So fate decreed.

Теодор Я вернулся домой и сразу же поговорил с Хейзел. Моя болезнь вернулась и чувствовал я себя куда хуже, чем в детстве. В этот раз головные боли таки убивали меня, я становился раздражительным из-за них. Чувство, будто тебе 24\7 стучат по голове. Как от такого не сойти с ума? Я был в бешенство. Присутствие Роуз и её руки помогали мне справиться с этим. Звучит как чушь, но моя боль не была такой сильной, когда я чувствовал её запах. Демори оказался не самым умным доктором. Он так и не понял, что у меня за болезнь. О ней знали только я, Хейзел, отец, дедушка, бабушка, мать и наш семейный врач. Я не помню, чтобы избавлялся от головных болей полностью. С пяти лет я чувствовал их, а мать говорила, что это началось ещё когда я лежал в колыбели. Я родился с этими болями и мог заглушить их лекарствами. Я пил их активно, боли проходили, затем год, два и они возвращались. Так случилось и в этот раз. Лежа в постели, я чувствовал себя никчемным. Вряд ли я сумею жить без лекарств. Эта болезнь навсегда со мной. Ни то, чтобы она мешала мне жить. Если пить вовремя микстуры, не нагружать нервную систему и вовремя обращаться к врачу, то жизнь могла бы быть неплохой. Но я устал жить с пониманием, что я нездоров. Хейзел попросила у нашего врача прислать ещё микстур и я должен был пить их целый месяц, чтобы почувсовать облегчение на год, два, если повезет. Маме решил не говорить о своём состоянии, ей только стало лучше. Не хотелось расстраивать ни её, ни Роуз. Отец позвал меня этим вечером в свой кабинет и я знал, о чем зайдет речь. Ответ дедушки уже должен был прийти. В роскошном кабинете отца сидела мать Дафны и мой отец. Миссис Гринграсс смотрела на меня с недовольством в глазах и я понял, что победил. Дедушка поддержал меня. Свадьбы не будет. Отец держал в руках письмо и выглядел он сурово. Не будь здесь Галатеи — он бы избил меня. — Ты звал меня? — Спросил я, смело заглядывая в его глаза. — Ты пожаловался деду на свадьбу, не так ли? — Стальной тон, убийственные глаза, крепкие руки — всё это когда-то вызывало у меня страх. — Ты должен сказать мне спасибо за то, что не пожаловался на остальное. Отец посмотрел на Галатею, что не сводила с меня злых глаз. Она считала, что я унижаю её дочь, потому так злится. Как только Дафна расскажет ей обо всём, её отпустит. — Галатея, оставишь меня с моим сыном? — Он сдержанно улыбнулся ей и та кивнула. Я дал женщине пройти и тяжело вздохнул. Сейчас я получу новые синяки и моя головная боль покажется мне чем-то хорошим. Удары отца ощущались куда больнее. Но он ничего не сделал, сел за свой стол и сложил руки в замок, прислонив их к своему подбородку. — Ты был согласен на свадьбу, разве нет? — Спросил отец. — Был. Сейчас не хочу. — Поверить не могу. — Он скривил свои губы отвращении ко мне, — Всё моё состояние перейдет такому как ты… Ты даже слово своё не способен сдержать. Его слова меня ничуть не ранили. Я слышал и похуже от него. — Я был бы для тебя главным разочарованием в любом случае. Свадьба ничего не меняет. Отец сжал кулаки и они прохрустели. Внутри меня всё невольно сжалось. — Птичка мне нашептала, что тебя что-то связывает с дочерью Блэка. Неужели она стала причиной отказа от свадьбы? Его губы растянулись в насмешливой улыбке. — Я думал, что её частые визиты к нам связаны лишь с твоей матерью, но затем понял, что у этой мерзавки были свои цели. Она решила окрутить тебя, а ты повелся. Он достал сигару и закурил, смотря на меня так, будто перед ним незнакомый ему человек. Он изучал меня. — Тебя это не должно касаться. — Прорычал я, яростно выдыхая, — Я не женюсь до тех пор, пока сам этого не захочу. Взгляд отца потемнел и я увидел как напряглись его челюсти. — Не думал, что ты настолько жалок. Ты и впрямь поверил в какие-то чувства? Он говорил слово «чувства» так, словно это что-то противное. Словно, когда он проговаривает это слово, у него на языке горчит. — Так или иначе, Блэк не выдаст свою единственную дочь за тебя. — Правда? — Насмешливо вскинул я брови, — Интересно из-за кого? Может быть из-за тебя? — Совсем скоро я займу новую должность. Тогда то ты не будешь смотреть на меня с таким бесстрашием. Я усмехнулся. Если потребуется, то я вложу все свои деньги в отца Роуз. Пускай тратит их на множественные фонды, влиятельных людей. Но мой отец не станет Министром магии. Тогда наступят темные времена, а мы даже не успели привыкнуть к светлым. — Пошел прочь! — Гаркнул он и я ушел. Я знал, что теперь моя жизнь изменится в лучшую сторону, ведь я больше не стану ничего и никого бояться. Рано или поздно, но мать поймет кто такой Астарот Нотт и мы вычеркнем его из нашей жизни. А ещё, Поттер оказался прав. Я не могу видеть Розали Блэк с другим. Я понял это лишь когда потерял её, больше не мог почувствовать тепло её тела, не мог прикоснуться к ней. Надеюсь, что к моему возвращению, Рид исчезнет из её жизни. А если нет, то я добьюсь этого любыми способами. Кое в чем Роуз была права. Я был настоящим трусом. Если бы не Дафна, я бы никогда не решился разорвать помолвку. Девушка оказалась смелее меня. От своей никчемности в те дни было мерзко. Но сейчас всё изменится. В гостиной меня