Балласт

— Генья, подожди!.. Да стой же!.. Стоило им выбраться из дома, Генья вырвался и тут же скрылся где-то в темноте. Исчез. Мина перевела дыхание и тут же невольно опустила взгляд вниз, на землю. В который раз за вечер чертыхнулась. — Ты, что, думаешь, это смешно? — процедила она, уставившись на уже знакомую подброшенную куклу, которую она выкинула куда подальше еще где-то там, в лесу. — Хочешь, чтобы я поиграла с тобой, что ли? Так выходи. Или мы сначала в прятки поиграем? Я, вообще-то, уже старовата для этого, если ты не видишь. Как и ожидалось, Мине никто не ответил. Она нахмурилась, поморщилась: дышать стало будто тяжелее. Воздух будто наполнялся какой-то едкой дрянью — болотными испарениями. Сердце Мины забилось быстрее: не хватало еще, чтобы эта тварь тут яд выпустила. Так попасться к нему в лапы будет еще проще — на то он наверняка и рассчитывал. Глаза невольно начали слезиться, а ноги подкашиваться — земля снова стала уходить из-под ног. Мина тут же недолго думая запрыгнула на дерево, убрав катану за пояс. Эта тварь была где-то рядом, ее склизкое присутствие ощущалось будто и на земле, и в воздухе — везде. Но, видимо, ранее ей не везло на встречи с охотниками, раз она думала, что простыми вонючими испарениями их можно было так легко взять. Мина прикрыла глаза, сделала глубокий вдох. Техникой дыхания было полезно уметь пользоваться не только в открытых боях. Всего спустя мгновения чувство легкости и ясности заполнило каждую клеточку, перед глазами больше ничего не расплывалось, а ноги не подкашивались. Порядок. Мина перевела взгляд на землю — никого, вокруг — мертвая тишина. Генья тоже поблизости нигде не маячил: бросили ее тут все — и демон, и проблемный мальчик. В любой другой ситуации Мина бы этому только порадовалась, но сейчас нужно было как можно скорее поймать эту болотную гадость и не дать ей затаиться где-нибудь до рассвета. У Мины были и другие дела, между прочим. В штабе наверняка ей уже расписали миссии на месяц вперед. Мина снова спрыгнула вниз, подобрала куклу и с силой сжала ее в руке. — Ты мне ее даришь? — с напускным сомнением спросила она, отрывая кукле сначала одну руку, затем другую. — Знаешь, у меня в детстве никогда не было игрушек. Лет до семи мне было даже как-то за это обидно. Я бы с радостью сейчас во что-нибудь поиграла, но эта… эта твоя игрушка мне не нравится. Ты уж извини. На землю упала замызганная тряпичная кукольная головка. Позади со стороны хижины послышался скрип. Мина обернулась. Дверь, которую она точно успела захлопнуть за Геньей, снова отворилась. — Я уже была у тебя в гостях, — Мина сжала в руке катану. — Грязновато там у тебя. Прибрался бы, раз ждал нас. Снова послышались шорохи, больше напоминавшие шлепанье босых ног. — Поиграй со мной. Пожалуйста… Поиграй, — тонкий детский голосок раздался из-за приоткрытой двери. Мина словно по чужому немому приказу сделала шаг вперед. — Извини, — нарочито сухо повторила она, щурясь. Пытаясь в кромешной тьме разглядеть хотя бы силуэт монстра. Тщетно. — Меня дома ждут мои братики-сестрички. Я уже им пообещала поиграть. И кукол новых привезти. В одной токийской лавке уже присмотрела. Вот получу за твою голову деньги — сразу куплю. Хиери порадуется. Давай, выходи. Дверь с резким грохотом упала на землю, будто сорвалась с прогнивших петель. Снова послышались тихие шаги. В пустом проеме наконец показалась маленькая фигура. Мина хмыкнула. Тварь в обличии ребенка, конечно. В таком образе даже проще заманивать несчастных детей к себе на ужин. Играть с ними. Мина больше не стала осторожничать и ждать первого хода, удара демона — тот явно не собирался нападать первым. Будто действительно Мина совсем его не интересовала как возможная тушка для забивки. С Миной хотелось поиграть — только и всего. И, может быть, после игрищ выпотрошить и повесить дома — как трофей. Сделать игрушку в человеческий