ляляля ляляля какая то бессвязная хуйня ИЛИ абортыши всея мультивселенной создали чат

/ночью/

СуицидЭтоВыход ВСЕМ ПРИВЕТ ДРУЗЬЯЯЯЯ СЕГОДНЯ МЫ С ЕГОРОМ клоун;) здарова СуицидЭтоВыход БУДЕМ ИСКАТЬ СЛЕНДЕРМЕНА НАСТОЯЩЕГООО клоун;) ПОГНАЛИИИИ СуицидЭтоВыход ПОГНАЛИ ТОЛЬКО ОСТОРОЖНО ПОТОМУ ЧТО ОН МОЖЕТ УБИТЬ НАССС ДААА? клоун;) ДАААААААААААААААААААААААААААААА ОН МОЖЕТ УБИИИИИИИИИИИИТЬЬЬЬЬ НАССССССС СуицидЭтоВыход СТРАШНО СТРАШНО ОООО СМОТРИ ЭТО ЖЕ КОЛЯСКА ОТ ДЕТЕЙ ЗДЕСЬ БЫЛИ СТРАШНЫЕ ВЕЩИ клоун;) ЗДЕСЬ БЫЛИ НАВЕРНО ДЕТИ СЛЕНДЕРМЕНА СуицидЭтоВыход ДА ДА клоун;) ДЕТИ СЛЕНДЕРМЕНА СуицидЭтоВыход так так надо идти тихо ооооочень тихо а то нас услышат клоун;) ыуууххых СуицидЭтоВыход егор смотри мы подходим к входу ЫЫААЫВАВАВЫВАВАЫААААААА клоун;) АВАВЕАЕВВАВХАВХАВЫЭЖА СуицидЭтоВыход ЫААЫВАЫВААДПВАБ ЭТО РЕБЕНОК СЛЕНДЕРМЕНА БЕЖИМ ПОКА НЕ ПРИШЕЛ СЛЕНДЕРМЕН БЕЖИИИИМ клоун;) ЫАЫВАЫААЫАЫАЫАЫАЫАЫ ДАААА БЕЖИМ СуицидЭтоВыход ЫАЫАЫАЫААЫА СЛЕНДЕРМЕН клоун;) НЕЕЕЕЕЕТ МЫ УМРЕМ ЭТО СЛЕНДЕРМЕННН ВЖАВВЖДАВДААДВААА

/утром/

Я тигр!! … Что было ночью? И где Дазай-сан.? СуицидЭтоВыход ааооааоао короче на нас напал слендермен и сын слендермена посмотрите просто видео;) /видео/ /Дазай с Гоголем стоят ночью где-то в ебенях, Дазай снимает. Дазай: всем привет друзьяяяяяя, сегодня мы с Коляном Гоголь: здарова Дазай: мы с Коляном идем искать слендерменаааа настоящегооо Гоголь: ПОГНАЛИИИИ Дазай: ДА ПОГНАЛИ! ТОЛЬКО ОСТОРОЖНО, ОН МОЖЕТ УБИТЬ НАС Гоголь: ДАААА ОН МОЖЕТ УБИТЬ НАССС АААОАОАОАОА       они заходят в какой-то дом, который выглядит не слишком дорогим, но и не слишком дешевым — обычный многоквартирный дом. идут по лестнице, камера дрожит, они периодически что-то говорят друг другу, но почти не разобрать, что — больше все-таки ржут. они доходят до определенного этажа, перед ними — коридор и двери квартир. к одной из стен, при свете одного фонарика на телефоне кажущейся темно-серой, прислонен детский трехколесный велосипед. Дазай: оооооо, смотри, это же коляска от детей! здесь наверно были страшныеее вещиии Гоголь: ЗДЕСЬ НАВЕРНО БЫЛИ ДЕТИ СЛЕНДЕРМЕНАААА Дазай: ДА ДА ТИШЕ ТИШЕ Гоголь: ДЕТИ СЛЕНДЕРМЕНААОАОАОАОАОО       камера дрожит, с минуту не видно вообще ничего. судя по всему, Дазай пизданул Гоголя, чтобы заткнулся Дазай: так, все, тише, тише, нам надо идти оооооочень тихоооо, а то нас услышат Гоголь: /нечленораздельные гоголевские звуки *тихие*/ Дазай: Колян смотри, мы подходим к входу! открывай, но только оооочень тихо       Гоголь достает какую-то связку ключей, начинает выбирать нужный. те тихонечко звенят. Дазай в это время переводит камеру на свое лицо, щурится из-за того, что фонарик светит светит ему в глаза. без света Гоголь довольно долгое время пытается воткнуть ключ в скважину. а может, просто ключ не подходит. Дазай: короооче Колян сейчас открывает дверь, сейчас он откроет ее, и мы попадем в логово НАСТОЯЩЕГО СЛЕНДЕРМЕНА! СТРАШНО, ОЧЕНЬ СТРАШНО, ТАМ НАВЕРНОЕ ЕЩЕ ЕГО ДЕТИ! Гоголь: куда ты камеру увел? посвети, не видно