Спастись от Гермионы Грейнджер 3. Многоходовка

Гриффиндорцы уже разошлись по своим спальням, и сейчас в гостиной нас было только пятеро: Драко, мы с Васемоной и две бутылки огневиски, на одну из которых Васька сразу заявила эксклюзивные права, вцепившись в неё, как в последнее спасательное средство, и напрочь отказываясь выпускать из рук. Я прекрасно понимал друга: уж кому-кому, а ему сейчас точно нужно забыться. Да и вообще, нам всем не мешает расслабиться после пережитого стресса. Виски – это то, что надо. Уже после первой порции по телу растеклось приятное успокаивающее тепло, и я смог прислушаться к путаному рассказу Малфоя: - Ты п-понимаешь, они все встали на их… сторону… Всее!.. Ск.. ик!... казали, ч-что Фл-линт так мог поступить… Имел право, п-потому что спас-сал св-вою жиззь. А это святое! И п-поеттому они сп-пасли Гр-Гр… миону. А нас на хуй! А если б не обет, то и Гр… миону – на хуй! Ну что ж, к какой-то подобной реакции слизеринцев я был готов. Но вот Малфоя случившееся, похоже, по-настоящему шокировало. Потрясённый вероломством недавних товарищей, он сочно шмыгнул носом, растёр сопли и уткнулся лицом в ладони. Потом вдруг метнулся ко мне, схватил за плечи и заглянул в глаза. - Я ведь н-недавно ещё так-к же думал! Представляешь, Пп…Поттер? Я тоже был так-кой! – произнеся это, он отцепился от меня и как-то истерично захихикал. -… как они. Я тоже думал, что вы не нужны… И… я… д-думал, что у меня есть др-др-зья… Они! – тут он махнул рукой в сторону выхода из гостиной. Ясно, кого он имеет в виду. Слизеринцев. - А сейчас так не думаешь? – серьёзно поинтересовалась Васемона. Она сидела напротив нас, с ногами забравшись на диванчик, и периодически посасывала вискарь прямо из горлышка. Я ещё решил, что это хорошо: ну, что Малфой своим пьяным базаром отвлекает её от собственных невесёлых мыслей. - Не-а, - тут же встрепенулся вгретый аристократ. – Ты ж мне как мозги вправила… Когда нос… в п-поезде… У меня же тогда как гл… гл… глаза раскрылись. Я ж не хотел так ж-жить… чтоб кого-то г-г-нобить, об.. об.. обскорлять! Фу, блядь! И я всё-всё понял: про Тонкс, про отца и про этого… Му-ууу… С этими словами он двумя пальцами оттянул вниз кожу возле глаз и замычал, стараясь, по-видимому, изобразить Волдеморта. - И… и, П-поттер! Так жить ниизя! …Я не хочу, - Драко поник головой, но уже через секунду встрепенулся. – А они знаешь, ч-что сказали? Что Ффф…Флинт оч-чень к нам хорошо относится. Он же ск-казал: «Нич-чего личного»… А значит, вроде как-к отмазался. Ч-что это вроде как-к оправ-вданка такая: мол, сказал и твори, что хош. Пр-редставляешь? Вот уроды! Ик! Сколько раз раньше (тогда, в «другой» жизни) я наблюдал эту картину: как пьяные мужики жалуются друг дружке на судьбу-злодейку, вот так же размазывая сопли по лицу, обнимаясь и целуясь взасос, столько считал это слабостью и деградацией людей. А вот сейчас так не казалось. Просто Малфою было очень хреново. Нам всем было очень хреново. И, наверное, нужно в такие моменты полностью отпустить контроль над телом и речью, высказать всё, что накопилось, чтобы хоть как-то избавиться от гнетущего состояния. - А ты, - Драко, прищурившись, взглянул на Васемону, - ч-человек. И ты, П-поттер, человек! А они пр-пр-датели. И Джи… Джи… Визли… человек! …А я? Тут он согнулся и, поверну голову, снизу вверх уставился мне в глаза. - Ты тоже человек, - я похлопал его по плечу. - Пр-правда? Ув… ув-важаешь меня? - Уважаю, - я ответил совершенно искренне, не кривя душой и не подстраиваясь под его ожидания. Просто