ну выслушайте же женщину!

в пустых заметках текст беззвучный,       ритмичный, тихий и созвучный — с правленьем именного дня,       когда на стул встаю я смело, когда слова идут умело       изо рта. о текст живучий! теперь есть форма, слог певучий,       есть жизнь, полет из уст в уста. ты оживаешь всем на диво,       гремишь и пляшешь вальс игриво — нет места в комнате. долой!       и стыд, и ненависть, и боль,       и страх пред миром за окном,       и темных улиц душный дом, что приведут тебя к нему —       молчаньем грозным, путь к тому, кто впредь не сможет оживить       великих плясок свет. он ведь наполнен ужасом страшней,       он громче крика матерей, ему нет имени, лица,       улыбка скорби без конца. о, это монстр в воплощении,       он столько жизней погубил лишь появлением своим.       он хуже, хуже ада Евы, мучительней судьбы евреев,       о коих скорбно вспоминать... но в нем и этого не знать!       ни скорби, пытки отчужденья - ему на всё плевать.       великодушно сей секрет       убийства мира в человеке       поведать текст спешит сполна.       но равнодушен стал поэт -              секрет увидите вы сами.