Восточные сказки

— Кто здесь?! — воскликнула девушка, поворачиваясь на 180°, удерживая в руках толстую папку с документами. Темнота, которая окутала её родной дом, сыграла злую шутку с хозяйкой: коридор выглядел как редкость жуткое помещение, в котором нельзя было своих ног нормально разглядеть, не то чтобы чужака на расстоянии. Ясмин поджала губы, пытаясь всё же высмотреть то, что укажет на присутствие другого человека, — Я повторяю, кто здесь? Ответом ей был легкий шелест и тихие, но достаточно уверенные шаги. Русоволосая отшатнулась, сделав пару шагов назад, уперевшись о книжный шкаф и окончательно поняла — "Я в ловушке". Тем временем, пока девушка загонялась и просила прощения у всевышних за всё содеянное в своей недолгой жизни, мужской силуэт подобрался к ней поближе, показывая своё лицо. Ясмин старалась не зажмурить глаза и не потерять сознание, она смотрела за подходящим к ней мужчине и в уголках глаз скапливались жгучие, солёные слёзы, показывая, что она действительно боится. Ужасно боится. — Адиль... — прошептала девушка, увидев знакомые черты в лунном свете. Он показался с хитрой улыбкой, но заметив текущие слёзы по девичьим щекам – губы оказались поджаты, а глаза выдавали беспокойство. — Кальби... — он подошел ещё ближе, коснувшись цепкими пальцами за тонкое запястье, ощутив мелкую дрожь по телу девушки, — Извини, я не хотел тебя пугать, просто опасался, что здесь будет твоя прислуга. — Адиль, господи, как ты меня напугал! — прошептала девушка, бросившись в его объятия. Парень сразу же сжал её своими длинными и крепкими руками, вдыхая фруктовый запах от её шелковый волос. Сама девушка уткнулась в основание мужской шеи, чувствуя исходящий от его смуглой кожи запах табака и муската. Такой пленительный запах, которым мог обладать только лишь мужчина, — Прислуги здесь нет, Салех постарался. Дом ужасно опустел, словно здесь годы уже никого не было. — Не переживай, твой отец поправится и вернет ему жизнь. — успокаивал её Бадави, замечая, что зеленоглазая уже перестала дрожать, а дыхание потихоньку выровнялось. — Хотела бы я в это верить. — горько призналась Ясмин, тяжело выдыхая. Они простояли так ещё немного, но вскоре отстранились. В глазах цвета индиго горел легкий интерес, когда мужской взгляд медленно прошелся по проходу на втором этаже. Парень не бывал в подобных домах и хоть старался скрыть подступающее внимание к обустройству, девушка его заметила. Она улыбнулась, предложила: — Хочешь весь дом покажу? — но не дав ничего ему ответить, добавила, — Ты ведь успел только балкон у моей комнаты рассмотреть. Адиль усмехнулся, но продолжал молчать. Парень даже и балкон не успел нормально рассмотреть, да и в прошлой ситуации ему не до этого было. Ясмин тоже улыбалась, но вскоре нашла его руку своей и слегка сжав, потянула к одной из двери. Он ступил за русоволосой, посильнее перехватив её руку своей и позволил его принцессе нагло потянуть за собой в спальню. Её спальню. — Твоя? — коротко поинтересовался парень, пробежавшись взглядом по хорошо обставленной комнате. — Да, моя. — с гордостью ответила девчонка, приподняв полы своего летнего платья и уйдя в самую середину. Адиль не спешил за ней, он скромно стоял возле двери и медленно рассматривал каждую едва заметную деталь в интерьере, словно запоминая и по этим наблюдения открывая что-то новое в девушке, — Нравится? — Красиво. — ответил парень, стрельнув в неё своими "холодными" глазами, — Она тебе подходит, словно отражение. — Чего здесь только нет... — задумчиво произнесла девушка. И вправду, сколько книг хранится на этих деревянных полках возле гардероба? Сколько статуэток и различных игрушек на столиках и комоде? Сколько рисунков осталось в последнем ящике этого самого, дубового, комода, которые остались с самого раннего детства? — Но это уже неважно, я утром покину дом. Наверное навсегда. — Не говори так, принцесса, всё в твоих руках. Ты необычайно сильная, умная девушка и сделаешь всё именно так, как тебе захочется. — Спасибо. — поблагодарила Ясмин, улыбнувшись и