нихуя оаоао то есть ничего! вырежи потом это       камера снимает то, как ключ наконец попадает в замок и начинает медленно крутится. фоном слышится что то вроде «страааааашнноооооо бля очень страшно». наконец, дверь перестает быть запертой, камера крутится, становятся видны лица Дазая и Гоголя Дазай: /шепотом/ сейчас мы попадем в логово слендермена ребятаааа Гоголь: /тоже шепотом/ оаоао но для начала поставьте лайкосик, подпишитесь на канальчик и нажмите колокольчик. может быть мы умрем и это будет наше последнее видеоооо вдруг нас убьет слендерменаоаоаоаоао. НУ ВСЕ ПОГНАЛИ       камера опять вертится, Гоголь медленно открывает дверь на себя, та тихо поскрипывает. за ней совсем темно, Гоголь машет рукой, подмигивает Дазаю и, конечно же, подписчикам, Дазай показывает лайк, шепчет «дадада давайй братт», Гоголь скрывается во тьме квартиры, Дазай тут же повторяет его действие, предварительно выключив фонарик. секунд десять не видно ничего, потом раздается звук, как будто чем-то сильно замахнулись и ударили — посвистывающее «фффььюиить». далее следуют резкое включение света, нечленораздельные крики Гоголя и Дазая, камера трясется и метается, — судя по всему, оператор хаотично носится по комнате — в камеру на секунду попадает нечто расплывчатое и сиреневое, где-то в уголочке невъебически смазанного кадра виднеется бейсбольная бита, потом — серый зонт, потом все вместе, фоном накладываются крики, смех, мат и звуки сталкивающихся зонтика и биты, после на секунду все затихает. «ВЫ БЛЯТЬ АХУЕЛИ?! ТРИ ЧАСА НОЧИ СУКА» — после этой фразы, сказанной человеком, которого камере поймать не удалось, все возобновилось заново в утроенном количестве — втрое больше беготни, втрое сильнее трясется камера, втрое громче Дазай и Гоголь орут что-то типа «ОАОАОАОАО БЛЯЯЯТЬ СЛЕНДЕРМЕНЫ СЕМЬЯ СЛЕНДЕРМЕНОВ МЫ УМРЕМ ОАОАОАОАО УРААААА», втрое больше слышится мата, произносимого с истеричными нотками в голосе, где-то на фоне. на этом пиздеце запись обрывается./ Я тигр!! ................................................. А все же, что произошло? Дазай-сан, неужели вы с Гоголем забрались в чью-то квартиру? Вас же за такое и посадить могут… СуицидЭтоВыход во первых пусть посадят че мне теперь это наша тюрьма обычная во вторых ТЫ НЕ ПОНЯЛ АЦУШИ КУН МЫ НАШЛИ СЛЕНДЕРМЕНОООВ Я тигр!! ......я не понял. Бог Эти уёбы залезли ночью к нам в квартиру. Я тигр!! К вам? Бог К нам. В квартиру, где живу я, а еще Гоголь и Сигма Я тигр!! Ясно. А слендермены...? Бог /видео/ /запись начинается с того, что нихуя не видно — очень темно, но слышны крики и топот откуда-то, потом в конце темного коридора виднеется свет, включенный в какой-то комнате. оттуда же и доносится шум. оператор заходит в ту самую комнату, и становится видна такая картина: в комнате, судя по всему, в прихожей, горит свет, по ней метаются Дазай и Гоголь, они орут «АОАОАОАОООАОАО ДЕТЕНЫШ СЛЕНДЕРМЕНААААААОАОАОАО», потом Гоголь откуда-то достает зонт и начинает драться зонтом с Сигмой, который