Два барона

                        

***       Глава о приятном времяпрепровождении и разговорах.

      Следующая смена шла предательски долго. Михаил подмечает у себя некоторое волнение перед ужином, от которого становится смешно. Все же он еще сущий подросток и чешущиеся рога этому полное доказательство. В конце смены они с Вхету разминулись на пару часов, чтобы после встретиться в квартире василисков.       После следующей смены Вхету против своего обычая сразу убегает домой. Он всегда выглядел безукоризненно, даже будучи в самой обычной одежде, но здесь-то была совершенно иная ситуация! И хотелось покрасоваться со всех сторон. Сейшилиец перетряхивает шкаф, придирчиво выбирая одежду. А ведь еще нужно заскочить за выпивкой. Благо, что с этим проблем не будет.       В условленное время Вхету стоит на пороге квартиры, адрес которой ему надиктовал василиск. Волосы подобраны в небрежный пучок, тонкая кофта, кардиган из тончайшей шерсти, легкие брюки. Весь его образ создавал иллюзию легкой небрежности, но знающий взгляд заметит, что каждая вещь выбиралась особо тщательно и происходила далеко не из секонд-хэнда.       Миха встречает его в домашнем - тонких штанах, футболке с длинными рукавами и невесомом халате на плечах. С кухни доносится вкусный запах и звуки раскаленной на сковороде еды.       - Заходи, ты вовремя, ужин почти готов, - Михаил улыбается и принимает из рук Вхету бутылку, пропуская его в квартиру. Темное стекло и витая бутылка уже обещают, что напиток будет интересным.       - Запахи уже отсюда умопомрачительные.       Квартира оказалась довольно большой, с высокими потолками, гостиной, совмещенной с кухней и парочкой крупных комнат. Аренда стояла явно не дешево, но приходится раскошеливаться, чтобы не сидеть на стульях, где даже лапы не помещаются. Грэг стоял у плиты, готовить он любил и делал это неплохо. Вообще он занимался всеми домашними обязанностями и обслуживал брата, пока тот решал их финансовые вопросы и прочие проблемы.       Вхету с любопытством рассматривает обстановку, позволяя себе рассмотреть и самого хозяина. "Хорош, чертяка." - думает он, следуя за Аракчеевым. Поздоровавшись с Грэгом, Вхету садится на стул.       - Грэг прекрасно обращается с мясом, у нас даже получилось найти в местном супермаркете тушку млекопитающего, похожего на того, что обитает на нашей планете, должно получиться неплохо, - Миха создает уют вокруг себя. И хотя квартира абсолютно нейтральная, атмосфера в ней приятная. Будто тут живут не первый год и каждая деталь купленна самим хозяином.       - Это звучит интересно. Основа рациона моей расы морепродукты и растительная пища. - уже сейчас можно было понять, что раса Вхету происходит с планеты акватории, коих во вселенной предостаточно. - Мясо ем не часто из-за того, что его редко готовят так, чтобы мне понравилось.       Вхету наблюдает за последними приготовлениями к трапезе.       - Есть широкие бокалы? - сейшилиец придвигает бутылку, открывая ее. - Его лучше разливать немного заранее.       Миха приносит стаканы, почему-то только два. Грэгу пить в присутствии Михаила редко разрешалось. Больше Миха из-за стола не встает, сервировкой занимается Грэг. Обычно эти бытовые обязанности даже не обсуждались, как-то абсолютно логично и естественно они легли на Грэга и тот не сопротивлялся.       Напиток тягучий, красно-янтарный с золотистыми вкраплениями. Терпкий, с легким медовым ароматом и многогранным букетом, который словно хамелеон подстраивался под пищу, раскрываясь по новому. Бутылка не из дешевых. Вряд ли проститутка, пусть и весьма недешевая могла позволить себе купить такое. Возможно, это был подарок кого-то из клиентов.       Миха отпивает немного ядреного на цвет напитка и улыбается. Он немного вяжет язык из-за своей густоты, приятен и не сильно крепок.       - Хорошая вещь, нужно запомнить название. На Ваасе с алкоголем скудновато. На планете очень долгое время действовал сухой закон, поэтому культура питья не развита.       - О, значит, успеешь наверстать. - Вхету тихо смеется, - Достать хороший алкоголь не составит труда. Главное знать, к кому обращаться. - сейшилиец ведет носом, с наслаждением вдыхая аромат еды. Ему нравилась эта размеренная обстановка, которая сама собой образовалась вокруг Михаила.       - У вас всегда было разделение обязанностей? - интересуется он, возвращая бутылку на стол.       Когда Вхету говорит о разделении обязанностей, Михаил бросает короткий взгляд на брата и продолжает говорить:       - Младшие василиски часто находятся в подчинении. Но конкретно в нашем случае обязанности разделены на равных. Я думаю о том, что нам есть и где жить, Грэг собственно делает эту жизнь комфортной.       - Безукоризненное подчинение старшим?       Вхету наблюдает за процессом сервировки и думает о том, что эти двое очень органично уживаются.       - Да, именно так. Чем длиннее твои рога, тем убедительнее звучат твои слова. Подобные традиции хороши, потому что за сотни прожитых лет чему-то, да ты научишься. Увы, бывают безнадежные индивидуумы. И этим придурковатым старикам приходится подчиняться. Палка о двух концах.       Хвост Михаила как бы невзначай проходится по щиколотке Вхету. Стол накрыт и можно приступать. Грэг молча поглощает пищу, залипая в коммуникаторе и не привлекает к себе внимания. После ужина он уйдет, делать ему здесь нечего. И Вхету с Михаилом смогут полностью насладиться присутствием друг друга.       - Какие устои не твоей планете в плане родственных связей? - Михаил кладет в рот кусок мяса, истекающий кровью. Не совсем то, что готовят дома, но на вкус было хорошо. Грэг явно знает свое дело.       Нога придвигается чуть ближе к Михаилу, едва соприкасаясь. Эти их игры только сильнее подогревали интерес, но ничуть не мешали беседе.       Сейшилиец пробует мясо, медленно разжевывая, чтобы распробовать его как следует. И ему нравится вкус, Вхету удовлетворенно улыбается, салютуя Грэгу вилкой, признавая его талант. Вопрос про родственников и он непроизвольно опускает взгляд, но тут же смотрит в глаза Аракчееву, слегка улыбнувшись.       - Сешилийцы жили небольшими группами из нескольких семей. Старшие заботятся о младших, младшие помогают старшим в меру своих сил. У меня было семь братьев, девять сестер, родные, двоюродные... Дядь и теть тоже хватало. - он улыбается. Улыбка получается удивительно нежной, но грустной.       - Есть "старейшина", кто заботится о группе и представляет ее интересы среди прочих, когда в том была необходимость. Но в целом группы жили довольно разрозненно. - Вхету задумчиво переводит взгляд в окно, будто заглядывая в собственное прошлое. - Думаю, это сослужило определенную службу...       Моргнув, он неопределенно ведет плечом и берет бокал.       - Думаю, самое время поздравить вас с новосельем. - Вхету легко качнул бокалом. Михаил замечает, что говорить о родственниках Вхету не очень комфортно, поэтому сильно не заостряет на этом тему. Видимо Вхету с семейной ситуацией повезло меньше, чем василискам. В их древней расе существовал культ детей, да и заводили их не много, троих максимум. Поэтому любви родителей им доставалось в достатке. Чуть позже он обязательно узнает в чем дело.       - Да, квартира попалась прекрасная, - Михаил улыбается и так же приподнимает стакан.       Грэг же выждал паузу и выбрал хорошее время, чтобы уйти и остаться наименее замеченным. Михаил даже внимания не обратил. Братишка прекрасно знал, когда стоит свалить с поля зрения старшего и оставить его наедине с кем-то.       Вхету провожает Грэга коротким взглядом. Удивительная тактичность со стороны младшего Аракчеева. И это было лишь плюсом. Взгляд возвращается к Михаилу.       - Значит, скоро твои рога будут еще больше? - прохладное стекло бокала прижимается к щеке и серые глаза задумчиво оглядывают мужчину, будто пытаясь представить это. - Уверен, это будет выглядеть потрясающе.       - Да, но они только прорезались. Мне придется тебя расстроить, растут они крайне долго, периодами. У некоторых василисков всю жизнь, средняя продолжительность жизни самцов 300-350 общепринятых лет, у самок на сотню-две больше.       - Расскажешь как оказался в борделе? Я бы предположил, что не от лучшей жизни, но в такие места как ваш часто идут по призванию, - Михаил мягко улыбается. В нем не толики презрения. Для него проституция та же самая профессия, требующая уважения еще побольше остальных. Девочки дают клиентам далеко не просто секс, а что-то гораздо большее.       Слова про призвание и Вхету смеется, прикрывая рот кончиками пальцев и чуть щурясь. Светлые участки на лице и руках едва засветились, желтым, но тут же потухли.       Михаил наблюдает за реакциями тела Вхету, в полумраке кухни мягкое свечение его кожи приковывает взгляд. Василиск не удержался и коснулся лица сешилийца. Все эти прикосновения не кажутся неловкими или неуверенными, будто они знают друг друга не один год, близкие друзья или в прошлом любовники. Уверенность и спокойствие Михаила внушают такое ощущение. А потому, Вхету и не думает отстраняться.       - Может быть. Но у меня просто не было другого выбора. - отсмеявшись, сейшилиец делает новый глоток. Облизнув губы, он разглядывает Михаила, продолжая говорить.       - Я бежал со своей планеты будучи подростком. В тот момент началась массовая охота на мою расу.* Из семьи уже никого не осталось в живых и оставаться там - обречь себя на такой же конец. Несколько пересадок и я оказался на этой планетке. У меня не было каких-либо полезных навыков или умений, - бокалы наполняются по новой. - мне помогла одна тетушка, которая приютила у себя. Сначала помогал ей по дому, а после оказалось, что у нее есть связи в этой сфере. Я решил попробовать, почему бы и да? - Вхету пожимает плечами.       - И, как оказалось, у меня есть к этому определенные таланты, - стопа едва ощутимо проводит по ноге Михаила, - помимо физических данных. - последняя фраза звучит кокетливо. Но была чистой правдой. Сешилийцы могли бы неплохо подходить для рынка сексуальных услуг. Хотя бы потому, что были весьма универсальны.       - А у тебя какие планы дальше? Получил вид на жительство, а потом? - Вхету не сомневался в том, что планы у Аракчеева были действительно масштабными и долгоиграющими. Довольствоваться малым было явно не в его стиле. И сешилийцу это нравилось.       - Мы бежали от хорошей жизни. БОльшая часть галактики позавидовала бы нашей участи холёной, обеспеченной расы, на чьей планете веками не происходило никаких конфликтов. Но в какой-то момент от этого становится тошно. Хищная натура просит выплесков, физических, в случае Грэга и интеллектуальных в моем. На нашей планете ты можешь стать богатым и уважаемым без особых усилий и навыков, тебе не нужен подпольный бизнес, не нужно торговать наркотой или рабами, чтобы обеспечить себя на поколения вперед. Я хочу прогнуть под себя галактику.       Вхету слушает внимательно, представляя то, какой была жизнь Аракчеевых до того как они попали на эту планетку. У Михаила явно был характер, который не позволил бы довольствоваться малым и сидеть на готовеньком. Вхету задумчиво кусает кончик ногтя, с прищуром глядя на василиска. Ему чертовски нравилось это. Сейшилиец находил крайне сексуальными две вещи: интеллект и выдержку, которая могла проявляться во многом. И здесь было прямо комбо. С бонусом в виде довольно приятной внешности.       - Ну ты на всю галактику не покушайся. Я тоже хочу откусить кусочек. - сейшилиец соблазнительно улыбается, но тут же смеется, будто переводя все в шутку. - Мне определенно нравятся твои планы.       Михаил улыбается и отпивает еще немного из своего бокала. Он явно не преувеличивает, нет какой-то напыщенности, холодная констатация факта. И эта уверенность восхищала Вхету.       - Но это в будущем, сперва нужно собрать какой-никакой капитал. - Миха выдерживает паузу, глядя в глаза Вхету, в светлых глазах Михи плещется желание обладать и восхищение тем, что он видит перед собой.       - Капитал дело десятое. Связи. Вот что самое главное. - голос Вхету едва не срывается на вибрирующие ноты, понижаясь. - С этим у тебя проблем определенно не будет, - пустой бокал отставляется в сторону и кончики пальцев будто в задумчивости проводят по кисти Михаила. - особенно с твоими талантами. Подумай, что тебе интереснее. Клиентов у меня хватает среди разных... сфер.       