Охотник на охотника

      Мани так долго пролежал в постели, что когда захотел встать, ноги не сразу его послушались. Тело измученное голодом и травмами слабо отзывалось на приказы мозга. Держась за спинку кровати, он дотянулся до стакана с водой и выпил его за несколько больших глотков. Капли стекали с подбородка. Он сел и, прислушавшись, понял, что дома давно уже никого нет. Охотник не вернулся вчера? Если он снова придет в том странном состоянии, то можно попробовать еще раз… Но зачем? Мани подвинул ноги к себе и положил голову на колени. Голова кружилась… Похоже, снова жар. Желудок протяжно болел, но есть не хотелось. Вдруг он услышал, как открылась входная дверь. Немного дернувшись, омега заполз под одеяло и стал напряженно ждать. Шаги звучали то в одном месте, то в другом. Послышался лай собаки и шум ее лап. Потом снова открылась дверь, пес вбежал внутрь дома. И тут шаги стали приближаться к комнате, где лежал оборотень. Охотник осторожно вошел и посмотрел на Мани.       — Лежишь… — вдруг сказал он.       Омега слегка кивнул.       — Голодный?       Мани неуверенно помотал головой. Мужчина в черном подошел ближе и сел на край.       — Черт, вот и куда тебя деть? Зачем сжег мой диван? Теперь на полу будешь спать, как Гарм… Точно! — он хлопнул себя по лбу. — Просто перевоплотись в волка и лежи на ковре!       — Но… — слабым голосом начал говорить оборотень. — Я не сможет в волка превратить… Сила нет.       — Ну конечно… — буркнул он. — Тогда двигайся!       Мани, пискнув, пододвинулся к стенке, и Райвен, быстро сняв с себя верхнюю куртку, лег рядом.       — Сиди тихо, мне нужно поспать.       Охотник положил шляпу себе на лицо и, скрестив руки на груди, закрыл глаза. Омега обеспокоенно взглянул на него и поморщился. На нем отчетливо слышался чей-то запах. Очень странный запах… Отталкивающий. Тут он увидел, как что-то сверкнуло у него на груди под лучами солнца. Мани присел и пару раз поводил рукой перед его лицом, кажется, охотник крепко спал. Омега взял светящуюся вещь — это оказался серебряный крест. Металл неприятно жег, но волка это как будто не сильно волновало. Он рассматривал его со всех сторон и пытался понять, что значит это украшение. Но ничего не придумал и осторожно положил его обратно на грудь, и вдруг заметил, что из-под шляпы на него смотрят черные глаза охотника.       — Ах…! Я…       — Я уж думал, что ты меня хотел придушить.       Мани виновато опустил глаза и вжался в стенку. Ему незачем убивать охотника.       — Лежи смирно и не буди меня! — он повернулся к оборотню спиной и через пару минут снова захрапел.       Райвен продрых до самого вечера. Оборотень все это время даже боялся шевельнуться и смотрел на широкую спину охотника. В какой-то момент он поменял позу, и стало видно лицо. Мани изучал его глазами, будто пытаюсь что-то понять. Но понять людей ему было очень сложно. Странные существа! Ходят в смешной и неудобной одежде, стреляют железом, строят эти большие дома. Зачем они им такие? Лес редеет рядом с людьми. Но самое главное — они совсем не понимают природу. Не слышат и не чувствуют ее.       Райвен вдруг понял, что находится в лесу. Все руки его были в крови, а вокруг стояли десятки волков. Они лишь смотрели на него. И вдруг из кустов вышел белый олень. Все волки тут же разбежались. Животное благородно кивнуло охотнику и, медленно развернувшись, ушло обратно в лесную тьму. Райвен остался на месте и долго смотрел вдаль…       Когда охотник проснулся, он недовольно что-то буркнул и встал, потянувшись. Какой странный сон…       — Солнце уже садится, ничего себе я поспал… — удивился он и повернулся к омеге. — Голоден?       