Морская пена

Утро для Тэхена выдалось… одиноким. В облаке хрустящих простыней парень проснулся один. Сладко зевнув, он похлопал рукой по соседней половинке кровати, убеждаясь в том, что друг куда-то свалил с утра пораньше. Такая ситуация ТэТэ не удивляла, так как подобное периодически происходило. Стоило только на горизонте появиться какому-нибудь дракону немытому, как его верная принцесса уже добровольно неслась в заточение к нему в башню. Принцесса бежала, юбки по ветру развевались, пятки сверкали. А потом она же неслась обратно, потому что дракон абьюзером оказался, тонкую душевную организацию принцессы на прочность испытывал, башню шатал — у красотки аж земля из-под ног уходила. Тэхен в своей жизни от этого был далек. Да, ему нравилось внимание парней к своей персоне, он этого и не скрывал, давно знал, что привлекательный. Но так чтобы надолго, так чтобы кто-то под кожей поселился, воздухом стал — нет. Он сердце своё под семью замками спрятал, дверь с кодовым десятизначным паролем установил, камеру видеонаблюдения поставил и часы посещения обозначил. Заявку на пробную подписку оставьте, наш менеджер с вами свяжется в течении нескольких дней, недель, лет… Приняв освежающий душ, парень пальцами расчесал влажные локоны, оставив их в легком беспорядке. Всё же лето: небрежность актуальна в этом сезоне. Брюнет порхал по кухне голыми ступнями, разогревая и подготавливая себе завтрак из остатков вчерашних блюд. Пока Тэ двигал бедрами под легкую мелодию, экран смартфона оповестил о приходе нового сообщения. ТэТэ вытер вафельным полотенцем мокрые руки и принялся отвечать.

Чимини:

Проснулся?

Тэхен: Угу, завтрак готовлю. Ты сегодня членами завтракаешь?)

Чимини:

Если бы. Этот чепушила на меня не обращает

внимания. Полирует тряпкой стол уже минут 30

Тэхен: Ахахах, а мог бы полировать тебя)

Чимини:

Ага, или стол моей задницей))

Тэхен: Ну удачи там, везения, успехов всяческих)) Если что, держи в курсе. Я собираюсь прогуляться и, может быть, на пляж. Кстати, ты аккумуляторы к фотику вчера на зарядку ставил?

Чимини:

Сорян, забыл.