словно просияв от таких греющих сердце слов. Адиль словно сошел с одного из её любовных романов, которые девчонка читала на досуге. Он был необычайно красив, молод, свободен. Только лишь один взгляд заставлял марокканскую принцессу смущаться от пристальности и открытости, которые Адиль не старался скрывать. Она всегда мечтала о примерно таком мужчине и вот получила и плевать, что парень был мятежником и не разделял взглядом её отца и партии, она ведь тоже была своего рода мятежницей, тоже не поддерживала папу в различного рода вопросах. — Красивый платок. — отметил Адиль, показывая одним лишь взглядом на тонких изумрудный шелк, который висел зацепившись за одинокую ручку шкафа. — Подарок. — бровь парня изогнулась, но он тактично промолчал, — От Мустафы, на прощание. — Зачем уточнила? — Хочешь сделать вид, что не заинтересовало? — игриво поинтересовалась Ясмин, опустив голову набок, но рассмеявшись, подошла к шкафу и резким движением забрала платок. Адиль внимательно наблюдал за девушкой, ухмыляясь, но по-доброму. Она подошла к зеркалу, расправляя шелк и примеряя на волосах. Парень сделал пару шагов вперед, присматриваясь. Она намотала локоны на руку, пропуская платок и резко отпустила сияющие кудри. Сделав ещё несколько незамысловатых движений, длинная компа волос превратилась в высокий пучок, который открывал вид на чёткую линию подбородка и заметные скулы. Прическа подчеркивала ярко-выраженные черты её прекрасного личика. Адиль же приблизился максимально близко, коснувшись пальцами девичьего плеча, лениво скользнув до подбородка. — Холодные. — прошептала Ясмин, закусывая нижнюю губу. Контраст температур их тел сыграл мучительную шутку для девушки, которая боролась с тем, чтобы не закатить глаза и не запрокинуть голову от приятных ощущений. — А ты горячая. — ответила также тихо парень. Девушка вздрогнула от низкого и слегка грубого голоса, который послышался прямо над ушком. Она развернулась, приподнимая голову и заглядывая прямо в глаза напротив. Как же она таяла от этих синих, спокойных, словно Тихий океан, глаз. Они были такими выразительными, что русоволосая могла бы воспевать их, как типичная героиня из любимого романа. Она всегда удивлялась, почему писатели так уделяют этому время? А сейчас поняла, что причина есть и она очень весомая. — Я скучала. — призналась его кальби, оставив пухлые губки слегка приоткрытыми. Адиль скользнул по ним своим проницательным взглядом, задерживая на несколько секунд. Она потянулась, надеясь украсть поцелуй, который в прошлый раз растопил её. Русоволосая ещё несколько дней подряд чувствовала эти жадные прикосновения его настойчивых губ и, признаться честно, хотела ещё, ещё и ещё. Она корила себя за такие мысли, ведь подобное она не должна была воображать по обычаям, особенно если не собиралась за этого мужчину замуж. Это было моветоном, но Ясмин была своего рода нарушительницей, как и он, поэтому она плевала на все эти правила и устои. — Я тоже скучал, моя мятежница... — также тихо и чарующе произнес брюнет, заправив небольшую прядку, которая выбилась из прически и падала на девичье личико, за ушко, коснувшись мочки и провел дорожку до основания тонкой шеи. Дыхание учащалось, щеки розовели, а глаза прикрывались от всяких неприличных мыслей в голове. Русоволосая поджала губы, когда услышала от Адиля следующее: — Ты прекрасна, невероятно красива. Ты – мираж, мой личный мираж, моя Ясмин, кальби, моя мятежница и чарующая принцесса, просто моя и ты бы знала, как я переживаю за тебя. — казалось, что оттенок её румянца сменился на пару тонов и выдавал явное смущение, — Не смущайся, я говорю лишь правду. — Я не привыкла слушать такие слова от мужчин... и вообще получать какие либо знаки внимания. — призналась девушка, хотя, Адиль и так знал об этом. Её поведение сразу раскрыло все карты и именно поэтому он с таким трепетом относился к Ясмин. — Привыкай. — Легко сказать. — ответила зеленоглазая, вновь прикрывая глаза, — Я воспитывалась в строгости и с мальчиками мне запрещали общаться, хоть я и всё