То, что и как говорил Вхету не оставляло и тени сомнений в том, что он действительно хочет помочь. Причем искренне. Возможно, в этом и был какой-то свой собственный расчет. Но если он и был, разглядеть это было невозможно.       Миха прекрасно знал о знакомствах Вхету. Даже каждого конкретностью клиента поименно и чем он может быть ему полезен. Можно даже предположить, что все эти заигрывания для этих знакомств и затеваются, но нет. Преследуя эту цель все можно сделать гораздо проще и интереснее, игры на чувствах слишком хрупкая и непостоянная вещь, почему Миха её обычно и не использует.       Серые глаза смотрят в глаза ящера и он чувствует, что Михаил определенно что-то задумал. Оставалось лишь дождаться, когда мужчина сделает свои намерения явными.       - А если говорить о максимально ближайших, то я хочу довести тебя до оргазма, если позволишь.       Михаил касается нежной щеки, ведет кончиками пальцев к шее и затылку, но не целует, ждет пока ему дадут разрешение. Просто истинный джентльмен, чтоб его.       - О....       Бинго.       Вхету опешив открывает рот, наблюдая за движением мужской руки. Приятно, черт возьми.       - Это первое подобное предложение в моей жизни. - улыбается наконец он, чуть откидывая голову и подаваясь ласке. Язык проходится по губам, а глаза щурятся не отрывая взгляда от Михаила. - Разве я могу отказаться от него?       Вхету поднимается со стула и переставляет пустой бокал к мойке. Подходит к Михаилу. Походка у сейшилийца была плавной, без суетливости и той шлюшечной манеры, которая обычно укоренялась в проститутках. Замерев возле мужчины, он вскидывает руки и запускает пальцы в мужские волосы, проходясь подушечками по коже головы и вокруг рогов.       - Все-таки они мне очень нравятся. - тихо усмехается он, разглядывая Михаила. Сейшилийцу уже не терпелось узнать, что же предпримет мужчина. Но срываться и действовать в попыхах? Нет, это было неинтересно. А потому, Вхету с удовольствием позволит Михаилу вести.       Аракчеев искренне хочет этого сейшилийца, он его обворожил чем-то. Ласковостью своей какой-то, безвозмездной помощью и ощущением, что он не так то прост. Всё неизведанное манит, как говорится.       ⁃ Рад оказаться первым.       Миха улыбается и неторопливо целует Вхету. Михаил очень мягкий, откровенно нежный и жесткий секс ему совсем не по душе. Вхету подхватывают на руки и несут в спальню. Даже когда они оказываются на кровати, Миха не торопиться. Гладит через ткань одежды, постепенно снимая её. Благодаря алкоголю его кровь немного согрелась и кожа была теплой и приятной.       Руки с готовностью обвивают мужскую шею, отдавая ведущую роль. Тонкие пальцы зарываются в волосы, чуть оттягивая их или с нажимом проводя по затылку, скользят по коже, ткани одежды, забираются под рубашку. Было странно и непривычно вот так целоваться, неспешно изучая чужое тело. Но Вхету это нравилось. Когда он в последний раз испытывал удовольствие от чужих прикосновений? Уже и не вспомнит. Меж тем внизу живота стягивается тугой горячий комок и брюки становятся неудобными. Сейшилиец ловко расстегивает пуговицы чужой рубашки, стягивает ее с плеч.       ⁃ Не думай сегодня обо мне ладно? Ничего страшного, если я не кончу, для меня это бывает довольно сложно.       - Посмотрим. - улыбается он, глядя на Михаила из под ресниц. Одежда стягивается и Вхету тихо выдыхает, прикусывая костяшку пальца. Будь он с клиентом, то непременно красовался бы, показывая "товар" во всей красе, но сейчас это не было нужно.       Миха снова улыбается и целует Вхету. Его освобождают от штанов и Михаил замирает. Но не от удивления или неприязни, скорее наслаждается видом. Проводит ладонью по стволу тонкого витого члена и щупальцам, скользит пальцами к промежности и проводит по половым губам, размазывая смазку и не проникая внутрь.       Закусив губу, он наблюдает за действиями Михаила. Член уже прижимается к подтянутому животу, а тонкие паховые щупала ненавязчиво следуют за мужской рукой, оплетая пальцы и едва пульсируя.       А затем опускается сам и лицо Михаила оказывается между ног Вхету. С такими органами он еще не сталкивался, но определенные умения были. Он вбирает член в рот, мягко перебирает руками щупальца, но член его все же интересует пока чуть меньше и он спускается ниже. Целует, вылизывает с каким-то даже упоением, ни грамма брезгливости или чего-то подобного. Все же Аракчеев этим языком не только пиздеть умеет хорошо.       - Ох, Ми... ха-ах! - Вхету давится вдохом, прогибаясь в пояснице и упираясь затылком в постель. А ведь Аракчеев, действительно этим ртом не только прекрасно говорил. Нога закидывается на плечо василиска, рука зарывается в волосы, перебирая их подрагивающими пальцами. Вхету старается контролировать свои щупала, которые едва ли не беспорядочно метались. Удается с трудом и он шумно выдыхает, изредка скуля от удовольствия. Никаких пошлых стонов, лишь чистое удовольствие.       Сейшилиец вновь закусывает костяшку пальца и опускает взгляд, только сейчас замечая, что ему ДЕЙСТВИТЕЛЬНО нравилось происходящее. Бледные узоры на его теле мягко светились желто-золотым, словно те самые неоновые вывески планеты. Как давно они светились так же ярко? "Ну надо же..." - мелькает мысль, прежде чем он ощутимо вздрагивает, комкая рукой покрывало, а щупала резко обвивают напряженный член. Пальцы оттягивают волосы Михаила, заставляя отстраниться и вот Вхету плавно оказывается сидящим на его коленях, обхватив ногами бедра василиска и целуя его.       Михаил даже немного расстраивается когда его отстраняют от чужой промежности, по правде мог бы заниматься этим вечно. Всё такое влажное, пульсирующее и чувствительное, что хочется вылизывать, поглаживать, проникать языком внутрь и слушать эти великолепные стоны.       - Хочу побыть эгоистом и делать то, что нравится. - улыбается он и обычно серые глаза светятся пронзительно бирюзовым.       