A simple form of love

Трагедия не в том, что ты один,

а в том, что ты не можешь быть один.

Алъбер Камю

Ещё в детстве Тэхён понял, что одиночество — его неизменный спутник по жизни. Оно шло с ним рука об руку с того самого момента, как мать оставила его на пороге приюта. Живя и взрослея в этой среде вместе с другими детьми, Тэхён думал, что так оно и должно быть. Что все они — одна большая семья. И это не казалось чем-то странным, непонятным и не вызывало вопросов. Однако, повзрослев, он начал кое-что замечать. Некоторые из детей в один день просто пропадали. Напуганный собственным наблюдением, четырехлетний Тэхён с необычайным волнением рассказал обо всём воспитателю. И в тот момент для мальчика свершилось ещё одно открытие — детей, которых он считал пропавшими, на самом деле забрали родители. Новые родители. В новый дом. Родители? Новый дом? Тэхён думал, что здесь их дом. Ведь тут они живут, сколько себя помнят, а значит с того момента, как родились. Разве нет? А родители… О них тут никто и никогда не говорил. По крайней мере, при Тэхёне. С того дня неизвестные до этого, странные чувства порой одолевали Тэхёном. Он задавался вопросом: а других детей тоже однажды заберут? А его? А если заберут всех, кроме него? Он останется тут один? Думать об этом было неприятно и поэтому совершенно не хотелось. Но собственные мысли его не слушались и как будто были против него, подкидывая новые, не менее неприятные вопросы. Однажды во время обеда, шестилетний Тэхён услышал, как ребята шептались о новенькой девочке. К этому времени он уже знал, что место, в котором они находятся — не дом. По крайней мере, не настоящий. Что сюда попадают дети, родители которых либо умерли, либо лишились права и дальше жить со своими детьми (почему это может происходить, он ещё разузнать не успел, но уже думает над тем, как бы это выяснить) либо родители добровольно оставили своих детей здесь. И последнее не укладывалось в голове Тэхёна больше всего. Как можно просто взять и оставить своего ребенка? Он искренне не понимал, но также обещал себе поразмыслить и над этим вопросом. Тем более, что новенькая относилась как раз к числу последних. По словам Мину, вчера родители оставили её здесь. Отказались от неё. Тэхён перевёл взгляд на девочку, о которой шла речь, и нахмурился. Та была на вид ненамного старше него. Чёрные волосы спадали на плечи, скрывая лицо. Намеренно ли она их распустила? И всё же ему удалось рассмотреть слегка щуплое лицо, да и вся она казалась невероятно хрупкой. Сжалась, и сгорбилась, низко склоняла голову над столом, наверняка чтобы не смотреть в глаза другим детям, и почти ничего не ела. Зачем? Почему её родители оставили её здесь, ведь в настоящем доме жить намного лучше, чем здесь. Она в чём-то провинилась? Что настолько ужасное нужно совершить, чтобы от тебя отказались родители? И тут в голове родился новый, совершенно шокировавший Тэхёна вопрос: а меня тоже оставили? У меня ведь тоже были родители. Тогда почему я здесь? Как оказался в этом месте? Тэхён действительно никогда над этим не задумывался. Ведь он живёт в приюте сколько себя помнит. Он считает это место домом, потому что другого дома у него нет и никогда не было. И не было повода задумываться над тем, как он здесь оказался. Но теперь его мысли занимал только этот вопрос, и он не находил себе места несколько дней, пока всё же не решился спросить у ребят постарше. Тех, кто уже ходит в школу и определённо знает больше, чем он. Тех, кто уже был тут, когда Тэхён тут только появился. А вот как, по какой причине — это ему и предстояло выяснить. — О, я помню, — сказал вдруг один из парней после того, как Тэхён озвучил свой вопрос. Время было уже позднее, до отбоя оставалось около пятнадцати минут. — Точно, ты мелкий был совсем. Тётка Шин, — Тэхён поджал губы, пытаясь унять недовольство, возникшее в нём при упоминании этого глупого прозвища воспитательницы, которая симпатизирует ему больше всех остальных; не настолько, чтобы можно было сказать «нравится», нет, просто она относится к нему с какой-то теплотой, иначе, чем другие. — Она тогда ещё причитала долго. Типа, мелкий же ещё совсем, как так можно. — Можно что? — уточнил Тэхён. — Бросить! — усмехнулся парень, сложив руки на груди. — Мамаша твоя, прямо на пороге тебя оставила и свалила в закат. Нет. Не может этого быть. Тэхён глупо моргнул раз. Потом второй. И третий. Нахмурился. Уши заложило, и он словно через толщу воды слышал смешки ребят. Сжимая крепко кулаки, он развернулся и выбежал из комнаты. Сам не знал, куда, но побежал. Их приют не был таким уж большим, поэтому и мест, чтобы побыть в одиночестве тут было по пальцам одной руки пересчитать. Однако Тэхён вспомнил одно, которое никто из ребят посещать бы уж точно не стал. Попросту не осмелились бы. Это был чердак, на который всем подниматься строго запрещалась. Туда сносили всякий хлам: ненужные вещи, сломанную мебель и игрушки. Однажды это всё точно выкинут, но пока оно пылится на чердаке, со всем этим похожем на магазин подержанной утвари. А не суётся туда никто потому, что со слов одного парня, который покинул приют уже как четыре года, там живёт какая-то чертовщина. Кто именно, он уточнять не стал, просто с полными ужаса глазами поведал всем историю о том, как ему удалось стащить в школе у учителя сигареты и, чтобы не попасться, покурить он поднялся на чердак. Сначала ничего странного не происходило, он спокойно закурил, но потом услышал какой-то шорох, обернулся. Увидеть, никого не увидел, но потом что-то где-то упало, и он рванул оттуда, что было сил. С тех пор на чердак этот никто подниматься и не думал, а рассказ пацана стал своеобразной легендой приюта, которая точно будет передаваться детьми ещё несколько поколений. Вспоминая эту историю, услышанную от кого-то из ребят, Тэхён про себя усмехается и сворачивает в направлении чердака. Плевать, если там действительно живёт призрак или что похуже. Тэхён только что узнал, что его бросила родная мать, а это, знаете ли, куда неприятнее, чем встреча с каким-то призраком. Чердак встретил его полумраком, неприятным смогом пыли, витающей даже в воздухе, и жутким холодом. Середина зимы, всё-таки, а эта часть здания, видимо, не отапливается. Обхватив себя руками за плечи и немного потерев их, Тэхён с опаской двинулся вперёд, осматриваясь. Он здесь ещё ни разу не был. Слева, из большого окна в пол на поломанную, пыльную мебель падал лунный свет, он же был единственным источником света. Заметив ближе к окну небольшой диванчик, Тэхён побрёл к нему. Стряхнув с софы пыль, он забрался на неё с ногами и, прижав их к груди, обхватил руками и уткнулся подбородком в колени. В груди неприятно давило. Глаза слезились, но плакать Тэхён не хотел, даже несмотря на то, что тут его никто не увидит. Он просто хотел понять, почему его бросили. Что сподвигло его мать на такой шаг, неужели нельзя было найти другое решение, какой бы ни была её ситуация? Тэхён просто хотел понять, почему ему вдруг резко стало так одиноко несмотря на то, что, он знает, внизу полно людей. Полно детей, таких же как он. Но как же..? Как можно было оставить ребёнка прямо на пороге? «Неужели меня всегда будут бросать?» — Подумал Тэхён, закусывая губу. — «Не хочу. Не хочу, чтобы меня бросали. Это неприятно.» И Тэхён решил, что больше он никому не позволит бросить себя. Но как? Как обезопасить себя от этого неприятного, холодного чувства одиночества? Да ведь всё очень просто! Нужно просто не сближаться ни с кем, никого к себе не подпускать. Да, звучит отлично. И Тэхён отстранился. Отдалился. Он замкнулся в себе, гложимый тяжелыми чувствами. Перестал общаться даже с теми ребятами, которых раньше вполне мог бы назвать друзьями. «А друзья ведь тоже могут бросить, так?» — нашёптывал голос в голове, а Тэхён кивал и так же шёпотом себе под нос отвечал: «Так». Он перестал первым идти на контакт, и неохотно отвечал, если кто-то заговаривал с ним. Постарался побыстрее отвязаться, если кто-то пытался завести с ним разговор, потому что ему не хотелось. Теперь нет. Теперь ему нравилось сидеть в одиночестве на пыльном, всеми забытом чердаке и постепенно приводить там всё в порядок. Никакого призрака или другого страшного чудовища там не оказалось, зато, порывшись по коробкам, Тэхён обнаружил огромное количество книг. Они были старые и пыльные, с пожелтевшими, обветшавшими страницами и потёртыми обложками. Время их не пощадило. У Тэхёна в глазах заиграло любопытство. Теперь он умел читать. Если все предыдущие года он просто бездумно торчал на чердаке, временами стирая пыль с того или иного предмета мебели, то теперь тринадцатилетний Тэхён умел читать и впервые с тех пор, как он пошёл в школу, чтение его увлекло настолько. Он потерял счёт времени, пальчиками проводя по страницам выбранной наугад книги, переворачивая их, он с любопытством вчитывался в текст. Чтение его поглотило. Поглотило настолько, что он вытащил из кучи мебели небольшой стеллаж и расставил на него все имеющиеся на чердаке книги. Одного стеллажа не хватило, пришлось искать второй. Чтение стало для Тэхёна спасением из того отчаяния, что поглотило его с тех пор, как он узнал, что его бросили на пороге приюта. Но в то же время, в школе парень скатился по успеваемости практически на дно. Учителя удивлялись, в каких облаках витает этот мальчишка, но тому до этого дела не было. Он мечтал поскорее отсидеть скучные уроки, вернуться в приют, на свой чердак, и погрязнуть в очередной истории. Ему хотелось сбежать в очередной мир, где он не Тэхён, которого бросили, там он отчаянный мореплаватель сегодня, великий детектив завтра, коварный убийца на следующей неделе и сильнейший волшебник неделей позже. В каждом из этих миров Тэхён теряется, спускаясь с чердака лишь когда начинает темнеть и время близится к отбою. Но, так или иначе, у каждой истории есть конец. Конец безмятежных чтений Тэхёна настал с появлением в их школе нового преподавателя. Сначала он Тэхёну не понравился. Слишком жизнерадостный и энергичный. И, Боже, как назло, это искрящееся чудо стало их новым классным руководителем, потому что предыдущая ушла в декрет. Этот сонсенним стал для Тэхёна и большинства его одноклассников сплошной головной болью. Он постоянно пытался призвать класс участвовать во всевозможных конкурсах, олимпиадах и вообще обзавестись активной жизненной позицией. Но выводил он Тэхёна из себя потому, что, казалось, одного его из всего класса сонсенним спрашивал на каждом уроке. Однако, получая раз за разом на свои вопросы «извините, я не выучил», сломалась выдержка даже этого словно из кремня сделанного учителя, и однажды он попросил Тэхёна остаться после занятий. — Сейчас я бы хотел с тобой очень серьёзно поговорить, — смотрит строго, пытаясь донести до ученика, что шутки закончились. — Сонсенним, я… — Слушай меня внимательно, Тэхён. Я очень долгое время наблюдал за тобой и понял, что ты вполне способный парень. Но всё никак не могу понять, почему ты так ленишься? Почему не хочешь учиться? — Мне это неинтересно. В любом случае, я просто трачу здесь время зря. — Отстранённым голосом отвечает Тэхён, не желая делиться с сонсенимом, что все его мысли занимает очередная книга. Это его личное, и другим знать об этом не нужо. — Это не так. Ты сейчас упускаешь прекрасную возможность. Пойми, Тэхён, вам, ребятам из приюта, после того как вы окончите школу и уйдёте отсюда, никто помогать не будет. У вас будете только вы и те знания, что вы получили. И нужно будет как-то выживать. Тэхён понимает это. Понимает, что никто не устроит ему поздравительную вечеринку в честь окончания школы и не оплатит обучение в университете. Ему не на кого рассчитывать, кроме себя. Так было всегда. И он сомневается, что в будущем что-то изменится. Однако, что он может? — Как