сегодня, после совместно пережитого ужаса в подземелье, я действительно это понял. - Эх, тыы-ы, - Малфой полез обниматься, повис на моих плечах и даже умудрился прижаться лицом к груди. – Человечищщее! Давай выпьем? - Давай выпьем. - Драко, а у меня закончилось! – Васька потрясла перед ним пустой бутылкой. - Айн момент! Н-не вопрос! – Малфой извлёк волшебную палочку и как-то замысловато взмахнул, произнеся заклинание. – Бахусус Максимо! Васькина бутылка снова оказалась наполнена до краёв. - Ну ни фига се, какое заебатое заклинание! Научишь? - Тс-ссс! - блондинчик прижал к губам палец и подмигнул. – Эт-то секр… секр-ретная семе-ейная раз…аботка. Для таких случае-ев. Ик! - Ох, что-то он совсем «в дрова». Щас свалится, - Васемона с сожалением взглянула на меня. Драко, услышав это, хитро усмехнулся. Потом достал из кармана маленький флакон с каким-то зельем и, откупорив, залпом выпил содержимое. Взгляд его сразу начал проясняться, а покрасневшее до этого лицо – приобретать первоначальный цвет. Через несколько минут он уже сидел прямо, обводя нас совершенно трезвым взглядом: - Ну что, ещё выпьем? Какое охрененное зелье! Получается, что можно бухать и бухать, а потом протрезветь и опять бухать?! Вот это круто! Эх, жаль, что на нас Васькой магия действует совсем по-другому. - Наливай! Со стороны девчачьих спален послышались шаги, и в гостиную вошла Уизли. В светлом махровом халате, с распущенными, ещё влажными после душа волосами и ярким румянцем на щеках… Господи! Она бесподобна… Вот так бы смотрел на неё и смотрел, не отрываясь… Всю жизнь. Если бы это только было возможно… - О! А я думала, что вы уже спите. А вы выпиваете, значит. Напряжение снимаете? - Вроде того. Посидишь с нами? – Васька налила полстакана из своей бутылки и протянула ей. Мы чокнулись. Джинни отпила пару глотков и опустилась на диван рядом с Васемоной. - Послушай, Драко, а почему в подвале мэнора никто, кроме тебя, не мог колдовать? Там что, чары специальные установлены? – я решил воспользоваться моментом и спросить о важном, пока он опять не нажрался и заново не начал плакаться о судьбе своей горемычной. - Ну да, - Малфой кивнул. – Наверное. Это кровные заклятия. Отец иногда наводил их на весь дом. Тогда у всех, кроме Малфоев по крови, магия отключалась. И никто не мог колдовать. Даже мама. Мера безопасности такая. От всяких ненадёжных гостей. А когда Лорд у нас поселился, отец их снял и больше не устанавливал. А в подземельях оставил, наверное. - Хотя я и про подземелья-то эти ничего раньше не знал, - помолчав, добавил блондинчик. - И мантикора, выходит, только из-за этих чар тебя хозяином признала? Драко пожал плечами: - Похоже на то. Я поглядел на девчонок. Васька вроде как слушала нас, то и дело прикладываясь к бутылке. Выглядела она слегка поддатой, но не так, чтобы очень. Глаза не в кучу, хоть и выпила уже немало. Оно и понятно: мой друган всегда выделялся завидной стойкостью к алкоголю, и теперь эта черта ему не изменяла даже в теле Гермионы. Джинни же вообще больше не прикасалась к своему стакану, который одиноко грустил, оставленный хозяйкой на журнальном столике. Вместо этого рыжая что-то чертила волшебной палочкой в блокноте (и когда она успела его достать?), иногда бросая внимательные взгляды на нас с Малфоем. И что она там рисует? Ведь не в первый раз уже замечаю. Чёрт! Как же хочется на неё смотреть! Просто смотреть и всё… «Это что, любовь? Я влюбился в Уизли?» Похоже на то. Хреново! Потому что она любит другого. Да и исчезнем мы скоро из этого мира. Навсегда. «К