Вынужден быть его омегой

Время остановилось, когда Такемичи увидел это знакомое лицо, до боли знакомое. Несмотря на то, что у него были сливовые волосы, это был не Аккун, а отец его лучшего друга. Хотя Аккун был усыновлен из-за его доброго характера, правда в том, что его родители отчасти выбрали его из всех сирот в приюте из-за его характерных рыжих волос, так похожих на волосы его приемного отца. Таким образом, даже если у них не было общей крови, на первый взгляд могло показаться, что он их биологический сын. Если оставить в стороне этот несколько эгоистичный и поверхностный выбор, правда в том, что родители Аккуна всегда любили своего усыновленного сына и, хотя его отец был главным врачом, престижной частной больници, где он зарабатывал много денег, он не требовал, чтобы сын пошел по его стопам, и позволял ему посвятить себя тому, что ему действительно нравилось. Вот почему Аккун смог выучиться на парикмахера и не так давно открыл свою собственную парикмахерскую, дела в которой шли хорошо. Такемичи видел этого бету всего несколько раз в жизни, но судя по тому немногому, что Такемичи знал о нем, сложилось такое мнение что он вполне хороший человек. Так что же он делал в пентхаусе лидера крупнейшей преступной организации Японии? Со своей стороны, увидев там Такемичи, его лицо тут же успокоилось, и он несколько раз откашлялся, прежде чем снова тепло улыбнуться. Конечно, это небольшое изменение в его выражении лица не оосталось не незамеченным Майки и Санзу, которые нахмурились, но решили притвориться, что ничего не заметили. Затем они собирались попросить Мицую выяснить, откуда эти двое знают друг друга, со всеми необходимыми подробностями. А если у доктора действительно были плохие намерения... черт, это действительно было бы хлопотно, но он бы позаботился об этом. Санзу сунул обе руки в карманы своего фиолетового костюма и потрогал кожаные ножны своего спрятанного маленького ножа, он действительно без колебаний использовал бы его, если этот доктор осмелится причинить королеве какой-либо вред. -Позвольте представиться, меня зовут Сендо Адзами, и я семейный врач мисс Сано. — начал бета, поправляя очки, с широкой улыбкой на лице, идя с портфелем в руке к огромной кровати, на которой сидел нервный Такемичи. Со своей стороны, Санзу и Майки стояли сбоку от кровати и наблюдали за всеми движениями доктора. Напряжение почти чувствовалось. -Я пришел, потому что дама сказала мне по телефону, что у вас проблемы с чувствами омеги... сэр, так? Бета сделал вид, что не знает имени омеги, поэтому посмотрел на него, склонив голову набок. -Ханагаки Такемичи, это мое имя. Приятно познакомиться, доктор Сендо. - прошептал черноволосый мужчина с опущенной головой, ему действительно было не по себе в такой ситуации. -Он омега брата мисс Сано, так что мы ожидаем от вас максимального профессионализма. — проговорил Санзу, угрожающе глядя на доктора, который сглотнул слюну и улыбнулся, кивая с каплями холодного пота на виске. Доктор не был идиотом, он точно знал, кто такой старший брат Сано Эммы и чем он занимается. Со своей стороны, Майки не стал опровергать угрожающие слова своего верного подчиненного и просто промолчал, закрыв веки, чтобы не столкнуться с взглядом Такемичи на кровати. Санзу ухмыльнулся, услышав, что его король не сделал ему выговор. Более того, он настолько хорошо знал альфу, что заметил удовлетворение на внешне равнодушном лице блондина, и даже напряжение в окружающей обстановке значительно уменьшилось. Майки был счастлив, что розововолосый бета назвал черноволосого мальчика «своей» омегой. Ну за что-то он очень хорошо заплатить этому дураку, да? Он должен был сделать что-то правильное для разнообразия. Со своей стороны, Такемичи прикусил язык, чтобы не проклясть Майки за то, что он молчит и позволяет Санзу болтать такие вещи сколько душе угодно. Однако Такемичи никак не ожидал, что Санзу вместо того, чтобы разозлиться или смотреть на него хуже, будет