я и говорил, ты очень способный, Тэхён, — учитель ловит его печальный взгляд и улыбается уголком губ. — Поверь, я вижу это. И я думаю, ещё не поздно всё догнать. Я готов помочь тебе, если ты сам этого захочешь. — Но… почему вы говорите это именно мне? Почему не кому-нибудь, кто и так хорош? — Ах, это… Просто, сколько бы не смотрел на тебя, ты всегда выглядел невероятно одиноким и печальным. Слишком опустошенным для такого юного возраста. — Значит, вам просто стало жаль меня? Жаль. Слово, которое Тэхён, понял он, терпеть не может. Их всем жаль. Ребят из приюта. Их бросили родители. Родителей у них нет, как нет и дома, этого особого тепла и уюта, этой особой домашней атмосферы, о которой так часто пишут в книгах, нет у них и родительской любви. У них нет семьи. Жаль. Как же жаль бедных детишек. Бррр. Если бы мог, Тэхён написал бы петицию и собрал миллион подписей в поддержку отмены и запрета слова «Жаль». — Нет, нет. Ни в коем случае. Ты напомнил мне меня самого. Вот почему. — В-вас? Впервые за долгое время в глазах парня читалось истинное удивление. — Это было так давно… — Учитель посмеивается, и это звучит так мягко и комфортно, что Тэхён расслабляется с ним, чего не делал очень давно. Он никогда не расслаблялся в присутствии кого-то. Всегда был собран и настороже. — Я был немного старше тебя, когда впервые влюбился. Но первая любовь очень редко оказывается взаимной, увы. Мне разбили сердце, — сонсенним покачивает головой и улыбается, заставляя Тэхёна думать о том, что этот человек не такой уж и раздражающий. — Тогда мне казалось, что это конец света и моя жизнь окончена. Я стал игнорировать одноклассников и пропускать занятия, пока классный руководитель не заметил это и сообщил моему отцу. Тот устроил знатную взбучку… Я долго злился на него и некоторые его слова, что тогда казались обидными, но спустя время я понял, что он был прав. И я взял себя в руки. Сейчас я очень благодарен учителю и отцу за то, что они наставили меня на верный путь. Тэхён сглатывает вязкий комок. Наставили на верный путь. Отец и учитель. Отца у Тэхёна нет, а вот учитель… Он поднимает взгляд на смотрящего на него с какой-то непонятной ему нежностью сонсеннима и кивает. — Хорошо. Давайте заниматься. Этот разговор поменял мнение Тэхёна об учителе. Он серьёзно задумался над его словами и долго размышлял. Он согласился на предложение сонсеннима, чему тот был нескончаемо рад. Они оставались после уроков и занимались дополнительно, сперва нагоняя всё то, что Тэхён пропустил, пока был поглощён книгами, а после начиная учить на опережение. Тэхён, как и говорил сонсенним, и правда оказался парнем способным. Никто в классе так и не понял, как самый худший ученик стал самым лучшим. Но Тэхёна не волновало мнение одноклассников о нём, как было и до этого, не так уж волновали и результаты. В учёбе он неожиданно для себя нашёл отдушину точно также, как до этого нашёл её в книгах. Чтение он, конечно, не забросил, просто теперь читал в два, а то и три раза меньше, лишь когда находилось свободное от учёбы время. Но самое главное — больше Тэхён не чувствовал себя так одиноко. Он был бесконечно благодарен учителю. Тот стал первым человеком, которого Тэхён подпустил к себе за долгие годы. Поэтому было слегка грустно, когда приближались выпускные экзамены. Это не то же самое чувство, когда ты понимаешь, что тебя бросили. Нет, это совершенно новое для Тэхёна чувство — когда ему приходится отпустить. И хоть эти два ощущения отличаются, всё равно отдавалось тягостью где-то в груди. Сонсеним был не только потрясающим учителем, но и увлекательным собеседником, с которым Тэхён в последние годы обсуждал прочитанные ими обоими книги. Да, он доверился сонсенниму настолько, что рассказал ему о своём пристрастии к чтению. А это для Тэхёна большой шаг. Но больше они не смогут видеться также часто, как раньше, ведь Тэхёну предстоит поступление в университет и дальнейшая учёба, а у сонсеннима тоже есть работа. И Тэхён осознаёт, что, вероятно, будет чувствовать себя чуть более одиноким. Не хотелось расставаться со своим наставником. Но хотелось как-то отблагодарить того за всё, что он сделал, однако Тэхён не знал как. — Ты ведь и сам знаешь, что будет для меня лучшим подарком, верно? — Учитель улыбается той самой тёплой улыбкой, которая тоже стала Тэхёну неизменно дорогой. — Я буду очень рад, если ты сможешь поступить туда. Ты ведь не подведёшь своего учителя? — Конечно. Не подведу. — Улыбается Тэхён в ответ и жмёт сонсенниму руку. Он просто не мог не поступить. Не мог не оправдать ожиданий учителя. Тэхён думал об этом, когда шёл на вступительный экзамен. Он действительно усердно готовился, и это дало свои плоды. Ему удалось поступить в Корейский национальный полицейский университет, и к тому же пройти на стипендию. Его счастью не было предела. Он сообщил сонсенниму об этом с искрящимся от радости лицом, и тот сказал, что очень за Тэхёна рад. А также, что никогда не видел его улыбку настолько широкой. Тэхён на это лишь смущённо улыбнулся, поджав губы и опустил взгляд. Он так благодарен учителю, что, слыша от него подобное, на душе становится теплее. Тэхён не знал, каким способом ему выразить всю свою благодарность, но теперь, смотря на теплую, почти отцовскую улыбку сонсеннима понимает, что то, что он всё же смог поступить куда хотел и есть самый верный способ. Ведь именно благодаря учителю у него появилась заинтересованность в этой сфере. Когда Тэхён впервые окунулся в мир книг он читал в основном фантастику и приключенческие романы. Но став чуть постарше, а именно, когда они с сонсеннимом занимались уже два года, он прочитал одну книгу в жанре детектив и восторгу его не было предела. Естественно, он рассказал обо всём сонсенниму, тот слушал очень внимательно, иногда что-то спрашивая. А потом он подарил Тэхёну книгу. Детектив. Тэхён поражённо смотрел на протянутую ему книгу. Никто никогда не дарил ему книг. Никто никогда ничего ему не дарил. — Я надеюсь, ты откроешь для себя что-то новое, — сказал сонсенним, мягко улыбаясь. Принимая чуть подрагивающими руками книгу, Тэхён невольно подумал о том, что будь он девушкой, точно влюбился бы в этого мужчину. Потому что… Ну как можно быть таким потрясающим человеком? И с тех пор Тэхён стал в свободное время зачитываться детективами, а сонсенним продолжал дарить ему книги с поводом и без повода, каждый раз заставляя Тэхёна думать об одном в такие моменты. И тем не менее, детективы привели Тэхёна к выбору юридического факультета. Он долго взвешивал все за и против, конечно же, советовался с сонсеннимом, и в итоге всё же решил, что стезя стража порядка невероятно его привлекает. А когда он узнаёт результаты вступительных испытаний, то действительно чувствует себя наисчастливейшим человеком. И с этого момента начался, без преувеличения, самый прекрасный период в жизни Ким Тэхёна. Благодаря выработанной за долгие годы усердной учебы усидчивости и живому интересу к познанию чего-то нового, учеба давалась Тэхёну немного легче, чем большей части группы, хотя с физической подготовкой пришлось действительно попотеть. Но если что-то никак не хотело укладываться в голове, он часто допоздна засиживался в библиотеке, кропя над очередной сложной темой с кучей учебников и конспектов и в общежитие возвращался только ближе к ночи, стараясь быть максимально тихим, чтобы не разбудить видящего седьмой сон соседа. Всё же, из-за оставшейся со времен приюта боязни привязаться к кому-то (сонсенним не в счёт), Тэхён не стремился обращаться за помощью к одногруппникам. И первое время всё также настороженно относился ко всем, кто пытался начать общаться с ним. Но всё изменилось после одной ночи. Спустя четыре с половиной месяца с начала учёбы, единственный человек, с которым Тэхён успел сблизиться за всё это время, позвал его на вечеринку по случаю окончания первого семестра. Сон Чунсо — сосед Тэхёна по комнате в общежитии, он же не терпящий возражений, самый упертый баран, которого Ким когда-либо встречал. На любую абсолютно логичную причину Тэхёна не идти на эту вечеринку Чунсо находил минимум две причины пойти туда. Поэтому, истощенный попытками переубедить соседа, Тэхён сдался после четвертой причины. Это идея казалась ему абсолютно бессмысленной, потому что любая вечеринка, а уж тем более студенческая, по определению включает в себя просто безумное количество алкоголя, громкую музыку, глупые игры и дикие крики подвыпивших студентов. Именно так Тэхён представлял себе подобные сборища, и именно так оно всё и было. Грандиозное празднование первокурсниками окончания первого семестра проходило в двухэтажном коттедже в пригороде Сеула, принадлежащем родителям какого-то паренька с факультета бизнес-управления, которого большая часть приглашенных, наверное, и знать-то не знает. Ещё когда они с Чунсо только подходили к коттеджу, какой-то парень чуть позади них громко выкрикнул: — У-у-у! Пати, пати, йе! Тэхён перевёл полный сомнений взгляд на соседа, на что тот лишь пожал плечами, как бы говоря: ничего необычного. Оглянувшись, Тэхён заметил небольшую группу парней, два или три из которых показались ему знакомыми. Лишь пару секунд спустя он понял, что знакомыми они кажутся, потому что учатся с ним в одной группе. Мда, приехали. Заучился настолько, что и одногруппников не узнает. Хотя, возможно, всё дело в том, что он особо ни с кем не общается. Может быть. Внутри всё оказалось ещё более дико, чем снаружи. В подобной обстановке Тэхёну было некомфортно. Хотелось поскорее покинуть это место и отправится в свою тихую и уютную комнатку в общежитии и продолжить чтение недавно взятой в библиотеке книги, но… Но он обещал Чунсо, что попробует расслабиться и повеселиться, поэтому он здесь, и уйти не может. Осмотревшись, Тэхён примечает импровизированную барную стойку и направляется к ней, проталкиваясь через толпу. Он надеялся заказать чего-нибудь безалкогольного и тихонечко посидеть где-нибудь в уголке. Идеальный вариант, чтобы расслабиться и отдохнуть. Но его ждало разочарование, когда парень за стойкой сказал, что из безалкогольного в этом доме только вода в кране. — Просто дай бедняге что-нибудь с самым низким градусом. Тэхён оборачивается на подошедшего к стойке парня и узнает в нем своего одногруппника. Тот усмехается и делает заказ для себя. Пока им мешают напитки, Тэхён тупо пялит на парня, пока тот не поворачивается к нему и вопросительно изгибает бровь. — Не думал, что ты ходишь на… — Парень почесывает указательным пальцем висок, кажется, усердно размышляя. — Подобного рода мероприятия. — Да. Я тоже. Парень снова усмехается. Бармен придвигает к ним коктейли. Тэхён берет свой бокал, настороженно принюхиваясь, и морщит нос от резкого запаха. — Сначала всегда не особо приятно, — говорит собеседник и звонко ударяет своим бокалом о его. — Но потом расслабляешься и тебя просто уносит. — Так себе перспектива… Тэхён наблюдает за тем, как парень напротив легко выпивает треть бокала и, отсалютовав ему, растворяется в толпе. Он думает долгих две минуты, но все же подносит бокал к губам и делает первый небольшой глоток. Глотку неприятно обжигает, лицо искажается в гримасе. Алкоголь Тэхёну совершенно точно не нравится. Но просто стоя у барной стойки и наблюдая за веселящейся толпой, он делает глоток за глотком. За первым бокалом идёт второй и третий. Расхмелевший уже с первого, Тэхён совершенно не замечает того, что градус в бокалах повышается, взгляд затуманивается, а тело расслабляется, и вот он уже еле стоит на ногах. Он совершенно перестает соображать после, кажется, шестого или седьмого бокала. Последнее, что он более-менее ясно помнит, как глаза непроизвольно продолжали следить в толпе за лохматой макушкой одногруппника, заказавшего ему первый в жизни бокал алкоголя.

