Total eclipse of the Heart

Сегодня весь день подпольный хирург и информатор мафии ходил и ждал конца этого дня. 17 февраля, день рождение Огая, но в мафии не принято никого поздравлять. Ты просто стал на год ближе к смерти. Все придерживались этой позиции, поэтому если кого-то поздравили, это означало огромную ненависть. Мори радовался, что его никто и никогда не поздравлял. Так что поводов для грусти не было. Ну, почти. Впервые у Огая появился человек, от которого он хотел поздравления. У этого человека были серебряные волосы, голубые, блестящие глаза, юката, катана и непоколебимость с гордостью.

***

Подходя к своему рабочему столу, Мори заметил там аккуратно сложенный конверт. Открыв его, у врача куда-то спёрло дыханье. "- Слышал у вас сегодня праздник, мы с вами не слишком близки, но я всегда поздравляю знакомых мне людей. В обществе принято, что именинник приглашает к себе гостей, но я бы хотел позвать вас к себе в восемь вечера. Надеюсь, вы сможете. Хорошего дня. От: Юкичи Фукудзава." У Мори задрожали руки, в животе было странное чувство. Будто он с огромной скоростью качается на качелях. Его аметистовые глаза в шоке расширились, а колени предательски подогнулись. Громко сглотнув, он осознал второй раз. От кого он получил записку. От Юкичи, от его телохранителя, от его...будоражащего все чувства человека? Возлюбленного? - Ринтаро, куда ты так спешишь? - его способность, одетая в алое платье, сильно выделялась в сером и, словно прозрачном, кабинете. Она спрыгнула с кушетки и подошла к столу, - от кого бумажка? - От моего телохранителя, я спешу к нему на встречу, - Мори решил прихорошиться. Он накрасил губы гигиеничной помадой, расчесал чёрные волосы, побрился, надушился и почистил сапоги. - Мне казалось, что тебе всё равно, во сколько приходить. Что же Фукудзава сделал с тобой, Ринтаро, - Элис полезла в шкаф и, достав оттуда кость, села на кушетку, с интересом вертя её в руках. Девочку почти не видно, было уже темно, только лампа на столе слегка подсвечивала её золотые волосы, - я тебе впервые не нужна? - Ты всегда будешь мне нужна. Сегодня мне нужна твоя бдительность и внимательность. Проследишь за кабинетом, пока меня нет? - доктор подошёл к своей поникшей способности. Он поднял её голову и с надеждой посмотрел ей в глаза. - Так уж и быть! - Элис слегка улыбнулась и спросила, - а что вы там будете делать? - Я и сам не знаю. Это же Фукудзава, единственный человек, чьи мысли я не могу предугадать, - Огай повернул голову на часы, прищурился, и с ужасом понял, что осталось всего лишь полчаса, - боже мой, Элис, я пошёл! Мори коротко поцеловал способность в лоб и выбежал. - С днём рождения! - в след ему крикнула девочка, не рассчитывая на ответ. - И тебя! Мори решил, что раз его способность - это почти человек, то у неё должен быть день рождения. Вот он и решил, что оно будет в его праздник. Огай уже бежал по улицам, толкая людей, видя мелькающие фонари над своей головой. Город выглядел волшебно, снег равномерно падал на землю, таял под пролитым горячим чаем. Но самое чудесное в ночной Йокогаме это, что происходит во тьме. То, что ни один счастливый человек никогда не должен узнать. Забежав в относительно тихий район, Мори быстро нашёл подъезд Юкичи. Трепет от предстоящей, так ещё и нерабочей встрече заставлял врача загнано облизывать губы и сбивчиво дышать. Позвонив в нужную квартиру, мафиози быстро забежал в парадную, на улице было уже холодно. Поднявшись на лифте на самый высокий этаж, Мори быстро подбежал к нужной квартире. Постучав несколько нетерпеливых раз, ему открыл Юкичи. Фукудзава выглядел обворожительно. Он тоже расчесал волосы, надушился, надел рубашку с брюками. - Не знал, что мой праздник настолько много для вас значит, - Мори зашёл в тёплую квартиру. - Я отношусь к этому серьёзно, это плохо? - ответ слетел с чужих губ где-то рядом с лицом Огая. Так что тот с интересом подметил: "Почистил зубы". Квартира была обычной, но очень уютной. Прямо по освещённому коридору была кухня. На кухне расположился круглый стол с красным вином и хлебом. Мори рефлекторно туда направился, но чужая тёплая рука схватила его за