чувствовать себя польщенным выговором своей королевы и в ответ будет улыбаться омеге от уха до уха. Его бирюзовые глаза в обрамлении длинных ресниц даже светились от волнения, как у ребенка, только что получившего подарки на Рождество. Черноволосый определенно думал, что Санзу совсем сошел с ума, вероятно, из-за наркотиков. С сожалением Такемичи перестал смотреть на бедную бету и снова сосредоточился на докторе. Точно так же доктор был на большом распутье, потому что правда в том, Что, правда в том, что хотя знаменитый доктор Сэндо Адзами не был частью Токийского Мандзи как такового, он все же имел дело с этой могущественной мафией... так как иначе он не смог бы так высоко подняться в своей профессии только с усилиями, но без контактов. Он был хорошим семьянином и глубоко любил свою жену и сына Ацуши, однако у него был грязный послужной список, поскольку Томан устранил нескольких врачей, которые были его прямыми конкурентами, просто для того, чтобы он мог продвинуться на более важную должность, чем сегодня. Азами многим был обязан Томану, и в то же время у этой преступной организации было много информации о нем, чтобы потопить его в случае, если он попытается их предать. Со своей стороны, Toman не был благотворительной организацией, которая делала все, для доктора, бесплатно, а скорее взаимовыгодным соглашением. Азами и его команда отвечали за здоровье членов Tokyo Manji. Ну, очевидно же, бандиты не могли попасть в обычную больницу с врачами отличной репутации и нравов, которые обязательно заявят о них в полицию. И хотя Томан подкупил большую часть токийской полиции, та часть, которая еще не сдалась, воспользуется этой возможностью, чтобы надуть их. Так что они должны были быть осторожны, это была очень полезная идея, подсказанная Коко, и она сработала как волшебство. -Хорошо, мистер Ханагаки, какие у вас симптомы? — спросил улыбающийся доктор, садясь в удобное мягкое кресло прямо напротив кровати, где сидел омега. Хотя он не знал, почему Такемичи оказался в такой ситуации, он не мог спросить его на прямую сейчас в присутствии Санзу и Майки, поэтому притворился, что не знает Такемичи. «Хм…» Такемичи сузил глаза, думая обо всем, что произошло с ним за последние несколько недель, и о том, как странно вел себя его внутренний омега. -Доктор, правда в том, что я всю жизнь был "неполноценным омегой". Моя обонятельная железа почти не вырабатывала феромонов, у меня никогда не было теплового цикла, а также я никогда не мог общаться со своим внутренним омегой. По крайней мере, так было до вчерашнего дня, так как прямо сейчас я могу общаться со своим омегой, но большую часть времени он меня игнорирует. — Пока Такемичи говорил, доктор быстро записывал сказанное им в блокнот. -Я понимаю, мистер Ханагаки, всегда так было? Вы делали тесты, чтобы подтвердить, что вы действительно омега? - Как только доктор спросил об этом, Майки зарычал, вернее его внутренний альфа. Очевидно, его не забавляло, что эта простая бета сомневалась в подлинности подвида Такемитчи, он лучше, чем кто-либо, мог поручиться за то что черноволосый настоящий омега. -Да, я несколько раз делал тесты, и всегда выходило, что это омега. Черноволосый ответил, нахмурившись. Весь этот театр казался ему таким абсурдным, поскольку отец Аккуна был одним из многих врачей, проводивших тест, и он лучше всех знал, что он действительно омега. Со своей стороны, доктор Сендо кивнул, вытирая пот со лба носовым платком, который он достал из кармана своего белого халата. Он чувствовал, как темный взгляд Майки изучает его, ожидая, выжидая момент когда он совершит еще одну ошибку и Майки сможет вцепиться в шею доктора. Сендо вписывал в свою тетрадку разные вещи и, пользуясь полученными знаниями, Такемичи из-за того, что в прошлом он посещал его по просьбе своего сына Ацуши, он нахмурился, озадаченный тем, что еще не нашел убедительного ответа. Затем он продолжил задавать Санзу вопросы о действиях Такемичи во время