Кукловод

– А ты что тут делаешь, кассирчик?

"Этот засранец!! Он не мог мне напомнить, что был главой Мёбиуса?! Я же не помню, что да как было! А я-то думаю, что за паршивое чувство, будто я что-то забыл!" Все смотрели на гляделки этих двух, пока не подошёл Майки и не пнул Ханму, но тот заблокировал атаку. Мицуя и Доракен удивлённо смотрели на это. Ситуаций, когда их главу блокировали можно сосчитать на пальцах одной руки. – У тебя что, шило в жопе? Дай мне договорить. – со своей фирменной ухмылкой говорил Шуджи – Ты кто? И откуда знаешь Ханагаки? – Ну.. я, так скажем, временный глава Мёбиуса. Ханма. В любом случае, это неважно. Моя цель – уничтожить "Свастонов". Вас всего трое! Вам ни за что не победить! Как только татуированный закончил речь, раздались звуки мотора мотоциклов, прямо к месту происшествия ехало невероятное количество людей, одетых в одну и ту же черную униформу. Токийская Свастика была полностью в сборе, командиры, их заместители и простые члены банды. – Наконец-то началось веселье! – порадовался Ханма. В это время Ханагаки озирался по сторонам в надежде найти Доракена или Киёмасу до того, как последний пырнёт Рюгуджи. В прошлый раз всё обошлось, пусть и не самым лучшим способом, но обошлось, поэтому в этот раз Такемичи решил, что в этот раз он не даст этому ублюдку Киёмасе безнаказанно бесчинствовать! К счастью, Доракен всё ещё был в поле зрения, но Киёмасу было не видать. Озираясь по сторонам, блондин увидел Манджиро, пробирающегося к Пэяну сквозь толпу врагов. Ханагаки мимолётом подумал, о чём они могли разговаривать: "Скорее всего об аресте Пачина. В прошлый раз их разговор принял неплохие обороты, Пэян вроде вернулся, значит ли это, что я могу не волноваться о них пока? Стоп. Где Доракен?!" Парень оглянулся по сторонам, но никого не увидел. Решив наконец предпринять хоть какие-либо действия, а не стоять как истукан, Такемичи побежал на поиски этих двоих. Еле как пробежав примерно половину толпы, парень увидел Киёмасу с пустым взглядом. Кажется тот бормотал себе что-то под нос, но Такемичи не слышал. всё его внимание было прикреплено к ножу, по которому стекала кровь. Не нужно было иметь слишком высоких умственных способностей, чтобы на месте Ханагаки понять, чья она. Блондин рванул в противоположную Масатаке сторону и спустя несколько секунд он увидел валяющегося друга в луже собственной крови. Это была та самая картина, которую светловолосый уже видел, уже переживал. Но не хотел снова видеть. Ни за что на свете. В этот момент в голове парня пронёсся умирающий Баджи, Эма, в которую попал Кисаки, Изана, который был психом, но всё же ему просто не хватало семьи, Кисаки, Саус, Какосик. Да в конце концов сам Доракен, который всё же умер защищая его самого от пуль. Так чем же этот раз отличается от прошлого? Пачин всё равно в колонии для несовершеннолетних, на Доракена всё равно напали, а дальше что? Баджи всё равно умрёт?! "Нет, нет. Ни за что! До этого я относился к этому шансу, как к шутке, думая, что это просто неплохой сон, но... как же я ошибался." Видя сейчас эту сцену, Такемичи понял. Это не сон, и не плохая шутка. Это всё реально, и не зависимо от того, скольких он спасёт, это станет его реальностью. Но сейчас не было времени предаваться неприятным воспоминаниям, если он не поспешит, то счастливого исхода может не произойти. Светловолосый поднял Доракена, крикнув Майки что-то типа: "Доракена пырнули! Разберись тут со всем". Хотя, скорее всего, под "всем" имелся ввиду только Ханма. Уйдя с Рюгуджи на спине с поля битвы, Такемичи встретил двух очень смущённых девушек. Но как только те увидели раненого парня, эмоция заменилась ужасом. Блондинка подбежала к Доракену, спрашивая, что с ним. – Его пырнули ножом, но рана не смертельная. Когда приедет скорая? – Скоро должна приехать, но из-за дождя и фестиваля точное время мы не знаем. – ответила Хина Такемичи оборачивался по сторонам, надеясь, что Киёмаса и его ублюдочные друзья появятся не скоро. Ожидание не оправдались и уже спустя минуту в поле зрения появилась та шайка мудаков, с которыми в этой временной линии, Ханагаки ещё не сталкивался. Как же они в прошлый раз избежали драки с ними? К сожалению, Такемичи не помнит. Поэтому оставалось лишь тянуть время до приезда скорой помощи, ну или до удачного момента побега. Не успев оглянуться, компашка "плохих ребят" уже