Язык жестов

      Т.к. в работе присутствует вымышленная география, вот краткая информация по стране, в которой будут развиваться все события:       Страна: Тофрелла       Город (столица): Коргард       Расположение: между Китаем и Южной Кореей.       Фразы на языке жестов будут выделяться вот так: ^Привет^.

•*´¨*•.¸¸.•*´¨*•.¸¸.•*´¨*•.¸¸.•*´¨*•

      — Вы уволены.       Девушка так и замерла с чашкой кофе в руках, подняв широко раскрытые от непонимания глаза на строго смотрящего на нее правителя.       — П-простите? — Она нервно поправила прядь золотистых волос, убрав локон за ушко. — За то, что опоздала на десять минут?       Руки предательски затряслись, и она обхватила чашку обеими ладонями, чтобы не выронить ее.       — Именно, — он сложил руки в черных облегающих перчатках на стол перед собой, скрестив пальцы.       Девушка почувствовала, как защипали глаза. Она поджала губы и уже еле сдерживала слезы. Она так долго сюда пробивалась. Начинала буквально с горничной. Дослужилась до зама. И что, вот прямо сейчас ее увольняют за то, что она опоздала на какие-то грёбанные десять минут? Пять лет была чуть ли не лучшей подчиненной. И неужели все закончится прямо тут и сейчас? Она знала, что он всегда много требовал. Она старалась изо всех сил, но что-то опять пошло не так. Он разрушит ее карьеру, а в последствии и жизнь, всего одной бумажкой. Она не первая и далеко не последняя. Многие считали его как человека — психом, а как правителя — идеалом. Тофрелла была чуть ли не лучшей страной мира. Уровень жизни здесь мог бы посоревноваться даже с такой идеальной Швейцарией. Это стоило многих жертв со стороны государства, самого Антона и его семьи.       — Это несправедливо, — не выдержала девушка и, оставив чашку с кофе на столе, вышла из кабинета, хлопнув дверью.       Антон покачал головой, поправил на себе уже такой привычный корсет и опустил взгляд в скучные бумаги. На самом деле он уже давно ее хотел уволить, просто потому что ему с ней было некомфортно работать. Антон не мог даже сам себе объяснить, что именно ему в ней не нравилось. Девушка просто в целом начала вызывать неприязнь в последнее время. Именно поэтому он уже заранее отобрал на ее место нового человека, и как раз сегодня тот должен был явиться на собеседование. Антон особо не волновался по поводу того, что и этот новенький мог ему не подойти. Свято место пусто не бывает. А пост второго секретаря во дворце Шастуна уж тем более. Парень был уверен более чем на сто процентов в том, что еще было множество желающих занять такую почетную должность. Антон прокрутился на своем кресле и подкатился к огромному окну, взглянув на раскинувшийся под ногами город и ожидая прихода, как он все-таки надеялся, его будущего работника. Ну, если тот, конечно, осилит все эти испытания.

