Фейковый парень

      Самое тяжелое в отношениях — это в какой-то момент времени осознать, что человек, которого ты безумно любил, совсем не похож на того, с кем ты хочешь провести остаток своей жизни. Да что там жизни — остаток года покажется сущим адом, когда влюбленность прошла и вся тяжесть характера Хенджина свалилась на Феликса в полной мере.       Он любил его безумно. Он закрывал глаза на все его закидоны и странные привычки. Он терпел эту постоянную игру в «горячо-холодно», которую так обожал Хенджин. Но, когда чувства немного поостыли, Феликс понял, что не чувствует себя счастливым рядом с ним. Ревнивый, с взрывным темпераментом, Хенджин не умел или не любил сдерживать эмоции, и не особо заботился о том, насколько комфортно Феликсу рядом с таким вулканом чувств.       Это Феликс предложил расстаться. Он устал. Он хотел если не нормальных отношений, то хотя бы… комфортных, чтобы его не раскачивали на эмоциональных качелях, то отталкивая, то топя в нежности. Хенджин воспринял предложение плохо. Закатил истерику в своих лучших традициях, из-за чего на сцену расставания сбежалось все общежитие старших. Феликс прям порадовался в этот момент, что ему не придется здесь ночевать. Как хорошо, что когда-то агентство разлепило их парочку по разным квартирам, чтобы они — цитата — «не затрахали друг друга до невозможности танцевать».       Но самым обидным было не это. Даже в истерике Хенджина чувствовалось, что его не столько заботит Феликс, сколько он сам. Он напирал только на то, что Феликс не имеет право его оставить, он обязан его любить. Про то, чтобы исправиться и попытаться подстроиться под партнера, он даже не заикнулся. Прощения тоже не просил, хотя Феликс где-то в глубине души надеялся на это.       Несмотря на то, что расстаться Феликс предложил сам, он самозабвенно прорыдал несколько дней, потратив на это все выходные. Сынмин и Чонин почему-то посменно приходили его утешать, ругая Хенджина с таким энтузиазмом, будто это он их обоих бросил. Минхо тоже приходил, хотя Хенджина не ругал — просто приносил еду, обнимал и заставлял поесть. Обнимашки от Минхо были настолько нетипичным явлением, что Феликс рыдал еще более горько.       Вот только даже самые длинные выходные рано или поздно заканчиваются, поэтому вскоре Феликсу пришлось вылезти из своей комнаты, привести себя в порядок, покорно съесть приготовленный Минхо завтрак, сесть в машину и поехать на тренировки.       Хенджин выглядел несколько опухшим, и Феликса кольнула совесть — может, ему тоже было плохо? Но до того, как его мягкосердечие толкнуло его обратно в объятия бывшего, Джисон на ухо рассказал, что творилось во второй общаге эти три дня: Хенджин сходил в клуб, умудрился притащить девушку прямо в общежитие, получил законный нагоняй сначала от Криса, потом от менеджера, в связи с чем вчера весь день жаловался на жизнь Чанбину, и они выпили около ящика соджу. Джисон еще сурово добавил, чтобы Феликс не вздумал идти мириться.       За несколько следующих месяцев Феликс узнал, что от его отношений с Хенджином никто из мемберов не был в восторге… разве что менеджеры немного сожалели о тех временах, потому что без постоянного партнера Хенджин пустился в сексуальный загул: то находил кого-то на одну ночь, то по неделе встречался с разными людьми.       Феликс же постепенно приходил в себя. Медленно, день за днем он привыкал жить без Хенджина, наслаждаться жизнью и… не любить его. Последнее получалось удивительно легко, несмотря на то, что они все еще были в одной группе и Хенджин пытался его если не вернуть, то как минимум смутить. Он часто начинал флиртовать, лез обниматься. Обычно перед камерами, когда нельзя просто развернуться и уйти. А иногда начинал вести себя совсем как в первые месяцы отношений: заботливо прикрывать его, говорить комплименты… Но при этом продолжал крутить недолгие романы, из-за которых агентство было в полнейшем ужасе — все боялись, что скоро это уже не получится скрыть от фанатов.       А еще Феликсу тоже захотелось отношений. Просто секс его никогда не интересовал, поэтому через три месяца после официального расставания он почувствовал в себе достаточно сил, чтобы сходить с кем-нибудь на свидание. Как раз график выдался относительно свободным, и он впервые с момента дебюта открыл свои переписки с решением все же ответить на чей-нибудь флирт.       