На чужом языке

Я медленно открыл глаза. Всё было как в тумане. Сколько я спал и почему проснулся совсем в другой комнате? Неужели это снова Войд? Интересно, обязательно ли было бросать меня прямо на холодном и неудобном полу? С другой стороны, может быть он пытался спасти меня от опасности.. В любом случае меня не может не радовать факт, что я до сих пор жив и чувствую все свои конечности. Ну.. Или почти все. Моя спина снова предательски болит, не позволяя мне расслабиться ни на минуту. Шатаясь и переминаясь я побрёл в сторону следующей двери. Погодите ка, а какой номер следующий? Прямо передо мной находятся две одинаковые двери, но с разными номерами. Я прекрасно помню, что за одной из них сидит уже знакомый мне Дюп. Всё бы ничего, но проблема в том, что я совсем не знаю в какой по счету комнате нахожусь. Номера предыдущих дверей замазаны, остаётся только гадать. Я открываю дверь с номером 36, и в следующую секунду Дюп грубо толкнул меня на пол, оставив огромный шрам на груди. Номерная табличка с громким треском упала на пол. Я скорчился от боли, а мой пульс участился. Я часто, нервно дышал в попытках вдохнуть полную грудь воздуха и прийти в себя. Медленно, с большим трудом, но я встал на ноги. Самочувствие просто ужасное, как бы не потерять сознание. Никогда бы не подумал, что оказавшись в отеле своей мечты, я однажды об этом пожалею. Здесь я совсем один, никто не действует мне на нервы и не пытается заговорить со мной. Если не брать в счёт монстров, конечно же. Они хоть и не умеют разговаривать, но порой серьёзно ранят меня заставляя мучаться. Каждая новая смерть заставляет меня лишь снова убедиться в том, что мне не стоит бояться ничего, кроме мучительной физической боли. Все душевные страдания остались где то там, с людьми. Я уже почти позабыл о том, что было по ту сторону реальности. Я так давно хотел забыть обо всём, что произошло где то в моей прошлой жизни, полной вечного страха перед обществом, перед будущим и настоящим. Перед самим собой. Здесь мне никак не помешают мои дефекты речи и внешние недостатки. Здесь меня пытаются поймать не для того, чтобы наругать за что то. Для них я не более чем лёгкая добыча. А они для меня не более чем единственная опасность.