рост — такой у демона еще не было. Мина за считанные мгновения снова оказалась внутри дома — тут же ее клинок вонзился во что-то мягкое. На пол упали зеленые кисти рук с проросшим мхом на запястьях. В дальнем углу что-то скрючилось, зашипело — и снова исчезло. Мина сразу поняла — сражаться демон не собирается — только заманивает. Сейчас снова спрячется. Мина метнулась в комнату, где лежали банки с законсервированными трупами. Начала бить первую, вторую, третью — по порядку, не переводя дыхания. — Не трогай их… Не надо… Они наши друзья… Позади раздался всхлип. Мина обернулась. В паре шагов от нее стоял грязный, поросший травой мальчик с трупным цветом лица. По щекам его дорожками текла мутная слизь, а вместо рук болтались какие-то жалкие обрубки. Мина цокнула языком: это чудо даже толком регенерировать не могло. Видимо, давно человеческой плоти не нюхала — что странно: вон, сколько непочатого замаринованного добра тут было собрано. Скорее всего, демон заботился здесь не о своем пропитании. — У тебя тут есть друзья, да? — пробормотала Мина, бледнея. Судя по наводкам, в этих краях водился только один демон — вот это болотное недоразумение. Следов других тварей здесь не находилось. — Он… разозлится… Очень разозлится, — снова залепетало нечто и двинулось на Мину, размазывая по перекошенному лицу грязные слезы. Мина не стала ждать, когда существо на коротких, опутанных липким мхом ножках, доковыляет до нее. — Впервые вижу, как вы плачете, — только и бросила она перед тем, как замахнуться катаной. Маленькая голова с выпученными угольными глазами отлетела и покатилась куда-то в темноту, прибившись к останкам необглоданных детей. Мина перевела взгляд на банки — в голове зазвенела мертвая тишина. Слабый демон. Охотников явно никогда в глаза не встречавший. Даже сражаться не особо способный. Ребенок. Самый настоящий ребенок. Коих много тут прело в банках. Мина нахмурилась, пристально уставилась на оцепеневшее, уже начавшее распадаться тело. Ему наверняка не было и двадцати демонических лет. Сейчас демон был мертв, но дышать Мине легче нисколько не стало. Это всего лишь приманка. Все они приманка. Все они чей-то ужин. Где-то здесь водилась тварь посильнее и пострашнее. Та, для кого все это готовилось. Та, для кого заманивались и дети, и они. Со стороны северной части леса внезапно раздался выстрел. От неожиданности Мина вздрогнула, ахнув. «Генья!..» Она тут же рванула прочь из гиблого дома. Между тем по лесу прокатился второй выстрел, третий. Мина буквально летела, перепрыгивая с дерева на дерево. Летела, чтобы не опоздать. Кроме огнестрела у Шинадзугавы Геньи не было абсолютно ничего. Разве что слабоумие и отвага. Против сильного демона с таким набором не пойдешь, но Генья особенный, Генья побежит, понесется сломя голову в лапы собственной смерти. Чем дальше Мина бежала, тем больше ее начинали обуревать тревожные сомнения. Присутствия демона она совсем не ощущала: то ли чуйка подводила, то ли… Здесь происходила какая-то самая настоящая чертовщина. — Генья!.. — Мина сорвалась на хриплый крик. В ответ — тишина. Ни выстрелов, ни каких-либо звуков борьбы. В какой-то момент на Мину накатило тупое чувство, будто она и вовсе просто заблудилась. Никаких демонов здесь больше не было — только она и уже начинающий сдавать ее трезвый рассудок. Мина остановилась. Над головой раздалось приглушенное карканье — на плечо ей присел появившийся будто из ниоткуда ворон-посланник. Мина быстро достала клочок бумаги, написала пару строк. Передала ворону — тот тут же взмыл в непроглядное черное небо. Мина же снова сорвалась на бег. Сколько она ни охотилась, она еще ни разу не встречала, чтобы один демон прислуживал другому, чтобы один добывал еду для другого. Такая своеобразная иерархия, по информации штаба, работала только в рядах Высших демонов, остальные же твари чаще всего были каждый сам за