Письмо счастья

Холодный пот, это все что я могла почувствовать, как открыла глаза, и снова этот белый потолок, но на этот раз было не так досадно, ведь скоро мы с Минхо выберемся из этого ада. Осмотрев всю палату, на удивление никого не было, за дверью не слышались шаги, тишина, на моей руке красовался гипс, рука не много ныла и зверски чесалась, но вскоре я снова погрузилась в дрему. Очнулась я от прикосновения к своей здоровой руки, крысеныш сел на стул рядом с кроватью и нежно поглаживал мою ладонь, со стороны казалось, что мы влюбленная пара, где мужчина переживает за свою любимую женщину что так поранилась, но это было мерзко смотреть с моей стороны, я выдернула руку и просто отвернулась от него. — Прости меня. Эти слова из его поганого рта, было слышать довольно удивительно, и он продолжил. — Я понимаю, что наделал глупостей, нет мне прощения. — Зачем весь этот спектакль? Я медленно повернулась к нему подняв одну бровь вверх. — Это из-за меня ты пострадала, все этот проклятый Томас, я думал они с тобой как-то свяжутся и попытаются выкрасть тебя у меня. В одни моменты мне и правда казалась что он нормальный человек, который, как и все может что-то чувствовать, но меня передернуло. — Я не твоя собственность, я тебе не принадлежу. Я. Не. Твоя. — НЕТ! Он резко встал, зрачки расширились, сделав его глаза черными от злости. — Прости, я не хотел тебя пугать. Но ни один мускул не дрогнул на моем лице. — Чего ты хочешь от меня? Ты думаешь я тебя когда-то полюблю? — Да. Это звучало на столько убедительно, что закрались сомнения по поводу моих чувств к нему, встряхнув головой, я продолжила. — Нет! Никогда этому не быть. Я в клетке, я как зверь которого просто кормят и порой разрешают прогуляться, ты не заставишь себя полюбить. Все это время что я здесь, ты просто имел меня, как только можно и нельзя, это нельзя назвать любовью, насильно мил не будешь. И когда придет время, я убью тебя и ни на секунду не буду колебаться. Пощечина раз, его ладонь встретилась с моим лицом. Пощечина два, в то же место, но сильнее. Так еще 5 раз, пока у меня не закружилось голова. Каждый удар был все сильнее предыдущего, я все так же продолжала лежать. Не смотря на мою сломанную руку, он перевернул меня на живот так, что я легла на нее, было больно, но не больнее того, что он сделал дальше. Спустив мои ноги с кровати, пальцы коснулись холодного кафеля, я задрожала. Его шершавые руки скользнули вверх по бедрам, поднимая больничную сорочку. Правой рукой провел по ягодице в низ до лона, резко вставил в меня палец, как это было противно когда он смочил его своей слюной и снова повторил действия, меня хотелось оттолкнуть его, но силы покинули меня, лицо сильно ныло, из носа не переставая шла кровь, моя бровь рассеклась, я это поняла по тому как один глаз стал видеть через красную пелену и теплая жидкость с привкусом железа коснулась губ, а после он вошел своим членом со всю длину, я не издала ни одного звука, но глаза намокли. После продолжительного насилия, как он думал, на самом деле прошло от силы 2-3 минуты, он излился в меня, как было ужасно чувствовать это все внутри, меня тошнило, хотелось жесткой губкой пройтись по всем телу, лишь бы не чувствовать его запах на себе. Без стука в палату зашло трое солдат, крысеныш кому-то понадобился на верху, он приказал следить за мной, застегнув ширинку он ушел. Остался только один солдат, но мне было на него сугубо плевать, я все так же лежала на кушетки с приподнятой сорочкой, я медленно ее стянула обратно, через боль. Помаленьку начала вставать, но голова все так же кружилась, ноги не смогли удержать мой вес, и я начала падать, но вдруг стало тепло в районе живота, крепкие руки солдата успели меня спасти от падения. — Пожалуйста, отнеси меня в ванную. От хрипящего и молящего голоса, я была в шоке. Я снова заплакала, как же было больно, как же было мерзко.