Часть II - Новый старый друг
10 апреля 2023 г., 21:00
«Я ближе чем ты думаешь… Найди меня, любимая, найди!»
— Стоит тут голый, как ни в чем не бывало! Тебе не стыдно? Выпятил тут всем напоказ свой иридиевый уплотнитель! Едва сдерживаясь от очередного приступа хохота, Катерина серьёзно кивнула своей проводнице. Терешкова, которая их встретила по прибытью на ВДНХ, была… Интересной личностью с характером, что было несвойственно роботам. Хотя, смотря на ХРАЗА, который, кстати, тоже ухахатывался, о чем свидетельствовали поблескивающие проводки, трясущиеся после каждой фразы Терешковой и тихий шёпот «Н-да, что-что, а она бы была идеальным собутыльником», у перчатки тоже был свой неповторимый и исключительно вредный характер. А вот после было не до смеха — коридоры ВДНХ были залиты кровью, по ним сновали обезумевшие роботы и смертельно опасные побеги, а сам комплекс казалось едва держался. Блесна и ХРАЗ долго и тщательно зачищали коридоры от роботов, стараясь справиться с этим нашествием, по пути собирая запчасти Клары, подруги Терешковой, той, что была нужна, чтобы активировать учебную тревогу. Но никто из находившихся в здании не ожидал, что по коридорам вперемешку с проклятиями эхом пронесётся многоэтажный мат сразу после того, как вторая Терешкова, то есть Клара, откроет глаза. Ещё меньше кто либо ожидал услышать обеспокоенное: — Майор, не глупите! Вы в порядке? Блесна не ответила, добивая мутировавший в непонятное чудище побег, атаковавший ничего не подозревающего майора со спины, и свободной рукой зажимая рану на боку. На предложение уйти в комнату отдыха девушка прошипела что-то невнятное. Сознание замутнилось, картинка перед глазами плыла, а острая жгучая боль в боку и неприятное липкое ощущение крови, быстро пропитавшей всю майку, заставили Катю сжав зубы опереться на стенку, так вовремя оказавшуюся близко. Терешковы что-то говорили, склонившись над осевшей на пол девушкой но их голоса сливались в монотонный гул, постепенно становясь всё тише и тише. — …Мало того, что существо смогло вас задеть, так ко всему прочему в рану могла попасть инфекция, её необходимо обработать и подождать, пока она хотя бы немного затянется! А вот назойливый голос ХРАЗА слышался отлично, что было удивительно и, в то же время, очень бесило. — Всё серьезнее чем тебе кажется, Кать, прошу. Девушка хотела ответить что-то, а может и послать перчатку куда подальше, но смогла лишь неопределенно кивнуть. Её веки тяжелели с каждой секундой и даже голос ХРАЗА, который она до этого слышала отчётливо, теперь звучал где-то в далеке. Она окончательно провалилась во тьму.***
Екатерина очнулась и тут же застонала от боли. — Ебучие пироги… — Что правда, то правда, — раздался тихий голос рядом. ХРАЗ. От осознания что с ним всё в порядке на душе сразу стало как-то спокойней. — Чёрт… Дмитрий Сергеевич… Задание… Надо идти, я на могу подвести шефа ещё раз, — стараясь дышать через раз, чтобы хоть чуть-чуть унять боль, проговорила Катя, пытаясь встать. — Эээ, нет, майор, даже не думайте, — Хранитель Знаний несильно ударил девушку током и, выслушав возмущенную брань, невозмутимо предупредил, — Будете пытаться встать вколю снотворное на несколько часов. Как думаете товарищ Сеченов будет доволен, что вы из-за собственной глупости дрыхните без задних ног? — Но как же комиссия? — отчаянно протянула девушка, хотя осознавала, что переубедить напарника не получится, а сам он и вправду способен вколоть ей чего-нибудь, чтобы выспалась. И так лекции о здоровии каждый час читает. — Их задержали при вылете какие-то срочные дела. Терешковы нашли ещё одну подружку и теперь втроём убирают центр. А у нас с вами ещё минимум полтора часа свободного времени, которое вы, майор, проведёте в горизонтальном положении! Под конец Хранитель Знаний повысил голос, и Блесна окончательно сдалась. А что ей оставалось делать? Спорить с надоедливой перчаткой у неё всё равно не было сил, а раз комиссия прилетит позже и её помощь на ВДНХ больше не нужна, то можно и отдохнуть. Всего полчасика. Только сейчас она заметила, что лежит не на твёрдом полу, а на диване в небольшой комнате отдыха. По телевизору крутят любимое «Ну, погоди», в окнах светятся экраны, создающие ощущение, будто это безоблачное голубое небо. Ещё и этого дурацкого ремшкафа не было. Короче, идеальное место для отдыха. — Храааз? — Терешковы перенесли вас сюда после того, как вы отключились. По неизвестной мне причине я остался в сознании, так что смог продезинфицировать