себя, никто никому не прислуживал. Значит, вляпались они с Геньей в совсем уж откровенное дерьмо. За все время работы в Организации Мине еще ни разу не посчастливилось встретить кого-то из «свиты» Мудзана Кибуцуджи — Высших и Низших лун. В отличие от остальных охотников, которые только спали и видели, как они наконец найдут и поквитаются хотя бы с приближенными демонами Прародителя, Мина молилась всем богам, чтобы судьба ее не свела ни с одной сильнейшей тварью. Мина не столько боялась этой первой и последней встречи, сколько постоянно изводила себя одной и той же мыслью: от ее убогой быстрой смерти в битве с какой-нибудь Высшей луной легче никому не будет. Ее семье, оставленной на произвол судьбы, уж точно. Она прибилась к Организации охотников совсем не для того, чтобы бороться за Правое Дело. Она знала, на что шла, а потому сейчас не испытывала никаких сомнений и колебаний. Преследовать кого бы то ни было из Высших-Низших лун она сейчас не станет. Все равно не справится, не выстоит. Умрет. Этого братики-сестрички ей точно не простят. Достать Хиери новую куклу она обещала во что бы то ни стало. И это сейчас ее волновало всяко больше, чем расчлененные дети в разбитых банках, забитые для кого-то из Высших-Низших. Им уже ничем не поможешь, а вот Хиери может очень даже расстроиться — вот этого Мина точно не допустит и себе не простит. Мина же хорошая сестра. Хорошая сестра и отвратительная защитница человечества. Мина вытерла катану о траву. Она совсем не хотела думать, жив был Генья или мертв. То, что демон почему-то удрал, в этом она нисколько не сомневалась. Также она нисколько не сомневалась и в том, что в ближайшие часы его точно поймают — если ворон успеет добраться с сообщением кому надо. Сейчас Мина должна была найти либо труп, либо полуживое тело напарника, а там уже действовать по ситуации. Миссию, как ни странно, они выполнили. Демона, который заманивал и убивал детей, они прикончили, наводку на второго демона, зверье покрупнее, передали. Все, хватит с них. Остальное — уже не их работа. Теперь осталось найти Генью. Мина в который раз за эту миссию про себя выругалась: до рассвета они явно не выберутся — Генью еще черт найдешь. Хоть бы в воздух стрельнул, напомнил о себе, ей богу. Если жив еще. Словно заслышав самые нелестные комплименты Мины в свой адрес, Генья наконец дал о себе знать — над лесом раздался выстрел. Мина тут же понеслась на звук. Близко, совсем близко. Мина даже поверить не могла, что ей так повезло: и миссию завершили, и очередного ее напарника не хлопнули. Обычно ей выпадало что-то одно. Мина замедлила шаг, когда услышала в нескольких метрах от себя подозрительное копошение в кустах. Далеко же Генья убежал — всего в нескольких десятках метров лес уже начал редеть — перед глазами открывалось заросшее поле. Видимо, точно решил погнаться тут за добычей покрупнее, да та улизнула. — Эй, ты там живой? Или отдохнуть прилег? Это от тебя тут демон удрал сверкая пятками, а? — Мина заметила слабо дышащее тело и тут же подошла ближе, наклонилась: скорее всего, Генья был ранен, раз ему повезло нарваться на серьезного противника. Мина не то чтобы была первоклассным медиком, но оказать первую помощь вполне могла. Сейчас она могла надеяться только на то, что этого будет достаточно, и Генья сейчас совсем не собирался на тот свет, нет-нет-нет. Мина склонилась над Геньей, невольно нахмурилась — лежал он лицом вниз, а кончики его темных жестких волос были будто испачканы в чем-то желтом — видимо, демон успел на прощание его еще и обплевать. Мина осторожно коснулась плеча Геньи, попыталась было его перевернуть, но не смогла — Генья будто решил посопротивляться, зафычал как загнанный в угол ежик. — Ты ранен? Не можешь двигаться? — в голосе Мины звучало плохо скрываемое беспокойство. Если Генья не будет подавать признаков жизни, это все только страшно усложнит. А