стоит в углу с бейсбольной битой, ахуевает от происходящего и материт Гоголя и Дазая. последний все еще носится с ором по комнате, в руке держа снимающий все телефон. Сигма замечает Достоевского первым, затем на него обращают внимание и Гоголь с Дазаем. слышится его громкое «ВЫ БЛЯТЬ АХУЕЛИ?! ТРИ ЧАСА НОЧИ СУКА», потом секундная тишина, и уже Дазай и Гоголь указывают на Достоевского пальцем и зонтом и орут «СЛЕНДЕРМЕЕЕН АААОАОАОАОАО БЛЯЯЯТЬ СЛЕНДЕРМЕНЫ СЕМЬЯ СЛЕНДЕРМЕНОВ МЫ УМРЕМ ОАОАОАОАО УРААААА», продолжая метаться по комнате/ Эти уёбы сука пришли в нашу квартиру в три часа ночи и орали какую-то хуйню что я слендермен Я тигр!! … СуицидЭтоВыход нет слов одни маты, да?))) Я тигр!! Да. СуицидЭтоВыход провода. Я тигр!! … Хорошо, а где вы сейчас, Дазай-сан? СуицидЭтоВыход эаэаэаээа я хз в квартире не в моей ДазайПошелнахуй знаешь, где ты? СуицидЭтоВыход я же сказал нихуя не знаю ДазайПошелнахуй В МОЕЙ СУКАБЛЯТЬ КВАРТИРЕ УЕБИЩЕ СуицидЭтоВыход ооо спасибо, что приютил;) Я тигр!! > В МОЕЙ СУКАБЛЯТЬ КВАРТИРЕ УЕБИЩЕ Как так… СуицидЭтоВыход а, я вспомнил, как так клоун;) АХААХАХХАХ ВСПОМНИЛ ВСЕ??? СуицидЭтоВыход АХАХААХАХ НЕ ВСЕ ТОЛЬКО ПРИМЕРНО КАК Я К ЧУЕЧКЕ ПОПАЛ А ЧО БЫЛО клоун;) Я НЕ ПОМНЮ АХАХХААХХА ФЕДЯЯЯЯЯЯ Бог Что? клоун;) ТЫ ЧТО НИБУДЬ ПОМНИШЬ???? Бог Местами Сигма точно помнит СуицидЭтоВыход СИГМОЧКАААААА КРЕСТНИЧЕК клоун;) ДА СЫН ИДИ СЮДА БЛЯТЬКАЗИНОВЕРНИТЕ что вам клоун;) ууу агро что вчера было? БЛЯТЬКАЗИНОВЕРНИТЕ вы два уебана, вломились ночью в квартиру, орали что то про слендерменов клоун;) АХАХАХХ ЭТО ПОМНИМ А ПОЧЕМУ ТЫ МНЕ ХОТЕЛ БИТОЙ ВЪЕБАТЬ БЛЯТЬКАЗИНОВЕРНИТЕ Во-первых, я подумал, это воры Во-вторых, мне всегда при виде тебя хочется въебать тебе битой клоун;) ФУУУ АГРОШКОЛЬНИК А ПОТОМ ЧО БЫЛО БЛЯТЬКАЗИНОВЕРНИТЕ Потом пришел Достоевский, наорал на вас Это было на всех видео СуицидЭтоВыход ОАОАОАО А ДАЛЬШЕ ТО ЧТО БЛЯТЬКАЗИНОВЕРНИТЕ А дальше Достоевский вам въебал и пошел пить чай, вы с ним. Потом как-то с чая перешли на водку, потом Гоголь заметил, что надо позвать Чую и поностальгировать всем вместе по тюрьме, потом Дазай звонил долго Чуе, в конце-концов тот приехал, вы все выпили 3 бутылки водки и пошли топиться в ванной, типа вспоминали те затопляющиеся комнаты. Потом Дазай хотел пойти и покататься на лифте и даже попытался повредить у лифта в доме проводку, но Чуя, слава богу, увез его. клоун;) АХАХАХАХАХХАХАХХ ВОТ ЭТО ИСТОРИЯ СуицидЭтоВыход АХААХАХХАХАХАХХАХХАХАХХАХАХХ ДАААА ЗАЕБИСЬ ЧУЯЯЯЯЯ ЧТО ПОТОМ БЫЛО ДазайПошелнахуй НИХУЯ НЕ БЫЛО я увез тебя к себе, вот и все. матьвсеямафии А я знаю, что потом было)) СуицидЭтоВыход ЧТОЧТОЧТО матьвсеямафии Вы приехали в общежитие мафии, к Чуе, пили вино и играли в правду или действие. Я слышала только, как вы сначала смеялись, а потом кто-то один орал. Вот и все))