То, что он бисексуал, Феликс как-то не скрывал, даже на каком-то шоу проскользнул намек. А айдолы в своем большинстве достаточно самоуверенны — наличие Хенджина в качестве официального парня никого не смущало, с Феликсом много и часто флиртовали, звали погулять, иногда даже скидывали провокационные фотографии. Ревнивый Хенджин нередко мониторил мессенджеры Феликса и психовал, несмотря на то, что в переписке было отчетливо видно, кто становился инициатором общения.       Большая часть флиртующих, конечно, парни, с которым Феликс пока не был готов так близко контактировать. После взрывного собственника хотелось болтать всю ночь напролет, нежиться в постели и перекидываться романтичными сообщениями с какой-нибудь милой девушкой. Проблема была в том, что большая часть знакомых ему девушек искали просто секса без обязательств. В отношении некоторых вообще все обстояло так, что там даже свидание не нужно — просто «Снимай номер и неси пачку презервативов, мы прикончим ее полностью, милый!»       Феликс сомневался, что ему на это, во-первых, хватит физических сил, а во-вторых, что ему это вообще нужно. Он искал не столько сексуальной разрядки, сколько романтики.       Решилось все как-то без участия интернет-флирта. Просто встретил в коридоре агентства Лили, сделал комплимент, — он вообще часто делал людям комплименты — та ответила, завязался разговор, они договорились сходить в ближайшее воскресенье вместе поужинать. Разошлись по тренировочным залам довольные друг другом. Вот только девчонки, как известно, не могут хранить в тайне настолько важные новости. Поэтому к вечеру о том, с кем и куда Феликс идет ужинать, знали, кажется, вообще все в агентстве. И Феликс бы воспринял это просто как забавную особенность их огромной семейки айдолов, если бы не реакция Хенджина.       Днем у многих было свое расписание, а вот по вечеру они собирались на совместные репетиции. Хенджин пришел на тренировку уже на взводе. Это не было редкостью, причем не только для Хенджина — нет людей, которые вечно в хорошем настроении, все временами готовы убивать даже за слишком пристальный взгляд. Но сегодня большая часть недовольства и критики сыпалась именно на Феликса. Ее было так много, что уже остальные мемберы начали потихоньку оттеснять Феликса подальше от распсиховавшейся королевы драмы.       Но помогло не особо. Ни в этот день, ни в один из последующих Хенджин накал страстей не сбавлял. Причем его поведение даже было относительно знакомо: он раньше так вел себя, когда начинал ревновать. Но ревновал он по несколько часов, а не по три дня. Да и с чего ему ревновать Феликса, если они уже три месяца как расстались и Хенджин за это время успел пройтись по всему своему списку флиртующих контактов?       Чего Феликс точно не ожидал, так это что Хенджин припрется на его свидание.       Они с Лили заняли одну из кабинок в ресторане с европейской кухней, им принесли заказ и они уже радостно обсуждали, что иногда скучают по той смеси культур и кухонь, что традиционна для австралийских заведений… и тут появился Хенджин. В шелковом пиджаке, накинутом поверх майки-алкоголички, он однозначно оказался здесь не случайно. Без разрешения плюхнулся на диван, отпил сока из бокала Феликса, возмутился тому, что это не вино — кто вообще на свидании без вина сидит? Начал болтать всякую чушь, и о продолжения ужина, конечно же, не могло быть и речи.       Хенджин, как всегда, роскошно выглядел, но был однозначно пьян — не критично, но заметно. Феликсу пришлось звонить менеджеру, извиняться перед Лили, везти домой разбушевавшуюся диву и выслушивать в машине его претензии по поводу того, что Феликс посмел ему изменить. Пригрозил еще, что не позволит Феликсу тратить свое драгоценное время на каких-то страшных полукровок, что готовы прыгнуть в постель с первым встречным. Феликс даже обиделся. Во-первых, он не какой-то первый встречный. Во-вторых, она симпатичная. В-третьих, какой вообще секс с приличной девушкой на первом свидании? И в-четвертых, они расстались и сам Хенджин особой разборчивостью в связях не отличается.       Звать Лили на второе свидание Феликс, разумеется, не стал. Ему было очень стыдно, и он не хотел усугублять ситуацию вторым таким же свиданием на троих: в то, что Хенджин собирается его преследовать, он поверил удивительно легко. Лили написал, что рядом с неадекватным бывшим он пока, по всей видимости, вынужден отложить все встречи.       