что, если демон не просто сломал ему пару ребер, а сделал еще что похуже? Все-таки тварь была непростая. — Три… Три… — промычал внезапно Генья, даже не думая повернуть головы на Мину. Она в свою очередь только цокнула языком — поняла напарника на удивление без слов. — Третья Луна, значит, — невозмутимо бросила она, садясь на корточки и перекидывая на колени сумку. — Это уже неважно, не наше дело. Давай, я осмотрю тебя. Только не дергайся, пожалуйста, я осторожно… Стоило Мине снова потянуть Генью на себя, как она невольно дернулась, вскочила, тут же обнажив катану. Нечто, похожее на Генью, вперилось в нее чернющими глазами, которые будто вот-вот должны были вывалиться из орбит. Демон. Самый настоящий демон с самыми настоящими клыками и когтями. Только потрепанный сильно. Мине на этой миссии действительно потрясающе везло. — Это что еще за дерьмо… — прошептала она, бледнея. — Я… — существо демонического вида под напряженным взглядом Мины сплюнуло кровь, перевернулось и легло спиной на землю. — Я — Генья… Лицо Мины только сильнее вытянулось, но при этом осталось нечитаемым. — Да ну. Генья не успел сделать и вздоха — в грудину вонзилась катана. Кровь снова хлынула из глотки — Мина только поморщилась, отпрянула. Еще обувь тут не хватало испачкать демоническим дерьмом. — Стой… Послушай, я… Это я… Генья я… Мина присмотрелась: тело и правда было Геньи. Тело в демонической уродливой оболочке. Сложить два плюс два при таких переменных не составило труда. — Тебя обратили. Знаешь, что это значит? — холодным тоном отчеканила Мина, вытаскивая катану из груди «существа». Демон снова зашелся хриплым кашлем, выплевывая остатки легких. — Меня не обращали… — прохрипел он, с корнем вырывая и сжимая в руках траву. — Это я… Я человек… Мне нельзя… Нельзя сейчас умереть… Я… убить… Должен убить… Поверь мне, я — Генья… Мина слушала весь этот агонический бред, совсем не понимая, зачем вообще она это делала. Нужно было покончить с этим здесь и сейчас, но демон будто намеренно пытался заговорить ей зубы. Зачем? Он был слаб, почти не регенерировал после ее удара — неужели он рассчитывал ослабить ее бдительность и тоже убежать? — Мне жаль, — пустым тоном бросила Мина, смотря на скривившегося от пронзившей боли демона. Нет, сейчас она нагло врала. То, что теперь жило в теле Геньи, ей было нисколько не жаль. Никакого сочувствия к кровожадным демоническим тварям она никогда не испытывала. Сострадание, сентиментальности в ее работе только мешали. — Подожди… Подожди… Я с тобой… Я пойду… — снова прохрипел демон, пытаясь встать. Мина только сейчас заметила, что в районе бедра у демона зияла большая рваная рана. — Кажется, ваш род начинает вырождаться… — задумчиво пробормотала она. — Вы все тупеете и тупеете. Ты извини, я б с тобой поболтала, но уже скоро рассвет, мне идти надо. Вас еще много, живучих, осталось — работа зовет. Ты уж извини, но ручной демон мне не нужен. Мина нахмурилась. Демон и правда ей попался недалекий. Возможно, причина была в новообращении, а может, и правда эти твари начинали понемногу вырождаться. Плевать, сейчас это было совсем не важно. — Я… не демон… Мина присвистнула. Какой интересный больной кадр. Мина знала, что то, что сейчас говорило с ней, уже не могло быть Геньей. После обращения сущность демона сжирала все внутри: и плоть, и душу. Генья Шинадзугава уже был мертв — железно. — А кто ты? В охотники решил записаться? Извини, для таких у нас мест нет, — Мина снова направила катану на демона, но тот даже не дернулся. Словно успел уже отчаяться — эта охотница его точно не услышит. — Ты… Тупая… Я с тобой пойду… Убью всех… Солнце… Подожди… Солнце… Я докажу… — одними губами прошептал бессвязно он, снова начиная захлебываться в крови. В уголках чернющих демонических глаз забились две едва заметные слезинки. Мина поморщилась от чувства дежавю. Какие все-таки убогие пошли демоны — все