Смерть — всего лишь новое начало

В Высокий лагерь племени Оматикайя они вернулись на икранах на’ви. Мо’ат перевезла Мэган, а Нетейам сидел за спиной у вождя. Почти за год, что прошел с момента отлета семьи Салли к рифовым, в лагере практически ничего не поменялось. В огромной, глубокой пещере в теле одной из парящих скал все также в хаотичном порядке стояли палатки, между которыми бегали дети, мешая взрослым заниматься своими делами. У обрывистого края пещеры ровными рядами были выстроены жилые и научные вагончики ученых, что перебрались в горы вместе с кланом. Лучи света, пробивающиеся через опутанные лианами парящие глыбы, разбавлялись теплым светом многочисленных костров, горящих у жилых палаток да светом прожекторов на жилищах ученых. Мо’ат, не теряя времени, провела пару рекомов к своей палатке, обособленно стоявшей в самом дальнем углу пещеры. Зайдя внутрь, она велела Нетейаму посадить Мэган поближе к пламени очага и, недовольно цокая языком, начала аккуратно разматывать остатки окровавленной майки с плеча девушки. Та невольно сжималась и шипела, когда подсохшие куски ткани с трудом отходили от глубоких ран. Нетейям сел перед Рыжей на колени и взял ее ладони в руки, сочувственно сжимая их каждый раз, когда она дергалась от боли. Он вопросительно смотрел на бабушку, ожидая от нее обещанных объяснений. - Дырку во мне не прожги своим взглядом, - произнесла улыбнувшаяся тсахик, начав очищать раны девушки от остатков ткани, кусочков земли и растений, прилипших к ней во время ее пребывания в корнях. – Тело твое изменилось, но эту копию взгляда Джейка ни с чем не перепутать. Вижу, что ты сгораешь от нетерпенья, и не стану тебя томить. Тем более, что мне самой не терпится услышать твою историю. Мо’ат, очистив раны от грязи, взяла небольшую емкость из скорлупы земляного ореха, наполненного ароматной смесью коры ялны, сока исцеляющей розы и вязкого нектара лошадиной росянки, и принялась густо намазывать ее на кровоточащие дыры в плече девушки. Тсахик взглянула на внука и продолжила. - Ты знаешь, что я каждое утро слушаю Эйву, дабы узнать ее волю и передать ее клану. Сегодня она удивила меня, поведав, что я обязана защитить своего старшего внука, который явится ко мне в новом облике в паре с огненной на’ви. Что я должна позаботиться о пришедших и ровно через пять дней отвести тебя и твою спутницу к Древу Душ на дне каменного колодца. Я пол дня пыталась разгадать это послание. Услышав сигнал разведчиков о приближении чужаков, на своем икране я отправилась вслед нашим охотникам. И лишь увидев тебя, то, как ты двигаешься, как говоришь и твой взгляд, я поняла, о чем именно мне говорила Эйва. Но это не значит, что я не нуждаюсь в разъяснениях от тебя. Каким образом ты попал в тело этого аватара, Нетейам? - А мне никто ничего не хочет объяснить? – внезапно подала голос Мэган, вслушиваясь в непонятную, рычащую речь и наслаждаясь затихающей болью от наложенной мази. Эта пожилая на'ви, с ее грозным взглядом, пугала ее до жути, но оставаться в неведении уже надоело. События последних часов и так растянулись, по ее ощущениям, на пару недель, создав в голове хаос из сумбура и непонимания. Закончив перевязывать обработанную рану девушки куском ткани, пропитанным лечебным настоем, тсахик вручила ей чашу с чаем из успокоительных трав и принялась за рассеченную бровь Нетейама, по сути, повторяя ход лечения. - Я все тебе сейчас расскажу. – ответил Нетейам и обратился к тсахик, - Бабушка, ты не против, если я буду говорить на английском? Для Мэган эта история