ждала Галатея Гринграсс. Точнее, она ждала не меня, а моего отца, но я решил с ней поговорить. Втянув побольше воздуха, я сел напротив неё и заговорил. — Миссис Гринграсс, не считайте, что я бросил вашу дочь и унизил её. Ваша дочь сама захотела этого. Женщина возмутилась. — Как это возможно, Нотт? Кто теперь её возьмет в жены? Она останется одна и опозорит всю нашу семью! Что о ней подумают, когда узнают о разрыве помолвки? Я был поражен. С такими родителями немудрено стать стервой. Я даже начал понимать Дафну. — Уверен, ваша дочь найдет хорошего жениха. — Какой ужас…- Взялась она за голову. — Необязательно выдавать замуж свою дочь сразу после окончания школы. — Сказал я, едва сдерживая раздражение. — Это же такой позор… Я разослала приглашение на помолвку всем, кого назвала моя дочь пару месяцев назад. Что же теперь будет… Я бы хотел верить, что в списке приглашенных нет Блэк, и она не получила своё приглашение. У Розали, как и у меня, взрывной характер. Если я в этом плане стал сдержаннее, то она напротив. — Сообщите в газету о разрыве помолвки. Ваши приглашения тотчас потеряют свою силу. — Бросил я, поднимаясь с дивана. Женщина подняла на меня холодные глаза и мысленно прокляла. Я чувствовал это всем своим нутром. Эта женщина шлет мне проклены. Моя головная боль усилилась и в этом точно её вина! — Прошу прощения, миссис Гринграсс. Я склонил голову в почтительном жесте и закатил глаза как только отвернулся от неё. Невыносимая женщина. Пусть она и большую часть своей жизни молчит, но глаза её говорят обо всём. Невероятно то, что я смог отвертеться от этой семейки. И вот, я снова нахожусь в своей мастерской, перебираю рисунки и нахожу дорисованный портрет Розали. Я подарю ей его на рождество вместе с другим подарком. Никогда прежде я не дарил никому свои рисунки. Я лежал на кровати, сложив руки на груди и, поверить не могу, но окунулся в мечты, связанные с Блэк. В последнее время я стал похож на влюбленного мальчишку из сопливых романов. Никогда не любил их, но прочитав любимую книгу Роуз, я поменял своё мнение о них. История Ноя и Элли хороша, и в их любовь хочется верить. Я вздохнул, закрыл глаза и тотчас их открыл, когда дверь в мою комнату отворилась. Без стука заходила только мать, а я уже отвык от её самостоятельных перемещениях по дому. Я резко сел в кровати и удивленно уставился на маму. Необычайно красивая и нежная. Вся в голубом. — Ты смотришь на меня так, будто перед тобой не мать, а черт пойми кто. — Когда мама выговаривает грязные словечки — я смеюсь. Она в эти моменты очень забавная. — Прости, я уже забыл как это… — Извинился я и протер глаза. Мама закрыла за собой дверь и села рядом со мной. Её глаза смотрели на меня с гордостью и лаской. — Я знаю, что помолвку отменили. Когда ты привезешь Розали? Я усмехнулся. Матери действительно очень понравилась Роуз и она часто говорила о ней с Хейзел. Маме нетрудно полюбить человека. Она могла окружить любовью каждого, кто этого потребует, но мне всё равно было ужасно приятно осознавать, что Розали нравится моей маме. И я был уверен, что и дедушке с бабушкой она понравится. Но я чувствовал, что спешить не стоит. Я ещё сам до конца не осознал свои чувства, не нашел достаточно смелости в себе, чтобы признаться в них. — Мам, дай нам немного времени. — Попросил я, мягко улыбнувшись. Мать чуть расстроенно поджала губы, но затем понимающе кивнула. — Да и, я не хочу приводить её сюда в дни, когда отец дома. Но обещаю, мы найдем выход и вы будете видеться. Я в ободряющем жесте погладил маму по руке и она положила голову мне на плечо. — Одного понять не могу… — Вздохнул я, — Что случилось с Гринграсс? Я не думал, что она откажется от этой свадьбы. — Это я её надоумила. — Удивила меня мать. Я нахмурился, она подняла голову и заглянула в мои ошарашенные глаза. Мама грустно улыбнулась. — Дафна так отчаянно вцепилась в тебя, что забыла о том, как важна настоящая любовь. Я едва не закатил глаза. Видел я её настоящую любовь. Любовь, которая ничего не значила для отца. — Я объяснила ей на своем примере как важна взаимность. Рассказала ей нашу историю с твоим отцом. Если она сейчас заговорит о большой любви, то я тотчас уйду из этой комнаты. Я терпеть не мог разговоров матери об отце. Она всегда идеализировала его. То ли мать действительно таким видела его, то ли пыталась надеть на меня розовые очки и запудрить мне мозги. — Ведь твой отец никогда не любил меня, Тео. — С горечью проговорила мама, — Он женился на мне ради мести. А я мечтала, что когда-нибудь неприступное сердце Астарота Нотта откроется для меня. И теперь, моя единственная радость — это мой сын. А Дафне пришлось бы хуже, ведь ты не похож на своего отца, ты не касался бы Гринграсс и пальцем ради своих целей. Даже ради рождения наследника. Мысль о том, что я мог бы делать наследника в этой спальне с Гринграсс заставляла меня испытывать тошноту. Не знаю, что с ней не так. Скорее, со мной что-то не то. — О какой мести ты говоришь? Мама долго молча на меня смотрела и потом вдруг тяжело вздохнула. — В школе твой отец относился ко мне как к младшей сестре. Он очень уважал меня, мою семью и был близким другом моего брата. Я