Сигма-сан?

Позволительно ли влюбиться в своего ученика, если ты его репетитор по экономике, а он младше тебя всего лишь на три года? Тяжёлая задачка. Кто-то скажет, что нет, а Сигма скажет: «я не удержался».

Всё начиналось с привычных формальностей, отношения на уровне «ученик и учитель», ничего большего, но со временем оказалось, что они имеют довольно много общих интересов, что в принципе кажется логичным, ведь разница в возрасте не такая большая. Формальное общение плавно переросло в более близкое, оно вышло за рамки занятий и со временем состоялась даже их первая прогулка вместе. У Сигмы было не так много друзей или знакомых, с которыми он мог проводить всё свободное время, так что он практически никогда не отказывался, а иногда и сам приглашал Ацуши прогуляться. Со временем даже стало стыдно брать с парниши деньги за занятия, поэтому длинноволосый перестал это делать, как бы блондин не просил. «Сигма-сан, возьмите хотя бы шоколадку!»–возмущённо восклицал Ацуши, вскакивая из-за стола под тихий смех старшего. Прикосновения больше не были чем-то неловким и почти неощутимым, Ацуши был довольно тактильным парнем, а Сигма.. Сигма просто был не против. Не против, когда Накаджима хватал его за руку и тащил куда-то, активно что-то рассказывая, не против, когда руки младшего обвивались кольцом на его талии, заключая в, наверное, самые милые объятия в его жизни, не против, когда блондин легонько щипал его за щёку, а после отпускал тихий смешок, прикрывая рот ладонью. Ацуши подметил, что во время занятий Сигма кажется более серьёзным и даже грозным, чем является на самом деле. Это казалось ему забавным и даже милым. –Совсем чуть-чуть осталось. Выдели маркером самое важное и нужное. Сигма легонько треплет светлые волосы, пропуская мягкие пряди сквозь пальцы и позволяя себе немного задержать руку. Он внимательно смотрит в блокнот парниши, ожидая от него следующих действий, но вдруг чувствует что-то шероховатое на своей щеке. Ацуши провёл по ней короткую розовую полоску маркером, вгоняя старшего в секундный ступор, а после него осознание действия в контексте. Он улыбается. –Я имел в виду самое важное в конспекте, но если так.. –Сигма аккуратно берёт маркер из его руки и проводит такую же короткую полоску по чужой щеке. Этот мальчишка слишком часто заставлял юношу улыбаться, чувствовать лёгкое покалывание под рёбрами в области сердца, ощущать тех самых бабочек внизу живота, что острыми крыльями, а может и лезвиями, терзали нутро, усиливая тоску от мысли о том, что это как-то неправильно. Ученик и учитель, пускай и с такой маленькой разницей в возрасте, не могут быть вместе, так ведь? Ацуши думал так же. –Сигма-сан, как Вы смотрите на то, чтобы прогуляться? –Накаджима улыбнулся, закрывая свой блокнот для конспектов по экономике, отодвигая его в сторону. –Ацуши, мне кажется, мы общаемся уже достаточно близко, чтобы перейти на «ты». Мне неловко. И да, конечно, я не против. –старший поправляет свои пушистые, слегка торчащие волосы, рукой зачёсывая их назад, словно это чем-то поможет и надоедливые цветные пряди перестанут лезть в глаза. От одной улыбки этого яркого, буквально солнечного, мальчика хотелось улыбаться в ответ, на душе было одновременно так легко и неспокойно, чувства тугим комом оседали в глотке, не давая сделать глубокого вдоха, чтобы успокоиться. –Хорошо-хорошо, я постараюсь. Пойдём! -только Сигма набросил на плечо свою сумку-шопер, как парень уже подхватил его под локоть и повёл в прихожую. Солнце напоследок прыснуло лучами по оконному стеклу, окрашивая его розово-рыжим цветом заката, медленно прячась за горизонт — время близиться к вечеру. Лёгкий ветер приятно холодит кожу, развивает пушистые волосы, играется с ними. Не смотря на него и сырость