Белая ночь

Сириус бежит по сочному зелёному мху, взрывая лапами влажную землю. Счастье заполняет его до краёв, от мокрого носа, до кончика, чёрного хвоста. Силуэт на холме вызывает бурю восторга и Бродяга спешит к нему так, что ветер в ушах свистит от скорости. Ему хочется прыгнуть, поставить лапы ему на грудь и лизнуть в лицо. — Не спеши, ещё не время, — звучит незнакомый голос, но ему хочется подчиниться, к нему хочется прислушаться. Сириус останавливается, прижимаясь к земле покорно, подметая хвостом по лисьи землю и всматривается. Этот Северус старше раза в два и как он печален! Сириус подавляет в себе желание прижаться к его ногам, успокоить, отвлечь… Встряхивает ушастой головой и собачьи мысли успокаиваются на время. Он рассматривает печальный взгляд чёрных глаз слегка наклоняя голову и замечает, что Северус во всем чёрном, только манжеты ярко-белые. Холодные мурашки пробегают по загривку и Сириус прижимает уши к голове: что-то нехорошее ощущается в груди, скользкое и неприятное. А потом Снейп улыбается ему устало, самыми уголками губ и Сириус, уже не в силах сдержаться, подскакивает, бодает увесистой головой худые ноги, давит боком сминая пугающую чёрную мантию, пытается повалить на пол, пока между ушей не приземляются длинные острые пальцы. Они начинают легко почесывать и Бродяга с восторгом замирает, утыкаясь мокрым носом в пахнущую лавандой и, почему-то, пеплом мантию. — Тебе пора, просыпайся, — шепчет голос и Сириус понимает, что это голос нового Северуса. Он уже не видит, как за его спиной появляется взрослый, потасканный пёс, а смоляная шерсть его серебрится проглядывающими то тут, то там седыми шерстинками. Стоит Сириусу выскользнуть из сна и этот пёс садится у ног Северуса и получает свою порцию ласки. И ему Северус улыбается тепло, хотя и так же устало. Блэк подскакивает на кровати и ему хочется бежать прямиком в слизеринские подземелья обернувшись псом. Сердце колотится и ему кажется, что именно сейчас он должен бежать и удержать Снейпа от чего-то, что изменит всю его жизнь. Он подскакивает с кровати, переворачивая весь свой чемодан, потому что, как на зло, не может найти ни одних штанов. — Что ты гремишь, Бродяга? Ночь на дворе, — ворчит Джеймс, разбуженный грохотом собирающегося куда-то друга. — Спи, Сохатый, спи. Сириус поспешно укрывает друга одеялом, похлопывает по плечу и уже тише крадётся к следующей кровати. Лунатик уже не спит и одевается, недовольно поглядывая на гнущего пальцы в волнении друга. — Ну, рассказывай, что случилось? — шепчет Лунатик, когда они выходят за пределы комнаты. — Не здесь, нужно поторопиться. Они выскальзывают в коридор и тут же прячутся под мантию-невидимку, а Сириус достаёт и открывает карту и всматривается внимательно куда-то в область подземелий. Римус наблюдает, как Бродяга нервно закусывает губу и внезапно вцепляется пальцами в руку Люпина. — Быстрее! — почти вскрикивает Сириус и Римус послушно спешит следом, — Он почти вышел из замка, мы должны успеть! Сириус сунул в руки друга карту и, перекинувшись большим чёрным псом, побежал вперёд. Лунатик, как он слышал, под мантией поспешил следом. Коридоры сразу посветлели, ориентироваться стало легче и бежать быстрее. Он видел на карте, что Северус был один и мчался со всех лап, чтобы успеть не выпустить его из замка, остановить. Бродяга увидел тонкий силуэт в развевающейся мантии в главном коридоре и, перед тем как Северус толкнул ворота, он громко гавкнул. Звук грохотом прогремел в ночном коридоре, казалось, долетел до кабинета директора и башни Когтеврана, но Сириусу было всё равно. Снейп замер и, оглянувшись, нахмурился. — Проваливай, Блэк, — зло выплюнул он. Сириус в ответ скалится и идёт навстречу и Северус, ни мгновения не раздумывая, вытаскивает палочку. — Либо говори со мной как человек, либо вали отсюда в свой кошатник, — шипит Снейп, нервно дергая направленной на него рукой. Он взвинчен, зол и не уверен в том, что делает, Сириус это чувствует. Обратиться обратно означает получить шанс убедить Снейпа не делать то, что он собирается сделать. Но этот сон, считает он, не просто так приснился именно ему, именно сейчас. Именно Сириус должен что-то сделать с тем, что происходит. Он перекидывается. — Чтобы ты ни задумал – не делай этого, — тихо произносит он. — Это не твоё собачье дело! — Северус злится всё сильнее. — Это… — Сириус вздыхает, поднимает руки в примирительном жесте, — Да, это действительно не моё дело, но я переживаю за тебя… — С чего бы? — Снейп ядовито ухмыляется, задирает подбородок и опускает палочку, когда Сириус подходит вплотную. — Потому что… — Бродяга мнется, глаза его начинают бегать. — Что, Блэк? Ничего не можешь мне сказать? — Северус тцыкает и, не оборачиваясь, толкает дверь, — Завтра всё в силе, я не сбегу, — Тише бросает он