всегда хотела выйти за него замуж. С самого детства. Я не смог скрыть своего изумления. Мой отец и уважение? Он когда-нибудь уважал мать? — Но Астарот не переставал бегать за гриффиндоркой Анабель… Она была на два года младше его. Имя конкурентки она выговорила с ревностью. Я стал напрягаться. Что, если он до сих пор ходит к этой женщине, и пропадает так часто не только по делам в министерстве? — Анабель была гордой, долго мучила Астароста, а когда дала ему шанс, то он весь засиял. Никогда не видела его таким счастливым, как с ней. Астарот обожал её и это убивало меня. — И тогда ты решила женить его на себе? — Догадался я. Мать кивнула и неловко пожала плечами. — Любовь слепит, Теодор. Я всё испортила Астароту. Мой отец имел куда больше влияния, чем семья Ноттов. Астарота заставили взять меня в жены. Первое время он боролся, пытался мне угрожать и спорить с отцом, но очень скоро согласился. — Значит, он сдался? — Анабель бросила его, не стала ждать пока он разберется с навязчивой невестой и согласилась выйти замуж за шустрого гриффиндорца… Я не сдержал злорадного смешка. Мать посмотрела на меня со всей серьезностью в глазах и я решил что сейчас она меня отчитает. — Этим гриффиндорцем был Сириус Блэк. Мой давний близкий друг, согласившийся помочь мне заполучить Астарота. Анабель — мама Розы. Моя челюсть буквально отвисла. Я вспомнил как Блэк застал нас в кабинете покойного Министра и назвал второе имя Роуз. Розали Анабель Блэк… Так значит, отец Роуз увёл у моего девушку? И попросила его об этом моя мать? — Астарот на зло Анабель женился на мне, но той было глубоко всё равно. Блэк своей харизмой ослепил её и она быстро выскочила за него замуж, а после она забеременела. В тот день Астарот рвал и метал. Он высказал мне всё, сильно кричал и поклялся, что никогда не станет относиться ко мне как к жене. Он пообещал, что моя жизнь в этом доме будет ужасной. Тогда я жутко истерила, рвала на себе волосы и даже попыталась покончить с собой, находясь в положении. Из-за этого тебя мучают головные боли… Мои глаза зажгли, челюсти до боли сжались. Мама снова сидела передо мной в слезах и смотрела на меня с невыносимой болью в глазах. Она корила себя за прошлое. А отец не мог простить её, и потому решил испортить жизнь и мне. Ему нет прощения. Однако, что если бы я стал таким же? Что, если бы опоздал и Роуз окончательно выбрала бы Рида? Я бы женился на Дафне, возможно попытался бы сделать наследника, а затем превратился бы в монстра. Из этого всего я вынес лишь одно: У каждого злодея есть своя история. Никто не становится злым просто так. Злых людей когда-нибудь переломали надвое и причинили огромную боль. Они поддаются своему дьяволу и тонут в ненависти. Мне тяжело представить отца хорошим. Я никогда не знал его таким. Но мать, по всей видимости, знала. И потому пыталась жить с тем добрым образом отца. Даже, когда на месте того образа появился сущий дяьвол. Отец ненавидит Блэка. Я знал об этом, но никогда не думал о причинах. Считал, что отцу не нужны причины для ненависти. А также, я видел отношение Сириуса ко мне. Он всегда искал во мне черты моего отца. — Мам, из-за чего умерла мать Розали? Отец её убил? — Спросил я, боясь услышать «Да». Я бы не смог смотреть в глаза Роуз. Я бы не смог быть с ней. Однако, мама вдруг зло нахмурилась и ударила меня по плечу. Я айкнул и возмутился. — Ты чего? — Это ты чего? Твой отец не такой тиран! Мне хотелось ей напомнить о, ещё не заживших, синяках на своём теле, но сдержался. Розовые очки моей матери нелегко разбить. — Когда Анабель умерла, Астарот плакал. Я скривил в лицо в недоверчивой гримасе. — Это был единственный раз, когда я видела его слезы. Тогда Нотт пошёл на её похороны и подрался с Блэком прямо у её могилы. Розали не было и года как Анабель умерла. Это были последствия родов. Тяжелые последствия. Астарот винил во всём Блэка и винит до сих пор. Я выдохнул, выпучив глаза. Всё это никак не укладывалось в моей голове. Я бы предпочел считать отца моральным уродом до конца жизни, но теперь во мне будто просыпалась жалость к нему. — Я рассказала Дафне эту историю и она ужаснулась… Я увидела в её глазах такую большую жалость. И знаешь что? Я поднял глаза на мать. — У этой девочки ещё не все потеряно. — Улыбнулась мама, — Она явно влюблена в кого-то другого. Надеюсь, эго моего мальчика не ранено? Я фыркнул. Ещё чего. — Жаль этого добряка, в которого она влюбилась. Мы с матерью помолчали несколько минут прежде, чем я спросил самое важное. — Как думаешь, он способен жестоко отомстить Блэку сейчас? — Я решила тебе рассказать об этой истории, чтобы ты был на чеку, Тео. — О чем ты? — Грядут темные времена, и они будут особенно опасны для Роуз и её отца. Она пристально посмотрела мне в лицо; прекрасное выражение потухло, взгляд потускнел и мама показала мне свой страх. — Я так боюсь, Тео. — Призналась мне мать. — Давай расскажем обо всём дедушке! — Нет! — Запротестовала она, — Ни за что! Моё терпение практически лопнуло. Нужно было заканчивать этот разговор. Он не приведет ни к чему. — Я пойду к себе в мастерскую, а ты подумай хорошенько обо всем, ладно? — Сдержанно сказал я и поцеловал мать в лоб.

