованно. По крайней мере, она не кричала. Пока что.
— Я просто отдыхала от социальных сетей, — беспечно ответила Луз, откинувшись на спинку тёмного дивана, переведя взгляд на пустующий камин справа от Эмити.
— Я видела, что ты была онлайн. Ты вовсе не отдыхаешь от них, да и в целом пользуешься сетями больше, чем я, — та же уставилась в свою кружку, стараясь почувствовать успокаивающий аромат напитка, ради которого и вышла из дома впервые за шесть дней. Ради тёплой атмосферы хоть какого-то уюта, впрочем, тоже. Жаль, что Луз портила её своим поведением. Или лучше было сказать — присутствием?
— Ох, пожалуйста, прекрати, — устало выдохнула и озабоченно потёрла переносицу Луз, слегка запрокинув голову, качнув кудрями.
— Что прекратить? — Эмити аккуратно обхватила ладонями ёмкость, сосредотачиваясь на жаре, которым та её одаривала. Нужно было отвлечься от эмоций любой ценой.
— Эми, я люблю тебя, но ты слишком драматизируешь, — сказала Луз с кривой улыбкой. Это ощущалось так, словно она жалела её. Жалкую чувствительную Эмити, которой почему-то было обидно, что её игнорируют целыми днями раз за разом. Жалкую чувствительную дуру, что никак не поймёт, что она чересчур преувеличивает. Слишком много хочет. А многого ли она хотела? Разве просто получить хоть какой-то ответ от своей девушки — это много? А в целом, отсутствие ответа ведь тоже было своего рода ответом. Просто нежеланным.
— А ты слишком забила на наши отношения, — зло парировала Эмити, резко сжимая пальцами всё ещё горячую чашку, чтобы сдержать фокус на физическом мире. Ладони сразу же обожгло болью, однако она не отняла их. К счастью, эта боль была хотя бы выносима. Гораздо более выносима, чем та, что так долго искажала её разум.
— Не смеши меня. Можно мне хоть немного персонального времени, в конце концов? — была очевидно раздражена её словами Луз, когда взглянула на неё с досадой.
— О, прошу прощения, а можно тогда мне хоть немного персонального внимания, в конце концов? — вспыхнула Эмити, наконец-таки встречаясь с Луз глазами. Как же она ненавидела эти глаза и в то же время любила всей душой. Глаза, что ныне не смотрели на неё с любовью. А смотрели ли когда-либо?
— Прости, ладно? Я не знала, что это так важно для тебя — контактировать чуть ли не каждый день, — спокойно сказала Луз, не отрывая от неё чуть расширившегося взгляда, отмечая недавно лопнувшие сосуды.
— Ложь, — выпалила она, на мгновение потеряв контроль. Потому что это было абсолютной правдой. Хоть и довольно неудобной для Луз. — Ты чертовски хорошо это знаешь. Ведь я говорю тебе об этом каждый раз, когда ты пренебрегаешь мной.
— Я никогда не пренебрегала тобой... — свела брови Луз, чуть наклоняясь вперёд.
— Ложь, — вяло повторила Эмити. Ярость её практически сразу иссохла. Все усилия объяснить свои чувства и нужды провалились. Вновь провалились. Всегда проваливались. И почему она вообще ожидала иного исхода сейчас?
— Прекрати. Я люблю тебя и забочусь о тебе, ты же знаешь. Ты — моя девушка, Эми. Мне жаль, что тебе кажется, будто я плохо с тобой обращаюсь, — более сдержанно проговорила Луз, скользнув глазами по её очертившимся скулам, и попыталась нежно взять за подрагивающую руку, мягко отцепляя от посуды.
— Это не так. Я была слепа, однако теперь мне наконец-таки стало ясно, что это не так, — она отдёрнула ладонь, а слова эти были насквозь пропитаны тяжёлой усталостью.
— Что именно «не так»? — настороженно спросила Луз, никак не понимая истинного значения сказанного. Она никогда не понимала. Отказывалась понимать.
— Ты меня не любишь, — тихо пояснила Эмити и разом опустошила свою кружку — пора было уходить. Какао причиняло не меньше боли, чем присутствие Луз. Обволакивало теплом не хуже, чем её призрачная близость.
— Поверить не могу, что ты так говоришь. Кажется, ты кое-что обронила. Оу, да это же твоя тиара Королевы Драмы, — прошипела оскорблённая Луз, напряжённо сузив глаза.
— А я же не могу поверить, что ты всё так же насмехаешься надо мной. С меня хватит твоего пренебрежительного отношения. Гораздо раньше должна была я понять, что не важна для тебя. Но уж как вышло. Я пошла. Я слишком устала даже смотреть на тебя. Это вызывает к тебе ненависть, а я не хочу ненавидеть тебя. Это всячески истощает, — Эмити медленно поднялась, сгорбив плечи так, как никогда ранее.