равно нашла себе друзей, но тщательно скрывала их. Парней у меня и быть не могло, а если и должен был появиться то только для брака и то по расчету. Я не знала, что такое мужское внимание. — Я уже понял. — с легкой улыбкой ответил Адиль, — В прошлый раз ты выглядела слегка растерянной, хоть и старалась скрыть это. — Хочу тебе соответствовать. — У тебя не получится, да и не нужно тебе это. — произнес брюнет, вновь зацепившись взглядом за манящие девичьи губы. Они вновь были чуть приоткрыты, она снова часто дышала и явно ожидала поцелуй, но инициативы не проявляла – стеснялась. Синеглазый умилялся с такой реакции, поэтому решил не издеваться над Ясмин и мягко коснулся своими губами её. Зеленоглазая что-то промычала, явно не ожидав, что именно в это мгновение начнется их второй поцелуй. Кстати, он вообще не уступал первому, даже наоборот. Первое прикосновение хоть и было мягким, но в тоже время резким. Девушку словно током прошибло, она вздрогнула от неожиданности и от вновь ощутимых чувств, которые захлестывали с головой. Адиль сминал столь желанные губы Ясмин с напором, свойственным его характеру и поведению, заставляя девушку таять от этих страстных, уверенных движений и вдобавок от поглаживающих касаний в районе талии. Мужские ладони скользили по спине зеленоглазой, но дальше положенного не заходили, мятежник понимал, что он просто не имеет на это право по своим собственным соображениям. Ясмин поддавалась его настойчивым движениям, стараясь не перенимать инициативу, а лишь набирать опыт, дабы удивить брюнета чуть позже. Она буквально задыхалась от ощущения горячего дыхания на своём лице, от чувствуенных прикосновений влажными губами и от сжимающих талию цепких и грубых пальцев, которые в данный момент были самыми нежными в мире. Было ужасно приятно и сладостно ощущать губы возлюбленного на своих, особенно девушке, которая целуется только второй раз в жизни. Она хоть и была немного раскованнее, чем в прошлый раз, но всё также стеснялась и боялась сделать что либо не так, а также корила себя за своё воспитание, благодаря которому не могла удивить или восхитить Адиля. Ей было до ужаса интересно, скольких девушек мятежник целовал как её? Сколько оказались в его постели? А в сердце? Но спрашивать она и не думала, поскольку это было личное, а копаться в нем русоволосая не собиралась. — Ты быстро учишься. — игриво произнес синеглазый, отстранившись. Ясмин облизнула губы, слегка приоткрыв глаза и посмотрела на парня из полуопущенных ресниц. Он ухмыльнулся, вновь приникнув, но на этот раз коротко. Поцеловал в губы, прошелся по скуле и закрепил последним в висок, напрочь сбивая дыхание обоих. — Адиль, — подавив стон, позвала зеленоглазая. Парень вновь поцеловал девушку в лоб, пройдясь пальцами по острой скуле, — Адиль, — Да, кальби? — Я... — начала было девушка, но быстро замолчала, ощутив то, как горели её щеки. Было ужасно неудобно просить его об этом, но Ясмин не знала, когда они встретятся в следующий раз и оставаться в неизвестности лишь с поцелуем ей не хотелось. Она хотела больше, хоть и ужасно нервничала и даже чуть боялась, — Мне... — Говори, кальби, не стесняйся. — Я не хочу останавливаться на поцелуях и расходиться на неопределённое время, я хочу большего. — пролепетала она быстро, борясь со своей стеснительностью и воспитанием, которое не позволило бы ничего подобного до брака. Адиль прекратил свои разжигающие поцелуи, чуть отстраняясь. Он серьёзно взглянул на возбужденную девушку, которая затуманено глядела на парня. Парень рассматривал ожидающую его действий Ясмин и старался совладать с собой. Разум кричал, что он не достоин подобного, а сердце сжималось, раскрывая его потаенные желания. Брюнет поджал губы, отрицательно качнув. — Принцесса, я не имею на это право. — тонкая бровь изогнулась, удивлённо рассматривая мятежника, — Я воспитывался в таких же условиях как и ты, я знаю, о чём тебе твердили и что такое должно произойти только после брака. — Плевать на этот брак, на все эти правила и законы, Адиль, прошу, я