У самого в голове всплыло воспоминание, что как-то неприличные намеки ему делала Хваса… скорее всего шутила, пытаясь смутить, но вдруг согласится встретиться хотя бы от удивления? Эту гениальную идею он выдал Джисону, пока они вдвоем отдыхали у стеночки. Их в зале было пятеро, Минхо помогал самым младшим с хореографией. Хенджин ушел сразу после хореографа: сказал, что все и так запомнил. Крис и Чанбин бочком выскользнули, чтобы что-то закончить в студии, поэтому состав для репетиций на изнеможение у них остался привычным. Хотя Феликс с Джисом, конечно, нередко филонят у стеночки.       — Нет, это, конечно, неплохой вариант, — задумчиво протянул Джисон, — но подумай, что уже с тобой сделает эта женщина, если Хенджин все же припрется. Она ведь точно догадается, почему ты внезапно позвал именно ее.       Феликс поежился. Да уж, плохая идея. После подобного оскорбления можно и костей не собрать.       — Ладно, отвратительная идея, признаю. Это просто нечестно: пытаться отвадить Хенджина, воспользовавшись другим человеком. Ничем хорошим это кончиться не может в принципе, — закрыл тему Феликс.       Джисон внезапно резко развернулся к нему:       — Вообще-то, идея гениальная! Просто человек не тот.       Феликс удивленно вздернул брови и спросил:       — С чего это? Я не хочу быть как Хенджин, играя людьми и раня их чувства.       — Зачем кого-то ранить, если можно договориться об услуге? — толкнул его в плечо Джисон. — Не обязательно искать кого-то на стороне, можешь просто воспользоваться добротой того, кто с удовольствием заткнет Хенджина.       — Это кого же? — хмыкнул Феликс.       Джисон кивнул головой в сторону танцующих парней. Музыка играла достаточно громко, да и Минхо вслух считал, чтобы парням было проще, поэтому эти трое однозначно их не слышали. Феликс хлопнул ресницами и вернул непонимающий взгляд на Джисона. Тот закатил глаза и громким шепотом сказал:       — У Минхо уже около года никого нет, а мы точно знаем, что он стопроцентный гей.       — Ты смерти моей хочешь? — вздрогнул Феликс.       Минхо был с ним удивительно мягок, но вряд ли сможет сохранить эту мягкость, если Феликс подкатит к нему с таким предложением.       — Да ладно, — воодушевленно улыбнулся Джисон. — Закатывать истерики Минхо мало кто рискнет. У него в последнее время терки с Хенджином, потому что один хочет звание лучшего танцора, а второй не спешит его отдавать. И к тебе Минхо всегда хорошо относился, он точно согласится тебе помочь.       Феликс в ужасе распахнул глаза.       — И как ты это себе представляешь?! Подойду такой и скажу: «Хён, стань моим фейковым парнем, напугай Хенджина до усрачки, потому что я хочу найти себе нормальные отношения?»       Джисон оглушительно заржал, перекрывая даже музыку. Его веселье парни приняли как повод прерваться — не сговариваясь набежали к ним, повалившись на диван. Минхо оказался совсем рядом с Феликсом, отчего ему стало даже немного неловко.       — И что вы так веселились? — едко уточнил Сынмин.       Феликс попытался сделать страшные глаза Джисону, но когда эта бешеная белка держала язык за зубами?       — Я предложил Феликсу, что ему нужно предложить Минхо стать его парнем, чтобы Хенджин испугался и больше не лез к нему, — на одном дыхании выдал Джисон. — А вы вдвоем можете быть с ними в сговоре и горестно рассказывать Хенджину, что жить в общаге стало совершенно невозможно, так громко Ликс кричит во время секса.       Феликс смутился — сдержанностью он и правда не отличался, пусть и до истошных воплей не опускался. Но его ночевки у Хенджина всегда после вызывали волну шуток от остальных жителей этой квартиры.       — Я с удовольствием буду это говорить и без согласия Минхо, — мечтательно улыбнулся Сынмин, — просто чтобы посмотреть, как кто-то бесится.       — Он, между прочим, считает тебя своим лучшим другом, — тихо напомнил Чонин.       — И что? Его отношение к Ликсу бесит и меня. Я ему уже говорил об этом, но когда Хенджин кого-то слушал?       Феликс испуганно вжался в спинку дивана. Пока Сынмин с Чонином нарывались на взбучку от Минхо, сам Минхо переглядывался с Джисоном. Феликс не умел считывать эмоции Минхо: тот почти не показывал свои чувства мимикой, да и язык тела контролировал превосходно, а вот Джисон что-то семафорил бровями и подмигиванием, словно уговаривал Минхо согласиться. Все длилось секунд тридцать максимум, — Сынмин только успел признаться, что его бесит его лучший друг, — как Минхо ровно проговорил:       — Хорошо, я согласен. Зайдешь ко мне вечером в комнату, обсудим, как это лучше сделать, — он резко встал с дивана и на ходу бросил: — Я отлить, как вернусь — продолжим.