— Какого чёрта ты творишь? Зачем вновь устраиваешь сцену? — отзеркалила её стойку Луз, стараясь вновь встретиться с ней взглядом.
— Как иронично. Это я из семьи чудовищ, однако из нас двоих именно ты вела себя чудовищно всё это время, — Эмити мрачно посмотрела ей прямо в глаза и уверено вышла наружу, оставляя Луз позади, хотя это себя она ощущала оставленной совсем одной. А было ли хоть когда-нибудь время, когда она не была одна? Ответ был очевиден, если над ним хоть чуть-чуть подумать.
***
Сидя в автобусе, что лениво вёз её домой, Эмити открыла их с Луз чат, просматривая сообщения, что отправляла ей все эти дни. Сообщения, что всё ещё не были прочтены получателем.4 октября
5:34 Хочешь приехать ко мне завтра? Можем посмотреть что-нибудь вместе или просто пообниматься 17:14 Можем заняться всем, чем угодно, чем захочешь5 октября
9:08 Ты всё ещё можешь приехать, если хочешь! Я буду свободна весь день. И я даже сделаю тебе твой любимый шоколадный пирог 21:39 Пирог уже холодный, но это ничего. Я подогрею его для тебя. Он нетронут. Ты же знаешь, я не люблю сладкое. Ты — единственное исключение <36 октября
14:32 Тюлени такие милые. И выдры. Давай когда-нибудь сходим посмотреть на них вживую? 15:02 Будешь моей выдрой? Я буду любить тебя вечно, прямо как они 23:46 Я скучаю по тебе7 октября
01:10 Ты злишься на меня? Я сделала что-то не так? 03:54 Ты в порядке? Ты же понимаешь, что я видела, как ты была онлайн, да? 16:56 Это очень жестоко с твоей стороны 21:32 Мне плохо, Луз. Я снова хочу сделать это. Но я не хочу. Всё это гораздо тяжелее, когда тебя нет рядом 21:35 Ты нужна мне, пожалуйста, поговори со мной Одинокая слеза упала на экран. Однако она не перестала читать свои идиотские и бесполезные слова. Никому не нужные слова. 21:47 Почему я не могу дозвониться до тебя? Ты заблокировала мне звонки? 22:03 Я не могу дышать, Луз 22:21 Я сделала это Она потёрла левую руку и сделала глубокий вдох, пытаясь сдержать слёзы. Было бы неприемлемо заплакать здесь. Надо было потерпеть до дома.8 октября
18:02 Меня забрали на скорой. Я говорила со своим терапевтом. Мне поставили диагноз. У меня пограничное расстройство личности. Пожалуйста, набери меня. Ты так нужна мне. Умоляю9 октября
00:12 Я хочу уснуть и никогда не просыпаться. Если бы только я могла уснуть рядом с тобой Больше она ей не писала. Эмити поглядела на сегодняшнюю дату. Пятнадцатое октября. Около шести дней назад ей поставили диагноз. Около шести дней назад рухнула её жизнь. Или же гораздо раньше? Вероятно, что ещё когда она родилась. Да, так звучало вернее. Она в последний раз взглянула на сообщения, ощущая слишком много эмоций, чтобы различить их тональность. И удалила весь чат, блокируя контакт. Луз больше не увидит её слабости. Не узнает о её болезни. Её истинной сущности.***
Она стояла в ванной комнате напротив напольного зеркала. Тело её было полностью обнажённым, если не брать в расчёт уже ставшие ей одеждой красные и белые линии, покрывающие практически каждый сантиметр кожи, на всяком из которых останавливались её припухшие глаза, упиваясь видом. И ощущала она ничего, кроме как нескончаемую боль от бессмысленного существования. Всё это было столь бессмысленным. «Пустота преследует меня. Пожирает медленно, но верно, — грустно прошептала она своему отражению. — Я поражена ею». Взгляд её застыл на слишком бледном лице. Почему видела она столько отчаяния на этом лице? «Раскрой глаза, Эмити. Всё это всегда было лишь иллюзией, в которую ты так охотно верила. Ты не нужна ей. Никогда не была нужна. Отпусти её». Беззвучный звонок вдруг прервал её мысли. Она взяла вибрирующий телефон с маленького стеклянного столика рядом и взглянула на высветившееся на экране слепящей белизной краткое имя. Поколебавшись с мгновение, она ответила. — Эми? Я увидела, что ты удалила наш чат. Прости, но я не могу прочесть, что ты написала мне, — к её удивлению, Луз звучала грустно. Луз никогда не грустила из-за их проблем в отношениях. Лишь насмехалась или злилась. И всегда игнорировала, конечно. — Как же так? — неосознанно, но приятно пронзила её Эмити её же словами. К сожалению, это не уменьшило её собственной боли. — Чего