Чуть влажные щупала оказываются довольно подвижными и без проблем расстегивают брюки, проникая под ткань белья, обвивая член Михаила и приятно пульсируя.       Сначала казалось что щупала живут своей жизнью, но Вхету, оказывается, мог их контролировать, еще и настолько, чтобы расстегнуть брюки. Миха не мог похвастаться внушительными габаритами, обычный член, обычных размеров, диаметр разве что мог порадовать. Аракчеев блаженно выдыхает и прикрывает глаза, когда щупала обвивают ствол. Это приятно, очень необычные ощущения, никогда не имел дело с подобным.       - Конечно, как пожелаешь, - уголков губ касается улыбка, Михаил проводит руками по чужим бедрами, ласково сжимает пальцами ягодицы, - можем предохраняться, если хочешь.       Михаил порой слишком практичен, хочет максимально показать Вхету, что они на равных и подчиняться желаниям Михи не стоит. Он спрашивает, хотя знает, что Вхету регулярно проверяют, а сам он крайне пристально следит за своим здоровьем и проверяется не реже шлюх. Что касается контрацепции, то все проститутки прочипированы и это последнее о чем стоит волноваться.       Из-за алкоголя в крови ладони Аракчеева приятно греют кожу.       - К черту. Ты слишком внушаешь доверие. - игриво щуритися сейшилиец. Не будет же он сейчас вдаваться в особенности биологии своей расы. Пальцы пробегают вдоль позвоночника василиска, очерчивают мышцы, с нажимом проводят по пояснице.       - Я наверное слишком нудный? - Вхету притягивают ближе и целуют куда-то в шею, рука Михи оказывается за его спиной, а затем между ног.       - Это скорее предусмотрительность. - мурлычет Вхету, откидывая голову и подставляясь под поцелуй. - Мне нравится.       Пальцы василиска легко проскальзывают между половых губ и Михаил уже кайфует только от этих ощущений. Горячая плоть плотно обхватывает его пальцы, пульсирует, сжимается. Видимо у Аракчеева слишком давно не было секса, раз его настолько сильно возбуждает происходящее. Обычно секс для него это что-то в большей степени скучное, скорее желание доставить кому-то удовольствие, чем получить его самому. А сейчас кровь ударила не только ниже пояса, но и в голову. Хотелось оказаться внутри не только пальцами. Но сила воли у него сильнее плотских желаний, поэтому он не станет ничего делать, пока Вхету сам не захочет. Сегодня они уже договорились, что они делают то, что хочет Вхету.       Щупалами сейшилиец чувствует то, что его действия не остались без внимания. Удовлетворенно улыбнувшись, Вхету прижимается к мужской груди. Внутренние мышцы сжимаются, обхватывая пальцы василиска. Неспешность и размеренность движений Михаила растягивали удовольствие и заводили еще сильнее. Сейшилиец приподнимается на коленях, заставляя Михаила повторить это движение, чтобы окончательно снять с него брюки, которые и так задержались на василиске слишком долго.       - Мне нравится твоя кожа. - мурлычет Вхету, с нажимом проводя ладонями по широким плечам. Щупала проводят по ребрам члена василиска, а затем подтягивают его ближе, проводя кончиком между половых губ, размазывая смазку. Щупала сешилийца были невероятно удобными, оставляли руки свободными, чтобы иметь возможность ласкать любовника.       Вхету медленно насаживается на член Аракчеева, плавно покачиваясь.       - Мне кажется, ты определенно недооцениваешь свой член. - Вхету, прищуривается от удовольствия и выдыхает, когда член Михаила оказывается полностью внутри него. Сейшилиец отклоняется назад, опираясь на руки слегка качнув бедрами, отчего чувствует, кажется, каждое ребро члена василиска.       Миха глухо стонет, когда Вхету садится на него полностью. Сейшилийца гладят по ребрам, а затем руки оказываются на ягодицах, чтобы сжать их и притянуть ближе к себе. Миха заставляет Вхету двигаться самому и задает медленный темп, растягивая удовольствие по максимуму. Жесткие ребра приятно ощущаются внутри. При желании они делают секс довольно болезненным, но Миха этого явно не допустит. У самок василисков снижена чувствительность, поэтому секс для них редко приносит дискомфорт.       - Может быть, рад, что тебе нравится. - целует Вхету в грудь, проходится слегка шершавым языком по соску.       Миха не оставляет без внимания член Вхету, смачивает пальцы своей слюной и начинает массировать его кончик. Миха все делает невероятно мягко. Надо бы еще предупредить про узел, если Михаила сегодня все-таки доведут до оргазма, такими темпами ему казалось, что это случится. Узел это всегда больно, так что сейшилийцу лучше дать Михе вытащить в нужный момент. Хотя дать узлу распухнуть внутри это без сомнений приятно.       - Красиво светишься, - Михе тяжело оторвать взгляд от лица Вхету, от глаз. А полумраке комнаты это мерцание выглядит еще красивее. Михаилу нравится, что это из-за него, что физиология Вхету не может врать.       Вхету был весь такой приятный на ощупь, чутко реагирующий на прикосновения и малейшие манипуляции со стороны Михаила, позволяя василиску вести. Рука обнимает мужчину за шею и сейшилиец тихо стонет, каждый раз, когда член до упора входит в него. Сейшилиец прижимается, поддается рукам.       - Считай, что это эксклюзивное световое шоу. - смеется Вхету неловко и, чтобы скрыть это, целует Аракчеева и утягивает его на себя. Сейшилиец действительно когда-то утратил способность люминесцировать так же как это происходило у сородичей. Потому его один из клиентов и назвал "бракованным". У этого случая была своя история, такая же не веселая как и само прибытие Вхету на чужую планету.       Стопа легко ведет по ноге Михаила, бедру, и обхватывает его за пояс. Неспешные глубокие толчки, вздохи с открытых губ и тело красиво выгибается в мужских руках. Влажные щупала оглаживают живот василиска, опускаются к промежности, ласкают яички, даря василиску еще больше ощущений. Кончик языка с несколькими светящимися точками проводит по шее Аракчеева, едва прикусывает темную кожу. Совсем легко, лишь для того, чтобы поддразнить.       Одно неловкое движение мужской руки, крепких когтей и Вхету вздрагивает, охнув.       - Пожалуйста, осторожнее с ушами. - сейшилиец поправляет длинное ухо, - Они очень чувствительные... - он берет кисть Михаила и сам, осторожно проводит кончиками пальцев василиска по светящейся кромке ушей. Бархатистые на ощупь, очень нежные из-за того, что являются важным органом чувств и общения сейшилийцев между собой. Михаил сразу чувствует то, как он реагирует на прикосновение подобного рода. Вхету мелко вздрагивает, живот поджимается и он сладко закусывает губу.       Миха склоняется, чтобы коснуться ушей Вхету губами, едва касаясь, проводит по ним и слегка ускоряет темп. Толчки становятся глубокими и короткими, Миха как будто почти не двигается, но благодаря ребрам даже эти движения ощущаются очень явно. Он слегка прихватывает ухо Вхету губами, делает это предельно нежно, чтобы ни в коем случае не было больно или неприятно. У Василисков тоже есть подобная эрогенная зона - основание хвоста. Обычно они об этом не распространяются, но Миха частенько её использует, чтобы шансы кончить были чуть повыше. Он берет руку Вхету и заводит за свою спину, чтобы показать что ему нравится.       Сейшилиец без слов понимает, что ему хотят сказать и пальцы ласково поглаживают по позвонкам, обводят основание хвоста, легко нажимают, массируя. Вхету видит ответную реакцию, то, что это нравится василиску и это лучшая награда.       Михе кажется, что подобные моменты куда бОльшее откровение, чем сам секс. Поделиться с кем-то своими сокровенными точками, показать как тебе нравится. Миха негромко стонет, когда нежные пальчики начинают поглаживать и массировать основание хвоста. Василиск спускается к плечу Вхету и проводит по нему кончиками клыков. Где-то глубоко подавленная натура хочет впиться в мягкую кожу и насладиться вкусом крови, но она настолько глубоко, что Миха её почти не слышит. Аракчеев чуть удобнее перехватывает бедра Вхету и начинает двигаться быстрее. Несмотря на живот василиск весь такой гибкий, плавный, не совершил ни одного резкого движения за все то время, что они знакомы.       Клыки на коже и внутри все поджимается. Укусит или нет? Как-то даже забылось, что Михаил самый, что ни есть настоящий хищник. Клиенты не могут причинять вред проституткам, особенно таким как Вхету. Но все может случиться впервые?       - Если хочешь, можешь укусить. - вкрадчиво произносит он, проводя кончиками пальцев по щеке василиска, очерчивая губы и чуть надавливая.       Миха только усмехается, когда ему разрешают укусить. Причинять боль он не любил. Хотя все тело василиска нацелено на причинение боли и убийства. Этими клыками нельзя нежно прикусить, они слишком острые, разве что у твоего любовника не хитиновый панцырь. При желании и упорстве прокусить можно и его. Даже лишний вес Михаила противоестественен его природе, но Аракчееву даже нравится ломать стереотипы. А худеть у никогда не возникало желания.       Сложно представить, что такой здоровяк как Аракчеев может быть чутким и даже нежным любовником. Но, как оказалось это было возможно. Вхету восхищенно выдыхает, когда чувствует новые прикосновения, электричество удовольствия прошивает позвоночник, от чего он крепче прижимается к мужскому телу. Кожа Михаила была другой, грубее, но от того было так приятно к ней прикасаться.       ⁃ Ты так прекрасен, - Миха смотрит из под полуприкрытых ресниц с обожанием.       - Такими темпами, ты меня совсем засмущаешь. - произносит он на выдохе, член в очередной раз проникает, проходится ребрами и Вхету чувствует, как внутри все сжимается. Подтягиваясь, он целует Аракчеева. С каждым новым толчком мышцы сжимаются ощутимее, а пальцы не прекращая гладят спину василиска, ласкают основание хвоста. Проститутки не целуются, то самое клишированное правило. Но оказывается, это чертовски приятно. Вхету целуется с упоением, увлекаясь до того момента как легкие не начинают болеть от недостатка кислорода. Ноги обвивают бедра Михаила, притягивая к себе.       - Даже не вздумай останавливаться. - едва слышно шепчет он.       Ребра члена проходятся особенно чувственно. Сейшилиец задушено стонет, выгибаясь и прижимаясь к василиску. Кожа вспыхивает особенно ярко. Ногти невольно впиваются в плечо Михаила, а пальцы чуть сильнее стискивают основание хвоста. На животе остается влага собственной спермы.       Миха давно так не трахался. Вхету вкладывал столько эмоций в эти поцелуи, так сладко двигался, буквально сам насаживался на член. Кончить внутрь казалось самой желанной и очевидной концовкой, но так нельзя, узел они так и не обсудили. Это первая просьба, которую Миха не выполняет, он вытаскивает и кончает на живот Вхету. Узел практически сразу начинает опухать. Михаил приятно удивлен, обычно он даже успевает устать от секса, прежде чем эякулирует, если вообще.       ⁃ Не думаю, что в твои планы входили полчаса распирающей боли. Лучше в следующий раз, когда посильнее тебя разогреем. - Миха склоняется и целует разгоряченного Вхету в висок.       Сейшилиец животом может ощутить как член Михи стал тяжелее. В него прилило еще больше крови и диаметр узла стал чуть ли не вдвое больше среднего диаметра ствола. Обычно партнерам габаритов как у Вхету это было больно.       Слова Михаила звучат как сквозь белый шум. Вхету довольно жмурится, переводя дыхание. Кажется, сегодня было столько нежностей, сколько не было в последние годы.       - Хм, ты меня прямо заинтриговал. - щупала осторожно ощупывают налившийся член, давая сешилийцу полную картину того, что же представляет из себя узел. - Действительно, испытывать не доводилось, но теперь я определенно не против того, чтобы как-нибудь повторить. Уже со всеми "плюшками".       Миха тянется к салфеткам у прикроватной тумбочки, чтобы стереть сперму с Вхету.       По мере того как дыхание выравнивалось - свечение кожи затухало, становясь мягче и ненавязчивее.       - Ты такой джентльмен. - со смешком фыркает Вхету, ему немного щекотно, когда салфетки стирают их семя. Весь сегодняшний день был сплошным разрушением всего то, к чему привык сейшилиец. Вот и сейчас, Аракчеев буквально разрывает давно привычный сценарий.       ⁃ Знаешь, у меня есть слабость. Надеюсь ты не против, что я не сразу пущу тебя в душ.       