Сегодня один из рейдеров умрет

Утро началось как обычно, с самого рассвета я выслушивал выкрики поселенцев и уже до тошноты надоевшее "Общий тинг в ханюрте". Ничем примечательным это не закончилось, ведь я в свое время находился у мучильни и не сильно вдавался в происходящее. Но затем, состоялся личный сбор моего рейда, где мне решили освежить память и ещё раз напомнить о том, что теперь Габи, Мэр и Я - принадлежим работорговцу. А от метки нужно как-то избавляться. Колдуны сами позабыли как пользоваться своей магией, ведь вкладывать в людей зерна покоя - не лучшая идея. Я ощутил это на собственной шкуре, когда кто-то предложил разорвать связь с меткой, и от большого ума вложил то самое зерно в меня. Я не чувствовал себя настолько плохо, даже когда у меня было заражение крови и до печального конца оставались считанные часы. Словно по мне прошлась ишва, так ещё и вмазали дубинкой по голове. Перед глазами все поплыло, а тело обмякло так, что я не мог подняться. Немного отлежавшись на холодной земле, я все же пришел в себя и был уже готов придушить того, кто сотворил это со мной, но меня прервали. Габи в голову пришла поразительная идея, ещё с вечерних теорий мы сделали вывод и решили — метку можно снять, если уйти на такое расстояние, пока связь просто не разорвется. Именно так начался рейд в деревню Ларту. Последний раз мы проверяем припасы и численность рейда. Все на месте, батальон готов к выходу, но у самых ворот нас резко останавливает Хан. "Сегодня один из рейдеров умрет" — мельком произнес тот и быстро удалился, сказав парочку напутственных слов. Тут же в отряде поднялась настоящая паника. Кто это будет? Морра? Габи? Хотелось в сию же секунду отменить весь поход, но наши рейдеры оказались не из пугливых. В самом путешествии мы столкнулись с некоторыми неприятностями, но это совсем другая история. Если говорить кратко, поход закончился переменным успехом. Мы смогли избавиться от метки и наш день продолжился, протекая как обычно. Время близилось к вечеру и я вновь услышал голос Габи. Встречаемся на месте сбора через 15 минут. Я пришел раньше всех, затем подтянулись остальные. Весь отряд уселся на отведённом месте и замер в ожидании. Пришло назначенное время. Десять минут, пятнадцать, пол часа. Но Габи нигде не видно. Может все ещё сидит в таверне, может забыла о собрании. Она не появлялась. Но мы все ещё сидели как вкопанные и ждали момента, когда услышим ее голос. Вместо этого мы услышали крики. Словно ошпаренный, Рид подбежал к нам, что-то бормоча. Кровь хлестала с его руки, виднелась кость и казалось, ещё секунда и ее оторвёт к чертям. Нам не потребовалось объяснений, чтобы понять что произошло. Одно мы знали точно, Габи у него. В ушах эхом доносился смех работорговца, пробирающий тело каждого до дрожи. Мы вскочили, схватились за оружие и ринулись за Ридом. Вокруг темнота, густой лес, под ногами коряги и поваленные деревья. Канава, ещё одна. Гробовая тишина и лишь мы, заходящие все глубже в самую чащу. Я не видел дальше своей руки, лишь тусклый фонарь Рида освещал нам путь. Сердце бешено колотилось и я наконец вспомнил слова Хана, будь они прокляты. Сегодня один из рейдеров умрет. Все эти годы я из последних сил цеплялся за жизнь. Но сегодня я готов был отпустить хватку, лишь бы поймать ее. Габи. Каждый из нас понимал, что сейчас мы идем на последний бой. Рвясь вперёд, мы оставили страх смерти позади. Где-то вдали за ветками и листьями деревьев скрывается полыхающий костер. Мы слышим раздирающие сердце крики боли. Мы видим его. "Ничего не бояться!", донёсся выкрик Рида. Рабы окружили своего хозяина и стояли до последнего. Наш боевой строй пошел к черту. Нападаешь, они отражают удары, они наступают, ты становишься в защиту. Мы теряли время. Рид что-то кричал, пытался достучаться до нас. Но в моем помутненном разуме осталось