херам! Глушить это бредовое чувство, пока совсем не потерял голову! Отвлечься. Не смотреть… О чём мы только что говорили с Драко? О кровных чарах в Малфой-мэноре». И вдруг до меня дошло… Я резко развернулся к слизеринцу и впился в него глазами, потому что понял очень важную вещь. И я должен с ней разобраться! - Драко! А почему Снейп мог колдовать в подвале, если там только магия Малфоев действует? Тот озадаченно посмотрел на меня. Было похоже, что такой вопрос ему в голову не приходил. - Может, он смог как-то обойти эти чары? - я продолжал наседать на Драко. Блондин на секунду задумался и отрицательно покачал головой: - Нет. Насколько я знаю, кровь не обмануть… Точно нет. - Но тогда выходит, что он… - я замер, не решаясь высказать шокирующую догадку. - …Малфой по крови, - закончила за меня Джинни. Мы все уставились на неё, раскрыв рты. Даже я, хотя и сам готовился произнести именно это. - А что вы так смотрите? Вдруг он какой-нибудь незаконный отпрыск? Может, и не в первом поколении. Да такое запросто может быть! - Потомок малфоевского байстрюка? – я принялся развивать идею. - Кого-кого? - Ну, то есть бастарда, - пояснил я. – Незаконнорожденного ребёнка. - Я знаю, кто такие бастарды, - промямлил Малфой. Больше, похоже, ничего добавить он не мог, потому что пребывал в полном ахуе. Это было заметно. А что? Это предположение способно объяснить многое: и то, что Снейп не опознаётся Картой Мародёров, потому как он на деле и не Снейп вовсе, и то, почему он смог колдовать в подземельях, как и Драко, и даже то, как работали ловушки в его комнате, одна из которых оттяпала ладонь Гойлу. А ещё, возможно, именно поэтому он так жаждет заполучить во владение Малфой-мэнор. Типа родовое гнездо и всё такое. Мне вдруг представилось, что я вставляю в недоделанную картину пазл, который до этого долго вертел в руках. - Ха! – хохотнула Васемона. – Чья-то бабушка согрешила с водолазом. Ха-ха! Нет, пожалуй, я ошибся насчёт Васьки – пьян он изрядно. Это только по виду кажется, что не сильно. А стоило ему заговорить, так всё сразу понятно: он почти «в хлам». - Ты о чём? – не понял Малфой. - Не обращай внимания, - тут же встрял я. – Она просто одну книжку вспомнила. Про собак. Забей. Лучше выпей и скажи, как думаешь, такое возможно? - Н… не знаю, - пробубнил все ещё не отошедший от шока Драко и заглотил полстакана. Это помогло, потому что теперь он смог рассуждать. – Наверное, возможно. Кто-то из предков… Или сквибы в родне… Хотя считается, что сквибов у нас не было, но кто ж знает наверняка? Про них всегда молчат… А как это проверить? Что он родственник. - У вас д-должны ббыть одинаковые родинки! – выдала Васемона. Язык у неё уже здорово заплетался. - Что?? – опять не понял Малфой. - Не слушай, это она тупит, – я снова отвлёк его от Васькиных разглагольствований. Достала она со своими шуточками. - Нет, что она имеет в виду? - Забей! Это маггловское поверие такое. Дурацкое, - ну не рассказывать же ему про индийские фильмы. И про то, что друг сейчас откровенно стебётся. - Ага! Боливуд рулит! Ю-хуу!! Ха-ха-ха!!! – Васька уже вовсю веселилась, размахивая руками над головой и подпрыгивая на диване. - Не обращай внимания, Драко. Послушай, послушай… - я принялся заговаривать зубы Малфою, отрывая его внимание от разбушевавшегося другана. А то мало ли что. Вдруг чистокровный обидится? - Ну а может… Может, Снейп – супермаг и смог как-то обмануть кровные чары? - бледный произнёс это и посмотрел на меня с надеждой. Как будто хватался за последнюю соломинку. - Нет, - это