Моя игрушка

Геката не знала, сколько пробыла в отключке. Когда она пришла в себя, то почувствовала себя слегка лучше. Боль в руке по прежнему не давала сосредоточиться и двигаться активно, но бывшая охотница хотя бы могла сесть. По запаху и силуэту, различимому в полутьме, пленница поняла, что хотя бы от голода и жажды она не умрет. На полу недалеко от нее стояла тарелка с чем-то съедобным и стакан с водой. Геката, стараясь есть не очень быстро, чтобы не подавиться, заметила, что еда была довольно неплохой, по сравнению с содержанием у охотников здесь ее кормили очень неплохо. “Возможно дон и вправду более милосерден ко мне, чем могли бы быть охотники, там меня ждали зверские эксперименты охотника F, а тут вероятно я имею шанс на жизнь, к тому же я сама виновата в том, что произошло, вероятно, если бы я и правда была послушной, ничего бы такого не произошло”, — подумала девушка. Ей вдруг стало противно с себя, что Алукард смог заставить ее думать подобным образом всего лишь дав еду. Геката снова села, прислонившись к стене. Пытаясь выгнать из головы мысли, девушка несколько раз ударилась затылком о каменную стену. Делать было совершенно нечего, спать тоже не хотелось. В голову начали лезть всякие мысли, не доставлявшие удовольствия. Голос в голове Гекаты, появившийся после побега с приема, гнобил, убеждал в никчемности, пытался заставить сдаться и поддаться вампирам. Н пыталась всячески заткнуть этот голос, и в итоге просто сжалась на подстилке, зажимая уши руками. Внутреннюю борьбу девушки прервал скрип двери камеры. Геката отлично различила в полутьме силуэт Алукарда и, притворившись находящейся в отключке, замерла в том положении, в котором находилась. Н услышала скрежет, когда дон поставил что-то металлическое на стол. —ПОДЪЕМ!— раздался над ухом пленницы резкий голос, от которого она машинально подскочила, протягивая здоровую руку к лицу, чтобы протереть его. Алукард сидел на корточках перед ней, с интересом наблюдая за реакцией своей игрушки на его присутствие. —Я смотрю, ты меньше начала дергаться при моем появлении и общении со мной— заметил мужчина с интересом, —Что ж за такое имеет смысл наградить. Уверен, ты задумывалась о том, чтобы избавиться от химии в своей крови. У меня для тебя два варианта, первый, ты будешь послушной девочкой и дашь ввести себе сыворотку так просто, тогда тебе будет проще перенести ее действие, либо же ты продолжаешь пытаться строить из себя непойми что, тогда я применю силу. Поверь переносить действие лучше не будучи полностью зафиксированной— с доброй улыбкой на лице предложил дон. Геката сидела, слушая вампира с некоторым страхом в душе. Она не верила, что все произойдет так просто, в предложении дона должен был быть какой-то подвох. —Я тебе не верю— тихим дрожащим голосом ответила охотница. —Можешь верить, можешь нет, я тебе задал другой вопрос, намерена ли ты сейчас снова пытаться как-то мне навредить, или готова принять то благо, которое мы решили тебе дать спокойно? — теряя терпение, проговорил дон, вставая в полный рост. Девушка сразу сжалась от страха, появившегося у нее на подсознательном уровне. —Я..я..я—начала она заикаясь. —Да хватит уже дрожать и заикаться как чихуашка, где твоя смелость, та с которой ты решила выступить против нас, против вампиров, тех, кто значительно сильнее тебя— активно жестикулируя, повышенным тоном чуть ли не прокричал дон, резко разворачиваясь и направляясь к столу. Он взял оттуда маленький лоточек и снова вернулся к Н, присаживаясь на корточки и заглядывая в глаза пленницы. —Делай, что хочешь, я уже давно не хозяйка своей собственной жизни— ответила Геката почти безэмоционально. Она отвернула голову, переводя взгляд на стену. Восприняв это, как согласие с тем, чтобы сделать с Гекатой задуманное, Алукард подтянул к себе ее правую руку, беря скальпель и надрезая рукав до необходимого уровня. Обработав место будущего укола, вампир взял с подноса шприц. Он чуть помедлил, давая последнюю возможность передумать, а затем плавно ввел иглу и впрыснул сыворотку в кровь Гекаты. Девушка почувствовала, как от места прокола по телу начал расходиться жар, был ощущение, что ей в вены залили не какую-то полезную сыворотку, но раскаленную лаву. Геката упала на пол, скручиваясь и прижимая к себе руку. Ей было очень плохо. Все тело горело, воздуха не хватало, напряженные до предела мышцы дрожали. Сознание перестало различать, кто находился вокруг нее, были лишь отдельные смутные образы. От боли во всем теле Геката неосознанно заскулила, находясь не в силах кричать. По всему внешнему виду охотницы, ее мимике и жестам было понятно, как девушке плохо. Алукард, еле касаясь, провел пальцами по лбу Гекаты, убирая пряди волос с лица девушки а также отмечая для себя, что у нее поднялась температура. Дон решил пока что ничего не делать, охотники хоть и были людьми, обладали высокой выносливостью и стойкостью организма. Тем более, что сыворотка была сделана специально под нее. Эта беззащитная, юная, по меркам вампиров, девушка была полностью в его власти. “И скоро я воспользуюсь этой властью полностью” — подумал мужчина, разворачиваясь и выходя из камеры.