на жалость пытаются надавить. И все же обрывать этот поток пустых бесполезных мольб отсечением головы от тела Мина не торопилась. Здесь было что-то странное, что-то не так. Демон, который когда-то, кажется, был ее напарником и правда будто был в сознании. И правда совсем не собирался на нее нападать, чтобы хотя бы попытаться выжить. Может, дело было в том, что где-то там, глубоко в сознании этого уже мертвого человеческого тела Генья все еще сопротивлялся, боролся? Нет, все это было невозможно. Человеку силу крови демона не одолеть, не подчинить. То, что осталось от Геньи — уже не спасти. Ему можно только помочь покончить с этой бессмысленной борьбой — неважно, что он там мычит про охоту. Он — не «особенная» Незуко Камадо, а она — не сердобольный Гию Томиока. У них история закончится иначе. Должна, по крайней мере. — Хочешь показать мне, как зажаришься на солнце? Знаешь, может, это по мне и не так заметно, да, но я не жестокая. Ты же сгоришь заживо, зачем мне оно надо? На страдания твои я смотреть не хочу. Да и думать о том, как ты запекаешься тут — тоже. Все-таки твоя человеческая тушка мне очень даже нравилась. Мина в недоумении вздернула бровь, заметив, как лицо демона скривилось в очень уж знакомой гримасе отвращения, а затем и вовсе залилось краской. Сегодня у нее явно был какой-то день открытий — демоны, оказывается, умели еще и краснеть. Вот только зачем, почему, для чего — это она, наверное, спросит уже по возвращению у Шинобу-сан. Та точно сможет объяснить, почему некоторые товарищи-демоны страдали внезапными приступами очеловечивания. Может, от Геньи в этом теле и правда что-то да осталось? Мина нахмурилась. С таким она сталкивалась впервые и добивать полуживого напарника она совсем не хотела. Все-таки это не одно и то же, что и обезглавить демона. Если она сейчас разговаривала именно с Геньей, если он действительно был в сознании, пусть и обращенный, она не могла просто взять и прикончить его. Не настолько она непрошибаемая отбитая. — Генья, ты слышишь меня? Это… все еще ты, да? — Мина и сама не верила, что решилась задать такие идиотские вопросы. Вот и демон смотрел сейчас на нее как на настоящую дуру. — Кто же еще… — снова хриплый кашель. — Ну не знаю. Демоническое отродье, может. На прежнего красавчика ты точно не похож. К горлу подкатил тугой ком. За этой уродливой демонической внешностью, кажется, действительно бился в агонии ее напарник и пытался достучаться до нее. А она все не слышала. Не хотела слышать. Мина сжала руки в кулаки. Прямо сейчас нужно было что-то решать. Незамедлительно. — А ты и правда сильный. Впервые вижу, чтобы так долго сопротивлялись обращению… Жаль, конечно, что демон тебя просто не убил. Видимо, ему нужен был новый мальчик на побегушках — его старого я уже сломала. Кстати, странно, что он решил сбежать. Может, подумал оставить меня тебе на закусь, а? Нет, глупо, нелогично. Хотя… вас ведь и не поймешь. Надеюсь, твой товарищ не надумает сюда возвращаться. Сейчас бы с тобой решить, что делать, — задумчиво бросила она, прижав палец к губам. Где-то там, в закорках сознания, просыпались новые и новые сомнения. Очень странное дерьмо. По девичьей спине невольно прошелся холодок. Больше всего на охоте Мина ненавидела встречаться с чем-то новым, непонятным. Потенциально опасным. А что, если это тоже какая-то ловушка? А что, если это вовсе не новообращенный демон, а тварь, которая приняла облик Геньи и сейчас для чего-то выжидала, заговаривая ей зубы? Пыталась играть, притворяясь ее бывшим товарищем? Нет, рисковать было нельзя. Мина невольно тряхнула головой. Неужели она решит поддаться? Почему? Потому что сейчас на нее жалобно смотрели эти бездонные, уже и вовсе чужие, незнакомые демонические глазенки? Нет, кого она обманывала: на нее сейчас смотрел именно Генья — недобитый, затравленный. Мина поджала губы — взгляд серых глаз стал