Миха ложится рядом и обнимает Вхету, позволяет даже лечь на себя, чтобы плотнее ощущать чужое тело. Василиск любит обниматься после секса, особенно с теплокровными.       - Я совсем не против. - тихо произносит он, убирая с лица прядь волос и плавно перебираясь на василиска, чтобы устроиться на нем. Щупала и член сворачиваются. Приходится лечь максимально аккуратно, чтобы ненароком не придавить член Михаила. Вхету удобно устраивается на широкой груди, подкладывая под щеку руку. Так спокойно и хорошо.       - Кто бы мог подумать, что спустя столько лет я вновь увижу как светится моя кожа. - фраза звучит тихо и задумчиво, будто бы он говорил сам с собой. Кончики пальцев ненавязчиво скользят по мужской скуле, шее и ключицам. - Рисунки на телах представителей моего вида светятся всегда, отражая эмоциональное и физическое состояние. Знаешь, - по голосу слышно, что сейшилиец улыбается. - почти восемьдесят процентов моей родной планеты покрыто водой. И ночью, если подняться на самую высокую точку, было видно как в толще воды или на суше горят сотни тысяч огней разных цветов. Это было так красиво…       В голосе звучат нотки тоски. Но Вхету не нравится это, не любил он предаваться меланхолии, считая ее глупой тратой времени.       ⁃ Должно быть это очень красиво, - Миха попытался представить как это выглядит, толща воды усеянная светом, - на моей планете много травы и деревьев, душно и влажно. Здесь даже дышать тяжело немного.       - Кстати, ты знал, что у сейшилийцев есть перепонки между пальцев? - он поднимает руку, чтобы Михаил мог разглядеть тонкие полоски едва различимых шрамов между пальцев. - И на ногах тоже. - Вхету сгибает ногу в колене и шевелит пальцами стопы, оказывается, они были в половину длиннее чем у тех же людей и довольно подвижными. - Но я удалил их, практически сразу как сюда прилетел. Надобности не было большой, да и неудобно с ними вне воды.       Наверное, он вел себя глупо, вот так болтая сразу после секса. Может Михаил предпочитал просто лежать рядом?       - Извини, если слишком много говорю. - не удержавшись, Вхету вздыхает. - Понятия не имею, как ведут себя в постели те, кто имеют что-то общее…       И опять много болтает.       Михаил доволен и спокоен больше обычного. Движения ленивые, мышцы налились приятной слабостью. Сам он обычно не болтлив после секса, но разговорчивостью Вхету его ничуть не смущает. Напротив, пусть делает что хочет, наверняка слишком много себя сдерживает во всем. Михаилу нравилась открытость, когда партнер перед ним максимально прост. Без всяких интриг и загадок которые нужно разгадывать, манипулировать и напрягаться. Этого всего ему хватало вне дома.       Миха касается рук Вхету и проводит подушечками пальцев по шрамам. Это грустно, когда приходится калечить свое тело для того, чтобы приспособиться. Второй рукой Миха гладит сешилийца по волосам, слегка почесывает макушку.       ⁃ Меньше думай и делай что хочешь, я скажу, если меня что-то будет напрягать, - Михаил притягательно честный и всегда говорит прямо.       - Почему ты перестал светиться? - Михаил обратил внимание на то, что для Вхету это весьма щепетильная тема. - Если не хочешь, можешь не рассказывать.       Вхету коротко выдыхает, качает головой.       - Сейшилиец лишается люминесценции в случае сильного негативного эмоционального потрясения. Я видел как забирают моих родных, убивают сородичей. Перестать светиться было для меня единственным вариантом, чтобы выжить и суметь сбежать. Видимо, мое тело решило таким образом дать шанс на спасение.       Этот разговор прояснил многие моменты. Михаил ничего не говорит в ответ, только мягко поглаживает обнаженную спину. Он не умел сопереживать, а потому вместо фальшивой жалости предпочитал просто быть рядом        - Хочешь вместе поваляться в ванной?       Миха готов поспорить что Вхету любит отмокать в воде, хотя в его крохотной квартире помещается только душевая кабина. Сам Михаил любил все теплое, как и все холоднокровные, в том числе теплую воду, часами мог валяться в воде. Рука Аракчеева перемещается на поясницу Вхету, легко поглаживает, щекочет когтями.       Что и говорить, а внимание - приятная вещь. Особенно, когда оно вот такое - ни к чему не обязывающее, и даже какое-то... естественное? От этих мыслей Вхету сам того не ожидая смущается и прячет лицо в мужской груди. "Как подросток, ей-богу." - немного нервно хихикает сейшилиец, прикладываясь ухом к груди Михаила и слушая как размеренно бьется сердце. "Наверное, оно такое большое…" - пальцы подрагивают, будто он пытался представить какое оно по размеру и смог ли Вхету сжать его в ладони.       - Спасибо за твою честность. - улыбается сейшилиец, приподнимаясь на локте. Наклонив голову на бок, он словно раздумывает над чем-то. Когти на ложбинке поясницы и он чуть выгибается - то ли от того, что было щекотно, то ли потому что приятно.       - С удовольствием. Алкоголь здорово пересушивает. - Вхету действительно уже чувствовал то, что не мешало бы оказаться в воде. В идеале действительно поплавать. При любой возможности сейшилиец делал это, но ведь Михаил действительно видел лишь крохотную душевую в его квартирке, да души в борделе.       - Только имей ввиду, значительную часть я впитаю. - та проблема, которая действительно делала сейшилийцев довольно хрупкими и зависимыми от окружающей среды. Воду приходилось либо потреблять при питье, либо впитывать ее кожей.       Вхету садится на поясе Аракчеева, с удовольствием потягивается.       - Тебе не доставляет дискомфорта? - кончики пальцев осторожно проводят по узлу члена.       Миха дает команду ванной набраться. Какое-то время еще можно поваляться, пока она не наполниться. Все-таки квартиры оснащенные подобной автоматикой были гениальны. Вхету невольно фыркает, вспоминая свою квартирку. Да, сменить ее стоило хотя бы ради шикарной ванны и возможности плескаться в ней в любой момент.       ⁃ М? А, да нет, я его не чувствую почти. ПИсать неудобно разве что. Можешь нормально потрогать, если интересно, - Миха улыбается. В этом прелесть разновидности рас. Можно поизучать чужие органы.       