Dark red

Тяжелое и сбитое дыхание наполняет темную комнату, парню чертовски душно, даже не смотря на открытое окно. Одежда давит, одеяло уже давно сброшено ногами на пол, а сам Минхо ворочается из стороны в сторону, покрытый капельками пота. Шторы развиваются на ветру, издавая неприятный шорох, с улицы раздается сирена скорой помощи и спасателей, крики каких-то людей. У соседей снова лает собака, наверное ее сон снова прервал пробегающий кот. У Ли тоже раньше были коты. Даже целых три. Но сейчас они живут у родителей парня, ведь он не сможет позаботиться о них из-за своего состояния и работы. Ему не нужен лишний груз, хоть он и не считает котов таковыми. Он просто понимает, что ему не хватит сил. Холодный ночной ветер развивает темные волосы. Внизу проезжают редкие машины, где-то слышится смех пьяной компании. " Беззаботные студенческие деньки. Хотел бы я вернуться в это время"- думает парень. Он грудью лежит на холодной крыше, прижимаясь к полу всем телом. Парень одет в черную, не выделяющуюся одежду, на лице маска, а остальная часть лица скрывается под капюшоном. Он делает глубокий вдох, пытается унять дрожь в руках. Легкие обжигает холодным ночным воздухом, но так даже лучше. Ли резко подскакивает, быстрым взглядом осматривая комнату. Глаза все никак не могут привыкнуть к темноте, она лишь сгущается. Грудь тяжело вздымается, губы приоткрыты, чтобы набрать больше воздуха в легкие. Руки трясутся, да и ноги тоже. Парень не может успокоиться после своего сна, ему страшно. Страшно, что такое произойдет и в реальной жизни. Это ужасное чувство - страх. А потом появляется ощущение паники и безысходства. Сирена затихает и город снова погружается в кристальную тишину. Минхо свешивает ноги с кровати и встаёт, параллельно хватая с полки пачку сигарет и блистер таблеток. В голове сразу появляется неприятный писк, он громкий и давит на мозг. В глазах темнеет еще сильнее, до появления цветных кругов и квадратов. Больно, но это все проходит быстро, стоит лишь постоять пару минут, не двигаясь. Выдавив одну таблетку, парень кидает ее в рот, проглатывая без воды, и выкидывает пустую упаковку в забитую доверху мусорку. Холодно, его до сих пор трясет после кошмара, но к сожалению ему никто не может помочь. Парень проходит на кухню, по пути накидывая на себя какую-то кофту, включает свет над плитой, а после садится за стол, подтягивая одну ногу под шею и обнимая ее руками. Щелкает зажигалка и кухню наполняет приторный запах сигарет. Легкие наполняются дымом вместе с колющим и холодным воздухом. Пальцы уже на автомате набирают знакомый номер в надежде, что ему ответят. Шансы ничтожны, ведь сейчас пять часов утра, а любой нормальный человек в это время спит. Однако на удивление в трубке раздается сонный голос, а после появляется такое же сонное лицо Джисона. Сердечный ритм в норме, в груди раздаются мерные, но тяжелые удары. Глаза закрыты, парень глубоко дышит, задерживая дыхание на три секунды. Руки все еще немного дрожат, но с этим можно справиться. И парень был бы рад, если бы эта дрожь была от холода, но сейчас он его совершенно не чувствует. Ещё пару глубоких вдохов и тонкие, очень бледные пальцы опускаются на винтовку, подтягивая ее под себя. – Мин, пять часов утра,– зевает парень, сонно потирая глаза, а после продолжает,– тебе снова кошмар приснился? – Прости,– выдыхая дым говорит парень,– мне стало страшно, что ты как и во сне...У-у... Минхо снова начинает заикаться, воздуха критически не хватает, на глаза наворачиваются слезы, а легкие снова наполняются дымом сигарет, чтобы хоть как-то совладать с собой. Выдохнув дым, Хо пытается вдохнуть холодный воздух, но ничего не получается, будто преграда какая-то. – Ли, спокойно, я рядом,– тихим и успокаивающим тоном говорит Джисон.– Давай, дыши глубоко и медленно. Вдох и выдох. Минхо повторяет эти действия за парнем. Медленно дышит и немного успокаивается. – Мне приехать?