조용히 감춰둔 너의 눈물을 이젠 보여도 돼

– Господи, ты серьезно думаешь, что кто-то полюбит тебя? Ты сам отталкиваешь людей от себя. Мало того, что ты и внешне не блеск, так и по характеру не лучше дворовой псины. Тебе слово сказать нельзя – сразу кричишь или плачешь. Ещё и удивляешься почему с тобой никто не общается на темы кроме учебы. Ты никогда никому не будешь нужен. – Ты правда считаешь, что я такой? – голос дрожал, но парень старался сдержать слезы. – Сам решай. Мы ведь никто друг другу, верно? Ты решил за нас обоих. Сынмин не знает почему, но эти слова продолжают крутиться в его голове уже не первый месяц. Даже сейчас, пока он сидел на пляже, ожидая заката, чтобы хоть как-то отвлечься от бесконечных школьных заданий. Каждый день в голове звучат слова его бывшей. Постоянно крутятся, как на повторе. И ведь она действительно оказалась права. После ее ухода Сынмин начал обращать внимание на собственное окружение. Все общение заканчивалось только вопросами по непонятным темам и просьбой объяснить их. Никто не писал ему с предложением погулять или сходить в кино. Всем все равно. Даже новенькие предпочитали обходить его стороной. Каждый раз осознание этого выбивало его из колеи. Кругом все счастливы и смеются на всю округу, а он? А он в одиночестве сидит за учебниками большую часть дня. Он действительно настолько ничтожен? – Хэй, Сынмин! – Хенджин неожиданно подошёл сзади и присел рядом, – не против? – Ты что-то хотел? – прямолинейность, которую часто путают с грубостью. – Неа, с чего ты взял, что мне от тебя что-то нужно? – Хван улыбнулся и повернул голову в сторону Сынмина. – Всем что-то от меня нужно. Такова жизнь. Я просто помогаю всем. – Пф, не бывает, что все с тобой в теплых отношениях только из-за того, что ты умный. – А ты прям очень умный и знаешь какого это, когда к тебе подходят раз в неделю и только чтобы спросить: "Я не поняла эту тему можешь объяснить?". – Ауч. Обязательно нужно оскорблять? – Прости. Я не контролирую это всё, – Ким закусил губу и встал с насиженного места. Не хватало ещё сорваться на невинного Хенджина. Он всегда был добр к Киму и в качестве платы за объяснения тем приносил шоколадки или платил за обед. Они не были друзьями, но Хван всегда здоровался, когда проходил мимо на улице и желал доброго утра перед первым уроком. – Хэй, ты чего? Я не же не серьезно. Прости, не знал, что ты не понимаешь моих шуток, – Хенджин подбежал и обнял Сынмина со спины. Он всегда был таким. Очень любил объятья и лез целоваться к друзьям. Самое обидное, что Сынмин не входит в этот круг друзей. А он очень хотел бы, чтобы Хенджин целовал его в щеку или в макушку при встрече. Сейчас он правда хотел бы обнять Хенджина в ответ, но слишком велика вероятность расплакаться. Это последнее, чего хотел Сынмин. А как отреагирует Хенджин? Он убежит? А если он расскажет всем, что Сынмин плакса? – Ты не занят на остаток вечера? – Хван ослабил хватку, позволяя Сынмину немного увеличить расстояние между ними, – Я хотел бы наладить с тобой контакт. А то у меня даже твоего номера нет, а ты так много сделал для меня. – Я всем помогаю, не надо делать ничего в ответ. Не загружайся по этому поводу. – Сынмин, я серьёзно хочу с тобой подружиться. – Зачем? – Ты кажешься хорошим человеком. Почему у тебя так много вопросов? Первый раз что-ли? – Да, и что ты мне сделаешь? Да, у меня нет друзей. У меня были отношения год назад, в которых мне добавили пару комплексов и теперь я разгребаю последствия, и что? – Сынмин даже не заметил, что снова перешёл на крик, – Ну есть ещё желание завести со мной дружбу? С человеком у которого из стабильного только учеба, а остальное – сплошные качели. Нет? Ну вот и все. Сынмин стер непонятно откуда взявшиеся слезы и быстрым шагом пошел как можно дальше от пляжа. Как можно дальше от растерянного Хенджина, на котором сорвался. Возможно завтра лучше не приходить в школу. Хван должен забыть об этой ситуации, чтобы все вернулось в то состояние в котором всё было до этого дня. До этого часа. Вечером снова начнется очередной сеанс самокопания, а все из-за какого-то Хенджина, который оказался не в том месте и не в то время. Единственное что хочет Сынмин не утонуть в своих мыслях за те 24 часа который он проведет у себя в комнате. Мать уезжает на четыре дня через пару часов, так что нужно сдерживать себя всего ничего. После ее отъезда можно будет закатить истерику на всю квартиру и слушать музыку перед сном без наушников. Самое главное просто дотянуть до этого момента и пережить его. Дома он недолго поговорил с мамой и выслушал еще миллион предупреждений по типу: "дверь ни кому не открывай, свет на ночь везде выключай". Женщина показала где и что взять в холодильнике и написала на стикере что ещё нужно будет купить. Посмотрев пару серий какого-то шоу, мать заказала такси и побежала собирать остатки вещей. Зубная щётка, домашняя одежда, спальная одежда, косметичка, даже две косметички... Зачем ей столько? – Минни, я побежала в аэропорт, позвоню как прилечу, ладненько? – мать быстро зашнуровала кросовки и, чмокнув Сынмина в кончик носа, побежала на улицу, где уже должно было стоять такси. Ким закрыл дверь на замок и всё натянутое счастье пропало. Солнце уже село, утянув с собой всё. Самое главное - контролировать свои действия и не потеряться в себе. Один неверный шаг может быть его последним шагом в жизни.