Цветок Забвения

В свете луны, мы вскрываем старые раны Не успеваю я моргнуть и трех раз, как мы переместились в запланированное Герой место. Мои ноги аккуратно опустились на землю. Вокруг темно, словно дельта брата до сих пор окружает нас. Голова немного кружится, но на ногах я стою уверенно. Рядом со мной стоит Рухус, и Герольд пытающийся перевести дыхание. Из-за темноты я не решаюсь сдвинуться с места, поэтому прижимаюсь ближе к брату, чтоб поддержать его. Рухус зачем-то периодически щелкает пальцами. Каждый щелчок, тафари провожает коротким ругательством. - И кто из нас бездарь? – возвращает слова тафари Герольд, замечая четные попытки Рухуса. - Заткнись. Пока тафари щелкает пальцами я решаю поинтересоваться где мы оказались. Однако запах конского навоза бьет мне в нос раньше чем я успеваю задать вопрос. -Конюшня? Серьезно? Зачем мы тут. - Скоро узнаешь ,если Рухус сможет наконец-то воспользоваться дельтой. Ещё один щелчок и в руке Рухуса появляется маленький огонек. Лицо тафари озаряется довольной улыбкой в слабом свете огня. - Прошу заметить, что только у меня из нас троих, есть предрасположенность к огненной дельте. - Теперь стало немного светлее. Языки тьмы уже давно скрылись под Герольдом, который старательно продолжает переводить дыхание. - Не зазнавайся. – Герольд слабо толкает друга в бок. У тафари и правда единственного из нас расположенность к огненной дельте. Каждый перевертыш в детстве должен пройти этот ритуал - прикоснуться к кристально белому алмазу из шахты. Так он узнает какие именно дельты подвластны могут быть ему и имеет ли он вообще дельту. Когда я коснулась в детстве алмаза, то он переливался черным – означая, что во мне есть дельта Тьмы, как у всей правящей семьи, однако не такая большая и сильная, как у Герольда или отца. Также очень быстро промелькнул небесный свет – означающий дельту Воздуха, но к ней у меня расположенность маленькая, так как дельта промелькнула в камне слишком быстро. Затем алмаз стал долго переливаться земляными оттенками – знак того, что у меня высокая расположенность к дельте Земли. По словам учителей эта дельта была утеряна и не осталось жителей того народа, который мог управлять ею. Хотя может и остались, но их единицы. Так что при ритуале собрала прям куш из редких и утерянных дельт. Неожиданно я замечаю брата, лицо которого бледнее чем было до перемещения. Рухус в отличие от брата выглядит как обычно. От усмешки тафари сразу захотелось как-нибудь задеть его или треснуть. Рухус и Герольд переместили нас в дворцовую конюшню, где держат наших любимых скакунов. Деревянные двери загонов еле различимы в тусклом свете огня. Лучше стоять и не двигаться, чтобы один из неспящих жеребцов не принял мои волосы за солому. - Так зачем нам сюда? - Нам нужны лошади. На них доедем до нужного места. – Брат даже сейчас не собирается рассказывать куда мы держим путь, соблюдая интригу. Решив не выпытывать информацию у Геры, я напрягаю глаза стараясь рассмотреть загоны для лошадей, которые находятся впереди. - Огонечек по больше сделать не можешь Рухус? – подначиваю я тафари, все еще недовольная тем, что один Герольд страдает от использования дельты. Зачем вообще нужна эта дельта перемещения если от нее такие последствия? - Для вас все, что угодно Принцесса. – Тафари переносит огонь на одну руку, а второй начинает медленно водить над пламенем круговыми движениями. Огненная дельта и дельта Света являются одними из самых опасных и сильных дельт. Опасными они являются из-за того, что владельцы этих способностей могут потерять контроль и сжечь не только все вокруг, но и себя самих. Заворожено наблюдая за тем, как легко в руках тафари, огонь становится больше я не сразу распознаю ржание лошади. - Фло, тебя зовет Мотылек. Походу он тебя услышал. Успокой его, пока он не разбудил весь дворец. – просит меня брат облокотившись на одну из деревянных досок. Рухус быстро пробегается по всем ночникам, которые висят вокруг и вскоре вся конюшня наполняется теплым светом. Благодаря работе тафари я без проблем нахожу загон своего коня. Скакун вытягивает голову, чтоб дотянуться до моих волос, которые любит при удобном случае пожевать. - Нельзя, Мотылек. Я поглаживаю его по шее, пока ищу около загона свою небольшую сумку в которой лежат маленькие колечки из запеченного теста. Когда я была маленькая и Мотылек не воспринимал меня за свою хозяйку, отказываясь