С днём Рождения, Майки-кун!

                                                                   — Ты проходи, не стесняйся, Такемучи-тян! Теперь наш герой может похвастаться новым прозвищем! Ну, мы так думаем. А вот сам Такемучи навряд ли захочет рассказать кому-нибудь, что его так называют, но это сейчас не важно. Парни прошли в гостиную, на первый взгляд довольно чистую. — Х-м-м, для начала... Принеси-ка мне холодного чайку, милашка! – вот, вариация прозвища номер один. Так уж устроен дом, что из гостиной можно попасть на кухню через большой проход, без двери. Вот поэтому Майки и воспользовался этим, беспрепятственно наблюдая за Ханагаки на кухне, который это, кстати, заметил, обернувшись. Но в ответ он лишь получил улыбку от лежащего на диване Сано, а вскоре и жест, мол, продолжай, что он и сделал. Дрожащими руками капитан набрал воду в чайник, поставив кипятиться. Нужно достать кружку и... чёрт. Они в самом низу. Придётся наклонится, но сейчас-то он в костюме горничной из секс-шопа, а значит, в нереально короткой юбке. "Блин, Майки-кун, вот нахрена ты смотришь так?! Я ж помру сейчас..." – вот о чём думал наш Такемучи, пока старался аккуратно присесть, чтобы было видно как можно меньше. Вот кто запихнул их так низко? А Манджиро эта ситуация очень даже нравилась, он аж сел, внимательно вглядываясь. А наш бедный парень это прочувстовал, ещё больше волнуясь, поднимаясь на дрожащих ногах, при этом углубляясь в свои мысли, которые в этот момент были только о том, чтобы не испортить всё. Но вдруг... неожиданный чих. Ханагаки панически вздрагивает, это буквально выдёргивает его из многочисленных дум, заставляя выпрямиться, забыть обо всех вещах. Раздался звук бьющейся посуды. А следом: — Прости! Я правда не специально! Просто я задумался, а потом... – Такемичи продолжал тараторить извинения, активно размахивая руками. – Я всё уберу! И... — Успокойся, Такемучи. Это же всего лишь кружка, подумаешь! — О, х-хорошо тогда... Несмотря на все слова, Ханагаки всё ещё волновался, причём сам не понимая почему. И правда, всего лишь кружка, но он так вздёрнулся. А как Майки сейчас смотрит на него... Что с тобой происходит, Такемичи Ханагаки...? Так наш герой погружался в свои думы всё и сильнее и сильнее, пока не почувствовал тёплое дыхание у шеи, а после, как его ноги неожиданно оторвались от земли, а буквально в следующий миг он вообще оказался сидящим на столе. — Майки-кун... — Т-ш-ш, спокойно, всё хорошо. – названный прикоснулся своим лбом ко лбу Ханагаки, стоя так минут пять. И была совершенная тишина. Даже дыхания было не слышно. Казалось, мир замер для них, причём специально, давая время, чтобы как следует собраться, а в другой момент прижаться сильнее, вовлекая в такой долгожданный... «Дин-дон!» «Дин-дон!» В дверь звонят. И чем дольше, тем напористее. Видимо, гости пришли. Надо бы открыть, а то дом ведь разломают. Впрочем, Сано это понял, бросив тихое "Чёрт!" и спуская Такемичи со стола. А после пошёл к двери. А капитан же, всё ещё пребывая в некой прострации, вскоре машинально пошёл за ним. — Здарова! — Хэ-эй! Привет! — Ну драсьте! И ещё множество приветствий, поздравлений, похлопываний и прочего. Но не здесь главное действие. Сейчас Ханагаки стоял возле угла, держась за него в попытках не упасть в обморок. Конечно, с такими-то мыслями... " Звездец... ВОТ ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ ВООБЩЕ ПРИКАЖЕТЕ?? Нахрена я на это подписался?! Твою мать, я ж сейчас от стыда сгорю-ю-ю..." — О, Майки а там кто стоит? – и все присутствующие в лицах Баджи, Дракена, Мицуи, братьев Кавата, Манджиро и, конечно же, нашего дорого Чифую синхронно обернулись. А дальше... непонимание, осознание, шок, отходняк и... — ПХАХАХСХАХАХАХАХА – кто-то смеялся во всю глотку, а кто-то визжал, как пятилетняя девочка. Все сразу кинулись его осматривать, дёргать, один только Чифую медленно подходил к нему, улыбаясь. — Ну и нарядец, ха-ха! Где покупал? — Оно так хорошо сидит на тебе! — Хе-хе, а давай сфоткаемся? — О, точно, нужно обязательно сфоткаться! — Доставайте камеру! Идея тут же всем понравилась, все уже вставали в ряд, пока Ханагаки стоял в трансе. А очнулся он только тогда, когда ему на голову легла тяжёлая рука Дракена и за спину приобнял Чифую. Так, нужно встать ровнее... стоп. Пока Такемичи изворачивался, то заметил взгляд Майки, ревностный и внимательный и... А, вроде, показалось, или нет... Ладно, он подумает над этим позже. — Все вместе! Cheese! Дальше много радостных возгласов, поздравлений, подарков. Кстати, ничего сверхъестественного не было. Обычные предметы. Не машины, не айфоны. Но чем дальше – тем веселее. Все ели, веселились, творили дичь, а Ханагаки вообще был в центре внимания, конечно же, вместе с именинником. — А станцуйте вальс! — О-о, вот это я понимаю! — Давайте, Майки, Такемичи! — Ч-что? Ну-у... – промямлил капитан. — Давай, Такемучи! – не дождавшись, когда тот даст ответ, Сано утянул героя в танец. Он медленно скользнул одной рукой от спины к талии, его руку взял в свою. — Вот, так, да... Раз, два, три. Раз, два, три... Кружась в лёгком танце, при этом смотря в глаза своего партнёра – вот где истинное успокоение. До этого учащённое сердцебиение сейчас ритмично билось в такт медленной мелодичной музыке. Плечи постепенно расправлялись, как будто беспокойства ранее и вовсе не было. Но, к сожалению, момент не может длиться вечно. Песня закончилась, далее послышались аплодисменты, положительные комментарии и... разочарованный вздох Майки?

