Страховочные колеса

Если еще пять минут назад Дину казалось, что украсть велосипед с целью научить своего младшего брата кататься было хорошей идеей, то сейчас у Дина не остается на этот счет никаких иллюзий. Джон орет так громко, что соседи должно быть уже вызвали полицию. Вот только у Дина всё еще звенит в левом ухе от отцовской затрещины - от того слова просто не доходят до мозга, будто обтекая его по периметру. Дин и сам понимает, что брать чужой велосипед было дерьмовой идеей. Во-первых, он розовый. Чёртов розовый девчачий велосипед со здоровенной наклейкой единорога на руле. Теперь-то и дураку ясно, что разноцветные кисти из витого шнура, украшающие ручки на руле, должны были изображать радужную единорожью гриву. Во-вторых, корзинка. Хлипкая плетеная корзина, закрепленная на багажнике. Для хранения всякой ерунды, типа Барби, наборов чайной посуды и плюшевых медведей. Хотя-я-я... Сэмми нравятся медведи. Но Сэм такая девчонка. Дин хихикает и получает очередной подзатыльник. Отцовское лицо пылает от ярости, слюна брызжет во все стороны, как из поломанного питьевого фонтанчика. Сэм, стоящий рядом, утирает зареванное лицо рукавом. А двадцать минут назад визжал от восторга. Это и в самом деле была так себе затея, скорее даже шаг отчаяния. Дину просто хотелось порадовать братишку. Последний переезд дался им не так легко, как все вместе взятые предыдущие. Сэму не особенно нравится школа. Его первая школа. Дин её тоже ненавидит. Ведь Сэмми такой чудесный, такой открытый, любознательный, и Дину кажется совершенно несправедливым то, в какой дыре они оказались... Дин злится на отца, и никудышную учительницу Сэма, и себя, кажется. И это... больно. Смотреть, как Сэм растет. И задает совсем не детские вопросы. Серьезный. Внимательный. Он видит и слышит больше, чем ему предназначено. Отцовская холодность Джона не помогает. Потому что Сэму плевать - он всегда идет со своим «дерьмом» к старшему брату. Сэм сторонится других детей. Вот они приходят на игровую площадку вместе. К Дину цепляется местная шпана, но это обычное дело на новом месте. Старшему не нужно много времени, чтобы вписаться - здесь на то, чтобы стать своим и вовсе уходят какие-то полчаса. Всё идёт по обычному сценарию, пока Дин не понимает, что Сэм сидит совершенно один. Забирается с ногами на скамейку и выудив из рюкзачка тоненькую книжонку елозит по страницам маленьким пальчиком. Временами даже Сэм бывает не слишком приятен в общении, но мамочки его ценят. Он такой, знаете, вежливый, обстоятельный, и любит эти разговоры «не по возрасту». А ваш мальчик собирает вкладыши от жвачек? Нет, не с Бэтманом, те, что с животными. У меня почти вся первая серия. Ему нравятся динозавры? Три-це-ра-топс, может быть? Название динозавра братишка произносит по слогам (чтобы, не дай Бог, ни ошибиться!) и с самым серьезным видом. Он посещает детский сад? Дин давится от смеха - посещает, ну ввернул. Ах, у вас няня. Дин это обожает. Сэм с девочками вообще отдельная история. Они за милю чувствуют, что могут вести себя с ним словно маленькие принцессы. Придерживать кончиками пальцев самый краешек платья, отставив мизинчик в сторону и пытаться по-королевски улыбнуться, одновременно втягивая пухлые щечки. Сэм пялится в книжку, шевеля губами. Дин велит «новым друзьям» не ждать. Потому что по дороге он видел что-то отдаленно напоминающее кафе мороженое и в его кармане есть пара долларов, которые он мог бы потратить без всякой пользы. Он закидывает рюкзачок Сэма на плечо и тянет братишку за собой. Кафе мороженое не оправдывает надежд. Дешевая забегаловка. Прозрачные банки с россыпями разномастных конфет и засохшим печеньем. Мороженое всего двух видов. Но и этого достаточно, чтобы Сэм стал выглядеть гораздо счастливее. Вот он сидит напротив, балансируя на высоченном колченогом стуле, с воодушевлением вылизывая стенки стеклянной креманки. Розовый язык скользит по краю вазочки, собирая сладкие сливочные разводы. От этого и сам Дин чувствует себя на порядок счастливее. - Мы могли бы придумать ещё что-нибудь, - осторожно предлагает старший, с усмешкой наблюдая, как зрачки брата расширяются в предвкушении. Металлическая ложечка финально звякает о стекло. Дин расплачивается, и они