– спрашивает Хан, уже зная какой будет ответ, поэтому он вылезает из кровати, чтобы начать собираться. – Да, приедь, Хан-и,– просит Минхо, продолжая затягиваться и выдыхать дым. Слезы все ещё текут, да и говорить трудно, но это все затмевает мысль, что Джисон скоро будет у него дома. Мысль, что Ли сможет удостовериться в реальности происходящего, ощутить младшего рядом с собой. Джисон уже натянул сверху домашней одежды байку, ведь ночью на улице не то, чтобы сильно тепло. Он понимает, что спешить сильно и не надо, Минхо ничего с собой не сделает, однако все равно быстро выбегает из квартиры, в спешке доставая ключи. – Я скоро буду, Хо,– шепчет парень, пытаясь попасть ключами в замочную скважину. Руки у Джисона тоже трясутся, но лишь из-за того, что он нервничает спросонья. Наконец-то закрыв дверь, Хан срывается на полубег-полушаг и за 15 минут доходит до дома Минхо. Да, проще было бы вызвать такси, но во-первых до дома старшего не так далеко, а во-вторых такси долго ждать, а ждать именно сейчас не хочется. Хочется побыстрее оказаться рядом. Три громких стука в дверь и Ли быстро выходит с кухни. В итоге он мучается с замком, ведь он слишком часто заедает, но вскоре он распахивает дверь перед лицом младшего, пропуская того в квартиру. На лице Минхо нет ни мокрых дорожек от слез, ни самих слез, но глаза покраснели и выглядят опухшими, от чего утром будет плохо. Надо бы приложить льда к ним, но ни одного, ни другого это не волнует. Минхо все равно, ведь он проведет весь день в ожидании новой работы, а Джисону. Джисону тоже все равно, потому что рано утром он как всегда уйдет на студию, оставив старшего одного. Они оба давно к этому привыкли. Так происходит всегда. И это всегда чертовски ранит Минхо. Хан без слов подходит к парню и опускает руку ему на голову, начиная легонько перебирать волосы, массирует кожу головы. Он понимает, что не сможет сказать что-то, что однозначно поможет Минхо, но...Но Хан хочет постараться ради него. Он может создать видимость того, что парень не один, что у него есть тот, кто сможет позаботиться о нем. Но и он, и Минхо прекрасно понимают, что эта видимость не поможет. Они взрослые люди и по-хорошему надо было бы прекратить играть в эти игры, но никто не может остановиться. У них выработалась привычка друг к другу ещё несколько лет назад.

***

Как бы клишировано это не звучало, но парни познакомились в университете. Они были на разных годах обучения, а также на разных специальностях, но так вышло, что они оба стали посещать один и тот же курс, который проводился для всех. – Эй, тут не занято?– с этой фразы началась их дружба. Ее сказал Джисон, когда вошел в аудиторию. Для Минхо это выглядело максимально странно, ибо в помещении было еще куча свободных мест, но этому странному парню хотелось сесть именно рядом с Ли. – Неа,– отвечает он и убирает сумку с соседнего места, перекладывая ее на другую сторону. Во время пары Хан постоянно заводил какой-то диалог, а после они обменялись номерами и стали поддерживать регулярную связь друг с другом, которая вскоре вылилась в крепкую дружбу. У Джисона в университете была хорошая репутация. Он прослыл жизнерадостным, общительным, гиперактивным и ответственным человеком. У него были друзья с разных потоков, и его постоянно можно было увидеть в какой-нибудь компании. Хан читал и писал рэп, а из-за его бурной студенческой деятельности его заметили два старшекурсника и пригласили в свою группу. Так популярность Джисона стала еще сильнее. Минхо же был тихим. Нет, он не был изгоем, его никто не гнобил или унижал, но он и не был супер активным. Если учителя просили поучаствовать в чем-то, он соглашался, однокурсники просили помочь – хорошо, хотите погулять – без проблем, если у него будет свободное время. В общем самый обычный студент, который