Откуда ты взялся?

В прошлой части:

— Конечно, Гарри, не сомневайся, я обязательно прийду, — Том был удовлетворён этим вопросом, поэтому с непривычным для него счастьем сказал — Обещаешь? — радуясь, спросил я — Обещаю, — оставив поцелуй на моём лбе, Том встал и ушёл, аккуратно закрывая дверь.

Часть 2, жестокость.

На удивление я заснул быстро, не задумываясь о произошедшем. Но спать без появлений кошмаров, которые царапали мою душу, к сожалению не получалось… Сон был мне непонятен, размытые лица людей, что-то пытающихся мне сказать, и одна просто мысль из-за, которой я не мог больше сомкнуть глаз. «Он нужен тебе» „ Что это значит? Кто мне нужен?Том? Нет, и ещё раз нет. Я не могу так быстро привязаться, наверно он просто мне понравился. Понравился? Чем? " Причины почему всё так получилось были лишь догадками. Одна из них была ближе к реальности, но неожиданнее остальных. „ Думаю, это из-за того, что он не ударил меня несмотря на то, что был зол, тем более он Альфа ему много чего позволено " К другому выводу прийти не получилось. Или не хотелось. Не высокий потолок давил на тебя, даже если ты небольшого роста, тусклый свет лампы пугал своими тенями, зашторенное окно, создавало мрачность, которую так не любил Гарри, рядом с кроватью стоял стол с пустым графином из-под воды. „ Даже попить не получится. " Омеге не нравилась эта комната, она отталкивала его из-за отсутствия от солнца и каких-либо светлых красок, которые не вводили в уныние. „ Надо попытаться встать, в туалет хотя бы сходить, шторы раздвинуть, выглядят они так, будто их всю жизнь не сдвигали с места, пыльные ещё к тому же» Я аккуратно поднимался, как можно аккуратнее двигая вверх корпусом, опираясь на локти, получилось сесть. «Маленькая победа на пути к большому успеху! " Когда я встал с кровати, колени пронзило невыносимой болью, упав на них же и ладонями на кол, застонал от боли. Конечности были не согласны с его решением, были полностью перебинтованные. Рухнув боком на холодный пол, мне стало так стыдно за свою слабость, что захотелось спрятаться ото всех в укромном месте, где его никто не найдёт. „ Но разве хочется мне быть там одному? В этом крохотном местечке? Нет, определённо нет. Я быстрее сойду с ума от одиночества, чем сделаю себе лучше. Вряд-ли у меня это когда-нибудь получится.» Пытаясь встать, я всё задевал раненный места и в итоге просто лежал, перевернувшись на спину, уставившись в потолок. Тело болело от жалких попыток встать, усталость накатывала с головою, но заснуть явно не получится. Пол холодный, не ковра нету, не малейшего тепла. Заболеть было легко, а с ослабшим организмом тут и стараться не надо, всё принесли на блюдечке. Гарри, осознавая свою беспомощность, глупо плакал, что делал это довольно часто из-за жалости к себе, но он не мог быть сильным. Ещё в детстве ему сказали, что он не должен защищаться, если тебя бьют, обижают. Ты должен молчать и пресмыкаться перед более сильным чем ты. Ему было страшно за свою жизнь, ведь умирать не увидев мир, очень обидно, но что делать, если по-другому не получается? Не получается спастись. Слёзы лились ручьём, не переставая. Подрагивая, он представлял как Том зайдет в комнату и, увидев его в таком состоянии, молча закроет дверь, и уйдёт, и Гарри больше не когда не встретит его. Это очень ранило хрупкое сердце Омеги. Сердце сжалось от услышанных шагов в сторону комнаты, где он находится прямо сейчас. Хотелось громко завыть от быстро приближающейся судьбы, что не пожалеет его на этот раз. Горькие чувства поселились в теле мальчика. Дверь медленно открылась, впуская немного света, в которой образовалась тень силуэта, он видел, чувствовал взгляд на своей шкуре и готов был умолять прекратить как можно быстрее. — Гарри? — ошарашенно спросил Том, подбегая ко мне, — Что такое? Пришедший поднял меня к себе на руки и положил на кровать, аккуратно поглаживая волосы. — Гарри, ты можешь