течки, поскольку черноволосый мужчина полностью потерял сознание, когда его внутренний омега взял верх во время его первой течки, и не помнил, что он делал. Санзу очень хотел знать, что происходит с Такемичи, поэтому, воспользовавшись тем, что в комнате не было ни Дракена, ни Эммы, он рассказал все события безо всякой лжи. Он всегда был очень горд, но он мог отбросить свою гордость ради короля и королевы, верно? Что касается доктора, Санзу знал, что этот парень никогда не позволит информации, которую он получил в этой комнате, распространиться, так как он очень дорожил своей жизнью. Чем больше розововолосая бета говорила, тем больше Майки и Такемичи удивлялись тому, насколько диким казался этот внутренний омега. Альфа не мог не сглотнуть, когда на его лбу выступила капля пота, а черноволосый мужчина прикрыл рот одной рукой, медленно краснея, слушая все, что чертов омега делал с его телом. Черт, сама мысль о том, что Санзу видел его обнаженным, направляющим на него нож, была невыносима. -Ну, принимая во внимание все, что мне сказали, у меня есть гипотеза, но мне нужно подтвердить ее анализом крови Что вы думаете об этой идее, мистер Ханагаки? - Да конечно, думаю это вполне нормально. Он кивнул, пытаясь перестать краснеть. -Тогда доктор, какова ваша гипотеза? - Я думаю, что это может быть редкий случай рецессивной доминантной омеги. — показал он, закрыв блокнот, в который записал все, что сказали ему Такемичи и Санзу. Бета поправил очки и уставился на удивленного черноволосого мужчину. — Доминантный омега? Я? — спросил он, несколько раз моргнув, не в силах поверить в то, что только что сказал ему доктор. — Хочу пояснить, что это всего лишь гипотеза. Я не могу ничего подтвердить, пока не сделаю анализ крови в моей больнице. Однако, принимая во внимание все, что мне рассказали, весьма вероятно, что это так. И Майки, и Санзу молчали, оба были погружены в свои мысли, пытаясь обработать слова, сказанные доктором. Правда в том, что даже между альфами и омегами существует иерархия, есть обычные омеги и альфы, а также доминирующие омеги и альфы. Конечно, из всех альф 90% будут обычными альфами и только 10% будут доминирующими альфами. Аналогичные цифры повторяются и в случае с омегами, только 95% составляют обычные омеги, и только 5% их популяции будут доминирующими омегами. Что делает «доминантов» особенными в целом, так это количество и качество феромонов, которые они могут производить, в дополнение к высокой плодовитости, которой обладают их тела. В конкретном случае альф обычные и доминирующие альфы имеют тенденцию быть очень похожими. Однако у доминантных альф есть командные голоса, которые оказывают на людей гораздо большее давление, чем командные голоса обычных альф... На самом деле, давление часто настолько велико, что они даже способны запугать других альф просто своим присутствием. Майки действительно является доминирующим альфой. Вот почему во многих случаях ему даже не нужно выпускать свои феромоны или использовать свой командный голос, достаточно появиться, чтобы все его услышали. Следует отметить, что быть доминантом — это не то, чего можно достичь с усилием, а скорее состояние, с которым человек рождается, поэтому, несмотря на то, что Майки любит хвастаться, он никогда не станет говорить всем четырем ветрам, что он властный альфа, и скорее докажет себя действиями. Что касается омег... Они еще реже, чем доминантные альфы, и обладают уникальными качествами. Обычные омеги склонны быть более замкнутыми, дружелюбными, покровительственными, скромными, домашними и покорными. Однако доминирующие омеги, как правило, более общительные, смелые, собственнические, непостоянные, гордые, властные и даже похотливые. В дополнение к тому, что они производят больше феромонов и обладают более высокой плодовитостью, доминанты пользуются большим спросом в обществе для браков по договоренности, потому что, если они занимаются сексом с альфа-доминантом, есть 95% шанс, что они