Что ж, похоже, прогулка немного откладывалась. Парень собирался немного пофотографировать окрестности, может быть, даже вдохновиться на какой-нибудь новый проект. К окончанию обучения в университете у брюнета должно быть достаточно хорошее портфолио, чтобы с легкостью найти будущую работу. Да и в целом Тэ увлекался фотографией, даже имел несколько тысяч подписчиков в своем инстаграме, таких же единомышленников. _____________________________________________________ Утро для Чимина выдалось ранним. Парень проснулся с ощущением кошачьей ссанины во рту после двух выпитых вчера вечером бутылок розового вина. Скинув с себя руку помятого Тэхена, сопящего в подушку, блондин поплелся в душ. Чимин любил делать себе вызовы в чем бы то ни было: сначала танцевальная школа, потом академия. Он привык добиваться всего, о чем пожелает, и часто ему это давалось не просто, а только лишь благодаря упорству и трудолюбию. Чем сложнее задача, тем больше удовольствие от ее выполнения. С Тэхеном их взгляды в этом были схожими, но если друг в большей мере коллекционировал предметы, то блондин коллекционировал людей. Возможно целеустремленность, а возможно азарт привели Чимина к тому, что сейчас он марафетился перед зеркалом и укладывал волосы. Затем он поправил аккуратные сережки-колечки в ушах и нанес немного увлажняющего бальзама на пухлые соблазнительные губы. Парень умело подчеркивал свою стройную, подтянутую фигуру с помощью одежды. Сегодня он надел легкую свободную белую рубашку и подкатал до локтя рукава. Оставив расстегнутыми несколько верхних пуговиц, парень обнажил ключицы. Завершив образ джинсовыми шортами и сандалями, Чимин прихватил любимые брендовые очки и отправился к достижению новой цели. Утро для Мин Юнги началось незаметно, потому что парень не ложился спать вот уже вторые сутки. Чувствовалась усталось и неизвестно какая по счету выпитая чашка кофе за последние 6 часов не давала желаемого эффекта. Лию рвало всю ночь. Девочка смогла уснуть под утро, но ее лихорадило и на хмуром личике выступили небольшие капли пота. Малышка держала папу за палец крепко-крепко и сквозь сон просила не уходить. Юнги терзался мыслями о том, как поступить сегодня с открытием заведения, ведь он не мог оставить девочку одну, а просить помощи у соседей было слишком рано — он не хотел их будить. В квартире сверху послышалось движение, видимо, Мадлен, тетушка, которая иногда помогала Юнги с ребенком, проснулась. Парень бережно высвободил свои пальцы из крепкого захвата дочурки и, стараясь не поднимать шум, направился в квартиру на этаж выше. — Мадлен, простите бога ради, что я в такой ранний час, но Лиа, похоже, подхватила в садике кишечный грипп и ее рвало всю ночь. Я дал ей лекарства и жаропонижающие, она уснула и вот уже несколько часов спит. У нее невысокая температура, так что вскоре всё должно быть хорошо. Думаю, несколько дней в садик она точно ходить не будет. Я чуть позже позвоню воспитательнице, поставлю ее в известность, — выложил как на духу Юнги. Парень в дверном проеме выглядел помято, под глазами залегли тени бессонной ночи, и женщина сжалилась над отцом-одиночкой. — Не беспокойся, дорогой. Беги на работу, я пригляжу за нашей малышкой. Сварю бульон куриный, вкусный, — последнее слово женщина мечтательно протянула. — Ну что стоишь? Приведи себя в порядок и давай проваливай, — Мадлен махнула рукой в характерном жесте. Юнги благодарно поклонился несколько раз и вторил «спасибо» перед закрывающейся дверью. Парень родился в интернациональной семье. Будучи студенткой, мама влюбилась в безумно красивого корейца и быстро забеременела. К сожалению, родственники парня не приняла новую невестку, и молодая семья была вынуждена обратиться за помощью к родителям матери. Таким образом, новоиспеченные родители оказались в Сан-Мало. У пары отношения в виду разности культур не очень ладились, и, когда Юнги исполнилось 14, их брак все же распался. Отец вернулся в Корею, но продолжал часто писать и созваниваться с сыном. Мать, чтобы обеспечить себя и ребёнка, начала много работать в ресторанчике своего отца. Со временем, когда тот, в силу своего возраста, перестал справляться, то передал семейный бизнес своей дочери. Когда Юнги достаточно вырос, чтобы помогать своей маме в заведении, он каждый день всячески пытался облегчить ей жизнь. Парень помогал как на кухне, так и в зале, разнося заказы клиентам. В свободное от школы и работы время, сколько себя парень помнит, он занимался музыкой, сочинял мелодии. В свои 24 года Юнги подписал контракт с небольшой студией, которая создавала музыкальные клипы. Успешное будущее, казалось, уже в его руках, пока не заболела мама. Прошлой весной неизлечимая болезнь унесла ее жизнь, и Юнги был вынужден взять бразды управления рестораном на себя, потому что как бы там ни было, а доход он приносил значительно больший, нежели музыка. Да и семейное дело оставлять было неправильно. Так Юнги стал довольно успешным для их городка ресторатором, и с каждым днем все больше постоянных клиентов ютились на летней террасе заведения, попивая свой утренний кофе с круассаном и коктейли с закусками за ужином. После смерти мамы парень старался вдохнуть новизны в интерьер и устои ставшего его собственностью, а теперь и жизнью, заведения. Отныне несколько раз в неделю в ресторане играла живая музыка, а меню пополнилось новыми блюдами нормандской кухни из продуктов от местных фермеров. Персонал ресторана благоприятно принял нововведения, Юнги все любили и поддерживали его решения. К тому же, он был очень лояльным боссом. Сотрудники часто могли обратиться к нему с личными просьбами и в целом, персонал ресторана был одной большой семьёй. Год назад в их «семье» появилась официантка, которая своей искрящейся энергией и непосредственностью расположила к себе весь персонал, включая и Юнги. Со временем, разобщавшись с девушкой, парень узнал о том, что у нее есть дочь, которую она воспитывает