жестче. Бред, глупость. Бывшие ее напарники тоже умирали чаще всего из-за собственного безрассудства — лезли в пекло, не слушали приказов, мешкали. Вот и Мина сейчас мешкала. Что сложного? Убей — и забудь. Она ведь поступала так на каждой миссии — еще ни разу ее руке не приходилось дрогнуть. Так что же она тормозит сейчас? Сознание Геньи рано или поздно окончательно разрушится — вопрос времени. Мина слишком любила осторожничать. Любила так же сильно, как и доверяться своему чутью: оно ее еще никогда не подводило. Взгляд у этого недобитыша был слишком уж осмысленным. Может, этот демон, Генья, действительно как та… эта, из мутной семейки Камадо? Может, такие образцы все-таки нужны были штабу? Может, убивать его пока было не нужно? Если оставили в живых ту сомнительную дрянь Камадо, то чем Генья-то был хуже? Наверное, тем, что за него вряд ли кто в штабе подпишется своей жизнью. Мина бы, например, точно не стала. В голове тем временем вспыхивали новые и новые вопросы, точного ответа на которые Мина совсем не находила. И это злило. Злило и пугало одновременно. До этой чертовой миссии в ее работе все было просто: демоны — абсолютное зло, которое нужно истреблять. За это ты получаешь деньги и со временем повышение по службе. Мине не нужно было думать, принимать какие-то решения самой, выходящие за рамки Устава. Она была идеальным солдатом — выполняла ровно столько, сколько приказано. Ни на шаг не отклонялась от поставленной задачи. Сейчас же она откровенно тормозила, сама до конца не понимая, почему. Перед ней — демон. Тварь, с которой в рядах охотников церемониться и разводить беседы не принято. Так что же она делает? И правда, дура. Дура, которая все еще пытается высмотреть в твари бывшего напарника. Непонятно, зачем. — Пожалуйста… подожди… — демон, будто заметив колебания Мины, решил не униматься. Мина нахмурилась, а затем сплюнула на землю. К черту. До рассвета и правда осталось совсем немного — небо уже начинало светлеть. Может, все-таки стоило исполнить последнее желание этого мазохиста? А заодно и проверить свои догадки. Мина все равно ничего не теряла — опасность этот демон совсем не представлял. — Ты же правда не думаешь, что сможешь обмануть меня? — Мина сощурилась. Демон мотнул головой. Значит, действительно просто спятил. Мина выдохнула. — Хорошо. Давай подождем. Но если попробуешь дернуться — отсеку голову сразу, понял? Демон ничего не ответил, только кивнул. Вероятно, он уже и не надеялся убедить охотницу хотя бы ненадолго поиграть по его правилам. Не поверил, что она и правда согласилась. Услышала его. Следующие полчаса прошли для обоих в звенящей мертвой тишине. Мина смотрела на лежащего демона не отрываясь, про себя подмечая, что регенерировать он так и не начал. Нежилец. Наверное, даже если бы она его просто бросила здесь одного, долго он бы все равно не протянул — сгинул. Генья Шинадзугава в этом демоне все еще был жив. И убивать его Мина так бы и не решилась. Может, она и была жестким циничным, совсем не благородным человеком, но вот убийцей — нет. Даже добивать смертельно раненого ей еще не приходилось. Пока Мина раздумывала о своей мягкотелости, забрезжил рассвет. Демон не шевелился, даже не моргал. На мгновение в сознании Мины промелькнула глупая мысль, что он уже успел скончаться. Нет. Демон в теле Геньи Шинадзугавы был все еще жив. Все еще пристально смотрел в розовеющее небо. Ждал то ли смерти, то ли спасения. — Ты точно уверен, что хочешь этого? — Мина с сомнением посмотрела на рядом лежащее тело. Генья даже в обличии демона не успел никого убить, он не заслуживал такой жестокой кончины. Но, видимо, сам Генья решил иначе. На вопрос Мины он никак не отреагировал, только повернул голову на бок, пробормотав что-то нечленораздельное. Она действительно была идиоткой, раз все не могла понять: умирать Генья Шинадзугава здесь, у нее на руках, совсем не собирался.