родят доминантных детей. Вот почему к этому классу омег относятся на много лучше, чем к обычным омегам, как к драгоценным сокровищам для общества, на самом деле, если бы было известно, что Такемичи, по-видимому, является доминирующим омегой с момента его первого теста в пять лет... Из за него скорее всего, начали бы войну между влиятельными семьями, чтобы вытащить его из приюта с намерением усыновить его и растить в своей семье, чтобы в будущем он зачал доминантного альфу или другую доминантную омегу, которые обогатили бы его родословную. -Но я... я полная противоположность доминирующему омеге. Сказал Такемичи, когда ему наконец удалось выйти из состояния оцепенения, в котором он оставался в течение нескольких минут. -Вот почему я упомянул, что это может быть редкий случай рецессивно-доминантной омеги. — сказал доктор, подчеркнув последнее слово, думая о том, как лучше объяснить пациенту теорию, которую он имел в виду. — Вы знаете, что по исследованиям только 5% популяции омега являются доминирующими? -Ага. Такемичи, Майки и Санзу ответили хором. -Ну, нет никаких исследований, подтверждающих это, но по своему опыту я могу сказать, что, возможно, только 1% из этих 5% являются рецессивными доминантными омегами, они очень редки, и поэтому врачи, лечившие его в прошлом, путали его с "дефектным омегой" Мистер Ханагаки. Они просто были ленивы и не хотели углубляться в ваше дело. — сказал он, его карие глаза как-то странно сияли. Такемичи подумал, что он прочитал искреннии извинения в глазах доктора, так как он сам был одним из тех «ленивых профессионалов», которые не придавали должного значения его делу, возможно, потому, что он был беден... и просто заклеймили его несостоявшимся омегой. Этот ярлык подорвал самооценку черноволосого на всю его чертову жизнь. -Я понимаю. Было единственным, что ответил Такемичи, когда он кивнул головой с непроницаемым выражением лица. Он молча принял извинения доктора, но без каких-либо эмоций, потому что в глубине души ему все еще было больно. - Продолжайте свою теорию, доктор. -Хм. ХОРОШО. — сказал он, нервно прочищая горло. Он был потрясен холодностью омеги, которого, хотя и видел несколько раз, каждый раз видел с улыбкой, которой в то время не существовало. Моя теория состоит в том, что всю свою жизнь он был рецессивно-доминантным омегой. Вот почему у него никогда не было циклов течки, вот почему ее железа почти не вырабатывала феромонов, а ее внутренний омега спал, так как он не мог развиваться. В конце концов, это и значит быть «рецессивным». Доктор сделал паузу и посмотрел в голубые глаза своего пациента, прежде чем продолжить. В тоне его голоса было сожаление, когда он продолжил говорить Такемичи правду. -Честно говоря, если бы он был дефективным омегой из-за хромосомных аномалий, в его случае не было бы лечения, но... в случае, если бы он был только рецессивным, все его проблемы были бы решены соответствующим гормональным лечением. К сожалению, из-за нерадивых врачей, которые не знали, как вовремя поставить ему правильный диагноз, прошли годы, а в его организме все еще происходила аномалия, которую я даже сам не могу объяснить. — признал смущенный доктор. Ему было стыдно за то, что он не мог точно знать, что происходит с его пациентом, но больше всего ему было стыдно за то, что он не вникал в дело. Такемичи в прошлом. Он просто не придавал этому должного значения, он видел в нем только бедного маленького друга своего сына Ацуши. — Итак... что случилось в моей первой течке с моей внутренней омегой, разве это не нормально для рецессивных доминантных омег? — обеспокоенно спросил Такемичи. "Нет, это вообще ненормально. Без правильного гормонального лечения ваш внутренний омега должен крепко спать. Однако он не только проснулся, но даже взял тебя под свой контроль. затем доктор повернулся к Майки, который стоял со скрещенными руками вместе с Санзу у края кровати. Это может показаться грубым, но это необходимо, чтобы доказать мою теорию. Мистер Сано, вы доминирующий альфа? -Да .