предположение я решительно отверг. – Будь он супермагом, то легко бы избавился от оволосения во рту. Скорее, он тебе действительно кровный родич. - Какое оволосение? - Да так, кое-что. Потом расскажем. Увидев мою уверенность, Драко окончательно сник. Надо было срочно выпить. Я налил нам обоим и протянул ему стакан… Окончание вечера (да какого вечера! За окном к тому времени уже давно рассвело) я помнил очень смутно. Помнил только, что Джинни ушла в спальню, Васемона уснула прямо на диване, а мы с Драко, обнявшись, как давние кореша, жаловались друг другу на жизнь, бодаясь головами и пуская слюни. Вот про слюни я точно помнил. - Т-ты пр-редставляешь, П-поттер! Ниикто… Нииктоо из них не понимаает! - Драко причитал, тыча мне в грудь пальцем. - Только П-пэнси. Она одна м-меня поддерж…ж-жала. И ищё Дафна… А они… – никтооо!.. - А она тоже не п-понимает, – вторил я, потому что был сейчас с Малфоем на одной волне. – Я же её люблюю! - К-кого? П-пэнси? – Молфой смерил меня мутным и подозрительным взглядом. - Да нет… Её. Но я ей не н-нужен. - Ей? – бледный указал на похрапывающую «Гермиону». - Не,.. ей, - я неопределённо махнул рукой в сторону спален, куда уже давно ушла Джинни. - А кто нужен? - П-поттер. - Аааа! П-понятно… А ты хто? - П-поттер. - А ей? - Другой… Драко вздохнул и одарил меня взглядом, полным сочувствия и понимания. - Нуу, тогда т-тебе хуже, чем мне. Давай выпьем? - Давай. *** Вот так я, лёжа в кровати, и восстанавливал в памяти события прошедшей ночи. Кажется, всё главное вспомнил? Вроде бы да. А профессор, стало быть, родственничек Малфоя… Ну ни хрена себе, какой оборотец проявился! Эх, узнать бы ещё, что он с Васемоной творил. Но это, похоже, так и останется тайной. Разве что Снейпа пытать; сам-то Васька ничего не помнит, а это значит, что и в Омуте смотреть нечего. Хреново. Рядом зашевелилась Васемона: перевернулась на другой бок, открыла глаза и вдруг резко вскочила, уставившись на меня совершенно трезвым взглядом. - Доброе утро. - Ага, привет. У меня к тебе срочное дело! Вот тебе раз. Какое срочное дело спросонья? Что за хрень она несёт? Или ещё не протрезвела? - Ты что, не выспался? Какое ещё дело? - Знаешь, - задумчиво проговорил Васька, - мне кажется, что Снейп Гермиону не трахнул. - С чего ты решил? – вчера, помнится, он на этот счёт был другого мнения. - По ощущениям. Женский организм такое бы почувствовал. В первый раз – наверняка. Ну, это я так думаю. Но дело даже не в этом. - А в чём? И с чего вдруг такая срочность? - Есть причина, сейчас расскажу, - Васемона уселась поудобнее и заговорила быстро и взволнованно. – В общем так: я только что разговаривал с Гермионой, и она сказала… - С кем ты разговаривал??! – я подорвался, как будто получил шилом в задницу. Да я просто оху…л от такого заявления! - С настоящей Гермионой. Во сне, - пояснил он, предупреждая мой следующий вопрос. – Да, она мне приснилась. И я не знаю… это был сон и как бы и не сон. Очень реальный. Ну что ты так смотришь? Мы в Волшебном мире, а здесь ещё и не такая дичь творится. Ну, в общем, наверное, в чём-то он прав. Насчёт Волшебного мира. Надо выслушать, а уже потом разбираться. - И что она говорила? – я усмехнулся, потому что ещё не поверил ему до конца. Мало ли что пьяному приснится. - Важно узнать, что произошло в подземелье. Вот так вот… - И как же это у нас получится? Ты был в отключке, воспоминаний нет. Всё, тупик. И если была реальная Гермиона, то где она сама? И как вообще… - Она сказала, что всегда была здесь. А несколько раз даже перед тобой