довольно часто отказывался посещать вечеринки или идти в бары. Он мало с кем общался прям тесно в стенах университета, но многие знали, что он не одинок, ведь он часто смотрел в телефон и улыбался без причины. Естественно многие девушки ловили на него краш, ведь красотой он уж точно не был обделен, но он никому не отвечал взаимностью, а на предложения сходить на свидания мягко отказывал. Можно сказать, что Хан и Ли были абсолютными противоположностями, но это их и сблизило. Минхо начал ходить на вечеринки, если его звал туда Джисон, а Хан в свою очередь стал чуть менее резвым благодаря Ли. Джисон часто звал парня потусить со своей группой, говорил, что будет весело. – Минхо, ну давааай,– умолял Хан, повиснув на шее старшего.– Они сегодня собираются у Криса праздновать, там будет всего семь человек вместе со мной. – Прости, у меня сегодня работа,– каждый раз говорил Минхо, а потом исчезал на всю ночь. После первого такого предложения прошло уже больше года. Оба парня обзавелись стабильной подработкой с хорошим заработком. Только ни у того, ни у другого не было пары, чтобы начать проводить время с кем-то другим. Минхо любил Хана еще со времен их знакомства, а Хан. Он любил музыку, поэтому с головой ушел в написание текстов в любую свободную от работы над переводами минуту. За свои тексты он получал огромные суммы денег, так что в работе переводчиком он не нуждался, но понимал, что на музыке он долго не протянет. Вдохновение – штука непредсказуемая. То оно есть, то его нет, а от этого зависит его заработок. Сегодня Джисон снова звал Минхо погулять с его давними друзьями, но к сожалению или к счастью сегодня Ли снова получил заказ на работе, который требовал срочного выполнения, поэтому Хан, состроив грустную рожицу, снова оставил парня одного. А придя на следующий день к нему утром, он обнаружил того всего в слезах и задыхающегося от приступов истерики. – Она...она...,– Минхо пытался хоть что-то объяснить ничего не понимающему Джисону, но начал задыхаться и не мог сказать ни одного слова. Хан в свою очередь быстро закрыл дверь и увел парня на кухню, наливая ему стакан холодной воды. Ли выпивает его весь, кидает таблетку успокаивающего и безэмоционально смотрит в стену. – Она умерла. Эта фраза режет по ушам. Хан сразу понимает про кого говорит старший, ведь именно она заставляла Минхо улыбаться и жить. Они были знакомы с детства и их дружба была самой крепкой на свете. Джисон даже завидовал иногда, но слышать, что родственная душа твоего друга умерла все равно больно. После случившегося Минхо закрылся в себе. Он перестал есть, он не видел смысла жить. В университете перестал с кем-либо контактировать, он просто хотел исчезнуть. Ли стал серым, ничем не выделяющимся пятном в яркой массе общества. И если бы не Хан, то он бы продолжал тонуть. Хан был его спасением.

***

От такого действия со стороны младшего на глазах Ли снова выступают слезы, которые не получается сдержать. Они стекают по худым щекам, которые раньше были мягкими, тонкими дорожками, они в итоге будут стерты с лица парня движением второй руки Хана. Минхо подходит ближе и обнимает младшего за талию, опуская свое лицо ему на плечо и оставляя мокрые пятна на байке. Он снова начинает дрожать, из-за чего обнимает Сона еще сильнее, наконец-то осознавая, что он рядом и это не очередной кошмар, от которого кровь стынет в жилах. А Хан...