вываливаются на улицу, хохоча как безумные. Отражающий солнце велосипед, брошенный прямо на газоне соседского коттеджа, невольно притягивает их жаждущие развлечения взгляды. Совершенно малышовский двухколесный велосипед с дополнительными страховочными колесами. Раскосые глаза Сэма смотрят недоверчиво. Дин перебрасывает добычу через забор, перепрыгивая следом. Сэм даже в свои шесть понимает, что так нельзя. И это им даром не пройдёт. Но ведётся. То ли от того, что не в состоянии сопротивляться собственным демонам, то ли от того, что не может противостоять демонам старшего брата. И вот уже младший несется вниз по крутому склону с космической скоростью. Ветер треплет отросшие волосы, открывая сияющее ликованием лицо. Маленькие пальчики, побелевшие от усилий, сжимают выкручивающийся руль. Велосипед разгоняется до скорости гоночного болида, подлетая на мелких кочках. Сэм нащупывает ногами педали и принимается крутить ими в воздухе, стремительно набирая скорость. Железный конь летит с горы, сливаясь в одну сплошную розовую линию. Но Сэм склоняется над рулем всё ниже, уменьшая сопротивление воздушного потока. На секунды Дину кажется, что его младший брат собирается взлететь на долбанном сказочном единороге куда-то в стратосферу, оттолкнувшись от очередной пригорка. Сэм летит вниз, щурясь от ветра. Свободный, стремительный, неуправляемый, оставляя за собой грязные вонючие отели, отцовские приказы, ругань, подгоревшие каши Дина и слипшиеся в ком макароны, учительницу мисс Джезебелл - полноватую глупенькую хохотушку, сменившую милую Айрин - его воспитательницу в Лоуренсе. От воя ветра в ушах Сэм не слышит предостерегающего крика брата. Когда переднее колесо врезается в рытвину, скрытую очередным взгорком, велосипед подкидывает вверх. Дин с ужасом смотрит, как тело Сэм продолжает двигаться вперед по инерции, перелетая через вырванный из рук руль. Велосипед совершает кульбит и переворачиваясь, накрывает пострадавшего задним колесом. Вращающаяся педаль врезается в спину. Дин бежит вверх по склону. Сэм не двигается. Сэм вообще не подает никаких признаков жизни. Дину всего одиннадцать, но сейчас ему тоже кажется, что минуту назад он умер. Пострадавших нельзя трогать и переворачивать. Слабые места - шея, позвоночник... конечности(?). Дин цепляется за голос отца в своей голове и осторожно прикасается к запястью брата, пытаясь нащупать пульс. - Ди-и-ин, - стонет мелкий. - Не двигайся... пока, - шепчет старший задыхаясь. - Не уходи, - слова растворяются в едва слышном стоне. - Мне надо... за помощью, - чуть громче, но также шёпотом. И Дин всё ещё держит запястье брата обеими руками. - Не уходи. Сэм пытается повернуться на бок. - Не двигайся только. Я так позову. Дин облизывает пересохшие губы. - Я сейчас буду кричать, - предупреждает он, наклоняясь к брату. - Не дёргайся. Сэм согласно кивает. И Дин запоздало думает, что кивать-то как раз не стоило. На крики отзывается женщина, гуляющая с собакой неподалёку. Она вызывает скорую, полицию. Черт, даже пожарные, кажется, приезжают. Ощущение, будто вокруг них собирается весь город. Врач из скорой осматривает Сэма, который к приезду «армии спасателей» уже совершенно приходит в себя и, кажется, больше напуган количеством людей вокруг, чем собственным падением. Взгляд Дина мечется между контуженым, а от того невероятно тихим, братом и разбитым вдребезги велосипедом. Наряд полиции доставляет их домой, где Джон орет так, что соседи, наверное, вызвали бы полицейских, если последние не были бы теми, кто доставил к нему сыновей. Сэм растирает покрасневшие глаза кулаком и хлюпает носом. Офицеры объясняют что-то про рапорт, и отец идет проводить их до машины, сжимая челюсти и играя желваками на скулах. Дин притягивает братишку поближе, стирая краем футболки влагу под его носом, и порывисто прижимает к груди. -Ты как? Сэм тепло сопит куда-то в солнечное сплетение. - Мне не нужны были бы эти... страховочные колёса, если бы ты ехал со мной. Дин посмеивается, растрёпывая и без того лохматую макушку. - Ага, - отвечает он, наконец, по-прежнему не выпуская братишку из своих объятий. - Если бы мы ехали вместе - я бы и так удержал тебя. I wanna ride my bike with you. No training wheels left for you.