Курсы японского

«Я жду тебя у входа больницы. Пойдёшь со мной на свидание, сладкий?😘» «Да уж, и что с этим парнем не так?» — подумал Сону, прочитав это. Такое неожиданное сообщение заставило его только и улыбнуться, он аж застыл в недоумении. Последние три дня Сону был убитым буквально. И физически, и морально. Господи, когда же это закончится? Этот странный период. Недосказанность, которая заставляет ощущать никчемность… Самое худшее. После того дня Рики не пишет совсем, не звонит, а Сону не из тех, кто может активно проявлять инициативу. Не то чтобы он слишком гордый, нет, он всего лишь не уверен во всём. А Нишимура, что чаще всего делал первые шаги в их отношениях, словно пропал без всяких объяснений. Киму даже кажется, что сэнсэй потерял к нему интерес. Да, он может ошибаться, но и правда серьёзно задумывается об этом. Всякое ведь возможно. Словно у каждого из них после той самой ночи остался некий осадок в душе. Если Сону не понимает, почему же Рики относится ко всему слишком серьёзно, а Рики — наоборот. Наверное, он не может понять, почему Сону ведёт себя так… несерьёзно? Ким вполне мог показаться именно таким в его глазах, однако это далёко не так. Они так и не поговорили об этом. Нишимура с утра ушёл по делам, а Сону просто вызвал такси и поехал домой. Ведь надо было подготовиться к следующему рабочему дню. Надо было спуститься на землю и найти выход из этой временной сказки. Работа не приносила никакой радости, напротив, казалось, что всё становилось хуже и хуже. Ханбин-хён был единственным утешением на этой гребаной работе, но даже с ним никак не удавалось поговорить нормально. Банально не было времени. У каждого из них была гора обязанностей. После каждого тяжёлого длинного рабочего дня Сону просто хочется взять и провалиться без сил прямо на пол раздевалки. Ни на что нет сил. Нет сил даже на то, чтобы ответить на внезапное приглашение Чонвона. Подождите… что? Точно, сообщение Чонвона! В смысле, «жду у входа больницы»? И так внезапно? Не похоже на Чонвона. Совсем… Сону, ощущая себя буквально пустым, садится на пол, прислоняясь спиной к шкафу и следом снимая медицинскую маску с лица. Берёт телефон и вновь внимательнее читает смс. Он совсем уж сходит с ума, ведь на какой-то миг подумал, что ему начало мерещиться всякое… Особенно Чонвон. Явно ведь что-то не так. ЯнВон: Я жду тебя у входа больницы. Пойдёшь со мной на свидание, сладкий?😘 Сону: Свидание?😳 ЯнВон: Я уже думал позвонить тебе. Ты всерьёз прочитал мое сообщение, но решился ответить через полчаса? Сону: Боже, котёнок, прости, после работы мой мозг перестаёт соображать… Так ты не шутишь? ЯнВон: Я тебя всё ещё жду, сладкий ЯнВон: Со мной ещё есть два чизбургера, есть два энергетика, есть мятный шоколад. Всё, как ты любишь… Но нет тебя ( Сону: Чтоо Сейчас выйду **** — Куда это ты так спешишь, Сону-я? — спрашивает с улыбкой Ханбин, который сталкивается с ним на лестнице. — На свидание, — улыбнувшись в ответ, сообщает он. Бин хитро прищуривается, но в то же время непонимающе разглядывая его. Поэтому Сону добавляет: — С лучшим другом. — А-а, вот оно как… — иногда такое ощущение, словно Ханбин улыбается двадцать четыре на семь. Иногда радостно, иногда устало, иногда грустно. Неважно как. Он просто улыбается и всё. Такие люди, как он, очень редко