Одинокий таксист

Топать по мокрым, ухабистым тропинкам чащи, которые то и дело норовили разъехаться в месиво грязи  под ногами - было тем ещё удовольствием. Что поделать, если работа такая и атмосферные кадры того требуют? Стараясь думать об этом с хорошей стороны, Мари Ортега уже больше пары часов  обувью месила грязь на одном и том же участке дороги, пока снимали их общую с Уайтом сцену. Девушка успела несколько сотен раз покрыть Перси Хайнса отборным матом, только в своей голове, естественно; пару раз выйти из себя и чуть не настучать партнёру по шапке, а также вспомнить про Эмму, которая лежит сейчас и спит в их тёплой постели, под мерное постукивание капель дождя по стеклу, как же ей хотелось оказаться там, а не смотреть, в данную минуту, на в тысячный раз тупящего рядом с ней Торпа, под его злосчастным и уже осточертевшим за часы съёмок зонтом. Проговорить свои реплики… ЧЕГО СЛОЖНОГО? В очередной раз поскользнувшись на грязи, пока концентрация была направлена на губы Перси, что снова совершили одну и ту же запинку в слове, Ортега поняла - её окружают идиоты. Если быть точнее, один - высокий, худой, со стрижечкой под каре. Хотелось бросить всё и уйти сушиться. Актриса успела промокнуть до нитки. И тут уже не выдержал Бёртон: -Стоп. Расходимся. Хватит, надоело, пока Уайт не перестанет строить из себя чёрти-что - делать нам здесь нечего. Съёмочный день окончен, точка. Издав вымученное «Слава богу, мои мольбы были услышаны», Дженна по-скользила к фургончику переодеваться в сухое и тёплое. *** -Мама родная, это что? - недоумевая спросила Эмма, когда её девушка, не без усилий, приползла в спальню. Выглядела она мягко говоря - не очень. -Это? Уайт, чёрт его дери. Даже не пытайся сейчас завести со мной разговор, родная. Гиблое дело. Я спать. Майерс объяснять дважды было не нужно, та просто устроилась рядом с возлюбленной и продолжила читать свою книгу, а Дженна уткнулась носом ей в плечо и вдыхая родной и до дрожи любимый запах, наконец успокоилась после чуть ли не самого нервного съёмочного. Вечером Бёртон написал, что после выходных снимается 4 серия, а тот момент из третьей пока отложат. -И слава богу!  - воскликнула, читая сообщение, Ортега. -Танец-то придумала? -Э нет, не совсем, сымпровизируем что-нибудь на концовку. -А основная часть уже есть? Покажешь? -Пусть для тебя, как и для всех, это станет сюрпризом. Не хочу раскрывать карты. -Тогда станцуй со мной. -Сейчас? Эмма, я не танцую …не умею. -Тебе никогда не приходилось танцевать что-либо парное для роли? Да ну, врёшь. -Нет. И даже если бы и пришлось, для роли - это другое… -Станцуй со мной. Я научу тебя. -Не отстанешь? Нет? - Эмма помотала головой;  -Точно нет? Ладно, идём. Они встали с кровати и Эмма улыбаясь спустилась вниз перегоняя Дженну. Внизу остановилась у перил и когда младшая была на предпоследней ступени - подала ей руку, утягивая на огромное пространство холла. -Я поведу. Твоя задача сейчас - просто шагать на меня, а дальше разберёмся. - одной рукой Майерс всё ещё держала Ортегу за руку и подняла ту в стандартную закрытую позицию, а вторую положила на лопатку. -Руку. Подними и положи мне на плечо. Младшая последовала указаниям и шатенка повела её кружа в танце по всему свободному пространству. В дверь несмело постучали. -Открыто! - крикнула старшая, глаз не сводя со сосредоточенного лица своей возлюбленной, которая в свою очередь боялась упасть и пыталась понять и запомнить что - куда в танце; -Эй, расслабься, я же держу тебя, в танце главное - плавность, а не то что ты сейчас делаешь. - шепнув это, старшая поменяла им позицию - вторую руку Ортеги опустила себе на плечо, и та сразу же обняла её за шею, а сама опустила руки ей на талию. Неуверенный гость наконец осмелился открыть дверь и войти, издав тихое «ой», на открывшуюся  перед ним картину, за ним вошли ещё двое…