***

Я вернулся в школу через два дня, решив все вопросы с мамой и помолвкой. Я искал Розали по всей школе, надеясь поделиться с ней радостной новостью, но нигде не нашел её. На часах уже пробило 22:00 и она должна была быть у себя в башне, однако, там я никого не нашёл. Я вошёл в её комнату и увидел разбитое зеркало. Осколки лежали на полу и рядом капли алой крови. Мне вдруг стало тревожно. Выйдя из спальни, я задумался. Не хотелось делать поспешные выводы и думать о худшем. Я услышал голос Забини за дверью, проговаривающий пароль от башни. Он залетел в гостиную и набросился на меня с такой яростью, что я растерялся. Блейз врезал мне по лицу и я отлетел к дивану. Ещё никогда я не дрался со своими друзьями. — Ты доволен собой, урод? — Яростно шипел на меня он. Я прижимал ладонь к челюсти, непонимающе смотря на друга. — Какого черта, Блейз? Вместо ответа Блейз снова замахнулся, но мне удалось увильнуть от его кулака. Я схватил его за плечи и оттолкнул в стену. — В чем дело? — Закричал я, прижимая Забини к стене. Он сердито дышал, сжимал кулаки и взгляд его был полным ненависти. — Я простил тебе твой эгоизм по отношению ко мне, но ни за что не прощу тебе страдания Роуз! Ты пообещал ей, что расторгнешь помолвку, но утром нам всем пришли приглашения. Ты аморальный урод, Нотт! Забини яростно зарычал и стал вырываться из моей хватки. — Какой ещё эгоизм? Что я тебе сделал? — Не строй из себя дурака! Ты ясно видел, что я влюблен в Гринграсс. Я отпустил его и сделал шаг назад. Он был влюблен в Гринграсс? Я даже подумать об этом не мог. Блейз никогда не заводил серьезных отношений и менял девушек как перчатки. — Ты влюблен в Гринграсс? — Именно. — Я не знал об этом. — Даже, если бы ты знал, ты бы всё равно не расторг помолвку. — Ты думаешь, у меня был выбор? — Выбор есть всегда. И это мой друг, знающий меня с детства. Это тот самый друг, который знал моего отца не хуже меня самого. Кажись, я всё больше разочаровываюсь в своем окружении. — Да, но я не могу делать то, что делаешь ты, Блейз. Знаю, ты бы так не сделал. Ты бы наверняка что-нибудь придумал, так ведь? — Иронично ухмыльнулся я, — Ведь в твоей жизни никогда не было отца, никто не брал твою жизнь под свой контроль, твою свободу ценят в семье. Мало того, тебя никто не избивал в детстве и не заставлял молчать об этом. Ты рос с матерью, которая тебе всё позволяет и ты, черт подери, счастлив! Взгляд Забини смягчился и мне даже показалось, что он вот-вот извинится и остынет. Однако, Блейз молчал, а я больше не мог терять времени. — Я расторг помолвку, придурок! Приглашение не имеют никакой силы. — Бросил я ему, но он не поверил мне, — Хочешь верь, хочешь не верь, но я сделал это. Вали к Гринграсс и больше не приближайся ко мне. Мне таких друзей паршивых не нужно. — Выпалил я сгоряча. — Ты мне давно уже не друг, Нотт. — Прозвучало у двери и я прикусил щеку изнутри, сдерживая эмоции. С ним я разберусь позднее. Я бросил приглашение в огонь и подошел к окну. Неведомая мне сила потянула меня туда. Я видел черное озеро, большое дерево, сбросившое все свои листья и девушку у берега озера. Я всматривался, щурил глаза, а затем несколько раз моргнул прежде, чем осознать. Я тотчас рванул из башни, представляя всё самое худшее. Та девушка у озера была не похожа на Розали, но моё сердце, черт возьми, так и кричало мне о том, что там она. Я бежал по снегу, проваливаясь в него. Как на зло сегодня выпало много снега и дорога к озеру забрала у меня больше времени, чем я мог себе позволить. Добежав, я остановился, разглядывая фигуру, повернутую ко мне спиной. У девушки было короткое растрепанное каре и плечи её дрожали. В руках у неё полупустая бутылка огневиски. Я бы не узнал в ней Розали, если бы не розовое пальто. — Роуз, что ты собралась делать? — Взволнованно спросил я. В голову мне взбрела мысль, что сейчас она полезет в ледяную воду. — Оставь меня в покое. — Уставшим голосом ответила мне Розали. Она всё не поворачивалась ко мне, голова её была опущена. Стало очевидно, что Роуз поверила в это приглашение. Она не решила довериться мне и дождаться объяснений. Злость подступила к горлу и я вдруг стал задумываться над тем, чтобы уйти. Прежний Теодор Нотт бы так и сделал. Но я заглушил в себе голос прежнего Нотта и быстро подошел к ней сзади. Взяв Розали на руки, я услышал от неё множество гневных комментариев. Её бутылка упала и алкоголь растекся по снегу. Она стала кричать и вырываться. В этот раз я не стал силой её тащить, бросил в снег и Роуз успокоилась. — Что с твоими волосами? — Вырвала вместе со своим сердцем. — Прокричала она мне, стараясь встать с земли, но все её попытки были бесполезными. Я протянул ей руку, терпеливо поджимая губы. — Позволь мне помочь тебе. — Просто уйди. — Роуз ударила меня по руке и поднялась сама. Лишь теперь я смог посмотреть в её глаза, полные обиды и злости. Они были припухшими и красными. — Почему ты соврал мне, Теодор? — По красной щеке скатилась слеза и она вытерла её, будто стыдясь своих эмоций. Я отрицательно помотал головой, не зная, есть ли смысл объяснять ей что-то пока она в таком состоянии. Во мне всё закипало, но я не мог взорваться прямо сейчас. — Пойдем. — Я схватил её за локоть и повел