рану, которую после перебинтовали Терешковы, — ответил на незаданный вопрос напарник, нервно покачивая проводками. Неужто волновался за состояние Блесны? Желания задавать вопросы больше не было, а болтать ни о чём, похоже, не хотелось ХРАЗУ, который скрылся в перчатке. Блесна задумчиво кивнула своим мыслям, поправляя подушку под головой и прикрывая глаза, погрузившись в воспоминание об их крестовом походе по ВДНХ. Да, по сравнению с тем адом, что творился здесь, в «Вавилове» была разминка в детском садике. Агент вздрагивала от каждого шороха, готовая стрелять на поражение во всё, что шевельнётся. ХРАЗ тоже был на нервах, постоянно предупреждая об опасностях и прикрывая спину напарницы. Из вечно спорящих кошки с собакой, которые и минуты не могли прожить вместе, они как-то незаметно превратились в сплочённую команду, действуя в удивительном синхроне как в боях, так и в разгадывании головоломок, которые на ВДНХ им попадались на каждом шагу. Хотя, когда обстановка была более спокойной и никакие кусты на ножках не пытались их убить, напарники продолжали саркастично подкалывать друг друга, не забывая при этом поинтересоваться всё ли хорошо, прочитать лекцию или «случайно» врезать по обнаглевшим проводкам, чтобы неповадно было. Но Блесна никак не могла выкинуть из головы назойливые мысли о том, что от неё скрывали много важного не только о Коллективе 2.0, но и о ней самой. Ото всех этих альфа и бета коннекторов голова шла кругом, как и от мысли, что Сеченов, возможно, заигрался в политику. Слишком уж не стыковался образ гения и героя Советского Союза с тем, что, как оказалось, происходило за кулисами. Но не только информация, которой делился с ней Хранитель Знаний, была поводом для размышлений. Иногда девушка останавливалась чтобы передохнуть, выпить капсулу с непремом и дать ХРАЗУ рассчитать, что лучше всего делать дальше. В такие моменты Катя изучала терминалы вокруг в поисках какой-нибудь интересной информации. В основном встречались обычные письма по типу «всё опять взорвалось к чертям, шефу не слова», но были и юморные послания, которые заставляли напарника Блесны недоуменно поглядывать на неё. Встречались и те, что не были предназначены для чужих глаз. Одно из таких почему-то зацепило девушку, перечитавшую каждую строчку по несколько раз и запомнившую его, кажется, наизусть. От: Удалено Кому: Д. Сеченов Товарищ Сеченов, ещё раз повторюсь и прошу донести это до всей Вашей команды. Вы не хуже меня знаете, что состояние определенных участников отряда Аргентум после инцидента в Болгарии крайне нестабильно. Заниматься попытками спасти Плутония — гиблое дело, ему ничего не поможет. Повреждения мозга слишком велики, чтобы надеяться на чудо, он и так на этом свете неизвестно как держится. Его напарница тоже не подаёт надежд. Я не сомневаюсь в Вашем гении и Ваши требования о переводе этих двоих под Ваш личный контроль будут выполнены завтра же. Однако мне было бы интересно узнать, что Вы собираетесь делать с ними. Они оба мне важны, как и важны все участники отряда. П.С: Соболезную Вашей утрате. Профессор Захаров был героем для всех нас. ХРАЗ и раньше рассказывал о случившемся несчастном случае с Захаровым, а вот при вопросе кто такой Плутоний и отряд Аргентум замолчал, а потом тихим голосом сообщил, что у него нет об этом информации. Конечно же Блесна ему не поверила. Пресловутая чуйка подсказывала, что это письмо — что-то очень важное, но… Эх, если бы у неё было больше времени и уровень доступа Сеченова, она бы засела в архивах надолго в поисках какой-либо информации об описанных в письме событиях. Екатерина была не уверена почему её так зацепило именно эта запись, но была уверена в своей правоте. — Храааз? — вновь протянула девушка, возвращаясь в реальность. Звезда открылась и шесть проводков обернулись в сторону Катерины, когда раздался привычно ровный роботизированный голос друга. — Да, майор? — Слушай, ты у меня в мозгах же не копался? — девушка знала ответ и знала, что отрицательное мотание головой напарника было сладкой ложью, но Блесна предпочла притвориться, что верит. — Отличненько. И всё-таки эта баба Зина странная женщина. — Вы так считаете? — Нет блин, пишу и читаю. Ебучие пироги… Если бы мне не коротнуло память я, может быть, и вспомнила бы откуда Зину знаю, а так… — Катя печально выдохнула, глядя в ненастоящее окно. — Хотите выговориться? — Ты чего из себя психолога строишь? — Я просто пытаюсь помочь вам разобраться в себе и улучшить