мне доверится, расскажи, что произошло, — просил Том. От его слов мне стало тяжело дышать, всхлипнув, я не мог сказать ни слова. „ Никто так не говорил. Разве могу? Нет, всё получится ровно точь-в-точь как с Дадли, это он сейчас так говорит, а потом будет избивать " — Ну, Гарри, тише, спокойней, — мальчик усадил меня к себе на колени, растирая спину. Я откинулся ему в плечо, успокаиваясь. — Я… Я хотел встать, пойти в туалет, но стало так больно, что я упал. И н-не смог встать, — заикаясь, признался я. Мне стало стыдно за своё поведение. „ Это так глупо рассказывать ему, надо было дальше пытаться встать, а не лежать. Вряд ли я буду теперь с ним общаться. " Я хотел отстраниться, но меня лишь сильнее к себе прижали, сжавшись в ожидании удара. « Ударит, ударит, ударит, беги, убегай, прячься » — Гарри, посмотри на меня, пожалуйста, — я не смел ослушаться, поэтому, смотря в его завораживающие до глубины души глаза, молча волновался. — Я не при каких обстоятельствах не буду тебя бить, чтобы ты не сделал, вот ударь меня, — спокойно сказал Том. Я посмотрел на него удивлённо, помотав головою. „ Ударить? Я не могу. Так нельзя. Альфу нельзя бить или толкать. Это против правил. " — Толкни, Гарри, давай, — подначивал меня Том. Мне было страшно что-ли делать, но не послушаться тоже нельзя. Я легонько толкнул его за одно плечо, он повалился на кровать, захватив меня с собой, взвизгнув, мы засмеялись от сложившейся ситуации. — Видишь, Гарри, я ничего не сделал, — обратил на это внимание мальчик. Он улыбался, смотря на меня. — Том, помоги подняться, — попросил я. Переживая, что придётся пытаться самому. „ Вроде не злится, неправильно это, но так приятно. Надо вставать. " Том сначала сам встал, а потом помог мне, обняв за талию, поддерживая, чтобы не упал. От его касаний, я сильно смутился, но ничего не сказал, держась за его плечо. Мы вышли из комнаты и пошли прямо по узкому коридору. Так мы вышли в комнату, где играли дети разного возраста, переговариваясь. Как только вы зашли они замолчали, смотря на нас. Комната была большой, но тесной для детей. Пол из тёмного дерева, скрипел при малейшем шаге. Слева стояла лестница на второй этаж, по которой нам предстояло подниматься. — О, смотрите, у нас теперь два урода, — крикнул какой-то мальчик. Я дёрнулся от последнего слова, что часто любил говорить Дядя Вернон. — Мы потом поговорим, Билли, — спокойно ответил Том. Его магия заполняла комнату, придавливая того мальчика. Я лишь почувствовал, что она меня мягко окружила, лаская. Мы медленно поднимались, не обращая внимание на выкрики детей. Мне было обидно, что я даже пообщаться с ними не успел, как меня уже не любят. — Гарри, не расстраивайся, они не понимают и никогда не поймут нас, особенных, — мягко сказал Том, пытаясь успокоить. — А почему я особенный? — мне было интересно почему он так думал, ведь во мне не было чего-то чарующего, как у Альфы. Он был сильным и смелым, а для меня любая букашка тяжелая. — У тебя есть сила, как у меня, но слабее, что уже много значит, они ничего не могут сделать кроме обычных драк. Гарри, ты красив в своей слабости и силе, — признался Том. — Спасибо, — смутился я от таких откровений. Мы шли по коридору, пока не остановились у комнаты, открыв дверь, прошли в небольшую комнату с двумя кроватями и тумбами рядом с ними. Один шкаф и два письменных стола. Альфа довёл меня до туалета и вышел. Ноги ели как меня держали. Удовлетворив свою потребность, я опираясь о стену, вышел. Как только я открыл дверь, Том помог сесть на кровать напротив себя. — Том, расскажи, пожалуйста, что здесь и как проиходит? — попросил я, стараясь не сильно нервничать на новом месте. — Встаём в восемь утра, тридцать минут, чтобы собраться и столько же времени едим, потом выполняем свои обязанности, которые тебе даст Миссис Коул, скорее всего это будет стирка руками, мытьё посуды, уборка. Этим ты занимаешься до