за собой в сторону замка, но та не переставала брыкаться и кричать. Она таки вырвала свой локоть из моей руки и яростно оттолкнула меня. Я был готов прийти к крайним мерам и достать палочку. Она отвернулась от меня и вновь пошла к озеру. Моё терпение лопнуло. — Я разорвал помолвку! — Закричал я ей в спину, и она резко притормозила, — То приглашение отправили за день до того, как я это сделал. Ох, честно, я очень надеялся, что сейчас ей станет безумно стыдно и она найдет в себе силы извиниться. Понятия не имею как я решил справляться с этим ураганом с именем Розали. Роуз повернулась, взглянув на меня круглыми, неверующими глазами. — Что ты сказал? — Хрипло спросила она. — Никакой свадьбы с Гринграсс не будет. Я взял себя в руки и подошёл к ней. Роуз подняла глаза и нахмурилась. — Ты не лжешь мне? — Нет, Розали. Я не лгу тебе. — С раздражением ответил я, — Это всё из-за того, что ты не умеешь слушать и ждать. Что ты сделала со своими волосами? Неужели трудно было меня подождать и поговорить? Ты, черт возьми, невыносимая, Розали и я уже боюсь тебя. Если бы тебе прислали письмо, где говорится о моей измене, ты бы даже не спросила меня и отрезала мне яйца? В моих жилах закипала кровь, я был безумно зол на неё. Но, черт возьми, какая же она была красивая даже с отрезанными волосами. — Ты виноват не меньше, Нотт! Ты мог бы написать мне сразу, чтобы я узнала об расторжении помолвки в тот же день, но ты не сделал этого! — Да, потому что я хотел сказать это тебе, глядя в глаза! — Ах, ну конечно. Давай же, сделай из меня истеричную идиотку! Когда мне было семь, мама прочла мне одну очень глупую книжку. Это была книга про любовь, в которую я уже тогда не хотел верить. Не вспомню названия, но хорошо помню о чем она была. После её прочтения мать читала мне длительную лекцию на тему «Настоящая любовь». «— Теодор, настоящая любовь заставляет меняться, заставляет идти на уступки.» « — Теодор, ты поймешь, что искренне любишь, когда сможешь спокойно выносить её истерики. Даже, если ты будешь раздражаться, ты не позволишь себе уйти и оставить её. Ты будешь рядом, что бы там ни было.» «И даже когда ты будешь прав, ты будешь готов извиниться перед ней. Твоя гордость исчезнет, Тео.» Тогда я недовольно фыркал, убеждаясь в том, что у родителей нет этой любви. Но сейчас… Сейчас я смотрел на неё и поражался тому, как встрял в это всё. Я впервые терпел женские истерики, которые до этих пор терпеть не мог. Она кричала на меня до тех пор, пока у неё не заканчивался воздух в легких. Затем Роуз делала глубокий вдох и продолжала пилить меня, а я молчал, понимая, что не смогу уйти. Больше не смогу. Моя гордость действительно бесследно исчезала, когда дело касалось её. Пускай будет трудно, пускай мы будем ругаться несколько раз в неделю, пускай между нами будут постоянные недопонимая, но я хочу быть с ней. Розали Блэк слишком глубоко засела в моем сердце. Никто в этом мире, даже я сам, не сможет её оттуда вырвать. Она пустила свои корни там и этого не изменить. — Роуз, я люблю тебя. Это было признание адресовано даже не Розали. Я сказал это в слух, чтобы наконец принять этот факт. Это было тяжело. Я никогда не думал, что решусь на подобные слова. Роуз была поражена. Её глаза широко раскрылись и рот приоткрылся. Казалось, что она даже не дышит. — Что ты сказал? Ну уж нет, одного признания думаю достаточно… — Что слышала, Блэк. Не заставляй меня говорить это дважды. — Застыдился я. — Нет, Нотт, повтори это немедленно! — Сделала она шаг ко мне. — Женщина, держите дистанцию. — Попытался шутить я, но это меня не спасло. — Ты сказал, что любишь меня? Розали оказалась очень близко ко мне и она пытливо заглядывала мне в глаза. Мерлин, почему ей всё приходится повторять дважды? — Да, Блэк, я именно это и сказал. Я вздохнул, зарывшись рукой в свои волосы. Это было от нервов. Я волновался как мальчишка перед ней, внутри всё так и дрожало. — После всего того, что ты устроила, ты просто обязана стать моей девушкой и вымаливать прощения целую вечность! Ибо я чуть с ума не сошел, когда увидел кровь и разбитое зеркало в твоей комнате. А затем на меня набросился Блейз. Я ткнул пальцем в синяк возле глаза. — Ты будешь долго вымаливать у меня прощение за это. И Блейз будет это делать рядом с тобой. А если ты ещё раз сотворишь что-то и не поговоришь со мной, то я за себя не ручаюсь. Роуз разглядывала моё лицо. Я был уверен, что щеки у меня такие же красные, как у неё. И нет, это вовсе не от холода. Мне стало жарко и я едва боролся со своими эмоциями. Её глаза излучали тепло и свет, пронизывающий до мозга костей. Она смотрела мне прямо в душу. В следующий момент она привстала на цыпочки, снова заглянула в мои глаза и поцеловала меня. Я просунул руки под её затылок и Розали простонала у меня во рту. Как же мне этого не хватало. Не описать словами то невероятное облегчение, которое я испытал в эту секунду. За время разлуки я успел забыть как целовал её. Я забыл каково это, когда Розали Блэк трогает тебя каждую секунду, целует в щеки и шею. Теперь это всё казалось таким нереальным. Я поверить не мог, что всё кончено и нам ничего не мешает. Касаться её вот так стало непривычно, но я быстро привыкну. Сомнений не было.