действительно хочу этого. — попросила девушка, обнимая его за шею, притягивая ближе. — Ясмин, но я не заслуживаю этого. Меня стоит четвертовать только лишь за такие мысли в твою сторону, а за подобные действия я и сам должен заняться самоубийством. — но "дочь вождя" не отступала. Зеленоглазая прильнула пухлыми губами к его губам, повторяя то, что до этого делал сам Адиль, распаляя собственное желание ещё сильнее. Парень хоть и пытался образумить возлюбленную, но признаться честно хотел подобного уже давно. Наверное с того самого момента, когда она явилась перед ним в костюме, подчеркивающим округлые формы, которые хотел бы коснуться не один мужчина в этом городе. А досталось это всё ему – счастливчик, не иначе. Поцелуй, который полностью вела девушка, был полон страсти и похоти, о которой совсем недавно читала марокканская принцесса и только лишь мечтала о подобном. И вот сейчас она снимает с парня тюрбан из чёрной ткани и откидывает далеко в сторону, жадно касаясь коротких темных волос, чуть сжимая в ладони. Адиль неровно выдохнул, распаляя девушку ещё больше. Стеснение постепенно пропадало, уступая сжигающему желанию, которому девушка не хотела противиться. Адиль сдался мгновенно, когда Ясмин простонала, почувствовав его шершавую ладонь на собственной шее. Парень ворвался в её влажный ротик своим языком, подхватывая её и закружив в страстном вихре, похожий на танец. Вновь сладостный женский стон, вновь мужская выдержка страдает. — Адиль... — это и была точка невозрата, когда девушка закатила свои прелестные ведьминские глазки и вновь простонала, но уже его имя. Парень быстро подхватил её под ноги, заставляя ухватиться за его талию и понес к огромной кровати. Нежно опустив возлюбленную на мягкое покрывало, брюнет отстранился, освобождая себя от ненужной одежды. Ясмин открыла глаза, рассматривая открывающиеся участки смуглой кожи. Она уже видела его полуобнаженным, но была не прочь увидеть ещё. Откинув темную ткань подальше, он вновь оказался сверху, предоставляя зеленоглазой возможность насмотреться вдоволь. — Не стесняйся и расслабься. — произнес брюнет, приблизившись к женской шее. Девушка откинула голову на подушки, открывая обзор. — А-ах! — голос дрогнул, когда влажный поцелуй достиг светлой кожи. Адиль усмехнулся сквозь поцелуй, скользнув рукой по легкой ткани платья. Вырез доходил до самой ложбинки, что было не совсем похоже на Ясмин и её вещи в гардеробе. — Новое платьице? — поинтересовался парень, чуть отодвигая ткань и вновь коснулся губами молочной кожи. Послышался рваный вздох, а вот ответа на вопрос так и не последовало. Вновь отстранившись, Адиль чуть приподнял девушку, заставляя приникнуть к его груди и открыть доступ к спине и застежке. Девушка уткнулась лицом в плечо парня, оставляя короткий поцелуй и вызывая очередную улыбку мятежника. Расправившись с железной застежкой, синеглазый стянул платье с тела девушки, оставляя в одном лишь черном нижнем белье. Русоволосая прикусила нижнюю губу, попытавшись прикрыть грудь, которая и так была в бюстгальтере. — Кальби, убирай-ка ладошки. — насмешливо попросил Адиль, пытаясь встретить с девушкой взглядом. Марокканская принцесса нехотя убрала руки и даже подняла голову, находя его влюбленный взгляд, отвечая таким же, — Расслабься, а если передумаешь — только скажи. — и умело расстегнул застежку, отбрасывая в сторону и открывая себе вид на округлую грудь. Она кивнула, понимая, что даже под угрозой смертной казни не разрешит ему остановиться. Синеглазый подтолкнул возлюбленную к кровати, заставляя приземлиться на мягкие одеяла, а сам прошелся легкими поцелуями вдоль плоского живота. Девушка упиралась головой в огромные перьевые подушки, закатывая глазки и приоткрывая рот с жадностью хватая прохладный воздух. Мятежник чуть отстранился, спускаясь ниже и сжал широкой ладонью внутреннюю сторону бедра, Ясмин сжала губы. — Что ты... — попыталась спросить девушка, но брюнет заставил её замолчать, когда коснулся влажным языком кожи, которую недавно поглаживал пальцами. Оглушительный