Он ответил без лишних слов. И выпустил несколько феромонов для проверки доктора. Блондин не кричал, что он доминантный альфа, но ему и не нужно было это отрицать. Услышав это, Такемичи был удивлен, он всегда думал, что Майки был более внушительным альфой, чем другие, но он никогда не думал, что он действительно был доминирующим альфой. Это был первый доминант, которого он видел в своей жизни, так что это было нормально, что он не мог отличить их с первого взгляда. Тем не менее. Я не мог отличить их друг от друга с первого взгляда. Однако, когда несколько феромонов, выпущенных блондином, достигли ноздрей Такемичи, из нижней части его горла вырвалось мурлыканье, а затем он закрыл рот обеими руками, покраснев до ушей. Очевидно, тот, у кого была такая немедленная реакция на феромоны Майки, был не он сам, а его внутренний омега-извращенец. Все уставились на смущенного Такемичи, однако никто не осмелился ничего сказать. Все прекрасно поняли ситуацию. Единственным, кто улыбнулся, был бета с розовыми волосами, который не мог не быть довольным реакцией королевы на запах короля. Для одного было естественно испытывать влечение к другому, на самом деле, если бы это было не так, Санзу бы забеспокоился и взялся за решение этой проблемы. Алкоголь или наркотики всегда были хорошим вариантом, чтобы сблизить потенциальных партнеров, однако, видимо, не было необходимости использовать что-либо из этого, чтобы сблизить их двух королей, он просто надеялись, что у них не займет много времени, чтобы произвести наследников. Теперь, когда Санзу знал, что Такемичи, скорее всего, был властным омегой, ему было еще проще принять его как свою королеву, поскольку вероятность того, что он родит доминантных детей, была гораздо выше. Для доминантного альфы, такого как Майки, не было ничего лучше, чем иметь рядом с собой доминантную омега супругу. Они были идеальной парой, и Санзу гордо выпятил грудь при мысли об этом. -Почему ты хотел знать, доминирующий я альфа или нет? — спросил Майки, тем самым нарушив образовавшуюся неловкую тишину. Блондин не был дураком, он сразу понял, как жаль Такемичи действия своего бессовестного внутреннего омеги, поэтому полностью подавил свои феромоны и сменил тему. Черноволосый молча поблагодарил его взглядом. -Ну, я хотел знать, потому что моя теория состоит в том, что, возможно, это ваши феромоны произвели изменение в мистере Ханагаки. — сказал доктор, и, услышав это, все трое ахнули от неожиданности. Возможно, такое прямое воздействие феромонов доминирующего альфы впервые в жизни вызвало аномалию в его внутренней омеге, которая повлияла на все его физическое тело, а также на его психику». Тем не менее, я до сих пор не могу понять, как его омега полностью завладел его телом, это опасно, и я думаю, что мы должны начать лечение, чтобы его внутренний омега постепенно исчез. -Заставить королеву исчезнуть?! ХОЧЕШЬ УМЕРЕТЬ?! — воскликнул Санзу, такой злой, что собирался вытащить нож, спрятанный в костюме, и заколоть этого проклятого доктора. «Королева?» — одновременно спросили Майки и Такемичи. Только тогда Санзу успокоился и решил оставить спрятанный нож на месте. "Извините, я погорячился. — сказал он, кланяясь омеге и альфе. Он решил прикинуться сумасшедшим и не объяснять, почему назвал черноволосого внутреннего омегу-королевой. Тем не менее, он уставился на доктора так сильно, что Азами пришлось с трудом сглотнуть, чтобы лучше объяснить свою точку зрения. -Конечно, уничтожить внутреннюю омегу господина Ханагаки невозможно. Я имел в виду начало антирецессивного лечения, чтобы стабилизировать все гормоны. Тогда у него будут нормальные тепловые циклы, он будет вырабатывать феромоны сможет лучше общаться со своим внутренним омегой, не имея возможности напрямую контролировать его. -Он объяснил лучше, и все кивнули, хотя Санзу продолжал хмуриться, как будто он все еще боялся, что они хотят устранить ту