ваше психическое состояние. — Да ну? Не угадал, помощь мне не нужна, — Катя вдруг почувствовала его укоризненный «взгляд». Но она же была права — зачем ей, чтобы в её мозгах копались? Найдёт ещё чего… С другой стороны каждый раз когда ХРАЗ так замолкал казалось, будто майор оставалась совсем одна в давящей тишине, одна против всего мира. На глаза невольно навернулись слёзы. — Ну-ну, майор, — в голосе ХРАЗА послышались успокаивающие нотки. Он говорил что-то ещё, но Катя уже не слушала. Резкая сонливость заставила её закрыть глаза «всего на пять минуток». — Правильно. Тебе надо поспать, Кать, — тихо произнес напарник, и, стараясь двигаться медленно, обвился вокруг её запястия, слушая стук сердца, — Разбужу тебя через час.***
Как же она злилась! Дать ей уснуть было самым подлым и одновременно самым приятным поступком ХРАЗА. Вставать не хотелось, но, когда Хранитель Знаний ударил её в очередной раз током, Катя не выдержала: — Ты не ХРАЗ, а зараза ёбаная! — Доброе утро, майор. Товарищ Молотов прибудет через двенадцать… Уже одиннадцать минут. Сон как рукой сняло, девушка вскочила с дивана, по пути не забывая проклясть всех родственников ХРАЗА, включая его создателя, Дмитрия Сеченова. Предусмотрительный друг быстро спрятался обратно в перчатку за секунду до прилетевшего в него удара и через мгновение раздался его беззлобный смех. — Вот и как на тебя сердиться… — пробурчала Катя, идя по запутанным коридорам и ориентируясь только на столь любезно поставленный перчаткой указатель, — Пошли уже встречать товарища Молотова. — Ага, с распростёртыми объятиями… Оставшееся время они, вместе с Терешковыми, проверяли, что всё готово. Кровь с полов и стен была отмыта, или спрятана под коврами и картинами. Приём комиссии начался… Неплохо. Вовчик, перешедший в себя, прикатил экран, с помощью которого Сеченов общался с недобро настроенным Молотовым и его неразговорчивыми солдатами. И, если бы не маленькая загвоздка в виде по неизвестной, даже всезнающей перчатке, причине снова сошедшего с ума робота, того самого, что прикатил экран, всё было бы прекрасно. Но нет, этому «ебуч… кхм, негодяю», как его точно описала майор, понадобилось напрыгнуть на ничего не подозревающего Молотова. Робота убили, а вот председатель был крайне взбешён. Девушка бы и дальше с напряжением вслушалась в его разговор с Сеченовым, чтобы послушать оправдания и заверения шефа, если бы не мелькающие перед глазами разноцветные пятна. Последние фразы она слышала лишь обрывками, но догадалась, что Сеченов летит сюда для личного разговора. Как только он отключился нехорошее предчувствие нахлынуло, словно цунами, заставляя Блесну закричать: — Заприте двери! А дальше всё как в тумане: собиравшиеся вокруг неё солдаты, звук подготавливаемого оружия и ставшая уже родной темнота. Первой отчётливой мыслью после пробуждения стало «Почему так легко руке… Стоп, где ХРАЗ?!», второй «Я опять подвела Сеченова», а третьей «Бля, а почему вокруг меня грибы-переростки и зависшие в воздухе самолёты… И какие-то яблоки…». Даже успевшей повидать на своём веку многое Блесне стало не по себе от того, насколько нереалистичным оказался мир, в который она ещё и неизвестно как попала. Девушка, заметив тропинку из домика, в котором очнулась, поспешила по ней, стараясь как можно быстрее найти выход. Её опыт подсказывал, что в таких случаях надо действовать быстро, иначе неизвестно чем это всё кончится. Единственным нормальным объяснением было предположение о том, что она подверглась воздействию галлюциногенных веществ и это всё — плод её больного воображения. Где-то внутри ехидный голосочек подсказал, что ХРАЗ скорее бы назвал это не плодом, а грибом воображения и, довольный шуткой, скрылся бы из виду. Непривычная лёгкость левой руки без перчатки компенсировалась огромным камнем на сердце, что не давал нормально дышать. Почти физическая боль и страх витали в воздухе. Чем дальше она продвигалась и чем сильнее давило на неё чувство тревоги и безнадёжности, тем страннее и страшнее становился мир вокруг. Казалось, что это один из тех липких кошмаров, заставляющих просыпаться человека в холодном поту со страхом засыпать ещё раз. Закончилось всё так же резко, как и началось, и девушка очнулась на полу, в той же комнате, только вот пол был снова забрызган человеческой кровью. Кровью Молотова и его охраны. — Очнулась? — обеспокоенный взгляд Сеченова оглядел агента с ног до головы. Видимо, решив, что могло быть и хуже, гений продолжил, — Тебе надо срочно отправляться за Петровым, он жив и портит все наши планы. Судя по нашим данным, Лариса отказалась продолжать с ним путь, поэтому он один. И находится в театре, актёр хренов. Иди!***