плечо. - Вымойте руки, - Мори ушёл в ванну и Юкичи остался один. Он не понимал, что этот врач делает с ним. Фукудзава ни к кому такого не испытывал, ему было физически приятно находиться с Огаем. Вдруг на его спину что-то капнуло. - Я вымыл руки, - теперь Мори уже уверенно шёл на кухню. Фукудзава шёл за ним, будто это он в гостях, а не наоборот. Огай открыл бутылку и разлил кровавое спиртное по блестящим от своей чистоты бокалам. - Будете говорить тост? - Мори уставился на Юкичи. - А вы бы хотели? - Конечно! - врач удобно уселся на стуле. Фукудзава величественно встал, прочистил горло и начал своим бархатистым голосом, - в этот, по настоящему важный день, я хочу поздравить вас, Мори Огай. Самое забавное, что с каждым словом, уши Юкичи краснели всё сильнее. - Сегодня у вас праздник, День рождения, - телохранитель на секунду отвёл взгляд своих серых глаз, - я желаю вам...здоровья, любви и всего самого наилучшего. Звонко чокнувшись, Юкичи сел за стол и томно отпил. Мори последовал его примеру. - Добротное пойло, - Огай с огромным удовольствием глотнул ещё раз. Он опустошил весь бокал за три глотка. Фукудзава налил ему ещё, хотя его бокал был почти полон. Мори выпил всего три стакана, но этого ему хватило, чтобы быстро перейти на "ты". За окном темнело, в комнате был уже полумрак. Если бы не люстра, то протянув руку, вы бы ничего не увидели дальше её силуэта. - Ты представляешь, вчера значит, приходит ко мне человек с болезнью Крона. Я спрашиваю, вы едите всё? И он мне говорит, да! Я думаю, сука, ты придурок? - Мори, я не врач, так что твоё возмущение мне не понятно, - Фукудзава выпил уже два бокала, и пьянеет он достаточно быстро. - Ну, болезнь Крона. Как бы попроще, из симптомов вздутие живота, боли, потеря веса, диарея, - Огай рассказывал всё с огромным энтузиазмом. Он также следил за уже намного более расслабленным Юкичи. - Замечательная тема за приёмом пищи, - Фукудзава слегка поморщился и налил себе ещё вина. - Это ещё не всё! Во время этой болезни нельзя есть красные яблоки, шоколад, яйца, клубнику, землянику, пить кофе, - Мори отпил ещё глоток и с интересом покрутил бокал в руках, - сколько я уже выпил? - Я не считал, мне бы самому знать, сколько я в себя влил. - Давайте включим радио! Или магнитофон? Я не всматривался, - Мори встал и придержался за руку Юкичи. Его уже сильно качало, голова кружилась, но ему было так хорошо и весело! - Хорошо, - Фукудзава встал и схватился одной рукой за голову. У него было очень взбудораженное настроение, хотя перед глазами летали чёрные точки. Весь взгляд был сфокусирован на мафиози. Его слегка румяные щёки, блестящие глаза и пьяная ухмылка. Юкичи, качаясь и неся под рукой смеющегося врача, еле дошёл до магнитофона. Достав сверху него диски, он вставил первый попавшийся. Из магнитофона послышалось пианино. - Никогда бы не подумал, что вы слушаете Бони Тайлер, - Мори подхватил Фукудзаву под руку, весело улыбаясь, кружась в чужих руках. - Я могу переключить. - Только попробуй! Мори положил правую руку на чужое плечо, второй он скрестил замок с кистью Юкичи. Закружив того в такт музыки, Огай смеялся и любовался счастливым лицом напротив. Кухня не была огромной, так что от арабеска пришлось воздержаться. Огай сходил с ума от близости чужого тела, от песни, от кружащегося за Фукудзавой мира. От всего. Юкичи плавно двигался, перехватывая чужое запястье, ловя глазами улыбку, слушая музыку и удивляясь красоте танцующего врача. В самый неожиданный момент, лампочка в люстре перегорела. Теперь комнату освещал только лунный свет из окна. - Это разве проблема? Поменяешь потом! - Мори резко покрутился, подхватив Юкичи за собой. Они чуть сдвинулись к окну, чтобы было побольше места и света. Стол стоял справа, а магнитофон играл где-то сзади. Мори громко подпевал, слушая тихие смешки Фукудзавы. Огай то отдалялся, то подходил критически близко в такт музыки. Врач выглядел невероятно красиво в лунном свете, его белая рубашка выправилась из брюк, лицо вспотело, а глаза были закрыты в экстазе. Юкичи смеялся от неумелого пения Мори, от всей этой ситуации. Танец в лунном свете под Total Eclipse of the Heart...