личность, которая ему так нравилась. — Конечно, прежде чем начать лечение, мы должны сначала провести много исследований в моей больнице и... Я не гарантирую, что смогу подавить вашу внутреннюю омегу на 100%, поскольку, судя по тому, что мне сказали, для нас не очень нормально говорить о том, как он действует, и о свободе, которую он имеет над своим телом. Мистер Ханагаки, я рекомендую вам сейчас попытаться поговорить со своим внутренним омегой. Вместо того, чтобы сначала игнорировать это, попробуйте, пока не услышите его, чтобы прийти к соглашению, хорошо? - Все в порядке, доктор. Я постараюсь. Такемичи согласился, его голубые глаза сияли, и он был более решителен, чем когда-либо. "Хорошо, это все, что я могу сделать на данный момент. - сказал он с улыбкой, вставая со стула, на котором сидел, и оставив блокнот и ручку в портфеле. -Завтра первым делом с утра я поеду в больницу, чтобы все подготовить, чтобы он мог пойти на необходимые нам анализы, чтобы потом начать лечение. «Хорошо, увидимся позже, доктор. Спасибо. — сказал Такемичи, слегка склонив голову, — я все еще сидел на кровати и не собирался оттуда уходить. «Я хочу попытаться поговорить со своим омегой прямо сейчас, так что не могли бы вы все выйти и оставить меня в покое, пожалуйста?» -Хорошо. Санзу, Майки и Азами согласились. Первым из комнаты вышел доктор, а за ним двое гангстеров. Майки посмотрел на спину беты, а затем уставился на Санзу, когда они собирались уходить, они двое так хорошо понимали друг друга, что много раз слова были не нужны. Очевидно, блондин приказал бете с розовыми волосами расследовать отношения Сендо Азами с Такамичи. Наконец, две беты и альфа оставили черноволосого мужчину одного в этой огромной комнате, закрыв двойные двери, как только они ушли, чтобы дать ему как можно больше уединения. Такемичи остался сидеть на кровати Майки и мало-помалу закрыл веки, дыша все медленнее и медленнее. Всякий раз, когда омега или альфа пытались связаться со своей самой примитивной частью, они обычно делали это в одиночестве и, закрыв глаза, чтобы войти в свою психику, которая обычно представляла. В случае с Майки, например, его душа была черной, в то время как его внутренний альфа был маленьким, но мускулистым волком с яркими ониксовыми глазами и густым прямым светлым мехом. В случае с Такемити мир, который представляла его психика, был ярко-синего цвета, а его внутренний омега был маленьким, но грациозным волком с проницательными темно-синими глазами и глянцево-черным мехом, слегка волнистым. Обычно он всегда оставался лежать на своих четырех лапах, спать и игнорировать Такемичи, однако на этот раз он открыл глаза и посмотрел на черноволосого мужчину, как только тот попытался с ним связаться. -На этот раз что ты хочешь? -Да, потому что я слышал, что вы планируете начать лечение, чтобы заставить меня спать. Ха, удачи с этим. -Хотя внутренний омега имел форму маленького волка, тон его голоса был таким надменным, что делал его похожим на короля джунглей. Он передал великолепие огромного льва, рычащего на вершине холма. «Слушай, я очень хочу с тобой поладить. - сказал Такемичи, пытаясь переубедить упрямца своего омеги. Волк фыркнул в ответ. -Кому нужно ладить с такой плаксой, как ты? — рявкнул он, вставая и идя на четвереньках к черноволосому -Знать? ты всегда был омега-доминантом, но будучи рецессивным, большая часть твоей истинной личности заснула со мной... и худшая часть твоей личности осталась с тобой. — сказал он ему, и, услышав это, Такемичи не мог не округлить глаза от удивления. -Что? Невозможно! Я бы никогда не стал таким, как ты, ты невыносим. Услышав это, волк улыбнулся, обнажая свои милые, но острые клыки. — Я думаю точно так же, ты невыносимо жалок. Я бы никогда не хотел быть таким, как ты. — уничижительно рявкнул он, начав ходить по кругу вокруг Такемичи. — Всегда плачу, как будто это что-то решит. — Удар был болезненным, и черноволосый мужчина вспомнил ночи, которые он провел