Мани снова помотал головой.       — Врешь, — резко отрезал мужчина. — Тебе надо поесть, иначе так и будем спать вдвоем! Я хочу, чтобы ты мог превращаться в волка и спал на коврике, понял?       — На коврике… — повторил он.       — Да. Вставай.       Волк послушно встал, но ослабшие ноги покачнулись. Райвен подхватил его и поставил ровно. А после взял из кармана маленький ключик и отстегнул цепь.       — Идем.       С этими словами он вышел из комнаты и направился на кухню. Омега осторожно прошуршал к нему, осматривая новое пространство.       — Садись, — охотник отодвинул стул.       Мани посмотрел на стул и неуверенно присел на край. Райвен пододвинул его обратно. А потом ушел обратно к гостиной и через некоторое время вернулся с небольшим горшочком в руках. Он положил его на стол, открыл крышку и понюхал. Все это время омега не спускал с него глаз, изучая. Даже движения людей казались ему странными.       — Нормально, есть можно.       Закинув горшочек в печь, охотник сел напротив оборотня. Они молчаливо переглянулись.       — Как ни посмотри, а на зверя ты не похож. Все омеги такие?       — Омеги сильные, мы уметь охотиться и драться.       Райвен хмыкнул. Он уже сам ощутил на собственной голове, как этот на вид слабенький и миловидный оборотень мог отчаянно бороться за свою шкуру. Однако сейчас Мани выглядел так, будто не смог бы поднять ложку, так как она для него слишком тяжелая. Безразличие читалось в его больших глазах. Для охотника это было удивительным: оборотни сопротивлялись до конца, а когда не могли сопротивляться — рычали и скалились. Он оставил омегу одного, будь его воля он тут же смог сбежать. Но волк не захотел этого делать. Насколько же сильное отчаяние его поглотило…       — Охотник, — еле слышно обратился Мани, взглянув на него. — Сколько есть время?       — Барри приедет через месяц, но скорее через два. Как повезет. Неужели все же хочешь убежать?       — Нет, — резко ответил он и вдруг продолжил на своем языке. — «Я хочу вернуться к Земле».       — И что это значит?       Мани сощурил глаза и казалось даже улыбнулся.       — Человек не понять.       Дальше спрашивать Райвен не стал, он знал, что не получит ответов.       Охотник заставил Мани съесть всю тарелку супа, тот сопротивлялся, но не долго. Под грозным взглядом мужчины омега запихивал в себя еду, чуть ли не плача от боли в желудке.       — Я… Больше не могу… — промямлил он, отставляя тарелку.       — Хочешь, чтобы я насильно в тебя это впихнул?       Мани испуганно дернулся и стал пить суп прямо с тарелки большими глотками.       — Не очень сложно, правда? Ты должен окрепнуть перед тем, как отправиться в путь. А до города далеко ехать.

***

      Они стояли перед деревянным крестом и молчали. Агнеш держала теплую руку священника. Девлин устало взглянул на нее. Бедная девочка…       — Агнеш, все будет хорошо.       Однако Девлин мало верил в хорошее. Здесь жизнь казалась существованием. Священнику просто нечего было делать: никто не приходил, не слушал мессу, не исповедовался. А жил он на пожертвования нескольких добрых людей и на жалкие копейки от старосты. Хотелось выпить… Хотелось снова окунуться в объятья охотника и просто забыться. Никогда искушения не были так сильны, как сейчас. Но, держа маленькую ручку сироты Агнеш, он понимал, что у него появилась хоть какая-то надежда. Жить и не сдаваться ради ребенка — звучало обнадеживающе. Девлин не сдержал улыбку и присел на корточки перед Агнеш.       — Я научу тебя всему, что знаю, и мы обязательно уедем от сюда. Даю обещание перед могилой твоего отца.       Девочка кивнула и обняла мужчину. И тот грустно улыбнулся.