***

Утро следующего дня, ожидаемо, встречает ни разу до этого не пившего Тэхёна головокружением, тошнотой, сухостью в горле и отвратительным ощущением во рту. А еще теплом. Да, то, что он обнимает, невероятно теплое, размеренно поднимается то вверх, то вниз, очень приятно ощущается под тэхёновой макушкой, но не очень приятно пахнет потом и жутким перегаром. Хотя от самого Тэхёна, кажется, пахнет не лучше. Кое-как разлепив глаза, первое, что Тэхён делает — морщится от мешанины жутко неприятных ощущений и сначала даже не понимает, почему ему так натурально хреново. На то, чтобы вспомнить вчерашний вечер и причину нынешнего состояния уходит долгих пол минуты. Ещё десять секунд на осознание, что под ним лежит что-то живое, потому что подушки вроде бы не умеют дышать. Пять секунд на то, чтобы резко поднять голову и с открытым ртом уставиться на спящую мордашку незнакомого ему парня. Уложился меньше, чем в минуту. Тэхён отскакивает от незнакомца так резко, что чуть не валится с кровати, благо та оказалась двухместной (что очень странно, ведь в их общежитии все кровати одноместные, кровать Тэхёна в том числе). Машинально опустив голову вниз, он с облегчением замечает, что в одежде. Ещё одним облегчением стало то, что одежда та же, в которой он пришел. Слава небесам! Пока Тэхён пытается вернуть связь с реальностью, незнакомец начинает шевелиться и вскоре приподнимает голову. Он приоткрывает, почему-то, только один глаз и щурится на Кима. — Ты чего такой перепуганный? — Сонно бормочет парень. — Я… — Голос хрипит, горло неприятно саднит. Боже, что такого он вчера пил? — Какого чёрта происходит? — Ну так… — Парень замолкает, видимо не совсем понимая, почему Тэхён ничего не понимает и, кажется, не помнит..? Он приподнимается на локтях, устраиваясь поудобнее, и открывает второй глаз. — Ты что, не помнишь ничего? — Не то чтобы совсем… — Тэхён тупит взгляд в идеально белые простыни и пытается вспомнить, что было после третьего или четвертого коктейля, но безуспешно. — Ясно, — фыркает парень и валится обратно на подушку. — Пить ты не умеешь. — Я что, прям… Ну, того? Сильно прям напился? — Мямлит себе под нос, сминая пальцами простыни. — Спрашиваешь ещё. — О, боже. — Тэхён хватается руками за голову, прикрывая ладонями покрасневшее лицо. — Стыд-то какой… — Почему сразу стыд? — Искренне удивляется парень. — Я, между прочем, впервые видел тебя веселящимся. Готов поспорить, как и все в группе. — Что ты имеешь в виду под «веселящимся»? — Хмурится Тэхён. За кого они его принимают, раз считают, что он не умеет веселиться? Возмущение начинает нарастать в парне. — То и имею. Отдохнул как человек. Выпил, немного неумело, конечно, но подергался на танцполе. Ох, силы небесные… Это была самая огромная ошибка в жизни. Не нужно было слушать Чунсо и идти на эту вечеринку. Теперь все будут говорить о том, что он совершенно не умеет пить, но накидался по самое не хочу и вытворял, кажется, глупости какие-то. Как же стыдно. Ещё и заснул с незнакомым парнем (благо в одежде!) неизвестно где. — Подожди-ка, — Тэхён резко отрывает руки от лица и смотрит на парня с плохо скрываемой паникой. — А мы… Сейчас где? — Не трясись ты так, Господи. Мы всё там же, в коттедже. — На этом Тэхён в третий раз облегченно выдыхает. — Так, получается, ты забыл и то, как другом моим пообещал стать? — А? — Говорю, ты повис на мне внезапно, когда мы танцевали, и бубнить начал, что тебе тоже бывает одиноко, и, вот здорово было бы, появись у тебя друг. — Парень говорит, прерываясь на зевки, а у Тэхёна начинают подрагивать пальцы. Чего-чего он там говорил? Одиноко? Друг? Танцевали? — А когда ты совсем выдохся и на ногах еле стоял, я предложил тебе пойти уже спать. Дотащил до сюда, а ты повалил меня с собой на кровать. Да ещё сцапал так, что я выбраться не мог. Я думал, ты заснул, но ты вдруг предложил стать твоим другом, ну и я… — Что? — Что, что. Теперь, друг, ты должен мне чашечку бодрящего утреннего кофе за то, что я вчера твою тушу до кровати дотащил. Тэхён так в ступор и впал. Ни с того, ни с сего, напоил (за время пересказа вчерашнего вечера Тэхён вспомнил, что это тот парень, что заказал ему коктейль), до кровати дотащил и уже… Друг. А так можно? — Ты, прости, конечно, но я даже вряд ли сейчас вспомню как тебя зовут… — Начинает Тэхён, но оказывается перебит. — А я напомню, — парень резко садится и с улыбкой протягивает Киму руку. — Чон Чонгук. Твой одногруппник вот уже четыре с половиной месяца.