встречаются, честно говоря. — Тогда и мы с тобой как-нибудь должны. — Эй, Сон Ханбин! — игриво возмущается Сону. — У меня вообще-то есть парень. — А тут поподробнее, пожалуйста, — с интересом выдает Бин. — Нам с тобой нужно как-нибудь поужинать вместе и поговорить о всяком. — Согласен, нам и правда нужно. — тут же кивает Сону. На самом деле, Ханбин должен был знать о нём и Рики. Ведь он единственный их общий друг, хоть и совсем не подозревает о том, что происходит. — Назначай дату. — С удовольствием. Но явно не сегодня или завтра, потому что сейчас мне пора на свою ночную смену, а завтра я буду убитым… — на этот раз улыбка на губах старшего тоскливая. — Сам ведь захотел на ночные смены, а теперь страдаю. — Хён, а не слишком ли это? Ты же и так старший медбрат, а теперь решил выйти на ночные смены, — с озадаченностью выдает Ким, он бы лично не выдержал такой график. Потому что работа старшего медбрата и так чересчур ответственная, а после оставаться на ночную смену… даже представлять страшно. От одной такой мысли можно устать. — Я привык, — снова улыбается Ханбин, в его голосе почему-то слышатся нотки грусти. Сону хорошо уловил это. — Все-таки мне нравится моя работа. Особенно, когда поступает зарплата. — Завидую, — говорит Сону в ответ. Лично его даже хорошая зарплата перестала интересовать. Он бы хотел заниматься тем, что ему действительно нравится… Но существует ли вообще такая работа? — А кто из хирургов сегодня дежурит с тобой? — Пак Гонук. — Ох, а теперь я не завидую. — с сочувствием отвечает Ким. Потому что Гонук профессионал своего дела, оттого и слишком ответственный. Его главный минус (ну, или плюс, кому как) в том, что он до ужаса требовательный и дотошный. Те, кто попадают с ним на одну смену, покидают больницу до ужаса измученными. Даже такие трудоголики, как Ханбин. Теперь вы понимаете, насколько всё плачевно? Хорошо, что Сону работает не в хирургии, потому что работать в педиатрии намного легче (не везёт на самом деле больше с пациентами, нежели с врачами). Хотя бы потому, что педиатры просто душечки. Один Чжанхао чего стоит. — Тебе везёт с Хао, — вдруг говорит Ханбин, словно читает его мысли. — Он самый комфортный врач, которого я когда-либо встречал. — Тут даже не поспоришь. Ладно, возвращайся к работе, а я пойду к своему другу. Наверное, он дождался там меня и планирует, каким способом меня убить… На это Ханбин смеётся заливисто, как и всегда. ****

Flashback

— Нет, Сону. — сказал Рики тоном, не терпящим возражения. — Я хочу делать всё в здравом уме. Не хочу, чтобы ты потом о чем-то жалел. — У тебя какая-то травма, что ли? Я не понимаю, — не выдержал в свою очередь Сону. — Боишься пьяных людей, не пойму… Почему это так напрягает тебя? — Нет, это я тебя не понимаю, — не стал терпеть такой выпад в свою сторону Рики. — Обязательно должна быть какая-то травма, чтобы строить адекватные отношения? — Ты слишком правильный для своего возраста, Рики-я. Сону решил успокоиться. Он пожалел, что вообще заговорил об этом. Кажется, они разные. И вот начались какие-то несостыковки… Но почему Рики настолько упрямый? Если он говорит «нет», то его никак не уговорить. — Прекрати говорить о моем возрасте, — попросил Рики, в его голосе послышались нотки раздражения. — Это для меня больная тема, когда дело касается тебя.