***

— Это было ахринительно! — Да-а-а, давно не было так весело! — Мы благодарим от всей души! Праздник закончился, пора расходиться по домам, вот все и собирались, но вдруг... — Милашка, останешься на пару слов? Обворожительная улыбка, соблазнительный шёпот – всё это предвещало нечто очень интересное. — Х-хорошо. Под вопросы типа " А Такемичи?" Майки дружно выпроводил всех из дома, после проходя с капитаном в гостиную. Молчание. Проклятое неловкое молчание. Но слова и не нужны. Сано слишком хочет сделать это. То, чего хотел уже очень давно. — Мхм... Головокружительное сплетение губ и языков, катастрофическая нехватка воздуха, плавящее изнутри чувство – это их поцелуй. Первый, но и не последний. Дальше их становится только больше, всё более развратных и жадных. Параллельно Манджиро медленно вёл руками по телу своего партнёра, забираясь руками под одежду, наконец стягивая её абсолютно всю. — Ха-а-а... Мм! – шаловливые ручки Майки добрались и до члена Такемичи, медленно надрачивая, наблюдая за реакцией, которая ему очень даже понравилась. — Хе-е-е, а если я сделаю так? – игриво протянул главнокомандующий Тосвы, сажая Ханагаки к себе на бёдра. Так, чтоб его задница полностью почувствовала его желание, пускай пока и через штаны. — Ну, как тебе, милашка? — Мм, сними... – капитан потянулся сначала к футболке, а потом, привстав, к штанам и трусам Майки, быстро снимая, обнажая немаленьких размеров хозяйство. — Ну как, тебе нравится? – всё тот же игривый тон. — А что если мы соединим их вот так! — А-ах! Теперь Сано водил одной рукой по двум членам, заставляя бесстыдно стонать своего героя, а иногда слыша тихие звуки и от себя. — Оближи пожалуйста, Такемучи. – другую он дал ему. Ханагаки жадно вобрал пальцы, обсасывая со всех сторон, заставляя Манджиро смотреть на него неотрывно, пока тот пережимал их члены у оснований. А когда слюны стало достаточно, рука исчезла изо рта, сразу появляясь в другом месте, проталкивая первый палец, затем и второй. Капитан начинал входить во вкус, вскоре самостоятельно насаживаясь, тихо поскуливая, глазами прося о большем. Ну как тут отказать? Приподняв бёдра, Такемичи стал проталкивать в себя орган. С каждой секундой дыхание становилось всё чаще и чаще, взгляд вконец поплыл от нарастающего наслаждения, которое постепенно переходило на место боли. — Ха-а-ах! – он насадился до конца, блаженно закатывая глаза, подпрыгнув на пробу, чем вызвал сдавленный стон. — Да, ещё, Такемучи... Не стесняйся. – Манджиро приподнимает его бёдра, быстро опуская их, помогая двигаться партнёру.

***

Так прошло много времени. Звуки от шлепков разносились по всему дому, а грязные стоны прерывали ночную тишину. Но и этот миг не может длиться вечно, вскоре обоих накрыло блаженное окончание, позволяя выпустить эмоции и не только наружу. Потом они просто сидели на диване, всё в той же позе: Ханагаки сидит у Сано на коленях, утыкаясь ему в шею. — Такемучи... — М? – лениво послышалось рядом. — Я люблю тебя. — И я люблю тебя, Майки-кун.