***

      Дазай сидел на кровати в Чуиной спальне и тупо пялился в телефон. Он был благодарен своим врагам-друзьям-знакомым за то, что те рассказали, что происходило этой ночью. Но в голове висел один вопрос, давящий тяжелым камнем на сознание — чем они тут с Чуей занимались? Понятно, что пили и играли в правду-или-действие, спасибо Коё-сан за эти сведения, но что конкретно он успел — и успел ли? — наговорить Чуе? Этот тяжелый вопрос оставался без ответа ровно до того момента, пока Дазай не решил полистать галерею в телефоне. Там, конечно же, было видео, которое сняли они с Гоголем, потом несколько видео с их с Гоголем, Достоевским и Чуей пьянки, но это все не то…       Нужных видео обнаружилось около двадцати штук. Двадцать, мать их, видео наснимал Дазай, играя с Чуей в правду-или-действие.       Первые пятнадцать записей длились около пяти секунд каждая и не давали абсолютно никакой информации, на следующих четырех Чуя говорил что-то заплетающимся языком или пил из полупустой бутылки вино, отказываясь отвечать или же выполнять задание. Двадцатая же…       На двадцатой записи телефон стоял, судя по всему, на столе или на стуле, и камера поймала в кадр сразу двух игроков, сидящих друг напротив друга на полу. Между ними стояла открытая бутылка, позади валялись еще несколько таких же, но, очевидно, пустых. — Правда или действие? — запинаясь, но стараясь говорить, как можно четче, спросил Чуя — Хмм, дай-ка подумать. — протянул Дазай, ухмыляясь, — Я выбираааю… Действие.       Немного протрезвевший и сидящий по эту сторону экрана в настоящем Осаму мысленно крестится — слава богу, хватило ума правду не выбирать. Значит, не сболтнет ничего лишнего.       Чуя же с той стороны говорит, не думая ни секунды: — Поцелуй меня. — Выговаривает это четко, а потом смотрит с вызовом в глаза Дазаю. А на видео видно, как сжимаются в кулаки его руки и как он прикусывает, наверное, до крови щеку, еле удерживая себя от того, чтобы уставиться в пол, чувствуя, как горит краской все лицо.       Дазай в реальности ставит видео на паузу и тупо сидит и смотрит в стену с широко распахнутыми глазами, чувствуя, как медленно краснеют щеки. Чуя попросил Осаму поцеловать его. Тот самый Чуя, который обычно обещает ночью воткнуть Дазаю нож в печень только за то, что тот коснулся его шляпы, тогда позволял — и даже просил! — поцеловать себя.       А на видео Дазай пьян, и потому не думает и не медлит — он хищно смотрит на Чую, в его глазах пляшут черти — может, это все из-за плохого качества записи. Но, так или иначе, он, не отводя взгляда, тянется одной рукой за бутылкой, слегка наклоняясь за этим вперед. Хватает емкость и делает один большой глоток. Дазай в настоящем готов поклясться, в голубых глазах, так и не проигравших эту затянувшуюся игру в гляделки, сейчас блестят вся боль и весь стыд этого мира. Дазай в настоящем бьет ладонью себя из прошлого, хотя пальцы его встречаются только с холодным стеклом телефона.       