ещё и c Огаем. - And I need you now tonight! - Мори уже несдержанно кричал, беспрерывно кружась и держась обеими руками за крепкие плечи телохранителя. Но только сейчас, партнёра по танцам. Со стороны они выглядели, как душевнобольные. Кружатся, кричат, смеются... Но не было никого счастливее, чем эти двое. - А это что? - музыка прекратилась, Мори очень быстро поменял диски и прислушался. - Ромео и Джульетта, - Огай чуть-чуть подумал и весело добавил, - Я Ромео! И вновь закружил их обоих в танце. Юкичи выгибался в чужих руках и на одном дыхание выпалил: - Вы знали, что французский - язык любви? - Юкичи повернулся лицом к Мори и схватился за чужую талию, голова невероятно кружилась от такого танца, а чужие плечи казались недосягаемыми. - Это был намёк? - Огай притянул к себе Фукудзаву. Их губы почти соприкоснулись, Мори мог ощущать чужое дыхание, видеть затуманенный взгляд. И без зазрения совести влюбляться. - Возможно... - Последняя и самая трезвая мысль Юкичи за этот вечер. Мори огладил чужую спину и толкнул своего телохранителя к столу. Фукудзаве пришлось сесть, он бесстыдно раздвинул ноги и приоткрыл губы. Мори вклинился между чужих бёдер и провёл большим пальцем по нижней губе, прежде чем страстно поцеловать Юкичи. Углубляя поцелуй, Огай проводил языком по ряду белоснежных зубов, щекотал нёбо, слушая тихий стон Юкичи. Он укусил и слегка оттянул верхнюю губу Фукудзавы, за что получил чужую руку на своём затылке, больно тянущая за волосы. - Больше так не буду, - прошептал Мори в самые губы. Он вдавил Юкичи в стол, целуя его всё также горячо, но уже без укусов. Он почти вылизывал чужой рот, как вдруг столкнулся с ярко отвечающим ему языком. Дрожь прошлась по всему телу Мори. Всё это время, его глаза были прикрыты, но он решил их открыть. Огай увидел чужие зажмуренные веки, сведённые к переносице брови. Мори первым отстранился и накинулся на белоснежную шею. Целуя её всю, Мори улавливал слухом, когда Юкичи прерывисто выдыхал и оставлял яркие засосы на этих местах. Крепкие руки держали его за затылок и не желали отпускать. Юкичи прогибался в пояснице, блаженно закидывал голову, сбивчиво дыша. Фукудзава хотел поругать Мори за то, что тот оставляет засосы на слишком видных местах, но он не мог думать об этом в такой момент. О, нет, только не сейчас. Не сейчас, когда чужие горячие губы скользят к подбородку и ещё раз целуют. Не сейчас, когда он трётся своим возбуждением о чужой пах, стоная в пошлый поцелуй. Чуть позже. Мори старательно целовал своего любовника, параллельно расстёгивая пуговицы на своей рубашке. Он лизнул чужой язык и Юкичи сильнее сжал его плечи. Чувствуя чужое возбуждение, Огай улыбнулся в поцелуй. На этот раз, Фукудзава первым разомкнул их губы с громким причмокиванием и между ними осталась вязкая ниточка слюны. Юкичи помог расстегнуть Мори рубашку своими дрожащими пальцами. Огай снял рубашку и кинул её на пол. Он облизнул чужую щёку и вновь прильнул к столь манящим губам. Его горячие, тонкие пальцы гладили Юкичи везде и сразу. Фукудзаве казалось это сном, чем-то за гранью реальности. Ему никогда не было так хорошо, он готов был отдаться воле случая и этим сладострастным рукам. Мори хитро улыбнулся и сжал ягодицы Юкичи через брюки. Огай опустился на колени и убрал руки, он выправил белую рубашку из штанов, подхватил языком край ткани. Поднимаясь всё выше, он лениво проводил языком по напряжённому прессу телохранителя. Своими ловкими пальцами, он расстегнул пуговицы и снял чужую рубашку, целуя плечи Фукудзавы. Его горячий язык спустился к соскам Юкичи. Левой рукой, Мори облокотился на колено, правой он с силой сжал сосок. Он нежно поцеловал сосок Фукудзавы, чувствуя, как разгорячённое тело толкнулось на встречу ласке. Посасывая его, Мори грубо оттягивал второй, пытаясь увидеть лицо Юкичи. С каждым движением, стонов и толчков бёдрами становилось всё больше. Левая рука Огая сжала твёрдую плоть и слегка её погладила. - Ах! - Юкичи готов был кричать, настолько ему было хорошо. Мори во время понял, что такой холодный на вид человек, оказался очень чувствительным. Он убрал руки и губы от чужого тела. Выпрямившись, доктор не