за спину. Но сегодня даже не пытайся меня остановить. — Послушай, я… ты… — голос Сириуса так же слаб, как и он сам, для того, чтобы сказать нечто важное, что может всё изменить, для того, что может хотя бы заставить Северуса не выходить сегодня из замка. — Твой дружок уже ждёт тебя в конце коридора, возвращайся и не расстраивай его, Блэк, — его голос не дрожит. Северус устал. Он сам не уверен, правильно ли поступает, но этот маг, сулил нечто великое каждому из них. Идти за Люциусом, единственным, кому доверял, было естественно. Тем более тот тёмный волшебник был могущественным. Северус понимал, что Тёмные искусства затягивают, лишают души, поэтому до сих пор медлил, но поступок Лили стал последней каплей. В тот вечер он согласился на встречу. И вот уже месяц регулярно он появляется на собраниях Упивающихся Смертью. Два дня назад ему предложили присоединиться и тогда он был уверен, что уже к исходу дня даст согласие, но появился Блэк. Блохастый пёс с красными от смущения щеками и приглашением. И Северус не будучи дураком, сразу понял откуда ветер дует. И вот он прибежал, лай поднял на весь замок. А сказать так и не может ничего. Где же эта хвалёная гриффиндорская храбрость? Спрятала голову в песок! Тяжело вздыхая, Снейп толкает двери и выходит в ночь. Стоя у узкой щели между створками Сириус чувствует, как со спины к нему подходит Лунатик. Он кладёт ладонь ему на плечо в слабой попытке оказать поддержку. — Ты ничего не мог сделать, — шепчет Римус, хотя и не понимает особо, что случилось. — Мог, — сипит Бродяга, — Но не сделал. Иди, Лунатик, выспись. — Не попадись, Бродяга, — Друг сжимает плечо крепче и отпускает, уходя. Сейчас Сириус может только ждать. И он ждёт, улёгшись шерстяным боком прямо на стык дверей. Он ждёт долго, иногда тонко поскуливая от съедающей тоски в груди, иногда привстаёт, слегка потягиваясь, проверяет, не виднеется ли вдали тонкий чёрный силуэт. Но никого не было видно, лишь ночные птицы выводили свои трели. Когда край неба светлеет, как каждый раз происходит перед рассветом, Блэк нервничает: через час начнётся обход, а Снейпа всё нет. Сириус уже хочет выйти за пределы замка, чтобы не попасться, когда видит его. Блэк замечает, как Северус запинается, видя его, и спешит обернуться. Чем ближе подходит слизеринец к замку, тем тревожнее становится Сириусу. Он чувствует, что-то важное произошло, но не знает, что именно и незнание пугает. Бродяга выныривает из-за двери и спешит навстречу, воровато оглядываясь на замок и замирает: на мгновение ему кажется, что он видит силуэт, выглядывающий из дальних окон. В этот момент Сириус слышит за спиной голос. — Что?.. — он отворачивается от окна, — Мне показалось… — он снова поднимает взгляд на черную глазницу окна, а после встряхивает волосами и отворачивается, — Впрочем, неважно. — Какого дьявола ты тут делаешь? — шипит Северус и Бродяге кажется, что он физически ощущает его усталость. — Ждал тебя, чтобы убедиться, что всё в порядке, — бормочет Блэк, испытывая вину. Он чувствует себя нашкодившим щенком: Северус не спал всю ночь, неизвестно что делал, а он нападает на него со своим никому не нужным беспокойством. Но его пёс признал Северуса своим и с этим уже ничего не сделать. — Скоро обход, — Блэк переводит тему и отводит взгляд, — Надо спешить. Сириус открывает дверь и пропускает Снейпа вперёд. Тот проскальзывает тенью и скрывается во тьме, бросив за плечо: "Странный ты, Блэк". — Есть такое, — шепчет Сириус уже исчезнувшему в коридоре Северусу. Он долго смотрит в темноту коридора, а после, опомнившись, бежит в башню. В спальне его встречают два взгляда: один виноватый, а другой злой и непонимающий. — Прости, Сириус, — шепчет Римус и Бродяга понимает, что за разговор его ждёт. Он пятится назад, к двери, чтобы сбежать от неприятных слов, которые он услышит, но как только пальцы за спиной нащупывают ручку, он замирает. — Стой! Тебе придётся объясниться либо сейчас, либо позже, — Джеймс поднимается с кровати и Сириус замечает, что он одет. Сразу же припоминается неясный силуэт в окне, — Что тебя связывает с Нюниусом? Сириусу физически неприятно слышать это прозвище от друга, который и не знает о том, что Снейп совсем не нытик. Хотя, скорее всего, объясняет себе Сириус, Джеймс просто не желает признать, что Северус не нытик. — Мой пёс его выбрал, — чётко отвечает он и удовлетворенно отмечает, что голос его не дрожит. До завтрака ещё три часа, а это значит можно успеть немного подремать. Сириус подходит к своей кровати под аккомпанемент гнетущего молчания. Ему внезапно всё равно, что скажет Джеймс, ведь от своего он отступать не собирается. — Твой пёс и есть ты, — произносит Поттер и Сириус чувствует, как по спине бегут мурашки. — Да, — только и отвечает он, залезая под одеяло. Теперь он точно не уснёт.