Боги, которые играют в людей

Вспышка. Всё тот же лес, правда, уже освещённый рассветным солнцем. Лёгкая дезориентация после сна ещё давала о себе знать, на Лия приподнялась на локте, чтобы осмотреться. Там, где сидел Прометей, лежала лишь нетронутая пыль, не потревоженная рисунками титана. На запястье не было браслета, на пальце — кольца. То, на что она потратила столько времени, оказалось сном, и он медленно смазывался из памяти, оставляя лишь ощущение кома в горле и неосуществившейся мечты. Вспышка. Тихий, полный обречённой безысходности вой наполнял уши, не позволяя отключиться от него и подумать о чём-то другом. Казалось, в мире не осталось больше ни единого звука, только этот страшный, глухой, горький стон. Лия не сразу поняла, что издаёт его она сама. Слёз не было, болели стиснутые зубы и кулаки, а горло сжималось в горьких сухих рыданиях над гробом, где лежал её муж. Она понимала, что видит его последние секунды, и больше никогда не ощутит прикосновения и не услышит ласкового голоса. Она снова была в том времени, где было больно и невыносимо одиноко, там, где она осознала — её дочь никогда не увидит улыбку отца. Вспышка. Тихое щёлкание секундной стрелки убаюкивало, но рядом уже чувствовалось сбившееся дыхание, и стало ясно, что лежащий рядом мужчина уже не спит. Она открыла глаза и встретилась взглядом с мужем, у которого был немного виноватый вид. — Я тебя разбудил? Извини, не хотел. Спи дальше, я соберусь сам. Лия вспомнила, что он собирался пойти с друзьями на охоту. Но почему-то изнутри, в душе поднималась такая буря сопротивления, что слёзы сами навернулись на глаза. — Пожалуйста… не надо, не ходи сегодня никуда. Пожалуйста… Кеатц удивлённо смотрел на плачущую жену. Даже беременная, она всегда держала себя в руках, не позволяя гормонам взять верх над адекватным человеческим сознанием. Но сейчас самозабвенно рыдала, вцепившись в его руку. Он пожал плечами и осторожно, бережно её обнял. — Ну не плачь, малыш. Всё хорошо. Ты хочешь сегодня побыть со мной? Не хочешь, чтоб я уходил? Да? Хорошо, только не плачь. Слышишь? Сейчас позвоню Джону и скажу, чтоб сами шли на охоту. Для меня важнее состояние моей жены и дочки. — Правда? — всхлипнула Лия, всё ещё содрогаясь в рыданиях. — Конечно, правда. Время, проведённое с семьёй — самое главное. Лия улыбнулась и теснее прижалась к мужу. Здесь и сейчас она счастлива и ничего другого ей не нужно. *** Верховный бог племени незримо наблюдал, как тает на лбу Кеатца печать смерти, а судьба семьи поворачивает на совсем другой путь. В конце концов, каждый заслуживает своего счастья, даже если для этого пришлось повернуть время вспять. И добрый ангел проживёт долгую и счастливую жизнь на земле, прежде чем вернуться к своим обязанностям. А уж если ей суждено потерять — пусть это будет купюра, сунутая мимо кармана. Иногда боги берут взятки деньгами, ведь без азарта играть в людей не так интересно.