Он уже смирился со всем. Смирился, что Ли часто снятся кошмары и он первым делом звонит ему. Смирился, что только он и может помочь Минхо. Он понимает, что у старшего к нему не дружеские чувства, понимает, но все равно не говорит ему ничего, чтобы не разочаровывать ни себя, ни его. Никто не хочет давать ложные надежды и соглашаться на то, что обречено на провал. Джисон смирился со своей судьбой, он как будто видит ее наперед, поэтому и не хочет ничего говорить Минхо. Знает, что ему будет больно, хотя ему и на данном периоде жизни будет очень больно. Но все же не так сильно, если он будет видеть надежду на дальнейшее. У Хана тоже появляются слезы на глазах лишь от одного вида плачущего Хо, но он быстро моргает, заставляя эти несчастные капельки вернуться обратно. Ему надо быть сильным хотя бы для старшего. Он не может давать слабину сейчас, иначе они оба не смогут выбраться из черной дыры. – Ну что ты,– говорит он, поглаживая плачущего по спине,– все будет хорошо. Я рядом и никуда не уйду. Он не выполнит это названное обещание, но сейчас это не важно. Сейчас он здесь и рядом. Джисон опускает легкий поцелуй в макушку, а после отодвигает Минхо от себя, пальцами вытирает слезы и ведет его обратно на кухню. Там он видит привычную картину: помятая, полупустая пачка сигарет, чашки с недопитым кофе, коробки из под лапши быстрого приготовления, грязная посуда, которую уже пора бы поставить в посудомоечную машину, но у старшего все никак не доходят до этого руки, и полностью забитая банками энергетиков и пачками таблеток мусорка. Старший ведет просто отвратительный образ жизни, но он не старается ничего менять. Джи усаживает парня на стул, похлопывает того по плечу, как бы говоря, что он рядом, и отходит, дабы включить чайник. Достает две чашки, находит в недрах шкафа два пакетика чая с мятой, лимоном и мелиссой и заваривает его, после чего ставит кружку с горячим напитком перед Хо. – Пей,– выходит слишком грубо, но Хан не особо об этом заботится. Он знает, что парень начнет отнекиваться от чая, как это происходит всегда, поэтому решает сразу показать, что он настроен серьезно. Джисон порядком подустал от всех этих наплывов паники и кошмаров у Минхо, но...Он его друг, он хочет помочь хотя бы ему. Сон не хочет снова потерять друга из-за своей оплошности. Старший тянется к кружке, припадает губами и отпивает, морщась от неприятного ощущения горячей жидкости на чувствительном языке. Однако сразу на это забивает, делая еще глоток. Чай приятным теплом разливается внутри, обжигая и оживляя. "А ведь это вкусно"- проносится в голове Ли и он думает, почему раньше не пил чай. Почему он вообще решил, что он ему не нравится. Минхо поднимает глаза на Джисона и видит, что он тоже сидит и пьет, смотря куда-то в сторону. – Прости...,– тихо шепчет старший, надеясь, что его не услышат, ведь Хан выглядит так, будто сейчас витает в своих мыслях. Но его слышат. Слышат и не обращают внимания. Ведь так проще. И оба согласны с тем, что происходит сейчас. Проще. Людям всегда легче сделать вид, что они не замечают важные вещи, важную информацию. Для них проще жить своим выдуманным миром и думать, что их представление правильное. Им не хочется осознавать, что мир погряз в проблемах. Вообще, Джисон не является таким человеком, но в случае с Минхо будет правильнее игнорировать и не тратить свои силы и нервы впустую. Если бы он хотел вытянуть себя из той дыры, в которую он себя загнал, то Хан с радостью ему помог бы. Но. Ли не хочет, он смирился, поэтому и Джисон смирился. Поэтому они оба сидят на кухне в полумраке и пьют чай. Ствол упирается в плечо. Парень, одетый во все черное, внимательно смотрит в прицел, наблюдая за своей целью. Одна рука покоится на курке, палец практически готов спустить его. Он выжидает идеальный момент. Надеется, что цель не закроет окно к тому моменту, как снайпер будет готов. Но снайпер никогда не будет готов. Он будет винить себя за этот заказ. Будет винить себя за то, что выбрал такой путь. Будет винить себя...