так же многое должна объяснить, как и тебе. - Не против, - тут же на английском ответила Мо’ат, склеивая рассеченную плоть брови внука слоем подогретой древесной смолы, которая, остывая, создавала на ране некое подобие земного пластыря. Взяв вторую чашу с успокоительным чаем, Нетейам принялся рассказывать им свою невероятную историю, начиная с момента, когда они всей семьей покинули клан. Мо’ат слушала внимательно, не перебивая, а вот Мэган буквально ерзала от желания задать уточняющие вопросы, издавая всю палитру звуков нетерпеливого слушателя, но мешать рассказчику так и не решалась. Она почему-то моментально поверила в историю Нэйта. Как будто все те пазлики несоответствий последних дней жизни на Земле в ее голове превращались в четкую картину их нынешнего положения. Как она не заметила этого раньше? Важность этого вопроса перевешивала только следующая загадка. Почему характер и физиология Нетейама с такой точностью повторяли характер и повадки погибшего Нэйта? Ведь буквально все, от мелких движений, эмоциональных гримас, наклона его головы, улыбки и теплого прищура внимательных глаз, все это оставалось при Нэйте даже тогда, когда его душу сменила душа этого инопланетянина. Впрочем, ответ на этот вопрос прозвучал уже из уст самой Мо’ат, стоило только юноше закончить рассказ событиями сегодняшнего дня. - Великая Мать в очередной раз показала нам свое могущество и мудрость! – прокомментировала тсахик невероятную историю внука. – Мне жаль, что ты погиб в прежнем теле, но тебе невероятно повезло, что в мире нашлась твоя отраженная душа, уступившая свое тело после гибели. Еще моя прабабушка рассказывала, что у каждого существа есть духовный двойник в этом мире. И, если ты когда-либо встретишь его, то удача не покинет тебя до конца собственной жизни. Я слышала лишь легенды о подобных событиях в древности, но впервые вижу своими глазами их воплощение. Не думала, что двойники душ могут жить на разных планетах. Взволнованный Нетейам вскочил и принялся нервно расхаживать по палатке. Его хвост нервно бился из стороны в сторону, отражая ход лихорадочно мельтешащих мыслей в голове. Он снова обратился к тсахик. - Бабушка! Но ведь я в данный момент еще не погиб. Неужели я не смогу как-либо помешать своей гибели? Хотя бы предупредить отца о нападении мы можем? - Ты дурак?! – возмущенно воскликнула Мэган. – Сразу видно, что книжек в этом мире не водится и главного закона путешественников во времени ты ни черта не знаешь. Тебе нельзя никаким образом вмешиваться в ход событий, иначе тебя самого в данный момент просто не станет. Тебе прежнему суждено погибнуть в любом случае, но от твоих попыток вмешательств можем пострадать как мы, так и кто-либо другой из членов твоей семьи. - Она права, - подтвердила сказанное девушкой Моат, - Ты не можешь изменить волю Великой Матери безнаказанно. Что бы ты ни придумал, она найдет способ тебя остановить. Мой мальчик, Эйва велела тебе прийти к Древу Душ через пять дней. Возможно, она сама покажет тебе необходимое решение. А пока вы поживете у меня и залечите свои раны. Я скажу остальным, что вы перешли на сторону народа на’ви по велению Эйвы, не желая следовать пагубному пути Небесных Людей. Мо’ат вышла и направилась к палатке Тарсема, оставив пару наедине, понимая, что между ними остались вопросы, требующие ответов. Нетейам, сев перед Мэган, долго мялся и крутил кончик собственного хвоста в нерешительности. Не дождавшись словесной реакции девушки, начал тяжелый разговор первым. - Прости меня, Рыжая, за то, что скрывал