после дождя на улице было тепло, не так душно, как днём. Ацуши сидел на качели, покачивал ногами в воздухе, почти доставая ими до земли, и смотрел вниз на грунтовую дорожку пустой площадки. Выходной день, а ни души. Может это и к лучшему? Сигма стоял рядом, опираясь плечом на вертикальную балку, что служила одной из наполовину вырытых из земли опор для двух скрипучих качелей, одной рукой немного раскачивая Накаджиму. Он привык так делать каждый раз, когда тот садился сюда. Раскачивал, хотя тот вполне мог сделать это сам, и садился на соседнюю качель. Этот раз не стал исключением, юноша присел на вторую качель. Он тепло улыбался, слушая очередную историю блондина о его буднях в школе или ещё о чём-то.. он больше следил за выразительной мимикой лица и жестами парниши, это казалось ему забавным. –Сигма-сан, может Вы.. то есть, ты тоже что-нибудь расскажешь? -Накаджима встречается с немного растерянным взглядом старшего от внезапно заданного вопроса и неловко улыбается. Кажется, он поставил его в неловкое положение только этими словами. –Даже не знаю, что тебе рассказать.. у меня всё не так интересно, я не думаю, что ты захочешь слушать о том, как мне надоели мои коллеги. Прекрасные, замечательные люди, с ними точно не соскучишься, но иногда я молюсь о том, чтобы нас поставили на разные смены. Сигма с кривой улыбкой на лице вспоминает своих горячо любимых коллег – Николая и Фёдора, и если второго, когда он один, переносить ещё реально, то Николая невозможно. Если они вместе, то здесь остаётся только смириться с неизбежной нервотрёпкой. Несколько раз они пересекались во время прогулок, из-за чего пришлось знакомить коллег со своим учеником, который, в прочем, был даже рад такому стечению обстоятельств и искренне не понимал, почему репетитор так спешил забрать его и уйти. –Они всё равно не кажутся мне настолько невыносимыми, но это ты с ними работаешь, а не я, так что, тебе всё же виднее.. -Ацуши задумчиво перевёл взгляд вниз, под ноги и вновь уставился на грунтовую дорожку, пришлось подвинуться немного вперёд, чтобы достать ногами до земли и начать вырисовывать какие-то незамысловатые узоры на песке носком кроссовка. Он слышит, как репетитор хмыкает в ответ. Солнце уже почти село, но его лучи всё ещё просачивались сквозь густые ветви деревьев, высаженных возле площадки, попадая прямо в глаза и заставляя прищурить их, а после вовсе отвернутся. –Ацуши, может прогуляемся? Старший уже успел встать с качели и протянуть руку блондину, который тут же охотно соглашается и берёт его ладонь в свою, сплетая пальцы в замочек. Невероятно милый и смущающий жест, Сигма чувствует, как его щёки краснеют, поэтому спешит отвернуть голову и прикрыть лицо длинными волосами. По телу пробегает табун мурашек, когда он чувствует сначала одну, а потом вторую руку на своей талии, обвившие её в прочное кольцо, не давая сделать и шагу. Юноша неловко улыбается и обнимает младшего в ответ за плечи, одной рукой проведя по мягким пепельно-белым волосам.

Как жаль, что он не может контролировать биение своего сердца. Прислонившись щекой к его ключицам, Накаджима наверняка слышит бешеные ритмы давно влюблённого сердца, чем заставляет старшего занервничать. Где-то в центре грудной клетки всё сжимается и тугим комом поднимается вверх к кадыку, принуждая напряжённо выдохнуть и просто ждать, чем всё это закончится.

–Сигма-сан, Ваше сердце.. Вы нервничаете?

Зачем ты, блять, заметил?

Он пропускает мимо ушей очередное обращение на «Вы», нервно, сквозь ощутимую тяжесть, сглатывает, стараясь избавиться от ощущения кома в горле и выдаёт: –Нет, что ты, всё хорошо. Оно.. часто так.

Часто так в твоём присутствии.

–Сигма-сан.. -блондин неловко улыбается и его щёки, кажется, краснеют. –Вы мне нравитесь.