Конец Flashback

Даже сидя рядом с Чонвоном в его машине, в голове Сону снова и снова крутился тот самый разговор с Рики, после которого осталось неприятное ощущение. Ян так же казался молчаливым, задумчивым, погруженным в свои мысли, хоть и сам непонятно из-за чего приехал и угостил его, как и всегда. Сону очнулся от своих мыслей, когда Чонвон завёл мотор, и машина сдвинулась с места. — Поедем на набережную? Погода классная сегодня, — предлагает Чонвон, Сону же кивает, ни разу не раздумывая. Эта прогулка ощущалась странной, но в то же время такой правильной, что ли? Будто бы обоим нужно просто провести время вместе и… молчать. А ведь правда. Они как-то устало поздоровались, немного поговорили о какой-то незначительной вещи, после чего в полной тишине поели. Вначале Сону подумал о том, что Чонвон выглядит усталым из-за работы, но, смотря на него ещё внимательнее, он понял, что тут и правда что-то не так. Это не казалось просто усталостью, друг его выглядел буквально никаким. Весна — прекрасное время. Этот период всегда нравился Киму. Именно нравился. Ведь сейчас больше всего нравится осень. Когда дождливо и прохладно. А сейчас что? Становится солнечно и тёпло. День за днём. Такое явление, похоже, не для него вовсе. Интересно, сможет ли Сону провести следующую осень с Рики? Кто знает. Может, и нет?.. Лично он бы хотел целоваться с ним под дождём и признаться в том, как же сильно любит его, но… увы и ах. Сильная тревога мешает даже мечтать о чем-то подобном. Сидя на скамейке с лучшим другом и смотря вдаль реки, он много о чём задумывается. Однако, Чонвон, который сидел рядом, очевидно был ещё более загруженным, чем он… — Эй, — Ким коснулся его плеча, прерывая эту странную атмосферу, — такими темпами я буду слышать твои мысли. — Ты о чём? — Чонвон переводит на него свой растерянный взгляд. — Я слишком громко думаю? — Буквально. — Сону улыбается ему слабо, прежде чем поинтересоваться: — Что тебя так тревожит? — Ну-у, — Ян отводит глаза, тяжело вздыхая, — ощущение, словно я предал себя? Чувствую себя таким неправильным. — и грустно усмехается. Чонвон перестал соображать, перестал спать, перестал уважать себя, после того дня, как он переспал с Джеем. А Джей что… Возможно то, что на следующий день написанное в общий чат Чонсоном «что не так?», задело Чонвона сильнее, чем что-либо и когда-либо. Так мерзко, честно говоря. — Ты теперь хочешь умереть? В этом весь Ким Сону. Он не будет как-то допрашивать, как другие, пытаясь в чем-то помочь. Ким из тех, кто прекрасно понимает, что не может ничем утешить, но сможет отвлечь хоть чем-то. Старший не будет давить, пока человек сам не захочет рассказать обо всем. Он задаст самый немыслимый вопрос. Прямо в его стиле. Сону — человек, который хочет жить и умереть одновременно. Он не может умереть, потому что хочет жить; но в то же время хочет умереть, потому что не хочет жить. Ни рыба ни мясо. И эта неопределенность в итоге заставляет его не жить, а просто существовать. Сону просто плывет по течению. И вроде бы мирится со своей участью. И каждый из его друзей не в силах излечить его израненную душу. Каждый из них будто бы смирился с тем, что Сону не изменить?.. Просто потому, что разочарование в жизни Сону было сильнее, чем что-либо. Хотя с появлением Рики в глазах Кима впервые за долгое время появился некий огонёк, но надолго ли это?.. Вот в чем вопрос. — Ни за что. — губы Чонвона трогает слабая улыбка, он игриво пихает Сону плечом. — Это же ты у нас постоянно хочешь сдохнуть. — Но по словам Рики, — задумчиво произносит Ким, привыкший к саркастичным высказываниям друга, — я ни за что не должен умирать девственником. — Прям так и сказал? — прыснул со смеху Ян, не выдержав. Рики — не простой парень, это уж точно. Как он мог придумать нечто подобное? Чонвон бы не додумался даже. — А, может быть, он просто хочет переспать с тобой? — Этот паренек зря времени не теряет, не так ли? — Сону опускает взгляд, улыбаясь. — Я подумал, что в этом есть смысл. — Лишь бы он не «поматросил» и не бросил, как ненужную тряпку. — Чонвон не тот, кто будет давать обнадеживающие советы. Ему важно, чтобы