***

      — Охотник, охотник! — кричал Мани.       За неделю омеге стало намного лучше, хотя он до сих пор ощущал некую слабость. Райвен потратил много сил и терпения, чтобы оборотень поправился. И теперь тот постоянно скакал по дому и, доставая какую-нибудь неизвестную для него вещь, прибегал к мужчине и спрашивал:       — Что это такое?       На этот раз он откапал личную библиотеку Райвена и принес большую книгу. Она была очень дорогой: обложка обтянута кожей, яркие миниатюры внутри. Кофлан смог унести ее с собой из отчего дома.       — О, Боже, тебе не надоело? Это книга! И лучше не трогай ее!       Мани обиженно надул губы.       — Иди отнеси обратно. И не лезь по шкафам!       — Я понять название, но что значит «книга»? Какие-то знаки… Рисунки… — оборотень задумчиво провел рукой по открытой странице.       — Ты совсем меня не слушаешь? — Райвен резко отобрал у него книгу. — Не трогай ничего! Особенно такие дорогие вещи. Ты уже сжег мой диван и ковер.       — Я не хотеть сжигать…       — И только попробуй захотеть! — крикнул он.       Мани опустил глаза и попятился. Мужчина постоянно на него огрызался. Что он такого сделал? Омега совсем не понимал, отчего охотник так злится.       — Черт возьми, ты весь дом мне с ног на голову перевернешь! Продолжишь в том же духе — будешь как Гарм на цепи сидеть. И раз у тебя столько сил прыгать, бегать, то наверняка уже достаточно окреп, чтобы обратиться.       — Еще нет… — тихо промямлил он.       — Я с тобой сюсюкаюсь только потому, что ты очень ценный товар. Заруби это себе на носу и не испытывай мое терпение.       Мани кивнул и ушел из комнаты. Зайдя в спальню, он присел на подоконник и, согнув ноги в коленях и прижав их к себе, вздохнул.       «Люди такие сложные. Не понимаю этого охотника…» — подумал омега, глядя в чащу. — «Хочется домой…»       Однако эту мысль тут же перебила другая: «У меня больше нет дома». Мани обессиленно простонал и не сдержал слез. Как же сложно свыкнуться со всем, что произошло… Иногда он забывал последние недели и искренне ждал помощи, вглядываясь в родной лес. Однако стая его не ждала, по крайней мере живым.       Тут дверь вдруг скрипнула. В комнату вошел Райвен. Он приблизился к оборотню и, взяв его за подбородок, повернул к себе.       — Ну и плакса. Не надоело? — посмотрел он на его красное от слез лицо.       — Нет, — обиженно пробормотал Мани.       Кофлан внутренне засмеялся. Волк не умел различать сарказм. Забавляло то, как он воспринимал все слова всерьез.       — Если ты решил сдаться, то зачем плакать? Уже передумал? Мне стоит снова посадить тебя на цепь…       — Не надо! Я не уйду! — испугался омега.       Райвен отпустил волка и посмотрел на густеющий лес за окном. Но чаща лишь неприветливо покачала соснами. Тогда он перевел взгляд на Мани. Омега застыл, словно заснул с открытыми глазами. Человеческая одежда выглядела на нем неестественно, хоть и охотник нечасто видел оборотней в человеческой ипостаси. Да и мало чем отличался от настоящего человека. Мани отказывался носить сапоги, поэтому ходил только в шерстяных носках. Он жаловался, что они твердые, и ему мешала подошва и каблук.       — Охотник, — позвал его омега. — Как ваше имя?       — Зачем тебе его знать?       — Имя много рассказать.       — Не отстанешь ведь… — закатил глаза он. — Райвен Кофлан.       — «Ворон… — прошептал Мани на своем. — И в правду Ворон…»       — Только не смей меня называть по имени.       — Почему?       Но Райвен лишь сердито взглянул на оборотня и, развернувшись, ушел. Омега остался на подоконнике, грусть резко ушла, и теперь он глубоко задумался. Имя действительно многое ему рассказало…

***

      В лесу слышался непривычный для этих мест звон доспехов. Небольшой отряд из девяти уставших и раненых солдат двигались вслед за крестьянином-старичком, единственным человеком, который знал путь. — Эй, долго нам еще?! — взвыл один из воинов. — Ох, если Лес позволит, добреемся до утра! — тихо и весело ответил он. — Что значит позволит? — возмутился другой и повернулся к своему другу. — Этот старикашка из ума вышел! А мы идем за ним! Куда он заводит?! — Выбора у нас все равно нет. Будем плутать по лесу — точно умрем. Либо армия Альбиона достанет, либо оборотня встретим. — Оборотня? — Говорят, что в этом лесу прячется очень много оборотней, поэтому границу здесь почти не охраняют. А надо было… Альбионцы проклятые нашли лазейку. А я думал, мне не придется сражаться… — Эта война затронет всех… — нерадостно вздохнул мужчина. — После восстания католиков Альбион намерен завоевать все наши земли. — Молитесь Богу, друзья… — вдруг подал голос старик. — Гэлы веруют истину, а альбионцы — ересь! — Лучше за дорогой следи, старикашка!