***

Джисон ставит пустую чашку на стол и встает, снова заливая чайник водой и ставя его кипятиться. В недрах шкафа находит пару пачек с лапшой и достает их, кидая в две разные тарелки. Он не смотрит на Минхо, потому что знает какой у него сейчас взгляд, знает, что он бессилен перед ним, поэтому проще всего не смотреть в глаза. Игнорировать. Раздается щелчок чайника и из его носика вьётся большими клубами пар. Хан заливает лапшу, накрывает другими крышками и ставит одну из них перед старшим. Снова садится напротив него и наконец-то поднимает взгляд. – Поешь со мной, пожалуйста,– тихо произносит свою единственную просьбу. Джи смотрит прямо в душу, и Ли не может отказать ему, даже если потом он будет стирать свои колени до красных пятен, сидя перед туалетом или же раковиной. – Я попробую,– такой же тихий ответ. Джисон наблюдает за тем, как Минхо снимает тарелку и перемешивает лапшу палочками, после чего отправляет совсем чуть-чуть себе в рот. Хан повторяет за ним, полностью отдав свое внимание еде. Он справляется за какие-то считанные пять минут, ведь после пробуждения он всегда голодный. А Ли не съел даже половины. Старший сидит с поднесенными ко рту палочками и не ест. Лишь пусто смотрит на еду, в то время как из глаз снова текут слезы. – Минхо,– Джисон резко выдыхает и молится всем богам, чтобы на парня сейчас не накатила истерика. Ли же в свою очередь поднимает на него голову и пытается улыбнуться, как бы показывая, что все хорошо. Но ничего не хорошо, и они оба это знают. – Можешь...можешь помочь?– неуверенно спрашивает Минхо, хотя знает, что Джисон не откажет. Каждый раз как первый, ведь это стыдно. И страшно. Стыдно показать такую слабую сторону своей личности, которая иногда впадает в истерику от вида еды. Ведь кто-то давно вскользь бросил слова о том, что ты слишком некрасивый и жирный, а это все в итоге вылилось в многолетнюю болезнь. – Конечно. Хан опускается рядом с Минхо и забирает его палочки в свои руки, наматывает на них лапшу и подносит ко рту старшего, держа руку снизу, чтобы ничего не упало. – Ешь. Он говорит настойчиво. Минхо не противится поначалу. Спокойно ест, а потом в его голове что-то щелкает и он не может ничего в себя впихнуть. Он хочет подорваться с места, больно упасть на колени и раздирать свое горло до такое степени, что потом говорить больно, но теплая рука Хана не дает ему это сделать. Она успокаивает. И он снова ест. – Молодец,– мягко произносит Джисон, когда лапша заканчивается, также как и слезы Минхо. Хан заставляет выпить его стакан воды, чтобы точно не было обезвоживания от такого количество выплаканных слез, а после уводит его в комнату и укладывает в кровать, накрывая одеялом.– Все хорошо, попробуй заснуть еще раз. – Не уходи,– шепчет Минхо, сворачиваясь в комок под легкой простынью, и хватает Хана за руку. – Я не уйду, мне надо переодеться прежде чем ложиться в кровать. Я быстро. И уходит. Выдергивает руку из хватки Минхо, берет из его шкафа какие-то вещи и переодевается. Ветер резко завывает, пытается оглушить, помешать. Штора вылетает на улицу из нужного окна, а цель высовывается, чтобы вернуть ее обратно в квартиру, после чего закрыть окно. Снайпер не готов. Но тянуть больше нельзя. Он смотрит в прицел, а после давит пальцем на курок, выпуская пулю прямо в лоб парню. Винтовка отдает в плечо, но это ничего по сравнению с тем, как болит его сердце. Молодое тело летит на пол, а вокруг разливается лужа крови. Минхо распахивает глаза. В голове проносят картинки этого кошмара. Пытаться заснуть бесполезно, он будет видеть его каждый раз, когда будет закрывать глаза. Кровать скрипит и прогибается под чужим весом, поэтому Ли разворачивается и сразу же утыкается лицом в грудь Джисона, который переоделся и даже успел вымыть лицо и руки. – Я рядом,– снова произносит Хан. Его руки ложатся на спину парня и гладят его, легонько выводя понятные только ему рисунки. – Прости. Ли снова извиняется и проваливается в сон спустя десять минут. Хаотичные поглаживания по спине расслабляют и помогают окунуться в полную темноту. В этот раз кошмар не снится, ведь Минхо знает, что Джисон рядом. От него тянет теплом. Он мягкий. Он рядом.