подошла и начала затирать что-то про Доракена. И когда какой-то чел сзади что-то говорил, Ханагаки его прервал: – Завали хуесоску, уродец. Как же вы уже заебали. – подходя ближе говорил блондин – Киёмаса. Давай сразимся. Если я выиграю, то ты со своими ничтожными ребятишками съебётесь отсюда в какую-нибудь канаву. – Ха?! Ты вообще кем будешь? Подкаблучник Доракена? – с явным замешательством и негодованием говорил Масатака – Да ты хоть знаешь, кто такие гопники? На это Ханагаки только замахнулся на собеседника: – Уж это точно не должно тебя ебать. В этот момент трое, что стояли за блондином шокированно смотрели на него. В их мыслях проносились некоторые сомнения, а не ждёт ли его та же учесть и Рюгуджи, но ничего про это говорить не хотели. До того момента, пока Доракен не крикнул: – Ханагаки, ты ведь не умеешь драться! Я всё ещё способен драться, поэтому возьми девочек и уходите. – Не умею драться? Хм, может это и правда, но это не значит, что у меня нет опыта. – игнорируя последнее предложение, как ни в чём не бывало говорил голубоглазый. В это же время Киёмаса, с желанием неожиданно напасть, замахнулся с оружием на говорящего с пронзительным криком "Если хочешь драки – ты её получишь!" Но на рефлексах многострадальческого опыта, Такемичи увернулся от ножа. – Поаккуратнее с этой штукой! Ты можешь оставить мне шрам! Хотя многие говорят, что шрамы красят мужчину. А ты что думаешь по этому поводу? – на пафосе с помощью созданной ситуации говорил парень. Замешкавшийся от неудачного удара, Киёмаса на мгновение остановился, чем воспользовался Ханагаки, ударив того точно в челюсть. Если бы Такемичи обладал силой любого из командиров или их заместителей Тосвы, то нокаутировал Масатаку с первого удара, но увы, не судьба. – Хаха! А ты точно не девчонка?! Хотя, нет бьёшь даже слабее, чем девка! – и снова замахнулся на Такемичи На это голубоглазый лишь закатил глаза, и увернувшись, небрежно сказал: – Как добрейший души человек, я дам тебе очень важный совет. Когда замахиваешься рукой перед ударом, не заводи её слишком далеко. Это делает твои движения медленее, и ты становишься более уязвимым. Хотя из-за этого придется пожертвовать силой, которую набираешь во время. Покраснев то ли от злости, то ли от стыда, что не может хотя бы ударить какого-то сосунка, Киёмаса к грязным методам. Он решил напасть на этого паренька толпой. Пусть нечестно, зато эффективно, и тем более, когда это его ебало, что какой-нибудь лох будет чувствовать? – Ах ты-, Ублюдок! Парни, толпой на него!! В это время в мыслях Такемичи проносилось, что он довыёбывался, и пришла его кончина. И именно в этот момент, откуда-то из кустов вылез Аккун и оставшиеся трое из "Пятёрки Мизо" – Мы пришли к тебе на помощь, плаксивый герой. – Ребята... – как же не быть удивлённым, когда твои друзья пришла на помощь, правда? Только вот... – Вы ведь такие же слабаки, как и я, вы же даже с одним из этих парней не справитесь! – на этих словах новоприбывших начали просто избивать. Это даже дракой назвать было сложно. – Эй, ребят. Да вы ж даже слабее того еблана, кого вы спасать собрались? Разве этот "милый" жест с вашей стороны не бесполезен? – видимо людям Киёмасы стало настолько скучно, что начали разговаривать не понятно с кем. – Может он и бесполезен, но... мы никогда не бросим друга в беде! – пытаясь героически встать, говорил Аккун, в итоге пошатнувшись от получившего урона. Никто не верил в победу какой-то неизвестной шайки, которую даже бандой не назовёшь, даже они сами. Но нет худа без добра, поэтому их жертва была не напрасной. Им всё же удалось хотя бы оттянуть время до приезда скорой помощи и полиции. Как только стали слышны звуки сирен, компания "злодеев" исчезла как колобок перед угрозой его съесть. Непонятно когда ушедшие девушки прибежали со словами, что скорая и полиция приехала. *** После очередной победы над "Мёбиусом" на поле битвы оставались лишь единицы в лице командиров отряда Свастики. Все мёбиусовцы либо валялись в одной из куч, либо сбежали, сузив очко. Единственным оставшимся являлся никто иной как Ханма Шуджи, стоящий на против Манджиро. – Как же до-о-олго. Мы уже столько дерёмся, а ты даже не запыхался, ты что, монстр? – пытался скрасить молчаливую битву Шуджи. – Завали и подыхай уже. Хотя нет, лучше скажи, откуда знаешь Ханагаки? – говорил тот самый "не