***

Если бы Тэхёна попросили описать Чон Чонгука, его новоиспеченного друга, то он бы не задумываясь выдал лишь одно слово — настырный. После той, злосчастной, как считал Тэхён, судьбоносной, как считал Чонгук, вечеринки Чонгук поначалу лишь иногда, а после уже и на постоянной основе, начал сидеть с Тэхёном на занятиях. Начал ходить с ним в библиотеку и подсаживался в кафетерии на обеде, а иногда и делился тем, что ему присылали из дома. Поначалу Тэхён боялся подпускать Чонгука слишком близко и первое время настойчиво пытался его игнорировать, но это оказалось не так-то просто. Чего греха таить, собеседником парень был действительно интересным, и то, как он вступал на парах в дискуссии с преподавателями, активно отстаивая свою позицию, заставляло Тэхёна неотрывно за ним наблюдать. В такие моменты в бездонных глазах Чона загорался настоящий огонь, и в голове Тэхёна проносилась мысль: вот бы и мне обладать подобной страстью к любимому делу. А ещё, первое время, он изо всех сил пытался прятать улыбку и сдерживать рвущийся наружу смех, когда Чонгук в перерывах между парами отпускал какие-нибудь шутки, но быстро сдался, вызывая своей реакцией у парня широченную улыбку. Такую искреннюю и теплую. Но тепло этой улыбки и той, другой, разное. И Тэхён совершенно растерян, когда понимает, что эта улыбка теплее. Казалось бы, всё началось так сумбурно и странно, но со временем они и правда сблизились настолько, что иногда, когда сосед Тэхёна не ночевал в их комнате, Чонгук оставался у него в комнате. Они смотрели вечером какой-нибудь фильм, активно комментируя его и споря по поводу сюжета и удачно ли подобраны актеры. Тэхён даже не заметил, как в его шкафу появились пара толстовок и футболок Чона, но и это стало само собой разумеющимся. Поэтому однажды, ещё до конца не проснувшийся, он напялил на себя одну из толстовок Чонгука и поплёлся на встречу с Чоном и его друзьями. Это был выходной, и они планировали ненадолго покинуть кампус. Один из друзей Чона тогда пошутил: — Вы, парни, уже дошли до той стадии в отношениях, когда парочки носят вещи друг друга? Чонгук просто посмеялся, а Тэхён залился глубоким румянцем, сразу делая вид, что очень увлечён разглядыванием чего-то на противоположной стороне улицы. А на самом же деле, брошенные одногруппником слова ещё очень долго не выходили у него из головы. Тэхён всё никак не мог понять, почему так смутился от, казалось бы, обычной шутки. Шутка шуткой, а ускорившийся в тот момент пульс смешным парню не показался. Однако со временем ситуация забылась, и пульс пришёл в норму. Лишь иногда подводил и ускорялся как у больного тахикардией. Тэхён пообещал себе записаться на приём к врачу, ведь со здоровьем шутки плохи, а его очень беспокоил ускоряющийся временами пульс. Пообещал, на том и позабыл. На зимних каникулах, перед началом третьего курса, Чонгук пригласил Тэхёна к себе домой. Это оказалось слишком неожиданно, поэтому Тэхён размышлял, соглашаться или нет, долгих два дня, взвешивая все «за» и «против». Решающим фактором стали слова Чонгука о том, что он вновь сможет попробовать те ланчбоксы, что ему делала мама. Оказывается, он всё-таки заметил, насколько они Тэхёну нравились. А ему они действительно очень нравились. От них веяло теплом, заботой, любовью, домом. Мама и папа Чонгука оказались самыми наиприятнейшими людьми. Необычайно современные, они были, кажется, в курсе всех модных трендов и ещё могли дать фору им с Чонгуком. Тэхёну так точно. Он по-прежнему в свободное время, когда он не с Чонгуком, предпочитал телефону, компьютеру или телевизору книги. Да, фильмы смотреть он любил, но, опять же, только с Чонгуком и только потому, что тот просил. А Чон фильмы обожал. В отличие от Тэхёна он прекрасно разбирался в каких-то там киновселенных и прочей белиберде. Первое время было слегка неуютно. У Тэхёна ведь никогда не было семьи, поэтому тёплая обстановка в семье Чон навевала на него лёгкую грусть. Он не ощущал её со времен приюта, с тех пор как это холодное чувство отошло на второй план, вытесненное книгами и сонсеннимом. Тэхён, конечно, пытался скрыть это чувство, но актёр из него никудышный, и его состояние не осталось незамеченным мамой Чонгука. Одним вечером, когда Тэхён помогал ей накрывать на стол, та подошла к нему и, ничего не говоря, крепко обняла. Ощущения были странными и непривычными, и сперва Тэхён растерялся. Он стоял как болванчик, опустив руки вдоль туловища и чувствуя, как начинает подрагивать нижняя губа. — Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя некомфортно здесь, Тэхён. Я заметила, что с Чонгуком вы очень близки. Поэтому, — женщина прижала его к себе чуть плотнее, поглаживая спину в успокаивающем жесте. — Я надеюсь, что ты не будешь против стать частью нашей семьи. Помни, пожалуйста, что здесь тебе всегда рады. Эти слова растрогали Тэхёна, заставляя поджать губы и, прикрывая глаза, обнять женщину в ответ. По щеке всё же скатилась предательница-слеза, но никого это не волновало. Впервые Тэхён чувствовал себя настолько защищённым и умиротворённым, находясь в доме своего лучшего друга, в окружении его семьи. Со своей семьей..? Погружённые в этот тёплый момент, они совершенно не замечали с нежностью во взгляде наблюдающую за ними из-за угла пару глаз.