ты хочешь? — Я хочу искупить своё неподобающее поведение. Я принимала тебя как должное, и ты абсолютно не заслуживала этого, — проговорила Луз напряженно и со слегка высокими нотками в голосе. Эмити хорошо умела различать изменения в голосе. Этим умением можно было даже вкратце описать её жизнь. — Нет, не заслуживала. И не заслуживаю, — тускло согласилась Эмити. Она не услышала ничего нового. Хотя и непросто было прийти к этому выводу самой. Но она всё-таки пришла. — Мне так жаль. Ты позволишь мне всё исправить? Пожалуйста, — голос на другом конце провода всё-таки сломался. Неужели лишь после удаления чата до неё дошло, что Эмити была серьёзна? Плакала ли она? Что же, Эмити точно плакала больше все эти дни. — Зачем ты вообще извиняешься, если всё равно ничего изменится? Твоё поведение не изменится. И моя реакция не изменится. Ничто не изменится, — спросила она так, словно это было очевидно. Впрочем, так оно и было. — Изменится, я обещаю! Я изменюсь! — отчаянно воскликнула Луз, давясь сотрясающими её словами. Всё-таки плакала. И зачем? Разве пример Эмити не доказал, что слёзы ни на что не влияют? — Нет, я так не думаю. Ты ни разу не считалась со мной, хотя я и умоляла тебя пощадить мою тревожность столько раз, что и сосчитать не могу. Пощадить мой несчастный разум. С чего бы тебе меняться теперь? — как же она устала от этой лжи. Зачем они вообще обсуждали это? Всё это было так бесполезно. Она с силой прижалась к хладной стене позади себя, рвано выдыхая от резких ощущений по всей и местами ещё не зажившей спине. — Эми... — Не смей называть меня так! — крикнула Эмити, крепко зажмурившись. — Неужели ты не понимаешь? Я больше не могу это выносить! Все эти необъяснимые чувства разрывают меня на части! Как же искусна твоя пытка, о, мой любимый палач. Я так тебя любила, Луз. И всё ещё люблю, хоть и прекрасно знаю, что это невзаимно. Ведь если б ты меня действительно любила, то не игнорировала бы мои сообщения по пять дней в неделю. Каждый чёртов раз. Каждый раз я не знаю, когда ты ответишь мне. Ответишь ли вообще. Лучше бы ты изначально отвергла меня. Ну почему ты просто не отвергла меня?! — стало тяжело дышать. Ненависть истощала. Она едва удерживала себя на ногах, преодолевая желание сползти на пол. — Я больше не желаю видеть тебя или слышать твой голос. Никогда. Aquí nos despedimos, Луз, — прошептала она едва слышно и отняла чуть влажный в области микрофона телефон от уха. — No, espera... — вслед за последними словами Эмити Луз тоже переключилась на родной испанский, но звонок уже кончился. Со всей оставшейся в ней силой Эмити бросила телефон в зеркало, жадно внимая громкому треску, надеясь заглушить пронзительный звук рвущихся нитей души. Тело вновь трясло. Пока что слабо. Она выскользнула из ванной и мелкими шагами направилась к своему личному бассейну, держась за стены. Хоть какой-то плюс от семейного богатства. В кромешной тьме она шагнула в услужливую воду, позволяя ей окружить себя полностью, окрашивая красным всё вокруг своего тела. И не сопротивлялась, пока утопала в ней. В примеси своей крови. Коснувшись коленями пола бассейна, она уткнулась в них лицом, зажав голову руками, и начала кричать. Её внутреннее «я» перестало заботиться о самоконтроле. Она кричала, пока лёгкие не стали пылать, моля о пощаде. А получил ли хоть какую-либо пощаду её разум? Почему-то его мольбы извечно были тщетны. «Я жить без тебя не могу. Мне остаётся лишь существовать. Как будто у меня есть выбор. Ненавижу. Я так ненавижу. Ненавижу и тебя, и себя. Ненавижу нас обеих. Ненавижу нас. Ненавижу». Она устало обмякла и позволила воде вынести себя на поверхность, где перевернулась на спину, покачиваясь на крохотных волнах, что вскоре сошли на нет. Посмотрела прямо на стеклянный потолок, что должен был бы преломить через себя свет дальних звёзд. Но его не было. Света не было. Звёзд не было. Луз была её звездой. А теперь не было и её. «Утешай себя мыслью, что ты сделала то, что лучше для тебя», — заключила она, покорно принимая невообразимо мучительный кошмар, озаглавленный как «Существование Эмити Блайт». Быть может, она даже когда-нибудь проснётся от него. Быть может.