появлялась. Но этого ей делать то ли нельзя, то ли она не может надолго, я так и не врубился. Говорила, что мы поймём, когда придёт время. Стоп. Я задумался. А ведь точно, было такое! И друган знать об этом не может, я ему не рассказывал! Сразу вспомнились ощущения, когда мне казалось, что Васька – это не Васька. Впервые случилось в поезде, во время драки со слизеринцами и позже, когда мы были одни. А ещё в хижине у Хагрида, перед тем как увидели Блэка. Тогда она, помнится, втирала мне что-то о реальности книжных персов. Может, и правда?.. Ну ни хера себе дела!.. Ладно, чёрт с этим! Предположим, я поверил. Но как узнать, что произошло между ними со Снейпом, если я даже не был при этих событиях? - А как про подвал… ? - Гермиона сказала, что, когда я пущу тебя в свою голову, ты всё увидишь. Это дословно. - Как это? Да ведь ты и сам ни хера не помнишь! - Она болтала что-то про сознание, что, мол, в мозгах откладывается и ещё всякое бла-бла-бла… Короче, такое возможно. - Легименция? Но ведь я не… «А ты пытался?» - прошелестел вдруг внутренний голос. Бля! Опять этот урод! Теперь, в свете Васькиного рассказа я, кажется, начал догадываться, откуда он взялся. Ну, голос этот… - Ладно, - я смирился, - давай попробуем. «А ты поможешь, если что» - шепнул я «себе». «Само собой. Не переживай. Прорвёмся». Шторка балдахина отодвинулась, и на кровать проскользнула Уизли. - Всё слышала? - Угу, - хрюкнула она в ответ. - А остальные? – я кивнул в сторону, имея ввиду соседей: Симуса, Тома, Невилла и Рона. Если все они, конечно, ночуют сегодня в комнате, а не убежали к своим девчонкам. - Успела Заглушающими закрыться, так что не волнуйтесь. Никто, кроме нас троих… - И что думаешь по этому поводу? - Думаю, что идея неплохая. Давайте попробуем. *** …Я как будто стоял в абсолютной темноте и не знал ни что делать, ни куда идти. Да как можно двигаться, когда кругом не видно ни зги? Вот же, блин, угораздило! Пробрался-таки в чужие мозги. И что дальше? Вдруг неподалёку возникло светлое пятно. Даже не так: три узенькие полоски света, соприкасающиеся под прямыми углами. Это выглядело, как если бы приоткрылась дверь из другой комнаты, а свет шёл оттуда, из неё. Полоса быстро расширялась. Чёрт, это действительно дверь! В открывшемся проёме появился тёмный силуэт. Судя по фигуре, женский. Неизвестная быстро приблизилась, и я её узнал. Васька! Или… Гермиона?! Не говоря ни слова, она взяла меня за руку и повела за собой. К двери. Однако, не дойдя немного до освещённой комнаты, откуда она появилась, гриффиндорская принцесса свернула влево. Я, правда, успел ещё оглянуться и заметить табличку над входом в её пристанище: «Сектор заблокирован. Вход по спецдопуску». Ни …уя себе! Это что же в голове у другана творится?! Гермиона прошла немного вперёд, распахнула ещё одну дверь и отступила, пропуская меня. Я сделал шаг и оказался в каком-то невысоком каземате со сводчатым потолком и каменными стенами, на которых в изобилии висели свечные фонари. Другого освещения здесь не было. В центре, на хитром сооружении, представляющим из себя странный стол в форме пятиконечной звезды, лежала обнажённая женщина. Мурашки пробежали по телу, когда я узнал её: ещё одна Гермиона! Я быстро оглянулся, но ничего, кроме такой же каменной стены, за спиной не было – проход закрылся. Гермиона – или Васька? – лежащая на столе, не подавала никаких признаков жизни. Лишь невысокая грудь мерно вздымалась при каждом вдохе, давая понять, что она не мёртвая, а просто в отрубоне. Руки и ноги были растянуты верёвками