Член все еще твердый из-за обилия крови в узле, но он практически теряет чувствительность, чтобы не доставлять сильного дискомфорта если партнер дернется или еще что-то.       Когда ванная сигналит о готовности, Миха приподнимается с кровати. Вхету мягонько подхватывают на руки и утаскивают в ванную комнату. Сама ванна там оказалась огромная, чтобы среднестатистический василиск в ней поместился. Как оказалось, места там предостаточно и на двоих. Миха лег первым, а Вхету только осталось расположиться на нем.       ⁃ У тебя были когда-нибудь постоянные партнеры? - Раз уж у них задался такой откровенный вечер, то почему бы не спросить.       Миху мало интересовало количество половых партнеров, куда интереснее эмоциональный опыт. Делал ли кто-то Вхету больно, может кого-то он до сих пор любит. У самого Михи было не очень много крепких эмоциональных связей. Отсутствие эмпатии в долгосрочных отношениях дает о себе знать. Миха пока не так хорошо притворяется, чтобы это оказалось незамеченным.       Он не ожидал того, что его доставят в ванну ну прямо первым классом. Сейшилиец обхватывает Михаила за шею и крепче прижимается, чтобы было удобнее идти.       Увидев ванну, он тихонько присвистывает. С нетерпением дождавшись, пока Михаил удобно устроится, Вхету заходит следом и первым делом сползает под воду с головой. В толще воды было видно как довольно он жмурится, и шутливо показывает язык, выпуская пузырьки воздуха. Несколько минут и он выныривает, подбираясь ближе к Михаилу и укладываясь на нем. На удивление, волосы и лицо сешилийца оказались сухими. Лишь потому, что влага уже впиталась.       - Хм... смотря, что ты имеешь ввиду. - Вхету задумчиво рассматривает стену напротив. - Если ты про какие-то глубокие чувства, любовь, желание создать семью - нет. Никогда. Да и я не был уверен, что когда-либо это произойдет…       Вновь появляется мысль, которую он хотел реализовать. Отстранившись, сейшилиец перебирается на другой конец ванны. Взяв лапу Михаила, он принимается разминать стопу, причем весьма умело. В конце-концов они сегодня работали, а стоять целый день на ресепшене то еще удовольствие.       - А если ты просто про секс с одним постоянным партнером - да, был один. Одна, точнее. Женщина, которая помогла мне в первое время на этой планете. Специфичная довольно, со своими тараканами в голове, но добрая. Думаю, чувство благодарности к ней вполне сойдет за какую-то привязанность. Она потом и помогла устроиться в бордель. - да, по началу она действительно просто предложила ему место проститутки. На тот момент это был самый лучший вариант. Жить на что-то нужно было, а сейшилиец, который значительную часть жизни прожил в совершенно другом социуме и культуре - найти себе работу было трудно. Да, по началу он был просто проституткой, но затем… Впрочем, сейчас это не играло особой роли.       - Скажем так, - Вхету смеется, - она помогла "раскрыть мои таланты".       Стопы ящера методично разминаются. Жесткие подушечки, довольно крупные пальцы с внушительными когтями и ведь все равно было в них что-то умилительное. Особенно когда ловкие пальцы сешилийца нажимали на подушечки под пальцами и пальцы сжимались, наверное, рефлекторно.       У Михи крайне ухоженные лапы, подточенные под нужным углом когти. То, как он делал себе педикюр, когда не удавалось найти нужного мастера, было крайне забавно. Из мужчины вырывается стон наслаждения, смешанный с утробным урчанием. Массаж лап это крайне приятно, можно даже сексом не заниматься. Улыбка скользит по губам. Вхету нравилось, когда василиск издавал подобные звуки. Было в этом что-то притягательное. Хвост Аракчеева оборачивается вокруг бедра Вхету и поглаживает кончиком внутреннюю сторону.       - А вообще, “партнер” слишком сильно ограничивающее тебя понятие. Мне еще не доводилось столкнуться с теми, кому их постоянный партнер или семья помогали в реализации своих планов и чаяний. Хотя, возможно мне просто так “везло”. - Вхету пожимает плечами. Не слишком-то он страдал по этому поводу. В последние годы он по максимуму выжимал из имеющегося у него времени и своих ресурсов. И все для того, чтобы добиться поставленной цели. И ведь ему это удавалось. Правда в последнее время все шло будто под откос и пришел период какой-то стагнации.       Но вот стоило встретить Аракчеева полного амбиций и будто второе дыхание открылось.       - Ты тоже не похож на закостенелого семьянина или хотя бы близко. Было что-то долгосрочное?       Михаил наверное мог бы быть идеальным партнером, мужем, но при всем своем воображении, Вхету никак не мог представить его в подобной роли. А может, это не получалось потому, что Вхету себя не слишком хорошо представлял в такой же роли.       ⁃ Мм, может и не похоже, но я вырос в очень консервативной семье. Мать даже нашла мне невесту, как у нас принято. Но мы немного не сошлись во взглядах. Матриархат не предполагает мужские амбиции.       У Василисков чем самец мельче и темнее шкурой тем лучше. Миха может и не против подчиняться кому-то в бытовом плане, но на выращивание детей у него нет времени. Не хочет он остепеняться и позволять кому-то себя содержать.       - В этом и преимущество двуполости. - усмехается сейшилиец, - нет проблем разделения социальных ролей.       Михаил качает головой и улыбается. Вхету немного не понимает как это все устроено. Любая жесткая система, будь то матриархат или патриархат ломает тех, кто в ней живет.       - Мы можем быть охуенно наглыми и агрессивными с другими расами и между самцами, но с самками своего вида начинаем стелиться и вымаливать благосклонность. Я не исключение, подобное поведение заложено на подкорке. Это очень тяжело выжечь, я до сих пор удивляюсь как у меня вышло. Видимо мои желания сильнее природы.       ⁃ На моей планете самки богаты и влиятельны и вольны сами выбирать себе сучку, которая будет их оплодотворять и обслуживать. К такой жизни приспособлен Грэг, но не я.       - Что? Грэг как тот, кто послушен женщине? - брови удивленно ползут вверх. Вот в это точно слабо верилось. - Я думал, что он только тебя слушает. - этот вывод был вполне закономерен, стоило лишь понаблюдать за общением братьев и тем, как Грэг вел себя с другими. Но ведь Вхету понятия не имеет как младший Аракчеев общался с сородичами, потому вывод мог быть скоропалительным.       Миха только пожимает плечами. Мать постоянно укоряла себя, что же она упустила в воспитании Михи, что вышел сильный мужчина, ненужный их обществу.       ⁃ Было пара любовников, пока я прощупывал свои желания, а потом, когда определился был один. Я моногамен и скучен в этом плане. Нам обоим был удобен этот союз, особо сильных эмоций в нем не было, как мне казалось. А потом я сказал, что улетаю и не вернусь больше, а он разрыдался. Тяжелая была ночь.       Михаил не хотел никому делать больно и чувствовал вину за свой проеб. И хотя он по большому счету не чувствовал ничего кроме вины, пришлось всю ту ночь пробыть чужой жилеткой. Так себе опыт, если честно.       - Скучен? Интересно, кто тебе об этом сказал. - усмехается сейшилиец. Должно быть, это был тот, кому действительно была скучна та размеренность, которая исходила от Михаила. "Наверное идеальный партнер в его понимании тот, кто не будет пытаться гасить амбиции." - размышляет Вхету.       - Ты не виноват в том, что не оправдал чьих-то ожиданий. Причем сам того не ведая. - мягко произносит он, с нажимом проводя ладонями по ногам Михаила и плавно перемещаясь к нему, садясь рядом и кладя голову на мужское плечо. - Идти за своими амбициями - самое правильное решение какое ты мог принять. - и ведь Вхету понимал Аракчеева как никто другой. В конце-концов, он сам поступил точно так же. И ничуть не пожалел об этом.       - Очень мило с твоей стороны. Но мне не нужно одобрение. Я никогда не колеблюсь в решениях которые принял.       Совместное времяпрепровождение в ванной оказывается не менее приятным чем секс. В неспешной беседе Михаил оказался действительно образованным и интересным собеседником, давая Вхету возможность "отвести душу". Давно сейшилиец не встречал кого-то, с кем можно было забыть о времени.       Проведя руками по лицу, он садится на бортик ванной.       - Думаю, пора завершать водные процедуры, - пальцы зарываются в волосы Михаила, массируя затылок. - или василиски не скукоживаются от долгого пребывания в воде? - серые глаза ехидно сверкают из под ресниц.       Миха встает из воды, она струйками стекает с гладкой кожи рептилии, которая лоснилась и переливалась каким-то фиолетово-зеленым цветом. Узел почти полностью спал и член уже выглядел вполне обычно. Василиск не вытирается, надевает мягкий халат на голое тело. Убирает с лица мокрые волосы, с открытым лбом он выглядел как-то иначе, молодо, почти мальчишкой.       Он подходит к Вхету и касается его лица обеими руками, мягко целует.       - Нет, не скукоживаются, мы земноводные рептилии.       Михаил подходит к раковине с огромным зеркалом, открывает деревянную коробку, лежащую на ней. Бороду он подравнивает опасным лезвием. Старомодно и небезопасно, но ему нравится. Нравится тем, что пока научился тысячу раз порезался и этот опыт казался ценным.       - Можешь идти в кровать, я скоро приду. Надеюсь тебе завтра никуда не нужно, люблю долго поспать в хорошей компании.       Вхету было интересно наблюдать за Аракчеевым. За тем, как в нем сочетались мягкость с учтивостью, с которыми он мог легко втереться в доверие даже к самому мнительному. Но в нем была и властность, которая со временем должна была лишь окрепнуть. О, Вхету чувствовал себя едва ли не фетишистом, у которого внутри все сладко сжималось, стоило только подумать об этом сочетании качеств. Сам сейшилиец был образцом податливости, словно шелковая лента, которая покорно следует за ведущей рукой и чье прикосновение так приятно. Но эта же шелковая лента может и крепко стянуть горло, неся за собой смерть.       Сейшилиец руками стряхивает с кожи капли воды и подходит к Михаилу, становясь рядом и наблюдая за его действиями. Он был восхищен тем, как умело Аракчеев управлялся со столь опасным инструментом.       - Это так красиво. - тихо произносит он. Не было никаких сомнений в том, что Михаил действительно долго учился ей управляться. Но оно того стоило, хотя бы потому, что наблюдать за этим процессом было даже эстетически приятно. Поднявшись на носочки, он проводит кончиками пальцев по гладкой коже, а после и аккуратно подровненным волоскам. Губы дрогнули в легкой улыбке и Вхету отстраняется.       - Что же, у меня будет возможность узнать, нравится ли это и мне тоже. - посмеиваясь, он идет в спальню, чтобы не мешать Михаилу приводить себя в порядок. В комнате подбирается белье и Вхету надевает его. Критически оглядев комнату, он собирает вещи и аккуратно складывает. Постель так же расправляется, Вхету забирается под одеяло, блаженно растягиваясь. Такими темпами он точно решит, что пора перебираться из маленькой квартирки в более просторные покои.       Уже ночью Вхету будет тихий звук вибрации. Открыв глаза, он понимает, что удобно устроился на груди василиска. Звук шел из его сумки. Приподнявшись, прислушивается к дыханию Аракчеева. Он все так же спал.       Выскользнув из постели, Вхету подходит к сумке. Это был его коммуникатор. Надев тонкий ободок на руку, он вновь оборачивается на Михаила. Мужчина лежал в том же положении, даже дыхание не изменилось.       Отойдя в другой конец комнаты, сейшилиец открывает небольшое вирт-окно. Холодный бледно-голубой свет освещает лицо. Хмурится, задумчиво трет подбородок. Сев на пол, Вхету раскрывает вирт-окно сильнее и погружается в его содержимое. Строчки сообщений, какие-то графики, цифры. Какое-то время он погружен в свое занятие - что-то читает, быстро набирает текст, озабоченно хмурится, двигает бровями, словно рассуждает мысленно. Наконец Вхету остается доволен результатом и закрывает вирт-окно. Коммуникатор вновь убирается в сумку. На цыпочках сейшилиец возвращается к кровати и ныряет под одеяло, прижимаясь к Аракчееву. Вздохнув, он закрывает глаза. Сегодня он хочет просто поспать "в хорошей компании", а все проблемы решит завтра.