Однажды в приюте.

Противный гудок раздался по коридорам детского дома. Нил Джостен лениво открыл глаза, сел на край кровати и сразу посмотрел на своего соседа по комнате – Эндрю Доу. У Эндрю был чуткий сон, так что он, наверное, пытался снова заснуть. Они с Доу находились здесь с младенчества, правда, Эндрю — на два года дольше, чем Нил (из-за разницы в возрасте). Джостен не знал, почему Дрю дружит только с ним. Играет ли роль то, что они единственные, кого бросили при рождении или то, что они по счастливой случайности оказались в одной комнате? А может, Нил просто не понаслышке знает, что такое личное пространство? Им обоим не везло в приёмных семьях: об этом говорят шрамы на теле Джостена и нелюбовь к прикосновениям Доу (Нил – исключение). Джостен встал с кровати и начал будить своего соседа: — Дрю… — Не получив ответа, Нил вновь протянул: — Дрю. Из-под одеяла выглянула голова, бросая убийственный взгляд на источник шума. — Я не хочу снова пропустить завтрак. — Так иди, тебя никто не держит. — Ты опять обидишься на меня. Ответа не последовало. Нил был прав, и Эндрю это знает. Врать он не любил, так что смирился со своей участью. Они закончили с утренними делами и спустились в столовую. Встав в очередь, они обнаружили, как им не повезло. Перед ними стояла Люсинда. Они молились всем богам (хоть в них и не верили), чтобы она их не заметила. Чуда не случилось. — Ой, доброе утро! — Встала она как солдат и отдала честь. После того, как Эндрю изучил права ребёнка в детском доме, а Нил подговорил всех детей приюта, в столовой им начали давать нормальные порции, да и отношение воспитателей к ним улучшилось. Поэтому ребята теперь называли их по-разному: «Пара героев», «Юные мстители», «Старосты» и так далее. Многие к ним относятся как обычно, а такие, как Люсинда, уже порядком надоели. Эндрю её проигнорировал, но Нил был довольно вежлив: — Доброе утро, Люсинда. Когда они наконец сели есть, Доу как обычно уставился на конфету Джостена. Младшего всегда это забавляло. — Если ты хочешь, можешь просто попросить. — Ты их никогда не ешь. — Это не значит, что я отдам её именно тебе. — Чего ты хочешь? — Эх… Мне ничего не надо от тебя, Дрю. Просто попроси меня. Грузные переглядки были прерваны тяжёлым вздохом Эндрю. — Поделись конфетой… — И? —…пожалуйста, — промямлил Доу. Нил отдал конфету Эндрю, и они пошли собираться в школу. Хоть Нилу всего восемь лет, а Дрю — уже десять, они учатся в одном третьем «В» классе. Доу настоял на том, чтобы он пошёл в первый класс в восемь, а Нил – в шесть. Мальчишки вышли на улицу вместе с другими детьми, дождались автобуса и уехали в школу.