одна так как молодой человек бросил девушку, узнав о беременности, а на аборт решиться она так и не смогла. Когда девушка брала утренние или дневные смены в ресторане, то брала Лию с собой. Девочка лучиком солнца освещала заведение, и в нее невозможно было не влюбиться. Как и положено хорошей семье, малышка называла своих новоиспеченных родственников правильно — дядюшками и тетушками. Однако хмурого владельца она твердо решила величать папой. Ох уж мать девчушки накраснелась за такие причуды перед своим боссом, но тот лишь умилялся маленькой и был совершенно не против. Несколько месяцев назад мать девочки появилась на пороге квартиры Юнги в слезах. В семье девушки случилось горе: заболела мама и нужны были деньги на лечение. Босс не мог остаться в стороне от чужой беды и помог несколькими десятками тысяч евро. Девушка божилась и клялась вернуть все, как только сможет, как только маме станет лучше. Она обещала устроиться на еще одну работу. Уезжая к родителям, девушка попросила присмотреть за Лией несколько дней, так как дальнюю дорогу ребенок трудно перенес бы. Юнги согласился без лишних объяснений, ему нравилось присматривать за смышленой четырехлеткой и против того, чтобы она осталась ненадолго, он не был. Спустя пару дней парень получил письмо о том, что официантка задержится на пару недель, обстоятельства складывались не самым хорошим образом и за матерью необходим был постоянный уход. Затем последовало еще одно письмо, на этот раз уже последнее. Девушка писала о том, что не вернется и просила не поминать лихом. Сказать, что Юнги испытал шок, это ничего не сказать. Так в один день он лишился довольно крупной суммы денег, и, уладив все вопросы с опекой, стал родителем четырехлетки, которая как ни кстати, сейчас заболела, в самый разгар сезона. Однако «Ecume de mer» открылся ровно в 9 утра, как и делал это на протяжении десятков лет. Юнги перевернул говорящую об открытости заведения табличку нужной стороной и направился разогревать кофемашину. Что-что, а кофе для своих посетителей он всегда готовил сам. Минутой ранее позвонила Мадлен и сообщила, что Лие уже лучше, и они будут весь день заняты закатыванием абрикосового варенья. Впервые за день Юнги улыбнулся себе уставшей улыбкой. Юнги копошился под барной стойкой, расставляя только прибывшие упаковки с кофейными зернами, когда услышал характерный звон дверного колокольчика, который сообщал о приходе очередного посетителя. На миг выглянув из своего укрытия, парень бросил вежливое «Добро пожаловать» в сторону двери и принялся дальше заниматься своим делом. Закончив с кофе, Юнги принялся протирать барную стойку, когда заметил на террасе существо необычайной красоты. Голые стройные ноги, скрывающие под шортами подтянутые бёдра, пухлые розовые губы, которые бы отлично смотрелись на его члене… Юнги одернул себя за такие мысли, в нём говорил годовое отсутствие секса. Но на гостя украдкой поглядывать не перестал. А посетитель смотрелся на его террасе чертовски правильно, как будто она создана была для него. Белое на белом. Только крупные черные очки, скрывающие от посторонних взгляд, придавали образу гостя некой дерзости. Лицо парня казалось немного знакомым, и Юнги вспомнил, что видел его вчера, но тогда не приметил парня. Вздохнув, Юнги взял карандаш и блокнот и отправился принимать у седьмого чуда света заказ. — Готовы заказать или вам помочь с выбором? — Благодарю, я уже давно определился, — блондин положил снятые очки на стол и обратил взгляд в сторону ожидающего владельца ресторана. Их взгляды встретились и от электрического разряда, наполнившего воздух, Юнги нервно сглотнул, что, к счастью, осталось незамеченным. Блондин провел пятерней по густой копне волос, зачесывая их назад, и продолжил: — Тосты с абрикосовым конфитюром, капучино и ваш номер телефона, — лицо парня озарила невинная улыбка. — Последнего в меню нет, но я подумаю, что можно сделать, — Юнги уже записывал заказ, пока меж его бровей образовалась небольшая складочка, затем парень ретировался. Что это сейчас было вообще такое, он подумает потом. Юнги с ног валится от усталости. Ребята из персонала отозвались помочь, поэтому блондинистое чудо было последним клиентом Мина на сегодня. Закончив обслуживание столика, он распечатал счет и внизу карандашом дописал номер своего мобильного. На вопрос зачем он это сделал, Юнги обещал ответить себе так же позже, после того, как выспится. — Мы работаем до 9, но в пятницу и субботу у нас выступает группа, поэтому ресторан открыт до 12. Приходите, — Юнги еще раз глянул в лицо парня за столиком, который уже готовил купюры, чтобы расплатиться. — Как мне вас записать? — ответил тот. — Мин Юнги. — Пак Чимин, — ответил блондин разливаясь ангельской улыбкой. И набрал в телефоне номер Мина, поясняя попутно, — что ж, рад знакомству, Юнги. С уст Чимина собственное имя звучало приятно, от этого в животе разливалось тепло, которое сиюжесекундно Юнги тщетно пытался заткнуть пробкой и затолкнуть обратно: подальше да поглубже. Наделал дел ты, Юнги. Не время сейчас для интрижек с туристами, да и вообще для отношений, — думал он, не обращая внимания на вибрирующий в заднем кармане телефон. Находясь в комнате для персонала, Юнги постукивал пальцем по корпусу телефона, на экране которого светился пропущенный с неизвестного номера, раздумывая о том, пригодиться ли он когда-нибудь. Последний год для парня выдался очень насыщенным в плане работы, поэтому на личную жизнь ни времени, ни сил не оставалось, да и, по правде говоря, не очень-то хотелось впускать в свое сердце кого-то. Тем более сейчас, когда у него появилась Лиа, нужно быть более осторожным, чтобы не навредить психике ребёнка, выбрав неправильного человека в партнеры. Геем себя Юнги не считал, скорее для него был неважен пол человека, с которым он строит отношения. Главное ведь чувства, которые партнёр вызывает, а Чимин какие-то чувства явно вызвал, что тревожило.