от тебя свою истинную сущность и гибель Нэйта. Я не мог рассказать тебе правду. Да и ты бы вряд ли поверила. Решила бы, что я от удара головой совсем, как ты там говорила, кукухой окончательно съехал? Прости, что ненароком вытянул тебя с твоей родной планеты. Кто же знал, что RDA так поступит с нашими телами. Прости, что даже сейчас я принял решение за тебя, притащив в свой родной клан. Если ты хочешь, то после того, как окончательно поправишься, я отвезу тебя обратно на базу. Я в любом случае буду искать способы вернуться к своей прежней семье. Даже если ради этого придется расстаться с семьей нынешней. Нетейам боялся взглянуть в глаза девушки, и его взгляд с каждым извинением опускался все ниже и ниже, пока не уперся в собственные колени. Боль и напряжение, возникшие в нервном ожидании ответа в области его груди даже затмили боль от его раны на лице. Он почувствовал, как пальцы девушки взяли его за подбородок и приподняли его, заставляя посмотреть в ее изумрудные глаза. В его собственных глазах подозрительно защипало. - Один симпатичный придурок пару часов назад сказал мне, что никогда не бросит своих близких. – с теплой улыбкой ответила Мэган, разглядывая медленно скользящую слезинку, пересекающую такое родное ей лицо. – Я теперь понимаю, что именно имел он в виду. Как там говорит твой отец? Салли за своих горой? А напомнить тебе мою нынешнюю фамилию? Или я недостаточно своя для того, чтобы горой и за меня постояли? Единственный человек, ради которого я согласилась бы вернуться к людям, умер шесть лет назад, защищая наши с тобой шкурки. Земное общество не сделало для меня ничего, чтобы я испытывала к нему благодарность. А ты… и Нэйт столько раз вытаскивали меня из неприятностей, что я уже давно со счету сбилась. Девушка оставила пустую чашу в сторону и, вздохнув, продолжила. - Я тоже признаюсь кое в чем тебе, Нэйт. Упс, не так, - она с удовольствием растянула на языке его новое имя, - Не-те-й-ам. Я любила Нэйта, хотя никогда не признавалась ему в этом. Не знаю почему, но мои чувства не прошли и после того, как ты занял его тело. Мне сейчас трудно понять, что я буду испытывать к тебе дальше, после того, как узнала правду. Но я точно знаю, что мысль о расставании с единственным мне дорогим человеком… Или рекомом… Аватаром? Не знаю, как теперь я должна называть наш вид. Не важно. Эта мысль буквально разрывает пополам мою душу. Я вижу себя в данный момент только рядом с тобой. Я хочу, чтобы ты научил меня своим языку и обычаям. Я хочу отправиться с тобой к твоей семье. Я хочу быть с тобой, пока ты сам этого хочешь. У Нетейама с каждым её словом осыпались с души камни вины перед девушкой. Он радостно улыбнулся и вытер предательскую влагу с щеки. Не престало великому воину разводить сырость будто девчонка. Увидел бы Ло’ак, годами потом это припоминал. Вернулась Мо’ат и сказала им, что они могут жить в клане столько, сколько потребуется. Она получила на это как согласие вождя, так и остальных членов клана, и велела им отдыхать, не тревожа своих ран. «Интересно» - подумал Нетейам, - «А есть на Пандоре хоть кто-нибудь, кто способен не согласиться с волей тсахик?». До самого вечера он рассказывал Мэган о своем клане, не забывая объяснять ей смысл и звучание некоторых слов родного языка. Острый ум девушки впитывал знание как губка, но насыщенный событиями день и беспокоящие раны брали свое. Она незаметно для себя заснула, держа руку Нетейама так крепко, что тому пришлось спать рядом с ней, дабы в попытках высвободиться не разбудить ее ненароком.