по лучам стола-звезды. Фу, блядь! Уродство! Стараясь не смотреть на распятого подругана, я сделал движение, твёрдо намереваясь поскорее освободить его и утащить из этого поганого места. Вдруг из тени у противоположной стены выступила рыхлая фигура в длинной мантии с накинутым капюшоном, не позволяющим разглядеть лица появившегося. - Вы гарантируете, что объект не подвергался никаким магическим воздействиям в течение положенного времени? - послышался скрипучий голос из-под капюшона. - Абсолютно, - в двух шагах от меня, так же из тени на свет, шагнула ещё одна, на этот раз уже хорошо знакомая личность. Снейп. - Объект обследован и пригоден к использованию по условиям нашего соглашения, - важно изрёк этот отброс волшебной педагогики и скривился в презрительной усмешке, взглянув на распластанную студентку. «Ну, сука! Жаль, что не забил тебя до смерти в том подвале! - я лютовал. – Объект, значит, да? Готов к использованию?! Ну ничего, тварь, попадёшься ты ещё мне в руки!» - Я рассчитывал, - продолжил бывший зельевар, - увидеть здесь Его Превосходительство. Для обряда всё готово. Его можно провести немедленно. - Очень хорошо. Его Превосходительство прибудет после моего доклада, - снова проскрипел тип в капюшоне. – А я отправлю его прямо сейчас. Экспекто патронум! Перед ним материализовалась какая-то птица, очень похожая на стервятника. Надиктовав сообщение, маг, вероятно, бывший доверенным лицом министра, взмахнул палочкой, и патронус исчез. Я следил за происходящим в оба глаза, оставаясь совершенно невидимым и неосязаемым для присутствующих. Ещё бы! Ведь меня здесь вообще нет. Да и никого нет, всё, что я вижу – лишь память о прошедшем событии, каким-то чудом попавшая в сознание Васемоны. Или Гермионы? Не прошло и минуты, как в углу раздался уже знакомый мне хлопок аппарации, и на свет выступил новый участник действия. Это был невысокий мужчина, плотный и лысоватый, с пышными пшеничными усами. Несмотря на грузность фигуры, передвигался он легко и почти бесшумно, короткими шагами, плавно перекатываясь с пятки на носок, то чуть замедляя шаг, то едва заметно ускоряясь. Корпус при этом оставался в одной горизонтальной плоскости, а руки и плечи вовсе не шевелились, отчего на первый взгляд невозможно было определить его реальную скорость и понять, в какой же момент человек приблизится к тебе настолько, что поздно будет отступать или уходить в сторону, чтоб избежать столкновения. Эта походка опытного бойца, призванная обмануть доверчивого противника, была мне хорошо знакома. В точности так двигается Виктор Кузьмич – наш с Васькой тренер по боксу. Там, в нашем мире. Вновь прибывший приблизился к столу, посмотрел непроницаемым взглядом на голую Васемону и изрёк, обернувшись к Снейпу: - Мистер зельевар изволил пошутить, когда решил доставить сюда неподходящего кандидата? Услыхав это, Снейп распрямил плечи, вытягиваясь в струну, и поднял голову, отчего его крючковатый нос подлетел вверх, став похожим на клюв недавно бывшего здесь патронуса. - Я не понимаю… Перед нами мисс Грейнджер. Она – именно та, о ком шла речь в нашей договорённости… - Я вижу, кто это, - прервал Снейпа усатый. – Но известно ли уважаемому профессору, что ритуал требует участия в нём полностью независимого кандидата, свободного от любых скрепляющих обязательств, клятв и обетов? - Да, мне это хорошо известно, - подбоченился Снейп. – И мне не ясна суть Ваших претензий, Робартс. Не далее, как менее часа назад кандидатка была мной полностью обследована, и я не выявил на ней никаких магических