•*´¨*•.¸¸.•*´¨*•.¸¸.•*´¨*•.¸¸.•*´¨*•

      Арсений нервничал весь вчерашний вечер и все утро, что ехал до дворца. Нервничал потому что… А кому на работе нужны инвалиды? Правильно, никому. По крайней мере, Арсения в этом уже было не переубедить. По рассказам родителей, которые раньше работали у Антона во дворце, Арсений прикинул, что протянет он с этим тираном от силы недели две. И то, в лучшем случае. Однако, финансы семье были весьма необходимы, поэтому, когда поступило такое предложение, грех было им не воспользоваться. На случай, если Арсения все же примут каким-то чудесным образом, он сразу собрал с собой все нужные вещи для проживания на новом месте. Хотя сам Попов очень сомневался, что правителю понравится его кандидатура, но не попробуешь — не попробуешь. В конце концов, он ничего не потеряет, если его выпнут оттуда. Во дворце его встретили довольно строго, однако сразу наказали ждать прихода девушки. Попов понятия не имел, какой именно. Арсений сжимал ручку с блокнотом немного вспотевшими руками и оглядывался по сторонам, надеясь, что его скоро заберут с первого этажа и скажут, в каком направлении двигаться. Вскоре к нему подошла невысокая девушка и, убрав локон за ушко, аккуратно коснулась его плеча.       — Добрый день! Добро пожаловать, — она тепло улыбнулась Арсению, — меня зовут Оксана. Вы на собеседование, все верно?       Арсений кивнул и последовал за девушкой, которая проводила его до нужного кабинета. Она пожелала ему удачи и удалилась вдоль по коридору, а Арсений встал напротив двери и, посверлив ее взглядом пару минут, настроившись на разговор, аккуратно постучался. Он вошел в кабинет после разрешения и занял место на кресле за столом напротив правителя. Тут было свежо, и дышать стало чуточку легче. В руках от волнения чувствовался слабый тремор, и Арсений был благодарен самому себе за то, что заранее написал текст в блокноте, который протянул Антону. Зеленые глаза сразу забегали по аккуратно выведенным буквам.       «Здравствуйте. Меня зовут Арсений Попов. Надеюсь, Вы помните такую фамилию. Мои родители не так давно уволились по состоянию здоровья.»       Антон поднял на пару секунд глаза на Арсения, ухмыльнулся чему-то, видимо все-таки вспомнив, о ком шла речь, и опять опустил их в уже немного потрепанный блокнот. Арсений потер ладони об штаны и решил отвлечься, рассмотреть кабинет, пока правитель вычитывал текст. На удивление Арсения, тут не было чего-то слишком вычурного, необычного. Книжный шкафчик с огромным количеством папок и со стеклянными дверцами, черный, кожаный диванчик, массивный рабочий стол напротив входа в кабинет и окно. Оно больше всего понравилось Арсению. И светло, и красиво, и прыгать в случае чего удобнее. Попов поджал губы. Когда-нибудь он перестанет страдать этой фигней, честно.       «Я немой после проведенной операции вследствие аварии, хотя такие подробности скорее излишни, простите. Общаться могу с помощью этого блокнота, сообщений в телефоне и языка жестов, но его почти никто не знает, вряд ли Вы станете исключением. В целом я трудолюбивый, личной жизни не имею и большую часть времени могу посвящать работе. Можете спрашивать, что Вам нужно, я достаточно быстро пишу и много времени у Вас не займу этим самым.»       Антон опустил открытый блокнот на стол, из-за чего страничка перевернулась, а перед глазами Антона предстали несколько бытовых фраз вида «Мам, не переживай, прорвемся», «У меня все хорошо, я просто хочу побыть один». Но последняя Антону понравилась больше всего: «Юля, иди нахер, пожалуйста. Если я гей, это не означает, что ты можешь сводить меня с каждым парнем на планете. Это так не работает». Губ Антона коснулась мимолетная улыбка, а после лицо вновь приобрело строгий вид.       — Я действительно припоминаю твоих родителей, Арсений. Тогда еще этот пост занимал мой отец, — Антон отодвинул двумя пальцами блокнот его владельцу и поставил локти на стол, переплетя пальцы на руках в замок, — Меня не особо колышет твой дефект речи, потому что по рассказам моего отца твои родители были одними из лучших подчиненных. Я предполагаю, что ты будешь соответствовать им и что от тебя можно будет ожидать отличных показателей, несмотря ни на что.       Арсения немного отпустило после услышанных слов. В ответ он только кивал и иногда все-таки покусывал губы от волнения, прижав блокнот к груди.       — У тебя будет неделя испытательного срока, — вновь кивок, но уже более уверенный, — позже познакомишься со своими основными коллегами, один из них проведет тебя до твоей комнаты, а после до рабочего кабинета. Да и вообще, расскажет и покажет все, что нужно. С Оксаной ты, вероятнее всего, уже знаком, — Арсений кивнул и опустил блокнот себе на колени, — она главный секретарь и моя правая рука. Также в твоем кругу тесного общения буду, естественно, я, и еще парочка человек. Надеюсь, вы поладите. В любом случае, это уже все сугубо в ваших интересах. Мне важен лишь достойный результат работы.       Арсений вздохнул. Какой-то сильно душный оказался этот Антон. Брюнет представлял его несколько иначе. Более строгим, что ли.       — Твоя задача будет заключаться в том, чтобы помогать Оксане с бумажной работой и по возможности следить за порядком во дворце. Однако, сразу уясни: если я вызываю тебя к себе в кабинет, ты бросаешь абсолютно все свои дела и летишь сюда. В противном случае, ты вылетишь отсюда, как пробка. Режим работы с девяти утра до восьми вечера, но может по ситуации варьироваться. Ну, — Антон облокотился спиной назад, — в принципе, у меня все. Подпиши вот тут, что ты согласен со всеми условиями, и Сергей проведет тебе экскурсию. К работе приступишь с завтрашнего дня, с понедельника, как и положено.       Попов прочитал документ, пока Антон вызывал этого Сергея к своему кабинету, поставил свою подпись и, поблагодарив парня с помощью жеста, вышел в коридор, где его уже ждал низкорослый парень. Они обменялись рукопожатиями и пошли вдоль длинного коридора. Новый знакомый Арсения и теперь его коллега проводил сперва до кабинета, где уже было приготовлено его рабочее место. В воздухе витала весьма уютная рабочая атмосфера. Возможно, Арсению тут даже понравится. Далее они прошли в столовую на первом этаже, а наконец после нее Попову показали его комнату. Довольно просторная, в светлых тонах и весьма уютная. Он поблагодарил Сережу словами на бумаге и попрощался с ним, спустившись вниз к машине, чтобы забрать все вещи.       Затащив свои баулы в комнату, Арсений завалился на огромную кровать звездочкой и вздохнул, чувствуя, как загудели его ноги от усталости. Самому еще не верилось, что его приняли. В голове всплыли слова Сергея о правителе, пока они шатались по дворцу. «Ты не думай, он не всегда такой строгий. Психованный бывает временами, да, но с его то количеством обязанностей это естественно.» Брюнет оглядел еще разок свою комнату. Высокие потолки, дорогая светлая мебель, панорамные окна с автоматической гардиной, кремовые шторы и еще несколько вещиц для уюта, типа пуфиков и пушистых круглых ковров. Он заставил себя усесться на кровати, дотянулся до одной из сумок и принялся расставлять некоторые вещицы на тумбочку рядом с собой. Порой он улавливал голоса людей, проходящих мимо по коридору, и с непривычки немного пугался.       Через полчаса все окончательно затихло, и Арсений решил, что, возможно, все разошлись по своим комнатам. Он к этому времени уже разложил все свои вещи по комнате, сходил в душ и устал еще больше. Вынув из тумбочки альбом с карандашом, Арсений раскрыл его на чистом развороте и неожиданно вспомнил, что еще не связывался с семьей, которая все еще скорее всего сидела, как на иголках. Написав в группу с родителями и родной сестрой, что его приняли на испытательный срок, и вроде пока все хорошо, он принялся водить карандашом по белому листу, иногда отвлекаясь на сообщения.       Рисование его успокаивало. Так он мог выплеснуть свои эмоции, которые были по большей своей части далеко не положительными. Его вечно беспокоил ряд вопросов, на которые он до сих пор не мог дать нормального ответа. Почему люди были такими жестокими существами? Он отложил карандаш на альбом, что лежал на его коленях, и, задрав рукав кигуруми, оголил руку с зарубцевавшимися порезами. Он сам себе уже очень часто говорил прекращать страдать подобной фигней и не обращать внимания ни на кого, но игнорировать колкие фразы пока как-то не получалось. Если бы это увидела Юля, она бы, наверное, расстроилась. Или разозлилась бы. Арсений провел подушечкой большого пальца по ране и закусил губу. Снова сейчас себе пообещает этого больше не делать, и снова сорвется через какое-то время. Почему, если кто-то не такой, как все, не соответствует стандартам, навязанными обществом, то его готовы сожрать живьем? Почему люди не могли банально войти в положение таких «исключений»? Почему его осуждали за недостатки, которые не зависели от него самого? Он не выбирал: быть немым, или нормальным. Его вины в этом не было. Он и без всех этих упреков и осуждающих взглядов знал, что он неудобный.       Телефон вновь дал знать о новом сообщении, и Арсений, шумно выдохнув и спрятав руку в рукаве, потянулся к нему. Ему просто хотелось, чтобы о нем кто-то заботился. Он хотел почувствовать себя нужным еще кому-нибудь, не только своей семье.