***

Провести целые каникулы в компании Чон Чонгука оказалось не самой лучшей идеей. Совершенно неожиданно для себя, Тэхён начал замечать, что участившийся пульс в присутствии друга стал всё более частым явлением. Плюсом добавились сбившееся дыхание, чрезмерная потливость и боль в глазах, когда он слишком долго неотрывно смотрел на Чона. Весь этот прекрасный букет расцветал в Тэхёне, когда Чонгук вдруг оказывался слишком близко. Когда они встречались взглядами. Когда тот даже просто сидел рядом во время просмотра всей семьей фильмов по вечерам. Когда они проводили слишком много времени рядом друг с другом, то есть все чёртовы каникулы. Ненароком Тэхён успел подумать, что чем-то серьёзно болен, потому что раньше с ним такого не было. А потом, как-то само собой, пришло осознание. Когда он стал улыбаться просто потому, что Чонгук над чем-то заливисто смеётся. Когда учащённый пульс стал отдаваться приятным покалыванием в животе и на кончиках пальцев. Когда он стал задерживаться взглядом на слегка розоватых губах, с милой родинкой под нижней, при этом покусывая зачем-то свои. Когда Чонгук заваливался спать к нему, потому что не мог уснуть, и обвивал его всеми конечностями словно коала. Когда даже во снах стал видеть Чонгука, как будто они, бодрствуя, не находятся рядом друг с другом сутки напролёт. Да ты, дружок, влюбился! Тэхён просто понял это в один момент. Бездумно пялил перед собой минуту, ведя в голове весьма интересный диалог, состоящий из: «да быть не может…», «да точно тебе говорю!», «но мы ведь друзья…», «радуйся, что не враги!». Потом перевёл взгляд на обсуждающего что-то с отцом Чонгука и уже абсолютно уверенно произнёс у себя в голове: «Точно. Абсолютно точно попал. Ой, то есть запал!» И это не было чем-то удивительным. За два года, что они общаются, с Чонгуком Тэхёну было комфортно так, как ни с кем другим до этого. Даже с учителем, которому Тэхён очень многим обязан, он ничего подобного не испытывал. Тот, наверное, просто стал первым взрослым, которого Ким осмелился к себе подпустить, потому что чувствовал, что учитель действительно искренен с ним. Чонгук же ощущался уютом, комфортом, теплом, тем, кто всегда сможет вызвать улыбку, тем, кто, несмотря ни на что, всегда будет на твоей стороне. Чонгук ощущался домом, которого у Тэхёна никогда не было. И если осознание собственных чувств Тэхёна не удивило, то как на это отреагировал бы Чонгук, он понятия не имел. Достаточно долгое время после зимних каникул Тэхён выглядел подавленным, угнетаемый раздумьями: стоит ли рассказывать другу о своих чувствах? А что, если он разозлиться? Что, если ему будут неприятны эти чувства, и он не захочет больше видеть Тэхёна? Подобный расклад парню не нравился. Какими бы нежными и искренними не были его чувства к Чонгуку, но терять его из-за этого как друга не хотелось. Размышляя об этом, Тэхён внезапно пришёл к мысли, что Чонгук — единственная опора в его жизни. Единственный, кому он поверил бы безоговорочно, за кем непременно бы последовал куда угодно. И как бы красиво и романтично это не звучало, Тэхёна это начало пугать. Осознание, что большая часть твоей жизни крутится вокруг одного человека. Конечно же, Чонгук заметил его подавленное настроение. Он допытывался, не случилось ли чего серьёзного, но Тэхён лишь мотал головой и упорно молчал. Чон не глупый, понял, что пока Ким сам не захочет, ни за что не расскажет. Но чтобы хоть как-то попытаться поднять другу настроение, он старался быть рядом настолько дольше, насколько это было возможно. Стал чаще лезть с обнимашками, не замечая, как Тэхён каждый раз едва уловимо вздрагивал. Стал просить маму делать отдельный ланч-бокс и для Тэхёна, на что она никогда не отказывала. Чонгук не знал, что у Тэхёна произошло, но ему хотелось поддержать друга. И он делал это так, как умел. Только не понимал, что своими жестами поддержки ещё сильнее усугублял ситуацию. С каждым разом на душе у Тэхёна становилось только тяжелее. Чувства росли в геометрической прогрессии, заставляя их обладателя задыхаться и всё чаще испытывать этот нежный трепет в груди каждый раз, когда Чонгук просто произносит его имя. Угнетать стала сама необходимость сдерживать чувства: не задерживаться слишком долго взглядом, когда они не одни, не придавать особого смысла прикосновениям, не вздрагивать, когда Чонгук обнимает, закидывает руку на плечо или просто укладывается на него же головой, чтобы немного вздремнуть в перерывах между парами, не соглашаться моментально на любое чонгуково предложение, а делать вид, что думаешь хотя бы десять-двадцать секунд. Но и это всё не особо помогало, потому что стоит Чонгуку просто улыбнуться или начать смеяться над чем-то в телефоне, здравый рассудок улетает, а внутри всё переворачивается. Улыбка и смех Чонгука — большая слабость Тэхёна. Но хуже всего становилось от физического контакта. Первое марта — День движения за независимость, национальный праздник, и, соответственно, официальный выходной. Поэтому Чунсо, сразу после пар перед выходным, решил поехать к родителям в Сувон. Всего около часа езды от Сеула, а атмосфера уже другая: родные улицы, школьные друзья и дом. Тэхёну ехать было не к кому, поэтому выходной он планировал провести в общежитии, готовясь к промежуточной аттестации. Даже выходить никуда не собирался, сразу закупившись едой. Но его планам помешал завалившийся к нему вечером тайфун, именуемый Чон Чонгуком. С пакетом из ближайшего к общежитию супермаркета, в новой толстовке и с развязавшимся шнурком на правом кеде, он выдал открывшему и совершенно не ждавшему его Тэхёну: — Вечерочек! А я к тебе на ночлег. Он делает шаг вперёд, так что Тэхён вынужденно отступает, пропуская нежданного гостя в комнату. И чего это ему не сиделось у себя в комнате? Тэхён хмурится и закрывает дверь, пока Чонгук стягивает с себя кеды, наступая на пятки. — Мне Чунсо сказал, что уезжает сегодня к родителям и вернётся только завтра, — управившись с обувью, Чонгук сразу идёт дальше, закидывая пакет с закусками на стол Тэхёна. А тот думает, с каких это пор Чонгук и Чунсо настолько близко общаются, что второй сообщает Чону о своих отъездах домой. — Вот я и подумал, чего ты один скучать тут будешь. — Я вообще-то планировал готовиться к… — Эй, да брось! — Нагло обрывает Тэхёна Чонгук. — До промежуточных, кстати, слово «Жуть» тут корень, — говорит он, поднимая указательный палец вверх, пародируя профессора Юна, тут же вызывая у Тэхёна улыбку. — Ещё полторы недели, в общем. Уверен, ты снова всё сдашь на отлично. — И почему же ты так в этом уверен? — Тэхён останавливается у стола и заглядывает в пакет, пока Чонгук по-хозяйски заваливается на его кровать. — Потому что я купил печеньки с предсказаниями! — Заявляет победоносно парень, а Тэхён как раз ловит взглядом знакомую упаковку и тянется к ней. — Пока шёл, не удержался и открыл одну. — И что же там было? — «Наслаждайтесь удачей и делитесь ей с окружающими вас людьми». Вот я и решил поделиться ей с тобой. Тэхён хмыкает. Он не показывает этого внешне, но в груди снова приятно затрепетало от слов Чонгука. Решил поделиться с ним своей удачей. Ну разве не мило? Боже, он готов растаять только от этого! И так происходит каждый раз, когда Чонгук говорит что-то подобное. Кажется, учащённое сердцебиение скоро станет у Тэхёна хроническим. Достав из упаковки печенье, Тэхён разламывает его и смотрит на маленькую бумажку. — Что у тебя? — Чонгук приподнимается на локтях, выжидающе смотря на Кима. — «Доверяйте тому, что с вами происходит». — Тэхён переводит взгляд на Чонгука. Это стало их маленькой традицией. Перед каким-нибудь важным событием, или просто от скуки, они покупают печенье с предсказанием. А началось всё с того, что на втором курсе они небольшой компанией, состоящей из Тэхёна, Чонгука и его друзей, отправились на летнюю университетскую ярмарку какого-то университета, где Чонгук затащил Тэхёна в шатёр «гадалки в пятом поколении». Тому, что третьекурсница юридического факультета может видеть ближайшее будущее в стеклянном шаре с серой дымкой никто, конечно же, не поверил, но сонбэ обижать