запыхашийся" Майки. – Хм-м, я и не помню... – изображал задумчивость Ханма – Это было так давно... – в этот момент к двоим подъехал человек со смуглой кожей, лысой головой, на которой была татуировка, да и не только на голове, по всему телу красовались тату. Из-за своего невзрачного вида, тот был скорее похож на опасного преступника, чем на подопечного какого-то гопника. Он лишь сказал: – Господин Ханма, уже скоро. Названный сразу же понял и перед тем как сесть на байк, сказал – Скоро родится опаснейшая группировка во всём Канто! "Вальхалла"! И я – заместитель главы Вальхаллы. Отныне вашим ребятам не будет покоя. – и уехал. Как только потенциальный враг скрылся из виду, Майки сел на байк и на всех скоростях поспешил в больницу, где должен был быть его друг. *** Со включенной сиреной ехала красно-белая машина. Внутри находился лишь персонал, поддерживавший жизнь пациента, сам пациент, и несколько сопровождающий из окружения раненного. Последний сидел на скамье рядом с койкой Рюгуджи, и надеялся. Надеялся, что всё обойдётся и этот регресс не был бесполезен. Погрузившись в свои мысли, блондин не заметил движения со стороны друга. Лишь когда его рука была прямо перед его лицом, Ханагаки заметил это. – Спасибо, Ханагаки, ты мой покровитель. – эта фразу Такемичи отчетливо помнил, не смотря на многие забытые моменты, такого рода события всегда останутся в его памяти. Хотя в прошлый раз он отшутился на это, в этот раз он ответил с серьёзным лицом – Если у тебя есть силы разговаривать, прибереги их на поддержание своей жизни, она буквально на волоске! На это Доракен, усмехнувшись, сказал – Ханагаки.. позаботься о Майки ради меня. – в этот момент приборы, показывавшие состояние пациента, издавали протяжный пикающий звук, словно в каком-нибудь стекольном аниме, или кино о жестоком мире. Врачи начали ещё более усердно работать над состоянием лежащего. Глаза блондина наполнились слезами, и в мгновение ока оттуда полились слёзы. Чувство отчания наполнило грудь голубоглазого, а вместе с этим и неприятной ком в горле. – Доракен.. – почти шёпотом говорил Ханагаки – Н-нет.. только.. не снова – новая волна слёз прошлась по щекам – Доракен!!! *** В больницу ворвался весь персонал, находящийся в машине, кто-то толкал койку, а кто-то регистрировал нового пациента. В здании почти никого не было, так как почти перевалило за полночь, но туда уже на огромной скорости движутся ещё люди, волнующиеся за Кена. Хина успокаивала Эму, четвёрка Мизо стояла, пытаясь не заплакать, а Такемичи ждал, пока не придут Майки и остальные. В это время они уже узнавали на стойке регистрации, куда записали их замглаву, пока Сано стоял в стороне. Когда они всё же узнали и прибежали, к ним подбежал незнакомый парень, которого они все видели лишь мельком. Кажется, он-то и увёл Доракена ,что-то сказав перед этим их главе. Он кратко рассказал им всё, на что они выразили на это свой не восторг к Киёмасе. Такемичи попытался сказать что-то про про то, что его сердце остановилось прямо перед больницей, но был прерван Майки: – Ханагаки. – с его появлением на глазах обоих обладателей жёлтых волос появилось ещё больше слёз, у одной потому что пришёл её брат, а по совместительству и лучший друг раненого, а у второго, потому что он не смог спасти Доракена. Снова. Пэян и Такаши одновременно захотели что-то сказать, но тот заткнул их простым "Молчать" и после секундной паузы добавил: – В больнице нужно вести себя тихо. – тогда все притихли, но атмосфера была невероятно угнетающей. Поэтому, стараясь поддержать ребят Майки выпалил – Кен-чин. Он всегда держит своё слово. – смотря куда-то в стену, говорил Манджиро – А мы друг другу обещали! Обещали, что будем править всей страной вместе. – и поднял голову, ярко улыбнувшись. – Поэтому, верьте в Кен-чина! После этих слов, все приободрились, даже Эма успокоилась и лишь иногда посматривая на палату, в которой находился Доракен. И Такемичи думал о том, насколько Майки сильный. Но чувство, будто это не правильный вывод, не покидало его, пока он не вспомнил, что Майки держался лишь перед ними. А когда он смог остаться наедине с самим собой, дал волю слезам. Теперь, снова посмотрев на Майки, становилось ещё более ясным, что его улыбка слегка натянута. Хорошо шифруется. Отведя взгляд на дверь, Такемичи увидел как красный свет заменился на синий, и из палаты вышел врач.