скрепов или связующих чар. Я ох…л, услыхав имя, произнесённое Снейпом: «Так вот, кто этот незнакомец! Гавейн Робартс. Руководитель аврората! Главный мракоборец Магической Британии! И он тоже участвует во всём этом дерьме?!! Это пиздец!!» Робартс ещё раз глянул на Васемону, а потом едва уловимым движением сделал какой-то пасс, и в его руках оказалась волшебная палочка. «Ну ни фига себе! Как он так быстро её достал?!» Главный аврор взмахнул, наколдовав ещё одну мантию и, развернув её в воздухе, опустил на Васемону, скрывая женское тело от посторонних глаз. - Боюсь, мистер Снейп, я вынужден усомниться в Ваших словах. Либо же в компетентности специалиста, обследовавшего кандидатку, - услыхав это, Снейп побелел и затрясся от ярости. - По сведениям нашего источника, - спокойно продолжил аврор, - Гермиону Грейнджер связывают серьёзные магические обязательства с мистером Гарри Поттером. В таком положении она является непригодной для реализации ранее принятого нами плана. - Но это невозможно! – взвизгнул немытый ушлёпок. – Ваш источник ошибается! Я сам её проверял и уверяю Вас, её магия и свобода ничем не ограничены! - Наш источник, - тоном, не терпящим возражений, остановил его Гавейн, - достаточно осведомлён на этот счёт. Его Превосходительство будет немедленно проинформирован о результатах нашей сегодняшней встречи. О его решении Вам сообщат. От себя могу лишь посоветовать как можно скорее исправить существующее положение вещей. У Вас в запасе не более двух суток, а иначе нам придётся иметь дело с другими, более результативными исполнителями. Не теряйте время, Снейп. Желаю удачи! Произнеся последние слова, Робартс крутанулся вокруг себя. Раздался хлопок. Он исчез. Чувак в капюшоне помялся с ноги на ногу и лишь развёл руками. И тоже аппарировал. Снейп стиснул кулаки и заскрипел зубами. Похоже, он был в бешенстве. Быстрым шагом он прошёл по комнате взад-вперёд и с досадой врезал ногой по ножке стола, на котором лежала Васемона. Васька шевельнулась и открыла глаза. Увидев, что пленница пришла в себя, выродок подскочил к ней и разразился проклятиями: - Грязнокровная тварь! Ты ни на что не годишься! Ничего, я доберусь до твоего шрамоголового дружка. А ты сама в скором времени будешь ползать у меня в ногах, умоляя, чтоб я поскорее отдал тебя этому жирному аврору! Потому что иначе не протянешь и недели! Неизвестно, сколько ещё продолжалась бы эта тирада, но тут Васька шевельнула привязанной рукой, повернув кисть в сторону орущего уродца, и щёлкнула пальцами. На Снейпе вспыхнули брюки. Он дёрнулся и заорал ещё громче. Огонь ринулся вверх, охватив промежность и полы верхней одежды. Снейп метался по комнате, как живой факел, крича и путаясь в обрывках горящей мантии в попытках достать из кармана волшебную палочку. Наконец ему это удалось, и он скомандовал: «Агуаменти!», направляя струю воды себе в пах. Потушив одежду, позор магической педагогики, шатаясь, проковылял к стоящему вдоль стены стеллажу, взял с полки какой-то фиал и, откупорив, сделал несколько больших глотков. «Наверное, обезболивающее», - догадался я, вспомнив, как он вот также глотал зелье после того, как притащил на себе Васемону в комнату, где мы его и накрыли в последний раз. Отдышавшись, Снейп взял с полки ещё один флакон; морщась и хромая, подошёл к Васемоне и, с силой разжав ей челюсти, вылил содержимое в рот обездвиженной жертвы… В ту же секунду меня сильно дёрнуло. Картинка перед лицом пропала, и я очнулся на своей кровати рядом с Джинни и Васемоной. Сеанс легименции закончился.