не стали, промолчали. А вот предложенное ей же печенье с предсказаниями заинтересовало парней куда больше. Особенно после того, как Чонгук, получивший предсказание о том, что ему в ближайшие дни нужно быть осторожнее с водой, уронил свои аэрподсы в фонтан. Смеялись тогда все, кроме Чонгука, а Тэхён припомнил другу недавнее предсказание. На следующий день — день экзамена по гражданскому праву и гражданскому процессу — Чонгук заявился в аудиторию с упаковкой печенья с предсказаниями, сказав, что если и на этот раз предсказание сбудется, то уверует в существование высшей силы. Экзамен он, как и гласило предсказание, сдал на отлично, и с тех пор печенье его неотъемлемый спутник по жизни. А у Тэхёна просто не было выбора, потому что его неотъемлемый спутник — Чонгук. Доверяйте тому, что с Вами происходит. Может ли Тэхён так слепо и неосторожно довериться только лишь своим чувствам, оставив здравый смысл? Он не уверен. Слишком многим рискует. Но разве можно совсем не доверять своему сердцу? Как там говорят? Верь своему сердцу, и оно подскажет правильный путь? — И что же с тобой происходит? — Чонгук садится на кровати по-турецки, явно ждёт ответа и продолжает сверлить Тэхёна взглядом. А тот глаза опускает. Откладывает разломленное печенье на стол и принимается распаковывать пакет. — Тэхён? — Ничего. — Вздыхает, упирается ладонями в столешницу и прикрывает глаза. — Ничего такого, что не происходило бы с другими. Просто устал. Задают много, ты же знаешь… — Устал? И всё? Конечно же нет, не всё. Устал — да, но не от учёбы или чего-то такого, от чего устают другие студенты. Тэхён устал прятать свои чувства и эмоции. Ему хочется высказаться, хоть кому-то, облегчить душу. Но проблема в том, что единственный, с кем он может поговорить по душам — это Чонгук. Чонгук, с которым поговорить конкретно об этом он не может. — Ты не голоден? Переводит тему, как делает это всегда, давая собеседнику понять, что не намерен больше продолжать говорить об этом. Чонгук тут же всё понимает и не возражает. Только поджимает губы, потому что чувствует, что, хоть Тэхён и не хочет говорить о своих проблемах, они его душат. — Вообще-то очень даже. Посмотрим фильм? — Какой? — Юнхо посоветовал недавно один… В объяснения Чонгука Тэхён особо не вслушивается, пропуская большую часть мимо ушей. Ему просто приятно слышать этот голос. Он слегка прикрывает глаза, готовя закуски. Когда всё готово, Чонгук ставит ноутбук Тэхёна на столик, и они усаживаются на полу возле кровати. Фильм оказался, по мнению Тэхёна, среднячком. Он начинает клевать носом где-то на середине, а после несколько раз точно отключался на пару минут. Чонгук это замечает и незаметно придвигается ближе. И когда Тэхён в очередной раз сонно покачивается, опускает его голову себе на плечо. Фильм идёт ещё двадцать минут. За это время Тэхён полностью проваливается в сон, а Чонгук ловит такие редкие минуты, когда Тэхён не вздрагивает по непонятным ему причинам от любого его прикосновения. — Тэ? — Он всё же тормошит друга за плечо, когда фильм заканчивается, потому что спать в таком положении — не лучшая идея. Потом всё тело будет болеть. — Думаю, пора бы уже ложиться. — А? Фильм уже закончился? — Да. — Чёрт. Прости, я заснул, — он сонно трёт глаза, поднимая взгляд на часы. — Ничего. Кажется, ты сегодня очень устал, да? — Ага, похоже на то. Иди в душ первым, я тут пока приберусь. — Нет, ты иди. Вижу же, что засыпаешь на ходу. К тому же, только я ел, так что мне и убирать. Тэхён не спорит, только смотрит ещё несколько секунд, как Чонгук собирает посуду со столика. То, что парень очень хозяйственный, он заметил ещё во время зимних каникул. Тот всегда помогал маме с готовкой и уборкой после еды. И совершенно случайно в сонном сознании Тэхёна проносится мысль: сейчас всё выглядит так, будто мы встречаемся и живём вместе, а Чонгук — тот самый идеальный парень. Мой парень. От собственных мыслей Тэхён резко краснеет и, схватив сменную одежду, галопом несётся в душ. Прохладная вода немного сбивает спесь с разыгравшегося воображения, а также слегка бодрит. Поэтому, пока Чонгук принимает душ, Тэхён всё ещё не спит, а лежит, бездумно пялясь в белый потолок. Когда-нибудь он сможет признаться? Сможет ведь однажды честно рассказать Чонгуку о своих чувствах, а после с облегчением выдохнуть, потому что, всё! Больше никаких секретов. Тэхён одновременно надеется, что сможет и не сможет. Он хочет рассказать обо всём, потому что уже сейчас ему тяжело продолжать хранить эти чувства в тайне. Не хочет, потому что боится реакции Чонгука. — Я посплю сегодня с тобой? Чонгук. Тэхён резко возвращается из своих раздумий в реальность и поворачивает голову. Чонгук давно чувствует себя здесь как дома. Чонгуку комфортно в компании Тэхёна. Чонгук совершенно без комплексов, поэтому стоит сейчас в одних шортах (то ли своих, то ли Тэхёна, никто из них сейчас и не вспомнит) и светит подтянутым торсом. — С чего вдруг? — Хочу поделиться с тобой своей удачей. Вот так просто. Удачей поделиться он хочет. Тэхён, конечно, уже видел Чонгука без верха, так что в этом ничего фантастического, но вот… Вот таким он никогда с ним рядом не спал. Когда на зимних каникулах внезапно заваливался к Тэхёну посреди ночи, то всегда в футболке, а тут… — Ну... Ладно. Как хочешь. «Молодец! Ещё больше пофигизма в голосе и тебе даже удастся сделать вид, что ты этого парня вообще первый раз видишь, а не влюблён в него по уши» — осаждает сам себя Тэхён. Он двигается ближе к стене, освобождая Чону место, и переворачивается набок. Лучше уж он будет лицезреть стену в лунном свете, чем профиль друга. Слишком прекрасное зрелище. Чонгук выключает свет. Матрац слегка прогибается. Слышится шорох одеяла. Чонгук ворочается. А после Тэхён чувствует такое знакомое тепло: к спине прижимается чужая грудь, жилистые руки обвивают талию, смыкаясь на уровне рёбер, а в макушку утыкается нос. Тэхён задерживает дыхание, боясь выдохнуть. Будто это сон, и, если он сейчас выпустит воздух из лёгких, всё исчезнет. — Т-ты чего это? — Просто давай полежим так, м? — Чонгук прижимается плотнее, вдыхая запах тэхёнова шампуня, какой-то фруктовый микс, теперь и его волосы пахнут так же. Тэхён от этого действия закусывает губу. Пальцы на ногах поджимаются. Он боится, что Чонгук может почувствовать, насколько быстро бьётся его сердце. — Я так скучал. — Но… Мы же каждый день видимся. Тэхёну еле удаётся сказать это без хрипотцы в голосе, потому что шёпот Чонгука прямо в затылок вызывает миллион мурашек по всему телу, а в горле образуется ком из невысказанных, но упорно рвущихся наружу чувств. — Да, видимся. Но ты словно не со мной находишься. Теряешься в своих мыслях, а я в догадках, что же у тебя случилось. — Чонгук ведёт рукой по футболке Тэхёна выше, к ключицам, и останавливается, только когда обхватывает всю грудную клетку. — А ещё вздрагиваешь постоянно, когда касаюсь тебя. Не объяснишь? Тэхён мотает головой в знак протеста, а Чонгук лишь сильнее прижимает его к себе. Он сейчас словно играет в шахматы, ведя счёт. Каждый ход продуман и вымерен, он уверенно переставляет фигурки — перемещает ладонь на уровень сердца. В повисшей тишине становится чётко слышно дикое биение одного обезумевшего от чувств сердца. — Оно так быстро стучит. Это выше Тэхёновых сил. У него в груди всё дрожит и сжимается, и это ни капли не приятно. Ощущение, что тебе вот-вот душу вскроют и вытащат наружу все твои грязные секреты. Тэхён либо совершит огромную ошибку, либо сойдёт с ума, если это всё прямо сейчас не прекратится. Но Чонгук останавливаться, кажется, не собирается. Поэтому Тэхён накрывает своей слегка подрагивающей ладонью Чонгукову, сжимает. А после опускает на простыни, но не отпускает. Попросту не может. Прикрывает глаза, пытаясь выровнять дыхание и успокоить сердце. — Прости, — шепчет Чонгук, больше не двигаясь. «За что? За что ты просишь прощения?» — кричит разум Тэхёна, но вслух он произносит только: — Просто… Давай спать, хорошо? — Хорошо. И если Тэхён считал, что до этого было невыносимо, то теперь он понял, что невыносимо стало после этой ночи.