Сону понимал, на что идёт. Чтобы он не наступал на те же грабли, что и он. Ян, конечно же, очень надеется, что Рики не из тех типов, кто вначале такие милые, идеальные, а после — настоящие мудаки, которые лишь притворялись таковыми. — Знаешь ли, секс — своего рода наркотик. Один раз попробуешь — захочешь ещё. — А ты наркоман, что ли? — теперь настала очередь Сону игриво пихать его плечом. — Да, я в некотором роде «наркоман», — тоскливо усмехается Чонвон. Сону не следует знать, сколько у него было партнёров по сексу за последние три года… И всё ведь ради того, чтобы забыть (представлять) Джея. — Но, знаешь, — с лёгкой улыбкой начал Сону, — Кто-кто, но Рики явно не тот, кто хочет воспользоваться мной. Хотя бы потому, что он мне сам не даёт. — В смысле? — Чонвон с изумлением воззрился на своего друга. — Давай я тебе всё расскажу. Сону тяжело вздыхает. И начинает понемногу рассказывать. О том, как они познакомились; и о том, как они неожиданно встретились на вечеринке Ханбина, а он чуть ли не набросился на него, умоляя поцеловать, и как Рики был катастрофически против; о том, как он решил бросить курсы японского, но ночью сэнсэй сам приехал за ним, чтобы поговорить, хоть и в очередной раз заставил ощутить настоящий облом; о том, как Рики не нравится, что Сону начал пить слишком много; и о том, что ему нельзя умирать девственником, но в то же время Рики не даёт шанса это ощутить… Хотя, как не даёт шанса? Ведь в конце концов виноват сам Ким. Рики-то очень серьёзно настроен. Он хочет, чтобы Сону помнил каждый миг, каждую секунду, каждую минуту первого раза. Чтобы он соображал и запомнил это. А не как всегда… На самом деле, Рики действительно никогда не отказывает ему ни в чём, пока… Пока это не касается нетрезвости. Вот такой он слишком принципиальный парень, которому можно только позавидовать. Ну и злиться. Сону же злится на него до ужаса. — Вот вы даёте, — выслушав всё это внимательно, Чонвон чуть ли не ахает. — Хён, а ты не думаешь, что уже пора взять ответственность на свою жизнь? Рики ведь не всегда будет направлять тебя на правильный путь. — внезапно Ян говорит самые, казалось бы, болезненные вещи. Ответственность? Как взять ответственность, если к жизни иногда не бывает никакого интереса? Если бы Сону не знал Рики, то сейчас наверняка обиделся на Чонвона. Он бы не показал это, конечно, но ему было бы больно определённо. Однако сейчас, да, действительно хочется взять ответственность. Стать серьёзнее. Бросить вредные привычки. Попытаться вернуть к жизни интерес… — Я не пил три дня, — почему-то хочет поделиться Сону. Да, это такой жалкий, маленький срок, но какой же он большой для самого Кима. — А ещё я не думал о том, что хочу умереть с тех пор, как начал встречаться с Рики. Чонвон с изумлением глядит на него. — Напиши ему. Позвони. Пойди к нему. — искренне советует Чонвон после. — Такой человек один на миллион, Сону-я. Хватайся за него всем, чем только можно, слышишь? Если он не хочет с тобой переспать, просто возьми и сам выеби его, я не шучу. Я уверен, он явно не будет против. Будь смелее! — Я боюсь… — Чего ты боишься только? — не понимает Ян, закатывая глаза. — Возможно, прямо сейчас он нуждается в твоей смелости. — Окей… Я попробую сам написать ему, — говорит Сону в ответ, но всё равно в его голосе слышатся нотки неуверенности. В данный момент даже страшно написать ему. Почему? Он всего лишь боится, что ему ответят холодно. Чонвон не комментирует это. Вот он такой весь из себя психолог, когда дело касается других, но сам… Боже, какой же он неудачник. Особенно в плане любви. Но, увидевшись с Сону, Ян чувствует себя хорошо. Всегда ведь было так. У Кима была необычная особенность. Чонвону не нужно было изливать ему душу или плакать в его объятиях, чтобы успокоиться. Ему просто необходимо было его увидеть и поговорить обо всём и ни о чем, слушать его. Особенно слушать и советовать чего-то. Потому что Сону интересный человек. И всё… Жизнь будто налаживалась. Особенно в такие моменты, когда Чонвон проводит друга прямо до ворот его дома и крепко-крепко обнимает, целуя куда-то в макушку. А затем едет обратно к