даже от свежей листвы, которую я ему приносила. Дворцовые повара, с которыми у меня отличные отношения, услышав о моей проблеме придумали не сладкие колечки из остатков теста. Коню они понравились и вскоре наша дружба стала закреплена этими необычным угощением. Теперь повара всегда оставляют немного теста на эти сухие колечки, чтоб я могла побаловать этого вредного коня. В стороне послышалось ржание Вьюги, которая является лошадью Герольда. Брат уже вывел ее из загона, собираясь закинуть ей на спину попону – теплый плед. Не желая отставать от Геры, я спешу дать Мотыльку пару колечек и тоже начинаю выводить его из загона. С трудом, но у меня получается нацепить ему уздечку и накинуть попону. С седлом же у меня возникают трудности. Держа за узду Вьюгу, Герольд забирает у меня из рук седло и легко накидывает его на скакуна. Брат уверенно закрепляет седло на лошади без каких либо трудностей. - Давай я помогу залезть. – Гера протягивает руки ко мне, но я отрицательно качаю головой. - Ты же плохо себя чувствуешь. Я сама справлюсь. Я показательно выпускаю стремена и закидываю первую ногу. Однако у Мотылька оказались другие планы и он начал предательски отходить от меня вперед. Моя нога застревает в металлическом стреме и я падаю назад. Герольд подхватывает меня сзади за руки, не давая упасть. - В следующий раз не спорь со мной. Вообще никогда не спорь. – голос брата спокойный и немного уставший. Он ловко берет Мотылька за поводья и возвращает его на место, помогая мне оседлать коня. - Спасибо. Брат передает мне поводья в руки, тем самым отдавая контроль над скакуном. В отличие от Мотылька у Герольда лошадь спокойная. Брат без проблем забирается на Вьюгу и пока он не видит, я наклоняюсь к уху Мотылька. - Ты зачем так меня опозорил сейчас? – спрашиваю я шепотом коня. Слава Богу этого не видел Рухус иначе это был бы новый способ насмешек надо мной. Вспомнив про тафари я начинаю искать его глазами по конюшне. Рухус оказался занят главными дверями в конюшню. За подбородный ремень он сдерживает своего бойкого коня, который то и дело пытается ударить головой хозяина. Оттолкнув голову серого жеребца подальше от себя, Рухус наконец-то справляется с замком и дверцы раскрываются. В конюшню сразу стал пробираться прохладный ночной воздух, а впереди стала виднеться полная луна. - Готова? - Герольд подводит Вьюгу чуть ближе ко мне. - Нарушать правила? - Получать удовольствие. Свобода. Первая мысль, которая посещает меня, когда ветер начинает развивать мои волосы, а мой конь прорезать воздух на молниеносной скорости. Мне всегда нравилась быстрая езда на лошади, но я и подумать не могла насколько сильно отличается езда в загоне и свободный галоп по темному лесу. Кажется Мотыльку тоже нравится это резкое изменение. Хоть мы и обусловились с братом и Рухусом, что я буду скакать строго за ними, но Мотылька уже было не остановить. Он давно обогнал Ястреба – коня Рухуса и стремится догнать Вьюгу, которая скачет впереди всех. Я не могу остановить его или просто не хочу. Пока что еще не определилась. Взглянув наверх я смогла увидеть картину, которая навсегда отпечатается у меня в памяти. Яркая луна освещает лес, пока тысячи маленьких снежинок падают на ветви деревьев, покрывая их белоснежными тканями. Вдыхая холодный воздух, мы с Мотыльком ускоряемся. Герольд оборачивается назад и мы встречаемся глазами. На его лице играет широкая улыбка. Думаю он знал, что скакать за ним буду я. Рухус всегда был плох в верховой езде. Герольд взмахивает вверх рукой, призывая меня замедлиться. Улыбнувшись брату в ответ я начинаю следовать его приказу. Не хватало нам еще потерять тафари в лесу. Мотылек вначале немного сопротивляется, но все же останавливается. Снега с каждой минутой становится все больше и вскоре вся моя мантия покрылась белыми пятнами. Убрав выпадающие заснеженные локоны назад, я подъезжаю к Гере. Меня переполняют эмоции. Хочется еще раз сказать брату, как сильно я люблю его. - У тебя все на лице написано. – обгоняет меня брат. – Я рад, что получилось тебя вытащить и отвлечь. Лицо Геры стало вновь серьезным. Он говорит о нападение рыцаря. - Если бы с тобой что-то случилось… - Но со мной все хорошо. – уверенно перебиваю я брата. - Давай не будем об этом. Не хочется портить этот удивительный момент. Герольд еле заметно кивает. Он хочет сказать что-то еще, но из-за удара копыт, которые