двенадцати, обед, отдых, а потом у нас всех занятия в два часа до шести, ужин и свободное время до восьми, в десять ложимся спать, понял? — объяснил мне мальчик. — А сколько сейчас времени? — спросил я. „ Даже не знаю, что хуже, когда я был у Дурслей или здесь. Тут хотя бы кормят и у меня появился друг, а друг ли? " — Сейчас пол второго скоро надо будет идти на занятия, но ты останешься в комнате, ведь тебе тяжело идти, а я вернусь за тобой позже и пойдем на ужин, договорились? — маску Тома было снять не легко, он всегда был спокоен, несмотря на некоторые случаи, что выбивали его из колеи. — Да, конечно, — я хотел спросить его друзья ли мы или это временно, но не решался, не хотел расстраиваться. Видя мои размышления, Том сказал: — Спрашивай, Гарри, не мучай себя, — дал разрешение мальчик. — Том, а мы друзья? Просто, мне стало интересно, вот… — тараторил я. — Гарри, всё хорошо, слышишь меня? — Том подошёл ко мне и сел рядом со сной. — Да, Том, хорошо, — сказал я, без возможности сосредоточится на вопросе. Я боялся разочаровать Тома, оказаться без его поддержки, к которой привык за несколько часов. Но любопытство преодолело страх. Альфа не торопил, молча, смотрел на меня о чём-то размышляя. — Том, — позвал я виновника моих страхов. Он не отвлекался от своих мыслей, что начало напрягать меня. „ А вдруг он передумал? " — Том, — тревожась, я пытался привлечь его внимание. Мне было не по себе от того, что он прибывал в прострации, рефлексируя. Я коснулся его руки и положил свою ладонь на его. Тот от этого дёрнулся и Гарри быстро убрал свою конечность до того, как она могла пострадать. — Гарри, вспомни, что я тебе говорил, — напомнил мне свои последние слова Альфа. — Ты не будешь меня бить, чтобы я не сделал, — послушно повторил я. — Умница, Гарри, — положив руку на мою голову, Том медленно перебирал их. Мне это так нравилось, у меня было чувство, что меня приручают как зверушку. Не могу сказать, что мне это не нравится, ведь тот не сделал ничего плохого, почему я не могу довериться ему. — Мы друзья? — прошептал я на грани слышимости. — Как хочешь называй это, Гарри, я всё равно буду заботиться о тебе и оберегать, — признался Том, смотря мне в глаза, не убираю руку с головы. Я поддался этой незамысловатый ласке, склоняя голову. — Но почему, Том? — с горечью посмотрел я на него, надеясь, что сейчас всё решится. — Гарри, я… Я не могу сейчас тебе сказать, подожди меня, хорошо? — растерянно ответил Том. — Хоть вечность, — ответил Гарри, ни капли не разочарованный. „ Я так много получил от него, я счастлив. " — Прости, Гарри, но мне надо идти. Через несколько минут начнётся занятие, не скучай, — попрощался Альфа. Я оставался сидеть на месте, мечтая о том, чтобы произошло чудо и их забрали. Гарри и Тома. „ Надеюсь он вернётся, как можно быстрее» С этими мыслями я лёг спать, по крайней мере пытаясь. „ Теперь надо тут прижиться, чтобы выжить до совершеннолетия. Я же не могу всё время прятаться за спиной Тома, хотя очень хочется. Может попробовать подружиться с этими детьми? Нет, не получится. Они сразу показали себя жестокими. " Не заметив, я погрузился а царство Морфея. *** Проснувшись от приятных касаний, я сладко потянулся и зевнул, улыбаясь. — Добрый вечер, Гарри, пошли на ужин, — усмехнулся Том, убирая руку с лица, помогая встать мне. — Пошли, а там будет много детей, да? — грустно спросил я. Видеться с ними не хотелось, тем более ссорится, уж зная их агрессивность. Мы неторопливо пошли в сторону столовой, Альфа держал меня, помогая не упасть на месте. — Я тоже хочу поесть без них, но по-другому никак не получится, пробовал, в итоге получил наказание за это, — рассказал Том. — В смысле? Какие наказания? — не понял я совсем. „ Надеюсь ничего серьёзного, ведь я не знаю за что их можно получить, остаётся просто вести себя тихо, как обычно, без привлечения лишнего внимания к моей персоне. " — Когда как, обычно десять ударов