***

В этот раз Минхо просыпается от громких криков с улицы. Какие-то дети наслаждаются хорошей погодой и ярким солнцем, поэтому они бегают, смеются, катаются на велосипедах, да и просто радуются жизни, сопровождая это все громким смехом и возгласами. Краем уха Ли слышит: – Ликс, давай быстрее! Мы так опоздаем к Чану и он съест все без нас,– этот голос громкий, нетерпеливый. – Ты же знаешь, что мне нельзя так быстро бегать,– а этот грубый, с заметным акцентом.– Сейчас вообще на руках меня понесешь, Джини, а то у меня уже сердце колет. Вскоре голоса этих двоих затихают и улица погружается в тишину. Лишь природа не замолкает. Слышно пение птиц где-то высоко в облаках, деревья тоже переговариваются между собой, они шуршат листьями, а иногда стучат ветками по стенам домов или окон, если они находятся близко к ним. Коты мяукают под окном, ждут, пока их кто-то покормит, а потом с криками убегают от лающей собаки. А улица снова заполняется чужими криками. – Чонин! Не бегай так быстро, еще упадешь, а мы потом твою кровь не остановим,– громко раздается по всей улице и Минхо решает выглянуть и посмотреть, что это такое, ведь на его улице никогда не было такого балагана. Он видит трех парней: самый низкий из них идет позади и это он кричал, предостерегая бегущего впереди паренька, у которого яркая улыбка с брекетами и высветленные добела волосы. Минхо думает, что он самый младший из этой компании. Третий парень с крашеной челкой, он идет не быстро и не медленно. – Да ладно тебе, Бинни,– судя по всему кричит Чонин.– Чан нас потом съест за опоздание. А на коленки пофиг, разобью так разобью. – Смотри лицо себе не разбей! – Чонин! Это что за слова? Восклицают оба парня одновременно: крашенный – с усмешкой, а низенький – с удивлением. Они перебрасывают еще парочкой фраз, а после исчезают за углом. Минхо закуривает и думает, что эта троица и два парня, которые проходили по улице минут десять назад, идут в одно и тоже место. К какому-то Чану, который съест всю еду без них, а потом и их съест за то, что опаздывают. Джисона он не обнаруживает рядом с собой, когда просыпается. От кровати все еще веет его теплом, что значит, что он ушел не так давно. Поэтому Минхо смело курит, не заботясь о том, что парню может быть неприятен этот запах. Окурок летит в заполненную другими бычками банку, а сам Ли покидает балкон. Парень направляется в ванную комнату, чтобы смыть грязь всей ночи и своего довольно позднего пробуждения. Проходя мимо стола он замечает темно-красный конверт и его сердце пропускает удар. Обычно он получает черные конверты, а красный получал лишь один раз в своей жизни и ничем хорошим это не закончилось. Минхо медленно подходит к столу и берет конверт в руки. На нем находится надпись, что заказ надо выполнить сегодня ночью. Сегодня. Слишком мало времени. Руки трясут слишком сильно, когда Ли отрывает верхушку конверта и достает фотографию парня. Сердце снова пропускает удар. И он понимает, что это конец. Находясь в полной прострации он идет на кухню, берет зажигалку и поджигает конверт с фотографией над тарелкой. Она сгорает до тла, так же как и сгорает сердце Минхо. После он смывает этот пепел в туалет, смывает вместе со своим сгоревшим сердцем. Голова кружится, поэтому оперевшись о стену, Ли съезжает по ней вниз и оказывается на полу, прислонившись головой в стене. В руках оказывается телефон и он открывает чат с Джисоном. " Не хочешь встретится после работы? Прогуляться в парке? " Ли редко выходит на улицу, поэтому. Поэтому он надеется, что Хан не откажет. Ответ не заставляет себя долго ждать и приходит минут через пять. " Прости, я занят. " Сердце разбивается во второй раз, но на слезы сил уже не осталось. Кошмар воплощается в жизнь. Осталось слишком мало времени. Он не успел.

***

Вторую половину этого дня Минхо проводит в ванне. Он сидит все также прислонившись к стене. Сидит и не двигается уже несколько часов. Все тело болит, а мыслей нет никаких. Сегодня, 14 июля 20хх года, умер Ли Минхо. Умер душевно, ментально, сердечно, но физически он остался жив. Именно поэтому ему приходится взять себя в руки и начать собираться. Он достает из закромов своего шкафа запрятанные от чужих глаз вещи и тубус, дожидается темноты и уходит из квартиры. На улице хорошо. Все мысли выветриваются из головы, избавляя парня от тупой и ноющей боли. Холодный ночной ветер развивает темные волосы. По дороге проезжают редкие машины, где-то рядом слышится смех пьяной компании, а вскоре она появляется в его поле зрения. Он узнает трех парней с утра и еще три незнакомых. " Вот это встреча. Хотелось бы и мне так гулять, как