становятся все ближе, брат замолкает. К нам приближается Рухус. Тафари завидев нас начинает тянуть за поводья, но Ястреб еще какое-то время мотает головой и сопротивляется прежде чем повиноваться своему всаднику. Тафари выглядит измотанным. Походу он единственный кто не получил удовольствия от верховой езды. Его рыжие волосы, собранные в низкий хвост тоже покрыты множеством снежинок. Я хотела пошутить, но тафари резко указывает на меня пальцем. - Скажешь хоть слово и тебе конец. Пойдемте уже быстрее я больше не выдержу оставаться с этой лошадью наедине! Рухус спрыгивает со своего коня и привязывает его к дереву. Мы с братом следуем его примеру. - Ты сделала тугой узел? – спрашивает Герольд, проверяя на прочность мою работу. - Изо всех сил затягивала. - Иногда брат слишком сильно опекает меня, но я не могу сердиться на него из-за этого. - Отлично. Можешь дать Мотыльку парочку колец. Я хочу тебе кое-что показать. - Мы ради этого приехали сюда? - Да. Пока Герольд пошел проверять узел Рухуса, который кажется оказался так себе, я вытаскиваю несколько колец и даю парочку мучных изделий Мотыльку и Вьюге. Лошади слизывают кольца с руки и вскоре раздается чавканье. - Флоренс! Идем. – кричит Герольд, подзывая меня к себе. - Мы скоро вернемся. – прощаюсь я с лошадьми напоследок погладив Мотылька по шершавому носу. Луна находится в самом пике своего величия. Она возвышается над лесом, освещая наш путь. Герольд берет меня за руку, ведя за собой. Я жадно разглядываю местность, чтоб как можно быстрее понять, что хочет показать мне брат. Дуновение прохладного ветра, заставляет меня закрыть глаза, но когда я снова их открываю передо мной раскидывается Застывшее озеро. Я поворачиваю голову в сторону брата, а потом обратно на озеро. - Да ладно… О моя основательница! Герольд, это же Застывшее озеро! Не сдержав радости, я бросаюсь на шею Геры. Он подхватывает меня прижимая к себе и кружа. - Поздравляю с пробуждением дельты Тьмы. – шепчет мне на ухо он перед тем как опустить обратно на снег. От его слов сразу становится тепло. Он заметил, что мои силы пробудились. Мне нужны были эти слова. - Нравится? – спрашивает Герольд, обводя глазами озеро. - Как же может не понравится? Ты же знаешь как я давно хотела здесь побывать! - Герольд тебя, как облупленную знает. – присоединяется к нашему разговору Рухус. – Он сразу предложил этот вариант. Лично я предлагал сходить в пекарню в городе. - Тебе лишь бы поесть. – добавляет к словам тафари Герольд. У парней сразу начинается очередная словесная перепалка, но я не обращаю на них внимания, пораженная красотой этого места. Сколько себя помню, я всегда хотела сюда попасть. А что если кусочки льда донести до могильной пустоши, которая считается самым жарким местом на континенте? Сейчас из-за обильно падающего снега поверхность льда полностью покрыта красивым снежным одеялом. - Ну, что? Пойдемте проверим лед на прочность? На самом деле проверять лед на прочность бесполезно. Застывшее озеро в любое время года представляет из себя замерзшую глыбу. Однако идею тафари мы поддерживаем охотно и сразу бежим ко льду. Рухус первый выбегает на лед и тут же теряет равновесие. Тафари плюхается на попу, проезжая на ней какое-то расстояние прежде чем снова попытаться встать. Мы с братом смеемся над его тщетными попытками удержать равновесие на льду. После Рухуса брат первым наступает на лед, протягивая мне руку. Благородно отказавшись от поданной руки, я выпрыгиваю на лед, проезжая на сапогах небольшое расстояние. За мной остается две полосы очищенные от снега. Зимы в нашем королевстве не суровые, поэтому даже такие незначительные вещи нас впечатляют. Я даже не могу вспомнить, когда в Кроста в последний раз выпадало так много снега. Герольд закатывает глаза и следует моему примеру. Он отталкивается от земли и проезжает на сапогах ко мне. - Поберегись! – Рухус со всей силы влетает в Герольда и они оба падают. - Ты отвратительно выполняешь свою работу тафари! – протягивает брат, стаскивая с себя Рухуса, который улегся на нем. Не удержавшись я смеюсь над ними, что оказывается роковой ошибкой. Я даже не успеваю среагировать, как они подбивают мои ноги и я падаю прямо на них. Мы все вместе смеемся и ложимся на спины, рассматривая звезды и большую ясную Луну. В этот момент я мне захотелось, чтоб время остановилось и мы навечно остались такими: веселыми и счастливыми.