***

Автор Блейз вернулся в свою комнату и тотчас принялся собирать вещи. Он собирался вернуться домой на все каникулы и побыть один весь месяц. Так ему будет лучше. Так всем будет лучше. Забини сам себя не узнавал. Агрессия, ненависть, зависть — эти чувства окружили его со всех сторон. Он никогда не был таким. Мулат не складывал вещи, он их яростно бросал в сумку, едва не рыча от злости. Находиться здесь ради Розали нет смысла. Он видел как они с Ноттом возвращались в башню, держась за руки. А он закроется дома, наберет ванную, напьется дорогого виски и, наконец, забудет обо всём хотя бы на ночь. Помолвка разорвана. Гринграсс свободна, но ему от этого не легче. Ей абсолютно плевать на него. Блейз считал, что та сейчас безутешно страдает из-за Нотта. Ему не хотелось видеть её и убеждаться в этом. Он застегнул молнию на сумке, бросил её на плечо и вышел из комнаты. В замке гробовая тишина, вокруг ни одной живой души, все давно разъехались по домам, а его друзья развлекаются в башне старост без него. Забини почувствовала как новая волна ярости подходит к горлу. — Блейз! — Позвал его голос позади. Забини резко притормозил, издав противный звук ботинками. Он не оборачивался, раздумывал стоит ли. — Блейз, постой! Он слышал как цокают каблуки девушки и не мог ничего с собой поделать. Сделать шаг вперед было тяжело, но обернуться ещё сложнее. Когда девушка к нему подбежала и встала напротив, Забини окинул её ледяным взглядом. — Чего тебе, Астория? Гринграсс была вся красная и вспотевшая, глаза её были напуганными и худые бледные руки дрожали. — Мне нужна твоя помощь, Блейз. — Дыхание блондинки сбивалось. — Я тебе не помощник. — Отмахнулся от неё Блейз и заставил себя сдвинуться с места. Он пошёл вперед, крепко прижимая к себе сумку. — Блейз, Дафне нужна помощь. Приехал отец и они сейчас жутко ругаются в кабинете Снейпа, отец хочет отправить её к тете в Болгарию. Я знаю, что только тебе небезразлична её судьба. Умоляю, помоги! — Взмолилась Астория. Блейз вновь остановился, крепко сжал губы и челюсти. В последнее время ему приходилось бороться с самим собой слишком часто. Он хотел уйти, сказать что ему всё равно, лечь в свою постель и заглушить боль виски, но это же не он. Блейз Забини так никогда бы не поступил. Он придет на помощь даже тому, кто этого меньше всего заслуживает. Гринграсс была одной из тех, кто не заслуживает его помощи, но чувства к ней всё ещё терзали юношу. Он буквально побежал в кабинет директора, по пути раздумывая над тем, что скажет. Астория едва успевала бежать за ним, даже сняла туфли, чтобы не отставать. Крики отца Гринграсс Блейз услышал, когда добрался до дверей в кабинет Снейпа. Блейз засомневался, запретил входить Астории и стал слушать. — Ты — моё самое большое разочарование. Ты позволила Нотту расторгнуть с тобой помолвку, уму непостижимо! Да ещё и сама об этом попросила! Блейз изумленно взглянул на запыхавшуюся Асторию и та закивала, подтверждая слова отца. Послышался женский всхлип и заплаканный голос Дафны. — Отец, прошу тебя! — Не смей! — Заорал он. — Я бы не смогла жить с ним, ты ведь не знаешь… — Ах не смогла бы? Зато теперь сможешь! Будешь жить с теткой в Болгарии рядом с монастырем. Ты забудешь о палочке, о веселье и красивых нарядах. — Нет! — В истерике закричала Гринграсс. Когда Забини услышал хлопок, то тотчас влетел в кабинет без стука. Дафна лежала на полу, держась за щеку. Её мокрые глаза смотрели на него с удивлением и невыносимой болью. Блейз проскрипел зубами, переведя яростный взгляд на отца Дафны. Снейп подошел к ученице и помог ей подняться, а затем отвел в сторону. — Я не позволю в своем кабинете рукоприкладства. — С угрозой взглянул на него Северус, — Не переходи границы. — Я сам разберусь, Снейп! — Гаркнул на него. — Отныне вы ни с чем не будете разбираться, мистер Гринграсс. — Встрял в их разговор Блейз, которого до тех пор Гринграсс будто не замечал. Тот зло сощурился и расправил плечи. — Ты тут что забыл, щенок? — Вы больше не посмеете так обращаться со своей дочерью. — Тон Забини был холодный, полным уверенности и решительности. — Ты что-ли мне запретишь? — Насмешливо вскинул он брови. — Именно. Ваша дочь станет моей женой сразу после выпускного, и вы не посмеете мне