стон сорвался с пересохших губ зеленоглазой, в тот момент, когда парень достиг горячей плоти. Быстрые движения заставляли девушку непрерывно постанывать, сжимая простыни под собой, закатывать глаза и облизывать губы. Адиль словно и не думал останавливать сладостную пытку и с каждым новым движением ускорял темп, подводя Ясмин к высшей точке удовольствия. Язык скользил настойчиво, временами грубо, а русоволосая лишь сильнее выгибалась, тем самым слегка меняя позы в процессе. Она ощущала подступающую дрожь, это было ни с чем не сравнимое ощущение, такое приятное и одновременно дразнящее. В один момент, зеленоглазая нащупала пальцами его жесткие, короткие волосы и потянула на себя, заставляя отстраниться. Адиль повиновался, через секунду оказавшись лицом к лицу, на влажных, от смазки, губах играла легкая улыбка. Брюнет демонстративно слизал её, вызывая неровный выдох со стороны девушки и вновь коснулся манящих женских губ. Но поцелуй кончился также быстро как и начался. Адиль привстал, стягивая с себя последние элементы одежды, вызывая у Ясмин румянец на щеках уже который раз за вечер. Вновь приник, оставляя долгий поцелуй на шее, упираясь возбужденным органом к женской плоти. Зеленоглазая прикрыла глаза, прикусив нижнюю губу, почувствовав, что парень слегка ввел член во влагалище. Выдохнув, она зажмурилась. — Расслабься, — попросил мятежник, раздвигая руками женские ноги ещё шире, — может быть неприятно, но постарайся не думать об этом. Она угукнула, ожидающе вдохнув. Адиль увлек её в нежный поцелуй и вошел, делая небольшие перерывы. Ясмин распахнула глаза, встречаясь с внимательным взором глаз цвета индиго. Парень аккуратно коснулся её лба своими жесткими губами, в желании успокоить и у него получилось. Русоволосая притянула возлюбленного за шею, утопая в очередном поцелуе, дабы перебить не самые приятные ощущения внизу живота. Привыкнув к ощущению наполненности, она старалась двигать бедрами навстречу нежным толчкам молодого мужчины, тем самым усиливая подступающий жар изнутри. Адиль постепенно ускоряется, сводя девушку с ума от переизбытка различных чувств и от контраста ощущений. Его ладони были повсюду: на груди, шее, подбородке, бедрах лаская молочную, бархатную кожу. Ясмин смотрит на парня затуманенным, полным желания взглядом, оглаживая широкие мужские плечи и проходясь на накаченному прессу бедуина, не сдерживая стоны, которые эхом отражаются от стен её спальни. Она невольно вспоминает разговоры замужних девиц на различных мероприятиях, которые делились впечатлениями от первой брачной ночи с избранником, стыдливо опуская глаза и краснея хуже помидора. Ясмин и сама сейчас буквально горит, горит от распаляющих поглаживаний, от влюбленного зора на неё, от уверенных толчков в ней, от всего, что происходит с ней этой сладостной ночью. И она ощущает себя самой счастливой, влюбленной девушкой на всей это планете. Адиль слышит протяжный женский стон, чувствует, как мышцы девушки сжимаются вокруг его члена, ощущает, что ей осталось совсем немного до пика. Он чуть ускоряется, задевая нужные точки и заставляет Ясмин выгибать перед ним, точно дикая кошка. Ведьминские глаза находят его бушующие океаны, а небольшая ладонь хватается за шершавую мужскую. Сжимая его пальцами, русоволосая ощущает, как достигает безбашенное чувство эйфории. Девушка вскрикивает, её округлые бедра дрожат от первого в её жизни оргазма, а руки находят смуглые плечи и тянут на себя, ударяясь губами о губы напротив. Брюнет кончает следом, за мгновение до выходя из девушки и изливаясь в собственную руку, опуская голову и тихо простонав прекрасное, любимое женское имя. Ясмин... Его мятежная принцесса тяжело дышит, пытаясь восстановить сбившееся дыхание и приходит в себя после крышесносного оргазма, вызывая едва заметную ухмылку синеглазого, который ложится по правую сторону от её разгоряченного тела кладет руку на живот, нежно проводя пальцами по тонкой талии. Ясмин улыбается, открывая глаза и целует Адиля в самый уголок губ. Они любят друг друга, безумно любят