***

- Вам необходимо сменить одежду на более подходящую для на’ви, - вместо доброго утра сказала Мо’ат, вошедшая на следующий день в свою палатку и кинула в сторону Нетейама небольшой сверток, перетянутый бечевкой. – Твои родители не смогли забрать все вещи, так что посмотри, может, подберешь для себя и Мэ’ган что-либо подходящее. Ты по росту уже догнал собственного отца. Нетейам быстро выбрал себе нужные вещи из развернутого свертка и, не испытывая стеснения, стянул с себя грязные и рваные штаны. Единственный предмет, что оставался на нем из выданной перед трагическим походом солдатской формы. Он опоясал талию набедренной повязкой отца, обведя ее ленты вокруг талии и зафиксировав их у основанья хвоста, обернув его петлей. Это была та самая первая повязка, которую выдали Джейку после принятия в клан. Он выбрал для Мэган повязку матери, ее разноцветный кушак, легкий топ и повернулся к ней, чтобы показать, как правильно одевать это на себя. Шагнув к девушке, он тут же замер, увидев разъяренный взгляд и пылающие от смущения щеки. - Теперь до меня дошло, почему ты с такой легкостью оголялся в мастерской Ричарда! – возмущенно произнесла Мэган, - Эксгибиционист хренов! Я не собираюсь перед тобой раздеваться, так что выйди вон из палатки. Мне твоя бабушка поможет переодеться. Угораздило же меня попасть в племя нудистов. Пристыженный на’ви послушно переминался у входа, пока его не позвала Мо’ат. Вернувшись, он восторженно замер, оценивая мамин наряд на стройном теле девушки. Даже перевязанное плечо не портило этой чудесной картины. Сама же Мэган не знала, какую часть тела ей нужно прикрыть ладонью в данный момент, ибо она ощущала себя абсолютно голой. Разве можно было назвать одеждой несколько веревочек с бусинками и крохотными кусочками ткани, едва прикрывающих лишь самые сокровенные части ее тела? Однако восторг в глазах Нетейама слегка сгладил негатив от излишней эротичности местной моды. Она осторожно прошлась по палатке, отмечая, что практически не чувствует одеяний, и ей даже нравится эта новая свобода в движениях. Разве что тесьма набедренной повязки, врезающаяся между ягодиц, не давала в полной мере прочувствовать эту свободу. - Тсахик Мо’ат? Я отведу Мэган к дяде Майку. Пусть он осмотрит ее состояние. Она же не только пострадала от когтей, но и весьма сильно стукнулась головой. - Ступайте. – ответила бабушка, - Только помни, для всех в клане вы только рекомы, перешедшие на нашу сторону. Не проболтайся там нигде ненароком «дядя Майк». В вашу историю все равно никто не поверит, но и излишнего внимания не стоит к себе привлекать. И следи за Мэ’ган, ей еще нельзя излишне переутомляться. - Хорошо, бабушка. Ой. То есть, я хотел сказать, тсахик Мо’ат! – спешно поправил себя Нетейам и повел Мэган к выходу, не замечая, как пожилая на’ви прыснула от смеха в кулак. Шагая через лагерь в сторону научных вагончиков, Нетейам с удовольствием примечал с детства знакомые лица на’ви. Он старался поздороваться с каждым, кто на него посмотрел. Однако мало кто отвечал ему в ответ. В глазах его племени они были всего лишь вчерашними врагами, по вине которых погибло много славных воинов клана. И, несмотря на слова их тсахик, они не могли по щелчку пальцев поменять свое отношение к пришельцам. Уважение клана нужно было заслужить. И желательно на поле боя, а не дружелюбными приветствиями. Зайдя в лабораторию дяди Макса, Нетейам снял с крючка дыхательные маски и протянул одну из них Мэган. Кучерявая голова ученого пристально разглядывала что-то в микроскоп. Нетейам вежливо покашлял и Макс Пател повернулся к пришедшим. - Ого! А вот и новенькие сами пожаловали! – улыбнувшись, произнес он. – Я уж думал, Мо’ат окончательно вас залечила. Я, конечно, уважаю