Ваше равнодушие.

Обессиленный взгляд проводит дорожку воспоминаний по такой родной и одновременно чужой квартире. Когда все это переменилось? И почему она упустила этот момент? Заливистый смех девушки от щекотания ее возлюбленным скрупулезно запечатался в стенах их ветхой квартиры. Такого больше нет. Ему этого не надо. Она желает, он нет. Молодая особа все еще помнит его влюбленные глаза, помнит то, как он желал ее. Сейчас его глаза, вероятно, пожирают иной силуэт. Пожирают, не иначе. Он всегда был таким. Властным, стойким и до одури притягивающим. Девушка готова была прогибаться, как могла. Приторное ощущение того, что он делал с ней, заставляло рвать и метать. Она клянется, ей бы не составило труда лечь под проезжающий поезд, попроси он об этом. Она не знает, это любовь или привязанность? Единственное, в чем есть уверенность - это чувство сильное, и оно медленно убивает ее рассудок. Каково это, грезить о человеке, который в лицо своей (своей ли?) маленькой девочки сказал, что не уверен в своей любви. Не уверен. Почему тогда уверена она? Это больно. Очень сильно. Он видит, как она страдает, как это убивает ее. Юноша не способен что-либо сделать с этим, он неподвластен. И она ему прощает это. Раз за разом, день за днем такого отношения. Она разлагается, словно самое жалкое существо на планете, но оно стоит того. Она перетерпит, пройдет. Лишь бы он не оставил ее. И она согласна гореть в огне, даже если он сам его зажег. Картины в их доме больше не вызывают в ней такой бури эмоций. Она помнит, отчетливо помнит, как они вместе выбирали их. Как она, будто ребенок, не иначе, умоляла его взять ту картину на левом стенде, потому что она напоминала ей об их любви. И он брал. Брал, смотря на свой пустой кошелек. А на изображении, что забавно, лежала молодая пара. Девушка разложилась в лоджии с открытым ртом и распахнутыми глазами, смотря на парня. Он же, в свою очередь, как казалось на тот момент девушке, приобнимал ее за шею. Ей показалось это родным. До одури знакомым. Сейчас она смотрит на эту рамочку. Ей больше так не кажется. Он не обнимает ее. Душит, не может быть по-другому. Тогда девушка опускается на диван, чувствуя затрудненное дыхание. Это тяжело. Осознание убивает ее. Но она ждет. Чего? неизвестно. Но она готова ждать еще вечность, лишь бы эта вечность обернулась для нее самым лучшим искушением - его прежней взаимностью.