розгами, если не сделал домашку или не выполнил порученное задание, смотря что и в каких количествах, — ответил Альфа, надевая свою привычную маску. — Том, а эти дети какие они? — поинтересовался я, надеясь, что всё не так плохо, как мне показалось. — Они жестокие, малейшей проступок, о котором они узнали и об этом доложат Миссис Коул, а она не пожалеет тебя. Игрушек крайне мало, у меня их совсем нету, ну почти нет, денег мало на что-нибудь кроме основного, из сладкого только булочки с джемом, все мечтают, чтобы тебя забрали из этого места, но пока что этого не случалось, — этот дом строился из одних проблем, потому что по-другому я объяснить себе не смог. Я говорить ничего не стал, не думаю, что здесь нужны слова, тишина вполне комфортно и не напрягала меня. До столовой мы дошли в молчании. Широкие двери были открыты на распашку, давая рассмотреть содержание комнаты. Два длинных стола и такие же по длине лавочки, на которых сидят плечом к плечу дети разного возраста и не замолкая глаголить. Огромные окна, открывали вид на хмурое небо, придавая ожидание скорого ливня. Мы молча сели за одинокий дальний столик, я его не заметил среди остальных больших, который состоял из двух мест. На нём уже стояли маленькие тарелки с едой. Салат из капусты и огурцов, политый маслом и хорошо по соленый, а так же кружка с ежевичный компотом. — Том, а на ужин часто такое дают? — я ничего против не имел, это гораздо лучше чем ничего или кружка воды. — Не редкий случай, но ещё чай с печеньем. Тебе не нравится? — поинтересовался Том. Ему было всё равно, что дают, лишь бы не голодать. — Нравится, просто стало интересно, — безразлично ответил я. К нам подошла какая-то женщина. На вид ей за сорок, не опрятная с поношенной одеждой, болезненно бледной, но кажется довольно сильной, что не сочетается с одеждой. — Здравствуй, Гарри, я Миссис Коул, Омега, если ты собираешься жить здесь то должен соблюдать определённый правила за нарушения, которых будет ждать наказать. Первое из них это всегда выглядеть опрятно, несмотря на то сколько стоит одежда и как долго ты её носишь, мы её тебе выдадим. Выполнение домашнего задания и обычных занятий строго оценивается, так что лениться нельзя ни в коем случае. Как я поняла ты хочешь жить с Томом? — она презрительно смотрела на меня, поглядывая на моего нового друга, который явно ей не нравиться, но я не понимал почему. — Да, я буду жить с Томом, — твёрдо проговорил я, ведь жить с другими детьми мне не хотелось, они выглядели озлобленными, по крайней мере не особо радостно меня встретили. — Он Альфа, Гарри, последний раз спрашиваю тебя, точно? — давила на меня женщина, ожидая отказа. Она мне не понравилась. Я чувствовал себя не уверено, может Миссис Коул права, не стоит жить с ним? — Гарри, подумай, переселим тебя к Омеге Эми, хорошая девочка, никого не обижает, тихая, м? — Миссис Коул, видя, моё сомнение, принялась уговаривать ещё сильнее. „ Так дело не пойдёт, Том не обрадуется! А с каких пор меня это волнует? С тех пор как он успокоил меня. Не стоит поддаваться ей. " — Нет, Миссис Коул, я буду жить с Томом, а какие у меня будут обязанности? — как можно быстрее надо переводить тему, не хватало, чтобы меня ругали за выбор. Боюсь, если она с каждым разом всё сильнее будет настаивать, то мне будет тяжелее отказываться. — Ладно, Гарри, я поняла тебя. Ты должен будешь стирать вещи руками, а их будет довольно много, а потом мыть посуду, хорошо? — не дождавшись от меня ответа, женщина вскочила и ушла. Я невольно выдохнул от облегчения и посмотрел на моего друга. Тот выглядел, как кот, съевший банку сметаны. Мне стало не по себе, захотелось выбежать из комнаты и никогда не останавливаться, уходя всё дальше. Что-то неизвестное разливалось по венам, заставляя всё сильнее хотеть ударить этого человека, сидящего на против меня, чтобы Том прекратил так вести себя. Я всё сильнее раздражался, аппетит