местные подходы к медицине, но ее кардинальное неприятие современных технологий меня огорчает. Мы уже почти год живем бок о бок, а она приходит сюда только проведать аватар Грейс. Представляете? Ой. Заболтал я вас. Вы что-то хотели? Хотя я и сам догадываюсь, что. Нетейам улыбнулся от столь знакомого словесного напора ученого. Дядя Макс всегда был невероятно общителен, и они все с детства обожали его общество. Пускай и видели его не так часто, как им хотелось. - Меня зовут Нэйт Салли, а это Мэган Салли. – представился он. – Мы новоприбывшие рекомы, решившие перейти на Вашу сторону. Мы тут довольно близко с танатором познакомились и хотели узнать Ваше медицинское мнение о последствиях этого свидания. - Салли? – подавившись смешком, сказал Макс. – Какая, оказывается, распространенная фамилия! Или наш славный Торук Макто успел и на земле оставить свой генетический след? Иногда я думаю, что у него в ДНК затесался ген кролика. Плодится как не в себя, честное слово. Шучу, шучу. Макс подошел сначала к Нетейаму и, попросив его сесть на пол, дабы дотянутся до его лба, ощупал застывшую смолу на его ране. - Надо было сразу прийти ко мне, - пробурчал он с недовольным видом. – От этой дряни у тебя теперь шрам на всю жизнь останется. Он подкатил тележку с инструментами и пузырьками и, промочив медицинский тампон какой-то резко пахнущей жидкостью, приложил его к брови Нетейама. Защипало так, что на’ви даже охнул от неожиданности. - Терпи, терпи, могучий воин. – Макс отстранил тампон, с удовлетворением отметив, что полурастворенная смола осталась на его поверхности, и взял в руки медицинский лазер. Сведя вместе края раны, он провел красным лучом по ее границе, спекая разрез навсегда. Обработав свежий шов антисептиком, он удовлетворенно вздохнул. – Ну вот и готово. Через пару дней останется лишь толстый шрам, которые, как известно, лишь украшают молодых героев. Теперь посмотрим, что с тобой делать, красавица. Макс взял за руку шокированную дружелюбным напором Мэган и подвел к столу, на котором лежал портативный сканер. Включив прибор, он взобрался на стремянку и просканировал голову девушки. Спустившись, он подключил сканер к монитору и погрузился в ряд бегающих по экрану цифр. - Не криминально, - внезапно выдал он парочке, - Небольшое сотрясение и все. Может голова пару дней поболеть, да вероятны приступы тошноты. Ну а теперь, моя огненная красавица, давай посмотрим, что там с твоим плечом. Кстати, впервые вижу у аватара столь ярко выраженную модификацию гена MC1R. Нетейам вышел из отсека лаборатории, оставив Макса колдовать над плечом Рыжей, и подошел к амниотическому резервуару, в котором покачивался аватар Грейс Огустин, биологической мамы его сестры Кири. Он прижался лицом к стеклу, размышляя о том, что душа Грейс так же могла возродиться в каком-либо теле, если бы Эйва предоставила ей такой выбор. Может быть, в данный момент она, как и он, делает все, что бы вернуться к своим близким. Вот бы Кири обрадовалась! Он приложил ладонь к прозрачному стеклу и тихо прошептал в сторону аватара. - Возвращайся к нам, Грейс. Кири очень скучает по тебе и ждет твоего возвращения. - Ну, вот и закончили, - сказал вошедший в комнату Макс, вслед за которым, пригнув голову в низком проеме, последовала Мэган. Ее плечо было перемотано теми же лентами, что повязала ей Мо’ат, и на немой вопрос Нетейама ученый пояснил. - Я залатал твою подругу, но решил оставить старую перевязку. Не хочу лишний раз раздражать Мо’ат. Ее бинты вполне стерильны, а Мэган нужно начинать потихоньку разрабатывать руку. Необходимые упражнения я ей показал, так что можете быть свободны, голубки. У меня еще куча дел. Пара хором ответила «Спасибо» и, слегка поклонившись, вышли наружу.