в слезах в своей маленькой квартирке из-за дороги. жестоко с ним обращались многие из его клиентов в магазине DVD или ресторане. -Помогать людям, которые этого не заслуживают и которые подвели тебя первыми. Видимо, ты больше заботишся о жизни других, чем о своей собственной. — это было явно для Хинаты, ради которой он пожертвовал собой, хотя она за несколько дней до этого дала ему пощечину и сказала ему обидные слова. — Всегда брать на себя роль жертвы и прятаться за кем-то более сильным, чем ты, вместо того, чтобы показать, что ты способен, и взять на себя ответственность за свою жизнь. - Эти сильные слова повлияли на Такемичи больше, чем он ожидал. И самое ужасное, что он ничего не смог опровергнуть, потому что все, что говорил ему его внутренний омега, было правдой. Никто не знал его лучше, чем этот надменный проклятый волк, и это было болезненно. -Но я... я слаб и мал, что я мог сделать? — прошептал он, когда из его голубых глаз капнула пара слез. Увидев, как он снова плачет, волк раздраженно фыркнул и продолжал кружить вокруг него, давая ему советы. Почему ты всегда ждешь, пока тебя спасет кто-то другой? Сохрани себя! Майки тоже маленький, но сильный, и все его уважают. Так что перестань использовать свой размер в качестве предлога для оправдания собственной слабости. -Но Майки альфа! Он отличается! — А Чифую — омега! и он все же взял Майки и нанес пару ударов в процессе! — с ревом воскликнул волк, явно рассерженный трусостью своей второй половины. Такемичи прикусил язык, когда не смог опровергнуть этот аргумент. — Выкинь из головы мысль, что раз ты омега, то должен быть покорным, прятаться за альфой и не уметь драться. Если вы продолжите в том же духе, вы будете раздавлены, а другие альфы воспользуются вашей слабостью, чтобы использовать вас по своему усмотрению. Как то, что случилось много лет назад с теми тремя альфами на стройке, ты уже забыли? Эти ублюдки даже засовывали свои грязные пальцы внутрь нашего тела, но ты от смущения никому не сказал, или я ошибаюсь? — услышав это, Такемичи заплакал сильнее и заткнул уши. -Будь спокоен! Просто иди спать снова! Ты хочешь моего молчания? ты хочешь, чтобы я поспал? Так что? остаться добычей? Я молчал все эти годы и посмотри, чем ты закончил. — рявкнул он, медленно качая волчьей головой. В его голосе больше не было насмешки, только горечь и разочарование. «Если бы это был я, я бы пошел в дом каждого из этих трех ублюдков ночью и убил их своим ножом, пока они спали». Но ты решил винить себя, плакать в своей старой квартире, завернувшись в свое гнездышко, а ты даже не осмелился их донести. Скажи мне, Такемичи, ты собираешься жить именно так? когда кто-то ходит по тебе, ты собираешься просто плакать, сжимать зубы и держаться, потому что думаешь, что заслуживаешь этого? -И что ты хочешь, чтобы я тогда сделал? проклятие! — истерически воскликнул он сквозь море слез. Волк улыбнулся, когда наконец услышал ругательство черноволосого человека, они уже наступали. «Я хочу, чтобы ты стал тем, кого все уважают и даже боятся!» Если кто-то хочет наступить на вас, наступай сильнее. Если альфы хотят тебя оскорбить, засунь им палку в жопу, чтобы они знали, каково это. Если люди хотят убить тебя, убей их. более болезненным способом. - сказал волк с его темно-синими глазами, сияющими ярче, чем когда-либо, подходя к удивленному Такемичи. -Я... я не... -Ты жалок и ты это знаешь. — сказал волк, оказавшись прямо перед черноволосым. -Ты тоже не совершенен, твой надменный характер и твоя жестокая манера говорить отталкивают. -Он ругал его, вытирая слезы и хмуро глядя на своего внутреннего омегу. -Ну, хоть лучше тебя, я признаю, что я не идеален. Волк признал это, когда встал на две ноги, а затем почти достиг роста Такемичи, положив передние лапы на плечи потрясенного черноволосого мужчины. -Что ты делаешь? — Просто подумай об этом, Такемичи. Разве мы не были бы идеальной омегой, если бы объединились? ...Будет продолжение...