пропал, на еду смотреть было тошно. Уйти по-дальше не позволяли ноги, которые продолжали беспомощно дрожать при попытке пройтись. Весь скопившийся гнев желал выйти, сорваться на что-нибудь. — Эй, ты, Гарри, или как тебя там, не запоминаю имена уродов, может хватить сидеть с Томом и пойдёшь к нам, мы примем тебя безоговорочно, как тебе предложение, а? — я не мог просто взять и наорать на крайне глупого ребёнка, он сильнее меня и определённо Альфа, их гораздо больше. — Нет, — ограничился только этим, надеясь сильно не пострадать. — Ах, ну да, урод! — он против засмеялся надо мной, этот смех подхватили все дети за этим столом. Мне захотелось разреветься, ударить этого выскочку и почувствовать себя спокойней, чем я сейчас. Но не мог позволить поднять руку на Альфу. — Эрик, помолчи, если не хочешь заболеть! — угроза даже не скрывала себя, открыто заставляя меня сжаться, зато того смельчака наоборот раззадорило. Том встал со своего стула, помог мне встать, собираясь исполнить мою недавно появившуюся мечту. — Два урода умеют говорить?! Вот это новости, — издевался теперь уже Билл. Я их не мог понять, от Альфы сквозило чем-то тёмным, придавливая, заставляя подчинится его воле и не только я чувствовал это, ведь они замолчали и сели, продолжив есть как ни в чём не бывало. Мы в напряжении дошли до нашей комнаты, он усадил меня на кровать, а сам стоял, пытаясь успокоиться. Я не меньше него был не в состоянии сказать хоть слово от медленно подбиравшейся истерики, он от праведного гнева. Меня распирало на части от чувств неуверенности в себе и поглотившей вины. Меня перетряхивало от накативших эмоции. Том сел на мою кровать, облокотившись о подушку, усадил меня к себе на колени, уткнувшись мне в затылок, поглаживая рукой спину, перебирая волосы. Я расплавился от этих действий, всё остальное стало таким сущим пустяком, от других эмоций ничего не осталось, уткнувшись ему в плечо, расслаблялся, вдыхая его запах. Это было великолепно, нотки дождя перед предстоящей грозой и мускус. — Гарри, я рад, что ты остался со мной, — спустя некоторое время сказал Том. — Я счастлив, — искренне ответил я. „ Никто так меня ещё не трогал, но это приятно. Так тепло и уютно, что заурчать хочется. Альфа, мой Альфа. Нет, нет, нет, нет, нельзя так его вслух назвать. Иначе это может плохо закончится. За это Том точно меня ударит и бросит. " Если Омега называет Альфу своим, то это означает, что она полностью отдаёт контроль над собой. Так же работает и с Альфой. Меня это крайне нервирует, я успел привязаться к нему, но так нельзя он будет это использовать. — Гарри, ты чего? Я тебя чем-то обидел? — нотки волнения просачивались в его голосе. — Нет, Том, всё хорошо, — соврал я. Это было страшно, очень страшно, потому что нельзя врать Альфе, а то плохо будет. Я напрягся, весь бывалый кофморт пропал как будто его и не было. — Гарри, ты можешь мне доверится, слышишь? — уже откровенно волновался Том. — Слышу, всё правда хорошо, — я не желал говорить и никогда не скажу, он подумает, что я просто жалкая Омега. Мне этого не хотелось. — Слезь с меня, мне надо делать уроки, — холодно сказал Том. Я быстро перелез на кровать, наблюдая за мальчиком, который обиделся на меня зато что не ответил ему. Но я не мог этого сделать, ведь всё бы стало гораздо хуже. Лёжа на кровати, думал о произошедшем и не понимал почему он не может понять меня. У каждого есть секреты, ведь он не рассказывает мне каждый факт своей жизни. Я рассматривал его, весь серьёзный такой. Сел и пишет что-то в тетрадь, вроде математику делает. Держит осанку, плечи расправлены, не единый мускул не тронул его холодное лицо. Спокоен и сосредоточен. Выглядит как восковая статуя. На удивление мне не нравилось, что он не показывал свои эмоции, хотелось снять его крепко севшую маску и пробудить в нём чувства. Я заснул беспокойным сном, пока Том укрыл меня одеялом. И через пару минут сам лёг спать.