***

Следующие четыре дня оба они редко выползали из палатки Мо’ат, курсируя только по одному маршруту, жилище Тсахик - вагончик Макса. Причиной этого стали не только их заживающие раны, но и большая вероятность того, что Нетейам, находясь среди родных ему с детства людей, не сможет соблюдать конспирацию и может невольно проговориться о себе настоящем. На его чистейшее произношение и так подозрительно косилась половина племени. Впрочем, без дела они и в палатке не сидели. Мэган продолжала учиться как у Нетейама, так и у его бабушки, постепенно привыкая к отсутствию современных удобств и размеренной жизни племени без ежедневной человеческой страсти к потреблению всего и вся. Она открыла для себя искусство плетения и принялась изготавливать украшения из всего, что попадалось ей под руку. Простая набедренная повязка Нетейама уже через два дня была увешана всевозможными бусинками, подвесочками и разноцветными плетениями. А когда на следующей перевязке Макс узнал, что она прирожденный механик, то моментально заложил ее Норму, который уже просто не успевал чинить стареющее на глазах оборудование. Он все-таки был ученым, а не ремонтником. Высокая влажность и постоянные магнитные возмущения в Парящих горах не только надежно укрывали на'ви от Небесных людей, но и негативно сказывались на технике ученых. Так что все свободное от учебы и плетения время Мэган проводила в научном городке, с наслаждением копаясь в их дышавших на ладан приборах, периодически ругаясь на несоответствие размеров необходимых ей инструментов своим новым габаритам. Так как ей не приходилось скрывать свое прошлое, то она с удовольствием бралась за любую работу, легко общаясь с человеческим персоналом Высокого лагеря. Часто местная детвора прибегала смотреть, как она чинит очередной механизм и по ее вине их словарный запас пополнился несколькими непечатными выражениями. Благо, их смысл был для детишек неясен, а взрослые постеснялись им разъяснять значение этих слов. Настал пятый день с момента их появления в лагере, и тревожное беспокойство не отпускало с самого утра разум Нетейама. Он подсознательно перебрал уже все возможные и не возможные варианты своего собственного спасения, но решил принять окончательное решение только после «свидания» с Древом Душ. Бабушка настаивала, что их тсахейлу должно состояться строго на закате, и он весь день чувствовал себя как на иголках. В назначенное время Мо’ат на своем икране перевезла к главной святыне на’ви Мэган, а Нетейама туда снова доставил Тарсем. Мэган пока не понимала, что именно от нее потребуется, и Нетейам под одобрительный взгляд бабушки подвел ее за руку к сияющим нитям священной ивы. - Это наше Древо Душ. Место, где мы можем услышать наших предков. Ты должна взять свою косу и соединить ее нервные отростки с любой из его серебристых ветвей. А дальше сама поймешь, что нужно делать или говорить. Вполне возможно, тебе нужно будет только слушать. – сказал он девушке. - Смотри, как это делается. Нетейям прислонил свою косу к сияющим нитям, прикрыл глаза и…, духовно исчез из этого мира. Мэган в точности повторила его движения, с опаской поглядывая на шевеление ее нервных отростков в рыжей кисточке собственной косички, и коснулась ими загадочных белых веревочек. В первое мгновение после тсахейлу Мэган решила, что ослепла, так как кроме яркого свечения вокруг не видела ничего, даже собственного тела. Потом яркость стала уменьшатся и перед ее глазами выстроилась до слез знакомая берлога Ричарда, который так привычно восседал на своем старом кресле на фоне компьютерного безумия за спиной и ласково смотрел на вновь прибывшую. - Ну, здравствуй, мой маленький рыжий котенок, - сказал он Мэган, вставая с кресла и разводя руки. – Давно не виделись. Хотя котенком тебя уже не назовешь. Выглядишь, как настоящая рыжая тигрица. Обнимешь