Театр имени Майи Плисецкой в своё время выглядел впечатляюще. Богато оформленные огромные залы, красивые балерины, встречающие гостей, всё это напоминало скорее дворец, нежели театр. Фантазия тут же начала рисовать картины — вот здесь, на входе, вместо этого трупа и лужи крови, когда-то заходили с улицы счастливые люди, готовые посмотреть представления и окунуться в красоту и изящность механических балерин. А здесь, в углу, вместо свалки, маленький мальчик кидал в автомат с газировкой несколько копеек и, счастливый, бежал обратно к родителям. А в этой разгромленной гримёрке, где майор только что уничтожила очередную матку побегов, молодая женщина готовилась к выступлению вместе со своими механическими подружками. — …По заказу членов партии сюда свозили самых лучших балерин СССР, а после того, как актрис заменили машинами, место возымело небывалый успех, — тем временем ХРАЗ продолжал просвещать Катерину о истории этого места. — А что насчёт Петрова? — Он был здесь программистом. А сейчас немножечко тронулся умом и временно отстранён от должности. Думаю, ему нужен отпуск, и я даже знаю где он его проведёт. Друг хмыкнул, явно имея ввиду то ли кабинет Сеченова, то ли тюрьму, и скрылся в перчатке, а Блесна с удивлением отметила про себя, что сарказма в его языке стало гораздо больше. Научила на свою голову… Хотя так даже веселей. Кстати о пресловутых балеринах. — Храаааз? — привычно позвала Блесна, услышав от очередной роботизированной примы, что «режим отладки включён» и просьбу ввести команду. — Похоже их всех надо поставить в позы, будто они убивают людей… — Хранитель Знаний замолчал, шокированный жестокостью загадки Петрова. Тяжело вздохнув, он всё-таки произнёс, — Попробуем… Аттитюд. Балерина закружилась, но тень не совпала. ХРАЗ опять замолчал, копаясь в памяти в попытках вспомнить что ещё он знает про балет. — Релеве по 5-й позиции в позе эффасе. Высокие свободные руки в аленже, — ровным голосом без запинки вдруг произнесла Блесна. Напарник удивлённо уставился на неё. Конечно, она бывшая балерина, кому как не ему об этом знать, но чтобы настолько хорошо помнить столь сложные позы? Робот, выполнив команду, встала идеально. Её тень «убивала» труп, подвешенный над головой. Жуткое зрелище. — Вижу тебе не привыкать видеть такие сцены везде! Или тебя всё же устроит мирное небо, беззаботное пение птиц и пушистое ощущение уюта? Смех Петрова пробирал до костей, заставляя Блесну сжаться. Сумасшедший говорил что-то ещё, но она старалась не слушать. Тут же, словно специально дожидаясь, пока она будет на нервах, на неё выскочил очередной Вовчик. Так же быстро как он появился, робот «лёг поспать», как выразилась Катя. Успокаивая себя тем, что ей стоит боятся живых, а не мёртвых, девушка переступала через трупы, надеясь, что никакой их них не решит схватить её за ногу. — Напарничек? — майор дождалась пока звезда откроется и друг уставится на неё, — Окажи услугу, посмотри куда нам дальше. Неожиданно молчаливый ХРАЗ кивнул и, так и не проронив ни слова, снова скрылся, а через пару секунд раздался тихий мат и уже предназначенное майору: «Похоже, нам на главную сцену». Тут же Блесна увидела указатель. — Спасибо, дружище. — Но ты не подозреваешь настолько скрытен твой враг! — притихший до этого сумасшедший вновь начал сотрясать воздух бессмысленными громкими фразами. — Лучше бы ты так перед своей Ларисой распинался, может не улетела бы от тебя в далёкие дали! — не выдержав прикрикнула на него Катя, ускоряя шаг. Надо быстрей добраться до этого ненормального, заковать его в наручники и передать в руки Сеченова. Тем временем к разговору подключился ХРАЗ. Друг с такой ожесточенностью защищал людей и, в частности, Катю, что ей аж стало как-то спокойнее. Хоть один нормальный человек… Ну, то есть робот, в её окружении. Майор действительно нашла Петрова на главной сцене. Там он и остался лежать в крови, обезглавленный собственным андроидом после пламенной речи о том, что жизнь больше не имеет смысла, что он герой и что это всё вина академика Сеченова. Может шеф и тёмная лошадка, но уж явно не вселенское зло. Когда бездыханное тело упало на пол, отдельно от головы, Катя и ХРАЗ одновременно тяжело вздохнули — конец и отдых, которые, казалось, были так близко, придётся отложить.