Дазаю там до этого всего, разумеется, дела нет, он только делает уже три глотка вина и так и смотрит на Чую. Наконец он ставит бутылку на пол, опять приближаясь к Накахаре. Напряженное молчание так и висит между ними, висит и когда шатен, вместо того, чтобы отстраниться, придвигается еще ближе, хватает рыжего за плечи и резко тянет на себя — тот поддается, не сопротивляясь ни разу, только обхватывает руками чужие ладони, будто не давая отпустить. Еще полсекунды — и их губы соприкасаются, молчание рушится одним Чуиным выдохом облегчения, а Дазай здесь ставит видео на паузу, закрывает глаза и прячет стремительно краснеющее лицо в ладонях. — Ты как? — слова, произнесенные таким знакомым голосом, обжигают кожу и остаются в голове шрамами от ожогов. Осаму дергается, вскидывает голову, кое-как натягивает на лицо привычную ухмылку и уже собирается сказать что-нибудь по типу «лучше и быть не могло», но видит перед собой того самого человека, вокруг которого только что вертелись бессвязные его мысли. Дазай впивается ногтями в ладони, надеясь, что румянец на его лице не видно или его можно списать на еще не выветрившееся вино, одновременно чувствуя, как сползает потихоньку впопыхах надетая повседневная ухмыляющаяся маска. — Все хорошо? — спрашивает еще раз Чуя, недовольный затянувшимся молчанием — Да, все прекрасно. — через силу улыбается шатен, а у самого в голове лишь одно слово — «Помнит?»       Видимо, произнесенные слова звучат очень уж жалко и наигранно, потому как Накахара фыркает и отвечает: — Ну, как знаешь. — а потом поднимает вверх руку, в которой зажаты три мотка новых и чистых бинтов. — Надо? — и, не дожидаясь ответа, кидает их бывшему напарнику, зная, что тот поймает.       Так и происходит. Дазай ловит все три прилетевшие вещи, но не с обычной отточенной ловкостью и грацией — руки у него слегка дрожали. По всему телу Осаму разливалось вязкое чувство холода и дискомфорта, от осознания, что он сидит сейчас тут даже без бинтов. Тонкий слой марли давно стал второй кожей, прикрывая шрамы, а с ними и всю ложь и грязь хрупкой сущности бывшего мафиози.       Стараясь не думать ни о чем, подрагивающими пальцами Дазай разматывает бинты и пытается обмотать ими свое запястье, пряча тонкую белую сетку самых разных шрамов на венах. Бинты же, будто издеваясь, путаются и рвутся, утекают, убегают из рук, чувствуя их неуверенность.       Чуя, до сих пор стоящий в дверях, удивленно вскидывает бровь, наблюдая за странным поведением (бывшего) напарника. Еще минуту понаблюдав за этими в некоторой степени забавными потугами, он тяжело вздыхает и подходит к Дазаю. Ничего не говоря, забирает моток из рук того и наматывает бинты на чужое запястье, про себя отмечая, какое оно, оказывается, тонкое.       У Дазая едва сердце не останавливается, когда Чуя подходит и сам берется перематывать его руки. Дыхание сбивается от одного ощущения чужой ладони поверх бинта на своем запястье, и Осаму пытается сконцентрироваться на этих захватывающих с головой чувствах, чтобы не слышать, как несуществующий бес на плече шепчет: «Он видел, видел, твое уродство, эти шрамы, видел, видел, видел...». Дазай растворяется в горячих касаниях Чуиных рук.