папочку? Слезы на глазах мгновенно смазали невероятный образ «живого» Ричарда, и девушка буквально бросилась в объятия своего неофициального отца, рухнув перед ним на колени, дабы их рост сравнялся относительно друг друга. Она обхватила руками его торс и, всхлипывая, уткнулась мокрым лицом в предплечье мужчины, почувствовав такое знакомое поглаживание теплой ладони на своей голове. - Ну что ты, Мэган! Перестань! – принялся неловко утешать девушку брутальный мужчина, - Какой смысл сейчас слезы проливать. Вы выжили. Я вполне себе счастлив. Ведь даже звезды рано или поздно гаснут, а уж они куда более совершенные конструкции, чем люди… Ты лучше расскажи, что именно тебя беспокоит. Дело связанно с Нэйтом, я правильно понимаю? Для вас, молодых, все проблемы так или иначе касаются романтики. Мэган отстранилась от мокрого пятна на желтой рубахе Ричарда и посмотрела в хитрый прищур его глаз под густыми бровями. - Пап. Я совершенно не понимаю, кто я теперь. Человек в теле на’ви? Реком с воспоминаниями человека? Или нечто совершенно новое для меня самой? Чьи чувства во мне преобладают? И какие из них являются моими, а какие всего лишь отголоски далекой жизни? Умом я понимаю, что Нетейам это вовсе не Нэйт. Но сердце велит уму заткнуться, стоит мне только увидеть его. Разве можно с такой легкостью переносить любовь с одной личности на другую? Я уже не понимаю, любовь ли это вообще. Знаю точно только одно, я не хочу его от себя отпускать! - Какая же каша в твоей голове, милая, – сказал Ричард, улыбаясь в свои пышные усы. – Можно полюбить душу, не зная тела, а потом сходить с ума, прикасаясь к телу любимой души. Ответь себе на вопрос, если бы Нэйт в результате падения пострадал в плане внешности, ты бы перестала любить его из-за нового облика? Как пояснила мне Эйва, душа Нетейама и душа Нэйта – это одна и та же душа, отзеркаленная в разных уголках вселенной. И если ты все это время искренне любила нашего Стрижа, то я могу уверенно сказать, что ты одновременно искренне любила и Нетейама. Даже не подозревая о его существовании. Мэган крепко задумалась над сказанным, и мучительно выдавила из глубины души терзающий вопрос: - Так что же мне теперь делать? - Жить дальше, Рыжая! Жить дальше рядом с тем, кто так тебе дорог, и наслаждаться вторым шансом, что дает тебе Великая Мать. – ответил Ричард. – А я хотел бы немного исправить твое состояние при помощи кое-кого. Повернись. Мэган обернулась и увидела позади саму себя в человеческом обличье, с улыбкой взирающую ей в глаза. Она не успела задать вопрос, как Ричард уже выдал ответ на него. - Это недостающий кусочек твоей души, который ждал твоего появления целых шесть лет. Она не захотела делить твое тело с новым хозяином и в RDA сильно удивятся тому, что процесс переноса сознания от нового обладателя твоей шкурки пойдет у них не по плану. Тебе нужно всего лишь принять саму себя, и новая жизнь тут же покажется тебе куда проще и понятнее. Образ земной Меган начал светиться, сжимаясь в небольшой шарик пылающего огня, и медленно поплыл в сторону рыжей на’ви. Подплыв к ее груди, он плавно погрузился в синюю кожу, распространяясь по телу невероятным теплом и умиротворением. - Вот так-то лучше. Однако тебе пора. – внезапно сказал Ричард. – Теперь ты знаешь, где меня найти, и я с удовольствием буду ждать нашей следующей встречи. Там, за дверью, тебя ждут. Как говорится, счастливое дитя и без сорочки счастливо. Тупая поговорка, но мне нравится! Мэган шагнула к двери и распахнула ее. За дверью густой зеленью ее приветствовали джунгли Пандоры. Осторожно ступив на пушистый травяной ковер, она обернулась, но сзади нее уже не было никакой двери. Повертев головой и прислушиваясь, она услышала невдалеке голос Нетейама, беседующего с кем-то. Вытирая остатки слез, она направилась в направлении его голоса.