ожидал, что Фукудзава сам потянется за поцелуем. Руки телохранителя взялись за лицо Огая, сам подвинулся ближе и тихо постанывал. В этот момент, Юкичи показалось, что он может просто лечь и целовать этого человека вечность. Мори потянулся за ремнём чужих брюк. На ощупь сняв ремень, Огай хотел устроить порку, но подумал, что в другой раз. Когда будет настроение называть друг друга "папочка" и "плохой мальчик". Сейчас ситуация немного другая. Они до невозможности хотели друг друга, но больше в эмоциональном плане. Хотелось ощутить связь, свою значимость для человека, воплотить свои желания... Хотелось тела, тепла, удовольствия, хотелось поцелуев, касаний, толчков. - Мори, пожалуйста, - Юкичи словно пробежал марафон. Он весь дрожал, попросту изнемогал желанием. Он, закусив губу, тёрся своим членом через брюки о чужой. - К чёрту, - Огай стянул штаны вместе с боксёрами. Он ожидал смущённо отведённых глаз, просьб не смотреть, и всего такого, но уж точно не похотливого взгляда и ещё сильнее раздвинутых ног. Мафиози стянул свои брюки с бельём и потёрся головкой об узкое колечко мышц. Фукудзава закатил глаза до звёздочек и попытался насадиться. Но вместо истекающего смазкой члена, он получил узловатый палец. - Какой ты нетерпеливый, - Мори осторожно разрабатывал вход. Не торопясь вставлять второй палец, он наслаждался тщетными попытками получить большего. Он наслаждался, как почти плачущий от перевозбуждения Юкичи, насаживался на его палец. Наконец-то вставив второй палец, Мори задвигал ими с большей скоростью. Но всё ещё очень осторожно, даже в пьяном состоянии, он понимал, важность этого процесса. Он же врач. Главное - вовремя остановиться. Ведь неожиданная чувствительность Юкичи может привести его к слишком раннему оргазму. Фукудзава почти не испытывал боли, это было видно по его разнеженному лицу. Почти незаметно вставив третий палец, Мори коснулся простаты. Юкичи сильно вздрогнул и громко, надломленно простонал какие-то слова. Скорее всего, мольбы ускориться, которые Огай нагло игнорировал. - Пожалуйста... - Что такое? - Мори посмотрел на Юкичи самыми невинными глазами, какими только мог посмотреть человек, пытающий удовольствием. - Войди в меня, - у Фукудзавы отключился стыд и смущение, он просил о большем, даже не отводя глаз. - Я и так в тебе, - Мори быстро поцеловал чужую шею и вновь проникновенно заглянул в небесные глаза, красиво светящиеся в лунном свете. - Не пальцами! - Юкичи шепотом произнёс "членом", голос сильно дрожал, он не привык к такому. Доктор без слов высунул пальцы и приставил вставший орган к разработанному входу. Размазав свою смазку, Огай плавно вошёл в Юкичи. Горячие стеночки обхватили его член, создавая непередаваемые ощущения. Мори собирался сделать всё намного плавнее, но видя такого открытого Фукудзаву, он не мог медлить. По щекам телохранителя стекала слюна, сам он был в укусах и засосах. А его потемневшие глаза... Самая развратная картина, которую Огай только видел. Резко толкнувшись в чужое тело, Мори сам застонал, настолько трепетно Юкичи сжимал его внутри. Он положил руки на талию Фукудзавы, помогая тому насаживаться. Сам Мори быстро толкался внутрь и целовал, ловя чужие стоны и глуша свои. Музыка давно закончилась, но для их ушей играла мелодия из шлепков кожи о кожу, хлюпанья смазки, сбивчивого дыхания и глубоких стонов. - Мнх, Мори, б-быстрее! - Юкичи выстанывал просьбы, если бы ему сказал Нацуме, что он будет стонать под его новым заказом и умолять ускориться, Фукудзавы бы не поверил и отказался от задания. Но сейчас, когда он пылает в экстазе, он не о чём не думает. Он смотрит, как сексуально выглядит Мори. Как тот закусывает губу, и как сильно тот ускоряется, выполняя просьбу. Юкичи кончил первым, громко стоная и изливаясь себе на живот. Мори закончил следом, глубоко внутрь Фукудзавы. - Я... - попытался сказать Юкичи. - Да? - Люблю тебя, - Фукудзава чувственно и искренне поцеловал Мори. - Огай-сан, так почему? - А? Что почему? - Заиграла песня Total Eclipse of the Heart, и вы сказали, что это ваша любимая песня. Я спросил из-за чего, и вы замолчали. - Ой, Дазай, там долгая история. Иди на задание!