***

Проснувшись, Тэхён пытался незаметно выбраться из хватки Чонгука, но не вышло. — Доброе утро, — пробурчал Чонгук хрипло, что совсем не вязалось с гнездом на голове, делая его похожим на цыплёнка. — Да, утро. Я, это… В душ. Душ — любимое место Тэхёна для размышлений, потому что сейчас он стоял и думал, как теперь смотреть Чонгуку в глаза после того, что было ночью. Что уж говорить, это был очень странный жест для друзей. Тэхён мог бы понять, сделай подобное он, но Чонгук… В последнее время он вызывает в Тэхёне одни лишь нежные чувства и вопросы. И вопросов куда больше, чем Чон может себе представить. Потому что Тэхён потерян, он совершенно не понимает и не знает, как стоит воспринимать подобные действия со стороны Чонгука, который его лучший друг, и ни на что большее между ними намёков, вроде бы, не даёт. Но потом он выкидывает что-то подобное, и сознание Тэхёна просто взрывается. Вот и сейчас, он абсолютно дезориентирован, но пытается понять, как теперь вести себя с Чонгуком, чтобы ненароком не выдать собственных чувств. Хотя только дурак бы не понял, почему его сердце вчера готово было выскочить из груди. Но всё оказалось куда проще, потому что Чонгук — это Чонгук. За завтраком он говорил с Тэхёном так, словно ничего не произошло. А может, так и есть. Может, для него это ничего и не значило, ведь только сердце Тэхёна сходило с ума. Эта мысль отдавалась неприятным покалыванием в груди, поэтому Тэхён старался об этом вообще не думать. И у него получалось. Он очень благодарен Чонгуку за то, что тот больше не вспоминал события той ночи и не поднимал эту тему, тем самым давая Тэхёну шанс очистить голову от неприятных мыслей. Казалось, всё вернулось на круги своя. Непонятная неловкость, на время поселившаяся между ними после зимних каникул, ушла. Тэхён всё также хранил в себе чувства к лучшему другу, но внешне этого не показывал. А Чонгук… Чонгук стал смотреть. Сначала Тэхён думал, что показалось. Но всё чаще он стал чувствовать и ловить на себе взгляды Чонгука, незаметные, как тот думал. Долгие, пристальные, иногда с прищуром. Они ощущались падающими на кожу, обжигающими лучами солнца. И это вообще не вязалось с тем, как Чон себя вёл. Внешне он не показывал признаков какой-либо недружеской заинтересованности, но эти взгляды… А может Тэхён просто накручивал себя. Может, никаких взглядов нет, и он всё себе напридумал после тех ночных обнимашек. И в таком ритме проходит полтора месяца. Весна полноценно вступает в свои права, постепенно возвращая миру тепло. Однако эта весна выдалась очень дождливой. В середине апреля, не смотря на тёплую погоду, целую неделю шёл дождь. И это было очень странно, ведь, обычно, сезон дождей начинается в июне, а сейчас только апрель. Он прекращался лишь на несколько часов, и всегда в разное время, так что предугадать, когда небо сжалится — было просто невозможно. Поэтому улицы пестрили разномастными зонтиками, и это было похоже на какой-то фестиваль. Тэхён относился к тому числу людей, которые любили дождь. Но любили смотреть на него и хмурое небо из окна своей уютной комнатки. Поэтому он не считал нужным покупать зонт, потому что большую часть времени в году дождь не идёт. Да и промокнуть немного не так уж и страшно. Однако этой весной он задумался над тем, что, пожалуй, зонт приобрести всё же стоит. Но только задумался. Потому что отсутствие у него зонта стало причиной того, что Тэхён второй раз в жизни был счастлив также, как в день, когда узнал, что поступил. Это был самый пасмурный день весны. Дождь лил с самого утра и прекращаться, кажется, и не думал. Небо затянуло серыми облаками, и, сидя на паре и бросая временами взгляд на окно, Тэхёну казалось, что уже наступил вечер, хотя первая пара началась двадцать минут назад. Он в очередной провёл рукой по волосам, проверяя, не высохли ли те. Не высохли. От общежития до кампуса идти добрых пятнадцать минут медленным шагом, около десяти — быстрым, а если идёт дождь, но ты опаздываешь и решаешься на самый экстремальный в твоей жизни забег, то уложиться можно в восемь минут и промокшую одежду. — Неужели настолько сложно купить зонт? — Шепчет Чонгук, склоняясь к Тэхёну. — Хочешь, давай я куплю? — Не нужно. — Так же шёпотом отвечает Тэхён. — Может мне нравится бегать под дождём. — Ага, а лежать потом с простудой тебе тоже нравится? — Хмуро ворчит Чон. А Тэхён поджимает губы, скрывая улыбку. «Да, — думает он. — Нравится даже лежать с простудой, ведь ты будешь рядом». Он уже перестал стесняться подобных мыслей, потому что остановить их не может. Однако в груди всё в который раз переворачивается, потому что заботливый Чонгук — это особый уровень нежности, и не влюбиться в него просто невозможно. Ближе к обеду дождь немного стихает, лишь слегка капает. «Затишье перед бурей» — хмуро замечает один из друзей Чонгука, на что тот хмыкает. Они прогуливаются всей компанией до ближайшего кафе и обедают, а после снова на пары. Как и пророчил друг Чона, после обеда начался настоящий ливень. Через плотную завесу дождевых капель практически ничего не было видно. — Кошмар! И как нам до дома добраться? — Причитает один из парней, когда они выходят из аудитории после последней пары. — Ты же вроде на машине сегодня? — Спрашивает тот самый «предсказатель погоды», как его теперь окрестили друзья. — Да, но ведь до парковки тоже нужно дойти. — Хочешь знать, как устраивать чудо-забеги под дождём? — Встревает Чонгук. — Спроси у Тэхёна, он в этом спец. Парни синхронно переводят взгляд на Кима, на что тот закатывает глаза и прибавляет шаг. Ему не показалось? В голосе Чонгука он услышал сарказм. Если под ним он пытается прятать свою заботу, то Тэхён хочет посоветовать Чону больше упражняться, потому что пока получается плохо. Они спускаются на первый этаж, когда Тэхён слышит: — Чёрт, разрядился. Это Чонгук. Чонгук, который обещал перезвонить маме после пар. Который хватает Тэхёна за запястье, разворачивая к себе. — Не одолжишь телефон на пару минут? — Да, конечно. — Вздыхает Тэхён и тянется в сумку за гаджетом. Он отдаёт его Чонгуку и даже разворачивается, намереваясь продолжить путь, как вдруг… Вспоминает. — Вот чёрт. Как он мог забыть? Что, просматривая вчера фотографии на телефоне, просто чисто из любопытства, из-за своей глупой влюблённости и такого же глупого мозга, кричавшего «будет классно выглядеть!», он установил фоном главного экрана их с Чонгуком селфи. Одно из недавних, которое нравилось Тэхёну больше всех остальных. Он думал, что установит, посмотрит, поумиляется и вернёт обратно обои с книжной полкой, но… Что-то пошло не так. Пришёл Чунсо, начал о чём-то болтать, позвал Тэхёна выпить чаю, вот он и заблокировал телефон и отложил на тумбу. И забыл. А на фото том они с Чонгуком… До странного похожи на парочку, и как это получилось, Тэхён себе представить не может. Но это и не важно сейчас. Важно то, что телефон сейчас в руках у того, кто не должен видеть оплошность Тэхёна. — Чонгук! — Он разворачивается, намереваясь вернуть телефон, но застывает, проглатывая все слова. Поздно. Чонгук разблокировал телефон, на котором даже никакого пароля нет, и смотрит на обои. И если Тэхён думал, что только что произошло худшее из того, что могло произойти, то действительно худшее происходит через секунду. «Погодный предсказатель» подходит к Чонгуку и, заглянув в телефон, присвистывает. — Чёрт, вы что, действительно встречаетесь? — Он переводит взгляд с Чонгука на Тэхёна и обратно. Тэхён поджимает губы и выхватывает из рук Чонгука телефон. Разворачивается и срывается на бег. Он бежит к выходу, по пути засовывая телефон обратно в сумку и проклиная себя. Дурак! Какой же дурак! Произошло то, чего он так боялся. Если Чонгук не идиот, а это далеко не так, то он сложит ночь первого марта и то, что произошло только что, и всё станет очевиднее некуда. И это действительно то, чего Тэхён так боялся. Что теперь будет? Они продолжат общаться? Захочет ли Чонгук оставаться его другом? Вопросы один за другим сыпятся на Тэхёна, а он впервые не может ответить ни на один из них. Выбежав на крыльцо, он спускает лямку рюкзака на сгиб локтя и приподнимает ворот формы. Пользы от этого никакой, он промокает до нитки практически сразу, как оказывается под дождём, но шаг не сбавляет. Продолжает идти вперёд, в направлении общежития, потому что назад вернуться и подождать, пока закончится дождь точно не может. Потому что там Чонгук. У которого наверняка есть вопросы. И Тэхён не станет винить его, если так оно и есть. У него у самого была бы куча вопросов, узнай он, что его, как он считал, друг влюблён в него. Но ситуация обратная, это он тот самый «друг», и почему-то он чувствует себя преданным. Хотя единственный из них, кто должен чувствовать себя преданным это Чонгук. Ведь это Тэхён втайне влюблён в него. Но и Тэхёна можно понять. В его личное пространство вторглись и раскрыли шкаф с одним, но достаточно большим скелетом. И это неприятно, почти также, как тогда, в шесть лет, когда он узнал, что его бросили. И хотя Тэхён сам дал Чонгуку свой телефон, он всё равно чувствует себя так, словно ему залезли в душу и всё там переворошили. — Тэхён! Он уже обходит кампус, когда его окрикивают. Резко остановившись, он оборачивается и видит — ну конечно, кто бы сомневался — Чонгука. Тэхён закусывает губу и стоит. Просто стоит и смотрит, как Чон всё приближается. Пошевелиться не может, сам не понимает, почему. Неужели он в Чонгука настолько, что готов подчиняться всему, что тот скажет? Когда Чонгук останавливается напротив, то выглядит слегка запыхавшимся. Бежал? Кажется. Искал Тэхёна? Волновался, переживал? И снова в голове, словно пластинку заело: «заботливый и переживающий Чонгук — самое прекрасное, что мне доводилось видеть». Тэхёну самому это уже немного надоело, но ничего с собой поделать не может. Он в Чонгука действительно настолько. — Что это было? — Спрашивает Чонгук, едва отдышавшись, а голос и правда взволнованный. — Ты о чём? — Отводит взгляд, хотя из-за дождя и так мало что видно. — Только что. Что произошло? Почему ты убежал? — Ничего не произошло. Просто… Вспомнил кое о чём. — Тэхён, — звучит с нажимом. — Посмотри на меня. О, как же хочется. И не хочется. И всё это сводит с ума. И ещё этот дождь дебильный. Но Тэхён ему даже рад, потому что, когда Чонгук вдруг берёт его пальцами за подбородок и поворачивает к себе, он не может чётко разглядеть его глаз. А это хорошо. Иначе бы Тэхён пропал в ту же секунду, как посмотрел в них. Но… Чёрт. Пальцы у Чонгука тёплые, несмотря на ледяной дождь, и у Тэхёна мурашки по телу разбегаются от щемящей нежности. — Я… — Начинает он, но тут же замолкает, поджимая губы. Сам не знает, что хочет сказать. А сердце снова бешено стучит. — Прости. — За что? Из-за шумя дождя и редких порывов ветра, почти не слышно, как слова шёпотом слетают с губ, но они оба продолжают говорить тихо, едва слышно, и чёрт его знает почему. Чтобы никто не услышал, хотя вокруг никого нет, чтобы не разрушить словами момент или чтобы не сказать того, о чём потом будешь жалеть. Тэхён молчит. Жмурится, мотает головой, отказываясь говорить. Он всегда так делает. Чонгук вздыхает, но вздох этот пропадает в шуме дождя. — Тэхён, — зовёт он, но парень всё также стоит с закрытыми глазами. — Тэхён, посмотри на меня. — Чонгук обхватывает лицо парня ладонями, и это срабатывает моментально. Тот тут же открывает глаза, в шоке уставившись на него. А глаза напротив смотрят пронзительно, будто пытаются что-то сказать, но вместо них говорят губы. — Я всё не знал, как сказать тебе. Не был точно уверен, чувствуешь ли ты тоже, что и я. Но после той ночевки, когда… В общем, я честно не знаю, как это произошло, да и как это в принципе происходит неважно. Важно лишь то, что ты мне нравишься. Даже больше, я влюблён в тебя. Ох… Нравится. Он. Чонгуку. Нравится. Чонгук в него влюблён. Боже, эти слова из разряда фантастики. Тэхён и не мечтал их услышать. Он ведь не смел даже надеяться на взаимность, а тут, бах! и влюблён. Невольно вспомнился рассказ сонсеннима про первую любовь и что она редко бывает взаимной… А Тэхёну вот, кажется, повезло. Его, кажется, взаимна. — Я… — Выдавливает он наконец. — Я, кажется, тоже. — Что тоже? — Зачем-то спрашивает Чонгук, и Тэхён хмурится. Но парень уточняет. — Нравлюсь или влюблён? Боже. Если вы думали, что когда-то по-настоящему чувствовали себя неловко, то забудьте! То, что ощущает Тэхён сейчас — вот это действительно неловко. Он никогда ещё не признавался никому в чувствах, и поэтому сказать следующее даётся ему действительно с трудом. — Т-тоже нравишься и тоже влюблён. Очень влюблён. Хочется дать себе затрещину. Что значит «очень влюблён»? Почему именно в такие моменты мозг отказывается выстраивать слова в логичные предложения и отключается? Но Чонгук внезапно улыбается той самой теплой улыбкой, и Тэхён успокаивается. А потом происходит ещё кое-что из разряда фантастики. Чонгук целует его. Неожиданно, почти промазывает мимо губ, потому что те мокрые. Но это его не останавливает. Он притягивает Тэхёна к себе и целует. Неспешно, невероятно нежно. Этот поцелуй почти можно назвать целомудренным. Тэхён неумело пытается отвечать, хватаясь пальцами за края пиджака чонгуковой формы. Мокрая. Они оба насквозь промокли. Чонгук отстраняется. Он просто смотрит на Тэхёна несколько секунд, а потом шокирует его в третий раз. — Раз… Наши чувства взаимные, и мы даже поцеловались… — на этих словах, Тэхёну кажется, что, не будь на улице так холодно и мокро, он бы покраснел. — Думаю, теперь мы встречаемся. — Почему это звучит как утверждение, а не как вопрос? — Потому что это не вопрос. Тэхён смеётся. Чонгук улыбается. Он всегда невольно начинает улыбаться, когда Тэхён смеётся. Но потом тот шмыгает носом, и Чонгук вспоминает, что они всё ещё стоят под дождём, холодный ветер пробирает до костей, а Тэхён слишком легко простывает. Поэтому Чонгук хватает того за руку и тянет в направлении первоначальной цели — общежития. Там он отправляет парня, своего парня, в душ, а сам в это время делает горячий чай им обоим. После чего заставляет Тэхёна с ногами забраться на кровать и закутаться в плед, и сам пристраивается рядом. Они смотрят выбранный Чонгуком фильм, довольно старый, но Тэхёну нравится. А когда Чонгук говорит, что фильм снят по одноимённой книге, Тэхён обещает себе позже обязательно её купить. И на этот раз, не просто обещает. Они сидят так остаток дня, просто смотрят фильмы и наслаждаются теплом и обществом друг друга. Под вечер Тэхён получает сообщение от Чунсо, что тот сломал ногу и эту ночь проведёт в медпункте. Первые несколько секунд Тэхён действительно волнуется о самочувствии соседа, а после, поборов смущение, он поворачивается к Чонгуку и спрашивает, не хочет ли тот остаться на ночь. В силах ли был Чонгук отказаться? Нет, разумеется, нет. Только позже, много позже, Тэхён узнает, что Чонгук никогда не мог ему отказать. Что Тэхён действовал на Чонгука точно также, как сам Чон на него. Что Чонгук тоже в него настолько. И возможно именно поэтому они теснятся на одноместной кровати Тэхёна, хотя рядом пустует кровать Чунсо. А может быть потому, что к вечеру у Тэхёна и правда поднялась температура и его начало морозить, а Чонгук согревал не хуже самого тёплого и уютного пледа. Это был самый пасмурный день весны. Дождь был настолько сильный, что едва можно было что-либо разглядеть. А они стояли за кампусом, одни, насквозь промокшие, и открывали друг другу свои сердца. Неловкие, смущённые и до безумия влюблённые.

