Буревестники

Снова. Снова я пытаюсь сбежать от него. И каждый раз он ловил меня и притаскивал обратно, избивая до потери сознания и гематом. Вся моя шея — это одна сплошная гематома, он не изобретателен, и каждый раз душит, пытаясь прекратить мои попытки избежать надругательства над своим бренным тельцем. Но это только обостряет животный инстинкт самосохранения, заставляя меня сопротивляться в разы отчаянее. У него ни разу не получалось, но после этих схваток я еще сутки переваривал очередное избиение. Я бегу, не разбирая дороги, ветки нещадно хлещут меня по всему, до чего только могут дотянуться, иголки невероятно больно на мгновение впиваются в бледную кожу, давно не видевшую солнца. Сколько я уже бегу, десять минут, час, два, сутки? Я давно потерял счет времени, и о длительной пробежке мне напоминает донельзя ослабший организм. Легкие горят адским пламенем, ноги сводит неистовой судорогой, губы порваны в попытке заглотнуть чуть больше кислорода. Руки до онемения сжаты в кулаки, нет, я не переживу очередной попытки подчинения, он меня добьет, я просто не выживу. Я должен прервать этот чертов круговорот насилия, или прервется моя жизнь… В голове лишь одна фраза: «Беги, или ты не выживешь». Спотыкаюсь о ветку, лечу на сырую землю, могильный запах… Он заставляет меня ежесекундно подняться на ноги и рвануть вперед в неизвестном направлении, главное подальше от него… Волосы настойчиво лезут в лицо, господи, он еще не все вырвал? Таскание за волосы его весьма увлекало, ведь орал я как умалишенный в попытке прекратить этот кошмар. А хотя нет, это уже не волосы, а мочалка, которую использовали лет пять и решили наконец избавиться от столь кошмарной вещи. Уже не просто задыхаюсь, хрип вместе с кислородом проникает в мои легкие, образуя ужасные звуки, доносящиеся из моего рта. Погода пасмурная, поэтому в лесу темно и жутко, но меня это не останавливает, а лишь сильнее стимулирует бежать прочь. Наконец деревья расступаются, но радость продолжалась недолго. Выбегаю из леса и замираю… Слезы в который раз льются из моих глаз, рухнув на колени, позволяю себе минутную слабость, уже не сдерживаю рыданий, истошный крик заставляет птиц тревожно загаркать, и черным пятном взмыть из этой части леса подальше от источника шума. Голоса практически нет, что делает крик ещё ужасающей… Пробирающий до самых костей, оставляя осадок на душе. Ещё недавно на этом утёсе мы с тобой резвились и наслаждались моментом, пока этот псих всё не испортил. Слёзы льются неконтролируемым потоком, как же я его ненавижу, не смогу описать словами всю ненависть и презрение к нему. Зачем мы только поехали сюда… Буревестники беснуются, летая под самыми облаками, чью серость я не смог бы описать. Внезапно тело сжимается в пружину, время будто замедляется, я слышу, как он зовет меня по придуманному прозвищу. «Детка» звучит из его адских уст, в порыве отчаяния и безысходности бросаюсь к краю, медлю долю секунды и… Прыгаю в бушующее море, что будет дальше? Всё что угодно, прошу, только не он… Перед полной потерей сознания последнее, что успевает захватить мой взор, — фигура, плывущая за мной вглубь владений Тритона, а дальше темнота. Очнулся я, как ни странно, в комнате, на кровати. Не прояснившееся сознание бьет тревогу, дергаюсь в попытке сбежать, но лишь с грохотом падаю на пол. Замираю, что же будет дальше…? Слышу аккуратные шаги, направляющиеся в мою сторону, нервно отползаю в угол. И в дверном проёме я вижу… Тебя… Нет, это обман сознания, это не ты, такого не может быть. В твоих глазах читается беспокойство, осторожно подходишь, я продолжаю отползать, и только встретившись с холодной стеной, понимаю, бежать некуда. Смотрю на тебя загнанным зверьком, а ты всё так же осторожно шаг за шагом приближаешься. Вжимаюсь в угол весь, интересно, у меня получится слиться в одно целое со стеной? Когда ты донельзя близко подходишь, то опускаешься на колени, протягивая ко мне руки. Вжимаюсь в стену сильнее, зажмуриваюсь, ожидая пощечины или захвата моих волос, но ничего такого не происходит, чувствую легкое прикосновение к щеке и такое… Родное, господи, неужели это не иллюзия?! Открываю глаза и вижу, как ты плачешь, и тоже начинаю рыдать ты, осторожно придвигаешься, легонько обнимаешь и еле слышно, словно в бреду шепчешь: «Наконец, господи, нашел, не отпущу, не отдам». Так ты меня искал! Уже не сомневаясь в правдивости момента, бросаюсь в твои объятия, рыдая, как маленький ребенок. Аккуратно поднимаешь мой подбородок и нежно и трепетно целуешь. Кладу руки тебе на грудь, я так по тебе скучал, ты не представляешь… Отстранившись, поднимаешь меня на руки и несёшь обратно в постель. Только сейчас замечаю, что весь в бинтах и пластырях, на душе спокойнее некуда, я так долго ждал этого. Укладываешь меня в постель и без промедления ложишься рядом, обнимая меня и поудобнее устраивая себе под бок. Засыпаю спокойным сном под твой нежный шепот. Завтра ты мне расскажешь, что меня не было тринадцать дней, я замечу твои мешки под глазами и нервное поведение. Ты отметишь мою нездоровую худобу, упомянув что этого психа упекли в психиатрическую лечебницу. Там ему самое место, надеюсь, он там и сгниёт. Со временем мы снова будем жить спокойно, но ведя себя чуть осторожнее, не выпуская друг друга из виду. Ты сделаешь мне предложение через несколько месяцев, а я слезно соглашусь. Ну а пока мы просто поспим. Наконец-то не тревожным и вообще спокойным сном. А завтра точно будет лучше, чем сегодня, ведь оставшуюся жизнь я проведу с тобой, остальное не столь важно…)