отказать. Астория и Дафна поражено ахнули. Зареванная Гринграсс прикрыла рот рукой. Гестер не на шутку удивился. Он смотрел то на дочь, то на самоуверенного Забини, не понимая, что должен сейчас сказать. — Гестер, по-моему, это не самое худшее решение. — Сказал Снейп, посмотрев тому в глаза. — Со мной ваша дочь не будет опозорена, и в этом браке ей будет не хуже, чем с вами в одном доме. — Да как ты смеешь… — Начал Гринграсс, но Снейп остановил его, положив тяжелую руку мужчине на плечо. Тот глубоко вздохнул, оглядел Забини недоверчивым взглядом и затем спросил. — Согласен заключить помолвку на следующей неделе? — Согласен. — Нераздумывая ответил Блейз. — Блейз, не надо! — Всхлипнула блондинка и тотчас получила убийственный взгляд отца. — Я поговорю об этом с твоей матерью и мы всё обсудим через несколько дней. — Пробурчал Гринграсс и ушел из кабинета. Снейп, сложив руки за спиной, вопросительно уставился на Забини. Тот пожал плечами и выдохнул. — Можно я заберу девочек? — Пожалуйста. — Ответил ему директор, — Надеюсь, вы позаботитесь о них. Блейз кивнул и подошел к дивану, на котором сидели сестры. Он подал руку Дафне и та, дрожа, вложила свою руку в его. Её глаза спрашивали у него «Зачем ты это сделал?», но Блейз всячески избегал этих глаз. Он сказал это всё толком не обдумывая. Сейчас на душе было паршиво, ведь, кажется, Забини обрек себя на свадьбу с девушкой, которой он безразличен. И забрать свои слова назад уже не выйдет. Гринграсс держалась за его руку как за последний шанс на спасение и это ещё больше угнетало его. Даже если у них что-то получится, Дафна сделает это из благодарности ему. Он проводил сестер до комнаты и посадил Дафну на кровать. Та не переставала искать его глаза. — Блейз, что ты наделал? — Почти шепотом спросила блондинка. Он, не глядя на неё, помотал головой. — Не хочу об этом говорить. — Ты же не хочешь этой свадьбы! — Ох, Дафна, я очень хочу её. И я бы радовался сейчас, если бы знал, что и ты её точно также хочешь. — Бормотал он себе под нос, снимая с Гринграсс кофту. — Блейз! — Дафна убрала его руки и заставила посмотреть себе в глаза. Тот смотрел на неё и едва не кривился от боли внутри. — Ты же не любишь меня, Дафна. — Печально улыбнулся он, — А я уже итак обречен. — Блейз, всё не так… — Глаза её наполнились слезами, — Всё изменилось. Но он не верил ей. Дафна ясно видела сомнение в его глазах. Тогда она взяла его лицо в свои мягкие руки и заставила смотреть ей в глаза. Блез удивился, не знал как отреагировать. — Блейз, я отказалась от свадьбы с Ноттом потому, что поняла, что буду несчастна. Несчастна в браке, где нет любви. Забини скривил губы, пытаясь вырваться из её рук. Он не желал слышать этого. Но Гринграсс не дала ему освободиться. — В браке, где я не люблю. Мулат прекратил всякие попытки вырваться и застыл. — Я начала испытывать к тебе чувства ещё пару месяцев назад, когда ты поддержал меня. Но я слишком хорошо тебя знала, чтобы подпустить к себе так близко. Ты не славился глубокой верностью, Блейз. Ты флиртуешь с каждой… — С тобой было всё иначе. — Я знаю. — Выдохнула Дафна, — Я хочу выйти за тебя замуж, Блейз. Правда, искренне. Мне больше не важно одобрение отца или его любовь. Просто будь рядом. — Это будет трудная семейная жизнь… — Наконец улыбнулся мулат, — Возможно ты даже захочешь придушить меня. — Или ты меня. — Но я сделаю для тебя всё, Дафф. — Пообещал он, убрав со своего лица её руки. Он сжал их в своих руках и поцеловал. Щеки Гринграсс запылали от смущения и губы её растянулись в ласковой улыбке. Надо же, ведь ещё утром она желала умереть, а когда пришел отец, так и вовсе пообещала себе выпить яд. Но Блейз Забини появился в кабинете словно рыцарь из маггловских сказок, но только без коня и доспехов. Он спас её и в этот раз. — Сделаю всё лишь бы ты не унижалась… Блейз вновь вспомнил Нотта, толкающего Дафну. Его презрительные взгляды на неё, безразличие. Он ненавидит его за это. И эта ненависть побеждает в схватке с дружбой. — Ну а сейчас ложись спать. — Велел он ей и взял свою сумку в руку. — Ты не уедешь? — С долей страха спросила Дафна. — Куда я теперь уеду? Думаешь, мать даст мне спокойно уснуть? Она съест меня за такой ранний брак. — Ухмыльнулся мулат, — Я зайду завтра.