•*´¨*•.¸¸.•*´¨*•.¸¸.•*´¨*•.¸¸.•*´¨*•

      Зеленые глаза наблюдали за тем, как брюнет рисовал, сидя по центру кровати и иногда отвлекаясь на телефон. Антон не знал, что конкретно хотел увидеть. Он просто пялил в экран ноутбука, сидя в своей комнате, и временами отвлекался на приставку. Было бы интересно узнать, что скрывалось за душой у этого обладателя насыщенно-голубых глаз. Сам парень, сколько бы не казался таким строгим, серьезным и требовательным, на самом деле хотел бы, чтобы перед сном он мог прижать кого-нибудь к себе, пожаловаться на то, как сильно он устал, и, получив пару поцелуев, засыпать. Он хотел оберегать, дарить любовь и получать ее в ответ. Антон создал образ, просто картинку, которой теперь должен был соответствовать, но сил с каждым днем становилось все меньше, а нерешенных вопросов — все больше. Некая чуйка ему уже давно подсказывала, что пора было бы уже как-то решать этот вопрос, но у Шастуна руки не доходили. То одно, то другое… Какие ему тут знакомства, если дел было невпроворот? Однако, тут на самом деле крылась еще одна проблема. Финансовое положение, да и в принципе положение в обществе. Пока он не нашел такого человека, которого бы интересовал именно сам Антон, а не его статус, деньги и прочее.       Шастун устало вздохнул и потер лицо ладонями. Следовало бы уже ложиться спать, потому что завтра его вновь ожидает море работы, да еще и с новым сотрудником. Выключив ноутбук и приставку, долговязый парень разместился на кровати и, после нескольких минут проверки соцсетей, провалился в глубокий сон.