лишь одно "Только не говорите Нин, иначе она меня убьет". Все затихло. Тела рабов упали на землю, как и его тело. Настал тот момент. Сейчас или никогда. На минуту я забыл себя, Рида, Габи, забыл об остальных. Мое тело и мой разум охватила лишь одна мысль, убить. Уничтожить, стереть с этой земли, перерезать глотку, разорвать на части. Я ринулся вперёд, я не слышал ни звука, не видел света, весь мир пропал. Остался только он. Схватив его, я повалил выродка на землю и в тот момент снова услышал этот смех. Он убил себя, раньше, чем это сделал кто-либо из нас. Я замер, в ушах звенело а руки дрожали от злобы. Но голос Габи мигом вернул меня в реальность. Рид лежал на земле, а она упала на колени рядом с тем. Он протянул ей свой меч, тот, который ломал кости любого что решит взяться за рукоять. Тот, на котором запеклась кровь сотни человек. Тот, что был связан с душой Рида. Теперь он принадлежал ей. Она кричала в слезах. Габи звала любимого. Умоляя того встать, она трясла Рида за плечи. Но он не отвечал. Мы стояли не способные даже пошевелиться и смотрели на кошмарную картину. До последнего верили, что сейчас несокрушимый голем жизни поднимется. Ведь он не может умереть, так? Я не помню, когда плакал последний раз. Но сейчас мое лицо заливали слезы. Мои руки дрожали. Я хотел оглохнуть, лишь бы не слышать мольбы Габи. Хотел ослепнуть, лишь бы не видеть ее страдания. Скорбь и горе охватило каждого из нас. И в какой-то момент надежда покинула наши сердца. Проклятые твари начали выбираться из леса, с каждой минутой приближаясь все ближе к нам. Наконец слезы прервал голос Габи. "Рид спас нам жизнь, так пускай он сделал это не напрасно". Мы должны уходить. До последнего мы не могли сдвинуться с места, но вопли стаи умертвий не оставили нам выбора. Мы бежали, бежали не оглядываясь назад. Выбравшись из леса, наш отряд остановился у таверны, и Габи упала на землю. Она проклинала себя за смерть Рида. И я снова хотел закрыть уши. Хотел проснуться от этого кошмара. Каждый из нас тайно желал об этом. Тот браслет, что связывал их, Габи вышвырнула его к чертям. "Я должна была умереть вместо него". Эти слова резали мой слух. В тот момент я возненавидел весь мир снова. Почему каждый раз ты что-то обретаешь и теряешь это. Вновь и вновь и вновь. Порочный замкнутый круг, не способный прерваться. Мы вернулись в поселение. Вернулись на свое место сбора. И рухнули на землю, пытаясь скрыть слезы от других. Мы хотели остаться одни. Хотели пропасть. Сердце рвало на части, а от всего происходящего мне становилось тошно. Ещё пол часа мы хватались за любой шанс вернуть Рида обратно. Мэр искала пути сделать это. Что-то про его душу, что-то про голема. А я сидел закрывая лицо ладонями и ничего не мог понять. Я помню пришла Ума. Помню разговор про реки...как они пересохли. Мы так долго говорили, и вернулись к самому началу. И в конце разошлись. Порочный круг. Тот браслет который выкинула Габи, почему-то он крепко засел у меня в голове. Оказалось, что не у одного меня. Три человека вышли за ворота в полной темноте, имея при себе лишь маленький светильник. Дозорные не хотели пускать нас, говоря, что мы сошли с ума. Но я что-то прокричал им и все равно пошел вперёд. С этим маленьким светильником я прочесал всю тропинку, залез в поле, чуть не ушел в лес. И все же нашел его. Немного потёртый браслет лежал в траве. Вернувшись в юрту, я уселся на кровать и долго вертел его в руках, а затем спрятал тот от чужих глаз. Некогда блестящий браслет теперь запачкан кровью. Выйдя на улицу, я направился к костру и развалился на скамейке возле него. Вокруг ни души. Ветер покачивал деревья, искры от костра летели в разные стороны, а дым поднимался высоко в небо. Йорленд погрузился в тишину, и каждый знал, что после этой ночи он никогда не будет прежним. Ведь сегодня, один из рейдеров - умер.