***

      Мани охотника не слушал, поэтому продолжил изучать все, что ему попадается в руки. И когда Райвен ушел, он проскользнул наверх. У хижины был чердак, то место, где волк еще не был. Он потянул за ручку. Поставив подготовленную заранее лестницу, омега взобрался в неизвестную комнату. Перед омегой предстала целая куча разных вещей, нагроможденных друг на друга: шкафы, ковры, сундуки, сломанные доски, потрескавшаяся посуда. Мани чихнул от пыли и принялся разгребать завалы. Он поднял тарелку расписанную цветами. Привычные для людей вещи ему казались странными и удивительными. Обычная тарелка… Но омега никогда не видел таких цветов: они были похожи на завернутую в рулон ткань. Интересно, где они растут? Потом рука потянулась за небольшую шкатулку. Открыв ее, Мани услышал музыку и, испугавшись, бросил. Но он снова ее открыл, послышалась спокойная мелодия. А маленькая фигурка девушки закружилась вокруг своей оси. Омега несколько минут смотрел, как играла музыкальная шкатулочка, а потом осторожно положил ее на пол. Внимание привлек большой сундук в углу чердака.       Выходя из леса, Райвен поспешил в дом. Встретившая его тишина сразу напрягла мужчину. У охотника была развита интуиция, поэтому он вытащил меч и медленно прошел дальше, прислушиваясь к каждому шороху. Треск стекол, перешептывание, звук тяжелых шагов, сбитое дыхание… Райвен нахмурился.       — Эй, а ты такая, милашка… Неужели совсем одна?       Охотник удивленно вскинул брови и заглянул в гостиную. В ней стояли солдат в потертых доспехах и в крови и Мани. Он держал в руках чье-то старое женское платье и непонимающе смотрел на воина.       — Слушай, милашка, я тебе не наврежу… Я просто подумал, что тут никто не живет, ха-ха.       — Что значить «милашка»? — искренне спросил оборотень.       — Ты так чудно говоришь… Иностранец? Неужели альбионец?       — Альби… Что?       — Да ну, не верю, чтобы среди альбионцев была такая красавица! — он подмигнул Мани, но тот совсем не понял этого жеста и продолжил растерянно смотреть на него.       — Я же могу здесь остаться? Посмотри на меня… Я обессилен!       Райвен пару раз закатил глаза, и, когда ему надоело их слушать, он вышел из укрытия со словами:       — Ты еще кто такой?!       Солдат подпрыгнул на месте и испуганно взглянул на мужчину в черных одеждах.       — А ты еще кто такой?! — возмутился воин.       — Я хозяин этого дома! — он направил на него острие меча.       Мужчина испуганно замахал руками:       — Ой-ой! Подожди! Я не в состоянии сражаться! Давай все решим словами… Хах…       — Не помню твоего лица. Откуда ты вылез? — спросил охотник.       — Я простой солдат! Из крепости Си-Мактир …       — Мактир?! — удивился Райвен.       — На нас напал отряд Альбиона. Похоже я единственный, кто выжил…       — Ты совсем что ли издеваешься надо мной? — раздражался Кофлан.       — Я-я не вру! И они идут дальше!       Райвен несколько секунд потратил на обдумывание всей информации, а потом резко дернулся и вскрикнул:       — Дальше находится деревня, так что вали отсюда, пока у меня есть терпение!       Солдат, держа себя за бок, медленно опустил голову и пополз к выходу, куда указывал острый взгляд охотника. Перед дверью он остановился и, развернувшись, сказал:       — Твоя жена просто красавица! Где ты только откапал такую цыпочку в деревне?       — Жена…?       — Оу… Это ваша сестра?       — Проваливай уже! — Райвен захлопнул дверь перед его носом.       — Дом богатый… Жена такая красивая… А злющий, как черт! — выругался солдат и, хромая, зашагал в сторону деревни.       Райвен вернулся обратно и вздохнул:       — Ты словно неприятности притягиваешь…       Мани опустил глаза и, казалось, на секунду о чем-то задумался.       — Откуда у тебя это платье?       — Платье? О, наверх! — омега указал на чердак.       — Я сдаюсь. У тебя шило в жопе?       — У меня нет шило в…       — Это образно! — крикнул он. — В следующий раз, когда кто-то неизвестный войдет в дом, ты должен спрятаться. Понял? Мани кивнул.       — Тот человек подумать, что я женщина. Из-за платье?       — Наверное, ха-ха, — посмеялся охотник, взглянув на омегу. — Но и морда у тебя смазливая.       — Красиво, — прошептал оборотень, глядя на платье.       Ткань его была приятна на ощупь, а само платье покрыто узорами из разноцветных нитей.       — Вещи на чердаке остались от прошлого хозяина. Там все поломанное и торчат гвозди, так что не стоит туда лазить… — Райвен вдруг замер, заметив в углу на полу раскиданные вещи.       Вместе с музыкальной шкатулкой валялось зеркало, еще одно платье, порванное ожерелье, часы без стрел и маятника и, что больше всего привлекало внимание, небольшого размера картина молодой девушки. Она грустно смотрела на зрителя своими голубыми глазами.       — Мани!       — Это было наверху, я посмотреть… — чувствуя неладное он стал говорить тише.       Охотник ничего не ответил, лишь приглушенно прорычал и, сняв с себя шляпу, бросил ее на пол.       — Если Альбион сюда идет, то… Черт!       — Что такое этот Альбион? — спросил Мани и, тихонько подойдя к шляпе на полу, взял ее.       — Другое королевство.       — Как стая?       — Можно и так сказать, только гораздо сложнее и больше… Не важно. Я устал, пойдем спать.       Утром первым делом Райвен отправился в деревню. Как обычно, он натянул на нос шляпу и, словно мрачная туча, прошел между разваливающимися домами до белой церквушки. Мужчина отворил дверь и тихо зашел, оглядываясь. Никого. Как всегда. Райвен облетел скамейки и приблизился к деревянному кресту. Он простоял так пару минут, а потом резко повернулся. Охотник всегда полагался на свой слух, так что малейший шорох в стороне он заметил сразу. Подойдя к исповедальне, Кофлан зашел внутрь и сел, взглянув через сетку на священника. Девлин уткнулся носом в книгу и спал…       — Святой отец! — громко вскрикнул Райвен.       — А?! Что?! — священник подскочил и испуганно посмотрел на охотника. — О, Боже, зачем ты так пугаешь? Что тебе нужно?       — Исповедаться хочу.       Девлин недоверчиво зыркнул. Через сетку было плохо видно лицо мужчины, которое еще и закрывала шляпа.       — Почему вы так смотрите, святой отец, неужели нельзя?       — Можно… — священник пытался говорить спокойно, но он чувствовал, как по телу идут мурашки.       — Хочу покаяться в грехе. Я тут на днях трахнул одного похотливого священника.       — Райвен… — тонкие пальцы сжали корешок книги.       — Не верите? Но он сам меня соблазнил! И теперь на мне грех мужеложства! — мужчина театрально вскинул руки. — Ах, вы бы знали, святой отец, как он стонал подо мной, еле сдерживая крики! Мы так долго трахались, что под конец мне было нечем кончать!       — Прекрати! — запищал Девлин, ударив книгой по сетке и отскочив назад. — Замолчи!       — А тогда ты умолял меня не останавливаться.       — Это было ошибкой! — истерически закричал он. — Забудь об этом! Мой разум помутился. Не смог себя сдержать! И все! Это ничего не значит!       Райвен засмеялся. От возмущения священник открыл рот, но, так ничего и не сказав, сел обратно и опустил руки. Щеки налились краской от стыда.       — Я… Я же говорил, что у всех есть грехи… И этот мой, — он провел пальцами по книге. — Прошу, просто забудь о той ночи. Не искушай меня…       — А может, мне очень хочется тебя искусить? — голос охотника показался ему очень близко.       Девлин поднял голову и увидел перед собой Райвена с усмешкой на лице. Черные глаза смотрели пристально и влажно блестели. Но тут охотник резко взял его за ворот и вжал в стенку исповедальни.       — Ай! — вскрикнул блондин, стукнувшись головой.       — Слушай сюда, Девлин, — улыбка слезла с лица Кофлана, а голос стал ниже. — Мне от тебя кое-что срочно нужно.       — Ч-что? — испуганно спросил он, впиваясь костлявыми пальцами в руку охотника.       — Бумага и печать.       — Ты спятил?! Ни за что! — хватка на шее стала сильнее. — Ах… Кха… Ты меня задушишь…       — Я думал, тебе это нравится. Говори, пока можешь дышать. Где ты ее спрятал?       — В смысле…? Ты был у меня дома?! Кха-кха!       — Говори.       — Ты меня не убьешь!       Мужчина в черном не сдержал усмешки и ослабил хватку.       — Ты прав, я не убью. Но могу сделать, что похуже…       Пуговицы сутаны со звоном рассыпались. Дернув одежду еще раз, охотник обнажил его грудь.       — Райвен! Что ты делаешь?! — он попытался отойти в сторону, но Райвен тут же прижался к нему, не давая шанса на побег.       — А! Прекрати!       Мужчина провел рукой по шее, на которой до сих пор остались старые синяки и покраснели новые пятна. Но когда его большая ладонь опустилась, зацепившись за штаны, Девлин подпрыгнул и, толкнув его в грудь, сдался:       — Хорошо! Забирай, что хочешь! У меня есть тайник под столом — надо поднять доску.       Райвен вдохнул воздуха и молча ушел. Выйдя из исповедальни он наткнулся на маленькую девочку, стоящую в дверях. Не обратив на нее внимания, он вышел из церкви.       — Я связался с дьяволом… — прошептал священник.       Наклонившись, он взял с пола книгу и, уткнув в нее лицо, не сдержал слез. Ноги задрожали, сжались губы. Если бы он не сказал, Райвен правда бы это сделал…? Тремор рук так усилился, что пришлось положить книгу на колени. Кофлан выглядел сурово, но ему он не казался плохим человеком. Похоже не зря люди говорят, что волчья кровь отравляет. Хотя охотник же ему помог… Если бы не было у него сострадания, то он бы даже пальцем не пошевелил, чтобы найти овец, тем более для человека, о котором он почти ничего не знал. Но сейчас священника охватывал какой-то истерически неправильный страх. Райвен ничего ему сделал, не успел, но как будто одного его желания и грубого голоса уже хватило, чтобы разбудить те воспоминания, о которых священник давно бы хотел забыть. Агнеш осторожно заглянула внутрь и, увидев, плакающего святого отца, тихонько подошла. Она залезла к нему на колени и обняла мужчину за шею. Девлин вытер слезы и крепко прижал ее к себе.       — Когда вернешься, получишь вторую половину, — Райвен передал неизвестному мужчине мешочек. — А когда придет ответ, получишь добавки. Надеюсь, ты все запомнил?       — Не волнуйтесь, я все передам…