когда-то раньше во времена учебы"- думает парень. А после компания снова исчезает за поворотом, и Минхо, натянув капюшон сильнее, проскальзывает в открытую дверь подъезда и поднимает на цокольный этаж, выходя на крышу. По всей ее поверхности валяются шприцы, пачки из-под сигарет, различный мусор и грязь. Тут слишком грязно, но это единственное удобное место для выполнения заказа. Ли аккуратно расчищает себе место около самого края крыши, где есть выемка в ограждение, чтобы установить там винтовку. Он грудью лежит на холодном бетоне, прижимаясь к полу всем телом. Парень одет в черную, не выделяющуюся одежду, на лице маска, а остальная часть лица скрывается под капюшоном. Он делает глубокий вдох, пытается унять дрожь в руках. Легкие обжигает холодным ночным воздухом, но так даже лучше. Сердечный ритм в норме, в груди раздаются мерные, но тяжелые удары. Перед самым выходом Минхо выпил кучу успокоительных, ведь понимал, что сам он не успокоится, но они не сильно помогают. Глаза закрыты, парень глубоко дышит, задерживая дыхание на три секунды. Руки все еще немного дрожат, но с этим можно справиться. И парень был бы рад, если бы эта дрожь была от холода, но сейчас он его совершенно не чувствует. Ещё пару глубоких вдохов и тонкие, очень бледные пальцы опускаются на винтовку, подтягивая ее под себя. Ствол упирается в плечо. Минхо внимательно смотрит в прицел, наблюдая за своей целью. Одна рука покоится на курке, палец практически готов спустить его. Он выжидает идеальный момент. Надеется, что цель не закроет окно к тому моменту, как снайпер будет готов. Но снайпер никогда не будет готов. Он будет винить себя за этот заказ. Будет винить себя за то, что выбрал такой путь. Будет винить себя... Ветер резко завывает, пытается оглушить, помешать. Штора вылетает на улицу из нужного окна, а цель высовывается, чтобы вернуть ее обратно в квартиру, после чего закрыть окно. Ли видит его красиво развивающиеся на ветру волосы, прищуренные от бьющего ветра глаза и сжатые в тонкую линию губы. Снайпер не готов. Но тянуть больше нельзя. Ли смотрит в прицел, а после давит пальцем на курок, выпуская пулю прямо в лоб парню. Винтовка отдает в плечо, но это ничего по сравнению с тем, как болит его сердце. Тело Джисона летит на пол, а вокруг разливается лужа темно-красной крови. " Господин Лино, ваш сегодняшний заказ. Цель: Хан Джисон. Цена: *** Время на выполнение: до 15 июля. Удачной работы. " Темно-красный конверт никогда не предвещал ничего хорошего. В них всегда находились фотографии близких убийцам людей: родственников, близких друзей, девушек или парней, жен или мужей, просто дорогих людей, к которым снайпер испытывал хоть какие-либо чувства. Убийца не должен что-то чувствовать, никто не должен знать, на что можно надавить, чтобы шантажировать убийцу. Темно-красный цвет, похожий на кровь, был предвестником мучительной душевной боли, был предвестником полного уничтожения. И если Минхо кое-как, но оправился после первого такого конверта и то с помощью другого человека, где ему надо было убить свою подругу, которая стала для него сестрой, то после этого... Он не знал, как справиться. Он не знал, что ему делать дальше. Он не знал, как жить. Он ничего не знал. Минхо бы с радостью спрыгнул с этой несчастной крыши. Он был бы рад разбиться насмерть. Он был бы рад, если бы его сейчас тоже кто-нибудь застрелил. Он хотел бы выпить в разу больше успокоительного, чтобы случился передоз и он тоже умер. Но тогда под угрозу попадет его семья. И он не может так рисковать. Сегодня умерло две души. Одна умерла вместе с телом, а вторая осталась на земле. Минхо знал, что сегодняшний день принесет за собой. Джисон не знал. Хан оставил Минхо в квартире одного, отправившись поздравлять Чана, одного из знакомых продюссеров. Именно из-за него он отказал Минхо, а после, уже оказавшись дома, умер. Он никогда не думал, что открытое окно принесет за собой столько бед. Он никогда бы не подумал, что Минхо убийца и что знакомство с ним приведет его к верной смерти. Джисон всегда врал Ли, когда говорил, что он рядом. Ведь он никогда не был рядом. Он лишь делал вид и сейчас ему не надо притворяться. Он исчез и больше никогда не будет рядом. Ему не надо больше врать самому себе, врать Минхо и причинять ему боль. Теперь он свободный. Его душа умерла вместе с ним. Хан Джисон не получал никакой выгоды от общения с Минхо. Он был его спасательным кругом после смерти подруги старшего. Хан Джисон ничего не получал из их дружбы и умер. Ли Минхо видел замену в Джисоне, пользовался его добротой и сочувствием. Он был заменой его подруги, и в итоге его пришлось убить.