***

Стоило только Нетеаму открыть глаза, он с горечью понял, где именно оказался и что ему предстоит сделать. За широкими листами папоротника под шум леса журчала та самая речушка, на берегах которой отец учил его стрельбе из лука. Он раздвинул зеленые стебли и обнаружил за ними молодого на’ви, удивленно озирающегося по сторонам в поисках кого-либо. Он грустно вздохнул и поздоровался. — Здравствуй, Нетейам, - он прикоснулся своими пальцами ко лбу в знак приветствия. — Я вижу тебя. — И я вижу вас, — повторил жест приветствия вежливый юноша, слегка поклонившись, — Мы знакомы? Вы кто-то из моих умерших предков? — Нет, мы не знакомы. Но я знаю тебя. У нас мало времени. Я здесь по велению Эйвы. Великая мать послала меня, чтобы предложить тебе выбор. Ты должен решить, присоединишься ли ты к духам предков в ожидании перерождения в новом теле новорожденного или займешь внезапно опустевшую оболочку чужого, но подходящего тебе тела? Нетейам с улыбкой вспоминал мысли, что вращались в его голове после этого предложения, и поспешил успокоить озадаченного юношу. — Я понимаю, что тебя одолевают сомнения и даже смогу развеять некоторые из них. Ты не возродишься в теле женщины. Да, ты будешь помнить всю свою прежнюю жизнь, и тебе представится шанс вернуться к своей семье. Больше я ничего не могу тебе рассказать, хотя поведать хочется о многом. Это не мои правила. Так велит Эйва. Я не могу долго оставаться здесь. Нетейам, пришло время принять решение. — Я хочу возродиться прямо сейчас! — воскликнул юноша и посмотрел в свои собственные глаза, даже не догадываясь об этом. — Что же, я так и думал. Эйуа 'нга.ху — произнес Нетейам и, подойдя к парню вплотную, резко толкнул его в грудь. Юноша потерял равновесие, начал падать и растворился в сияющей воронке. Она тут же сжалась до размера небольшого огненного шара и, подлетев к на’ви, буквально утонула в его груди, заполняя все те душевные пустоты, что беспокоили Нетейама с момента пробуждения в новом теле. Охнув от неожиданности и ощущая, как наполняется умиротворением его сознание, Нетейам повернулся и увидел подходящую к нему Мэган. Ее облик будто окружало золотое свечение, вызывая в его душе волны невероятного тепла и усиливая сердцебиение. Он счастливо улыбнулся, сделал шаг ей на встречу и взял ее за ладони, внимательно разглядывая заплаканное лицо. - Ты получила от Эйвы ответы на свои вопросы? – спросил он, утопая в изумруде ее глаз. - Получила, - ответила улыбающаяся Мэган, так же растворяясь во взгляде на’ви, стоящего перед ней. - И что она тебе посоветовала? - Посоветовала сделать так, как хочется моей душе! – ответила Рыжая и, приподнявшись на носочки, прильнула к таким желанным губам в нежном поцелуе. Губы Нетейама тут же откликнулись на предложенную ласку, и пару затопил яркий свет возвращения. В Верхний лагерь они возвращались в таком же порядке, как и прилетели к Древу Душ. Мо’ат не стала терзать пару вопросами, ибо по их обоюдному, очаровательному смущению можно было понять, что у этих детей всё еще впереди. Главное, что радовало тсахик, так это аура принятия и спокойствия, окружающая обоих молодых на’ви. Сегодня была первая ночь, когда Нетейаму и Мэган приснились полноценные, яркие и увлекательные сновидения.