себе, на привычной высокой скорости, слушая американскую попсу всю дорогу на всей громкости. Жаль, что Сону никогда не осознает, насколько он важный для окружающих. Ему намного легче бесконечно искать в себе недостатки. **** Приятный вечер, проведённый с Сону, потерял весь хороший смысл, когда Чонвон у своего подъезда увидел знакомую фигуру. Он не готов был увидеть его так скоро. Господи, это очередное издевательство, не иначе. — Чонвон! — заметив парня, тут же встрепенулся старший, немедленно подходя к нему. — Что ты тут потерял? — ледяным взглядом окатил парня Чонвон. — Я же просил теперь не появляться передо мной. — Вон-а, послушай меня, нам надо серьёзно поговорить, — Джей встаёт перед ним, блокируя ему путь. — Нам не о чем говорить, хён. — холодно бросает Чонвон, отводя глаза. Ему невероятно больно даже смотреть на него. Он понимает, что и сам виноват в этом, однако Джей делал ситуацию только хуже. — По крайней мере, сейчас. — Я не успокоюсь, если не поговорю с тобой прямо сейчас, — упрямо выдаёт в ответ Пак. Черт, и ведь ничего не меняется. Чонсон всегда был нетерпеливым эгоистом. — Я просто хочу сказать, что мне очень жаль. «Забавно». — Лучше бы ты молчал и не высовывался пока. — Чонвон, наконец, твёрдо поднимает свой взгляд и смотрит на него блестящими глазами, едва слёзы сдерживая. Реплики хёна похожи на очередную шутку. — Кто ты, черт возьми, такой, чтобы жалеть меня? Нахрен мне сдалась такая жалость! — Хватит истерить! — Джей повышает голос, не выдерживая. Он впервые выглядит в глазах Чонвона таким яростным до жути и отчаянным. — Я, блять, стараюсь, а ты никогда не замечаешь моих стараний! Да, возможно, я абсолютный ноль, когда дело касается собственных чувств, но именно, когда дело касается тебя, я чертовски убиваюсь, пытаясь понять себя! — Но ты, как бы ни старался, никогда и не поймёшь того, что конкретно тебе нужно! — раздражённо говорит Чонвон в ответ, а по щекам его катятся слёзы от настоящего раздражения. Джей застывает, видимо, не находя никаких слов в свою защиту. Он и сам прекрасно понимает, что младший прав. Что он попал прямо в точку. Был ли вообще смысл в этом разговоре? Похоже, что нет. И снова они наступают на те же грабли. Чонвону остаётся улыбнуться… разочарованно. Терпеть эту неопределенность со стороны хёна вот уже долгие годы теперь сил нет. Чонвон впервые в жизни хочет выбрать себя. Возможно ли это? Ему хочется надеяться на это. Он хочет обойти Джея, понимая, что разговор окончен, но старший вновь возвращает его на место, хватая за плечи мёртвой хваткой. — Умоляю… — шепчет Джей с безнадежностью, он непроизвольно плачет вместе с ним. — Не уходи совсем далеко. Я же… не смогу без тебя. Я умру от нехватки воздуха. — Х-хён… — могильным голосом произносит Вон, в следующую минуту без всяких сил упираясь лбом в чужое плечо. — Неужели было трудно относиться ко мне чуточку человечнее, как ты относишься к остальным? Как ты делаешь это по отношению к Сону… Это было настолько тяжело? Тебе было весело — пользоваться моими чувствами? Хён, это было так весело?! Отвечай! Неужели… — ему не удаётся договорить. И, кажется, впервые в жизни, Чонвон полностью даёт воли слезам. Ему ничего не важно в данный момент, он слишком зол и разбит. Его даже не стыдит тот факт, что он громко рыдает в объятиях человека, в чьих глазах не хотелось казаться таким слабым и уязвимым. — Солнце… — Пак обнимает его, крепко притягивая к себе и успокаивающе гладя по спине. — С тобой никогда легко не получается, с тобой всегда тяжёло… Я поступил мерзко, признаю. Мне от самого себя так тошно, ты бы только знал… Твой хён просто ужасен, хён виноват перед тобой, ты не заслужил такого хёна. Я не заслужил тебя. — Ты прав, я заслужил кого-то лучше тебя. — Чонвон отстранился, чтобы посмотреть в его лицо, глазами полными слёз и боли. — Но, знаешь, хён, у меня… у меня ведь почти получилось не думать о тебе. Взгляд Джея становится нечитаемым, он замирает. Он словно только сейчас осознает всё происходящее. «Ты всё испортил. Ты снова сломал меня. И на этот раз я не смогу тебя простить». Чонвон уходит. Джей не останавливает его на этот раз.