***

Если раньше жизнь Тэхёна была полна одиночества, то после встречи с Чонгуком она наполнилась сплошной чередой неловких моментов. За последние два с половиной месяца, что они встречаются, он всё никак не может преодолеть смущение, когда Чонгук вдруг выкидывает что-то, казалось бы, совершенно обычное. То в щёку чмокнет, то за руку возьмёт, когда они идут по коридору, либо же берёт себе рюкзак Тэхёна, когда провожает до общежития. А когда они остаются одни, Чонгук целует так, что у Тэхёна коленки подгибаются, и он забывает обо всех запланированных на день делах. Кто-нибудь должен объяснить ему, что со всем этим делать. А Чонгук выглядит счастливым. Он невероятно счастлив, потому что Тэхён больше не грустит и не нагружает свою прекрасную голову мрачными раздумьями. Он снова улыбается и смеётся над чонгуковыми шутками. И это заставляет Чонгука чувствовать себя просто невероятно. Окрылённый этими чувствами, он вновь приглашает Тэхёна провести, пусть и небольшие, летние каникулы у него дома. Тэхён недолго думая соглашается, потому что просто обожает родителей Чонгука. И они говорили, что всегда рады ему. Но, Господи, как он мог забыть, что Чонгук — это Чонгук? Когда он в первый вечер за ужином выдаёт ошеломившее всех: «А мы с Тэхёном теперь встречаемся», последний думал, что прямо там под землю провалится. Он даже был готов к тому, что родители Чонгука попросят его покинуть их дом и никогда больше не возвращаться, а самому Чону запретят с ним не то, что встречаться, просто общаться. Но их реакция удивила Тэхёна не меньше неожиданного объявления Чонгука. Мама облегчённо выдохнула, а отец поднял свой бокал с вином и, отсалютовав сыну, сделал глоток. Чуть больше, чем все остальные до этого. И тут Тэхён вспоминает, что родители его парня — люди просто потрясающие, идущие в ногу со временем. А когда они уже ложатся спать, Чонгук рассказывает о том, что о его ориентации они в курсе ещё со времён старшей школы. Чону тогда на полном серьёзе казалось, что, если родители не примут его таким, какой он есть, он, вероятно, бросит школу и сбежит из дома. По крайней мере, так считал его подростковый максимализм. Сейчас же Чонгук только усмехается размышлениям себя семнадцатилетнего. А Тэхён снова чувствует тепло. Не то тепло, которым делится с ним тело обнимающего его Чонгука. Но то, которое вытесняет холод одиночества, овладевший им за долгие годы в приюте. То, что Чонгук делится с ним моментами из своего детства, то, что зовёт к себе домой теперь на каждые каникулы и праздники, то, что его родители приняли не только самого Тэхёна как сына, но и их отношения. Всё это заставляет Тэхёна чувствовать себя так, словно он обретает дом. Дом, в котором невероятно тепло, уютно, где его ждут и любят. Это ощущение появилось совсем недавно, точнее, осознавать его Тэхён стал не так давно, и оно ещё настолько хрупкое, что любой, даже самый маленький камушек может разбить его. Поэтому Тэхён обещает себе оберегать его. И это снова не просто обещание.

***

Время бежит неумолимо быстро. Тэхён понимает это, когда Чонгук заталкивает его в такси, которое отвозит их, достаточно подвыпивших, домой к Чону. Тэхён, конечно, пытался настаивать на том, что отправится к себе в общежитие, тем более он может оставаться там ещё неделю, но из любых споров Чонгук всегда выходил победителем. Так повелось ещё с первого курса. Поэтому склонив тяжёлую голову парню на плечо, Тэхён прикрывает глаза. Под закрытыми веками мерцают и скачут туда-сюда непонятные точки, временами мелькают моменты сегодняшнего дня. Выпускной. Вручение дипломов, громкие аплодисменты, дрожащие руки и в противовес этому невероятная лёгкость в груди. Потому что они сделали это. А потом всем курсом в кафе. Куча алкоголя и закусок, смешные, неловкие и у кого-то даже безумные истории, происходившие с ними за время учёбы, звучат уже наполовину заплетающимися языками где-то на середине посиделок. Тэхён счастлив. Он чувствует себя потрясающе. Рядом сидит Чонгук, так же широко улыбаясь и смеясь, и это всё, что нужно. Быть здесь и сейчас с человеком сердца. Об остальном можно подумать позже. Позже всё-таки наступает следующим утром и сопровождается не особо приятным чувством похмелья. Тэхён просыпается раньше Чонгука и поэтому позволяет себе немного поглазеть на любимого парня. Лицо его расслабленно, губы чуть приоткрыты, грудь размеренно вздымается. Временами Чонгук слегка хмурится, кажется, сон не особо приятный. Но будить его Тэхён не хочет. Он просто продолжает любоваться дорогим сердцу человеком и думает. Учёба окончена. В течении недели необходимо освободить комнату в общежитии. В этом и заключается суть терзаний Тэхёна. Ему некуда идти. Да, во время учёбы он подрабатывал то там, то тут, но тех денег, что он откладывал, не хватит и на первое время. Есть ещё, конечно, Чонгук. Чонгук и его прекрасные родители, которые будут безумно рады приютить Тэхёна у себя, не говоря уже о самом Чоне, но… Тэхён не хочет навязываться. Пусть уже и чувствует себя членом семьи, но всё же… Но проблема с жильём неожиданно решается сама. Точнее, решение приходит до того, как Тэхён решает основательно взяться за это дело. Два дня спустя, когда он уже начал упаковывать некоторые вещи, чтобы не собирать потом всё в спешке, как всегда, без предупреждения к нему в комнату заваливается Чонгук. Заваливается в буквальном смысле, потому что руки его были заняты какими-то коробками и, открывая ногой дверь, он споткнулся о порог, запутался в собственных ногах и повалился вперёд. Тэхён подскочил от неожиданности. — Господи, Чонгук! — Он подбегает к парню и помогает ему вылезти из-под горы, как выяснилось, пустых коробок. — Ты в порядке? — Чёрт… Да, в порядке, Тэ. — Он трёт ушибленный локоть и морщится. Ага, в порядке он, как же. — А это всё… — Тэхён обводит взглядом коробки — Что такое? — Вижу, ты уже начал собираться, — игнорирует его вопрос Чонгук и проходит вперёд. — Это хорошо. — Чонгук. — Произносит Тэхён с нажимом, поворачиваясь к парню. Чонгук поворачивается и смотрит взглядом, который Тэхён больше всего терпеть не может. Взгляд этот означает, что сейчас парень пустится в разъяснения, в результате которых Тэхён непременно согласится на выдвинутое Чоном предложение, потому что тот его действительно убедит в правильности решения, либо Тэхён потеряет суть ещё в самом начале, и ему просто надоест это всё слушать. — Тебе ведь к концу недели нужно съехать из комнаты, — начинает парень. — И я подумал, что ты будешь искать новое жилье. — Собирался. — Тэхён складывает руки на груди и сверлит парня взглядом, как бы говоря: «Ну давай, порази меня ещё одним фактом». — Ну да. Так вот. Я, вообще-то, уже давно планировал съехать от родителей, когда учёба закончится. Поэтому не так давно снял квартиру. И, в общем, не хотел бы ты… Ну, жить вместе? Не то чтобы Тэхён вообще не ожидал ничего подобного. Это же Чонгук, от него вообще что угодно можно ожидать. Что-то вроде этого. И идея эта совсем не кажется Тэхёну не правильной. Он бы с удовольствием стал жить вместе с Чонгуком, только вот… Только семья Чонгука, в отличие от Тэхёна, имеет средний уровень заработка, и Тэхён сомневается, что сможет потянуть даже половину стоимости квартиры, которую мог выбрать Чонгук. Ведь он привык жить в комфорте. И, наверное, все его сомнения отражаются прямо на лице, потому что Чонгук внезапно подходит к Тэхёну и берёт его за руки. — Тэ, если ты не хочешь или… — Я не не хочу, Чонгук. Я хочу. Очень хочу, просто… — Тэхён вздыхает и подходит ближе к Чонгуку, пряча лицо в сгибе его шеи. Он очень любит так делать, это успокаивает и даёт ощущение защищённости, потому что Чонгук всегда неизменно обнимает его. Поэтому Тэхён решает быть откровенным. Честность — это то, чего Чонгук заслуживает. — Просто это всё куда сложнее, чем я мог себе представить. Возможно, стоило задуматься о жизни после выпуска немного раньше. А теперь у меня осталось несколько дней до того, как меня выпрут отсюда, а я не знаю куда податься. — Ты всегда можешь прийти ко мне, Тэ. — Тихо отвечает Чонгук, поглаживая парня по спине. — Я бы очень хотел, чтобы мы жили вместе. Если ты переживаешь насчёт оплаты жилья, то не стоит. Родители согласились помогать мне первое время с этим, пока я не найду работу и встану на ноги. Уверен, они совершенно не будут против, если и ты будешь жить со мной. Ты же знаешь. — Знаю. И я так благодарен им за это. Они лучшие, правда. — Шепчет Тэхён, плотнее прижимаясь к парню. — Тебе очень повезло с ними. — Нам. Нам очень повезло. — Точно. Нам. Стоит ли говорить, что после подобного момента нежности у Тэхёна не было иного варианта, кроме как согласиться? Чонгук помог ему упаковать остальные вещи. Принесённые им коробки оказались очень даже кстати. Дольше всего просидели с книгами, потому что Тэхён рассказывал Чонгуку как каждая из них оказалась у него: эти купил, те получил в подарок, а вот эту нужно бы не забыть вернуть в библиотеку… Закончили они в итоге только ближе к вечеру, на улице уже успело стемнеть. Тэхён думал всё-таки провести эту ночь в общежитии, потому что как им тащить все эти коробки, да ещё и по темноте? Но Чонгук совершенно неожиданно достал из кармана ключи и сказал, что отец одолжил ему свою машину. Но большей неожиданностью стало то, что у парня есть права. Оказалось, что получил он их незадолго до выпуска. Погрузив все коробки в машину, Тэхён отдал ключ от комнаты в общежитии. Лёгкая грусть всё-таки присутствовала, потому что почти пять лет он жил в этой уютной комнатке. Но найденная Чонгуком квартира оказывается не менее уютной. Парень уже успел её немного обустроить, и хоть на первый взгляд она казалась маловатой, Тэхёну кажется, что большего им и не нужно. Они вместе, любят и поддерживают друг друга. И будущее уже не кажется таким страшным. Да, впереди нелегкий путь, но всё обязательно будет хорошо. Ведь теперь Тэхён не одинок. Теперь ему тепло даже самой холодной зимой.