***

Розали Утро выдалось по-настоящему тяжелым. Мне нужно было уехать к отцу и Теодора взять я не могла. Я должна подготовить отца и наладить с ним отношения прежде, чем приводить Нотта в наш дом как своего парня. О Салазар, Теодор Нотт действительно мой парень. И рядом с ним я была словно маленькая, капризная, но счастливая девочка. Мне предстоит привыкать к этому ещё не одну неделю. Трудно принять тот факт, что теперь мы вместе, нам никто не мешает и даже наши собственные амбиции нам не помеха. Я собирала вещи, тоскливо осматривая свою комнату, с которой мне необходимо попрощаться на месяц. Эта башня стала такой родной. Наверное, на выпускном я буду больше всего плакать по ней. Я собрала сумку и оставила её возле дверей, а сама пошла в Большой Зал. Там всё ещё подают завтраки тем, кто не уехал. Таких было немного, но они всё же были. У колоны около Большого зала стояла Дафна и на лице у неё была улыбка. Это была не та нездоровая, печальная улыбка, что была прежде. Она помахала мне рукой и приветливо улыбнулась. Я неуверенно пожала плечами, было стыдно за свои вчерашние эмоции. Я отрезала свои драгоценные волосы и почти возненавидела Гринграсс за то, в чем нет её вины. Конечно, она во многом была виновата, но она осознала всё до того, как всё дошло до точки невозврата. В какой-то степени я даже уважала её за это. Не каждый смог бы отказаться от чего-то во вред себе. Я всё же решилась подойти к ней и неловко улыбнулась. — Привет. — Выдохнула я, — Кого ждешь? — Привет. Я жду Блейза. — Ответила она и я нахмурилась. Блейза? Она ждет Блейза? Разве между ними не всё кончено? Мне казалось, что Блейз даже видеть её не хочет. Дафна заметила моё замешательство и объяснила. — Вчера Блейз спас меня от отца. Пообещал ему что женится на мне. Я широко раскрыла рот, сдвинув брови к переносице. — О Господи Боже! — Воскликнула я, — Ты сейчас серьезно? Она радостно закивала головой, глаза её сверкали от счастья. — Я сказала ему о своих чувствах. Он поверил мне. Мной вдруг овладела грусть и тоска по Блейзу. Мы так и не говорили с ним после той ссоры. Уж не знаю, поделится ли он новостью о свадьбе со мной, заговорит ли снова? — Это замечательно, Дафна. Было странно вот так разговаривать с ней. Будто не было между нами той глупой вражды, будто моя связь с Тео не топтала её честь, будто не она хватала меня за руки, угрожая, будто не она приказала Кристоферу закрыть меня в старой подсобке. Я узнала об этом от Габриэля. Но сейчас передо мной стояла другая Дафна Гринграсс. И я искренне верила в то, что прежняя Дафна не вернется. Настоящих стерв порождают мужчины. Будь это отец или возлюбленный — плевать. — Мы с Теодором вчера стали парой. — Решила поделиться я, переступив через свою неловкость. Я ожидала увидеть многое в глазах Гринграсс, но только не радость. — Стыдно, что я отняла у вас столько времени. Это должно было произойти раньше. — Дафна взглянула на меня с сожалением. — Нет, что ты. Если бы не было тебя, мы с Ноттом не научились ценить то, что у нас есть. Мы бы принимали это как должное. Глаза Дафны уставились на кого-то за моей спиной. — Не оглядывайся, за тобой, кажется следят. — Знакомая ухмылка коснулась её губ. Я резко обернулась и увидела его. Теодор стоял у соседней колоны, уперевшись об неё плечом. Его руки были сложены на груди и взгляд был очень внимательным. Он был одет в новую тренировочную форму и она безумно ему шла. Я не сдержала улыбки, повернулась к Дафне и сказала ей. — Маньяк какой-то, пойду спрошу что ему от меня нужно. Я подмигнула Гринграсс и мы рассмеялись. Когда я повернулась и пошла в сторону Нотта, Дафна откликнула меня. — И да, Блэк! Я повернула к ней голову и вскинула брови. — Классная прическа. Я благодарно улыбнулась и кивнула ей. Ужасная прическа. Кудри вьются, их невозможно уложить, я стала похожа на домовенка. Но, как сказал вчера Нотт перед сном «Очень милого домовенка». Мы не ночевали с ним вместе. Он ушел до полуночи. Мы не целовались, не раздевали друг друга. Лишь держались за руки и наслаждались этой близостью. Было так непривычно трогать друг друга, не думая о последствиях. Мы решили не спешить в этот раз ни с чем. Когда я наконец оказалась перед ним, то сказала. — Знаешь, мне не нравились перемены в нашей школе с приходом Снейпа, но эта форма… Раньше была полная безвкусица. — Если тебе повезет, дам тебе её примерить. Тео обхватил мою талию двумя руками и прижал к колоне. Его губы тотчас накрыли мои и мы слились в жадном поцелуе. Поцелуи с ним всегда сносили мне крышу, мои ноги становились ватными, когда его руки крепко держали меня за талию. Я целовала его, чувствуя, как его губы растягиваются в улыбке. Бабочки забились об мои ребра с бешеной силой. — Что, черт возьми, здесь происходит? — Услышала я за своей спиной. Я резко отпрятнула от Теодора и обернулась. Пэнси и Гарри стояли перед нами с ошалевшими лицами. Вот блин. Пэнс надвинулась на меня словно ураган. Она бросала свой непонимающий взгляд то на меня, то на Теодора. Затем она заметила состояние моих волос и широко раскрыла глаза. — Что это? -Схватила она мои выпирающие кудри, — Что ты наделала? — Роуз, что с твоими волосами? — Обеспокоено спросил Гарри, стоящий за спиной Пэнси. Я только раскрыла рот, чтобы ответить, но меня оборвал Тео. — Слушайте все и не говорите потом, что не слышали! Его руки упали мне на плечи и я изумленно подняла голову. Тео одной рукой опустил мою голову и с улыбкой заявил друзьям. — Мы с Роуз официально вместе. В качестве поздравлений принимаем жаркие объятия, дорогие сигары и выдержанный виски. Я ткнула его локтем по ребрам и нелепо улыбнулась ребятам. Они, молча переглянулись, а затем Пэнс запрыгала от счастья так, как недавно я прыгала, узнав новость об их с Гарри свадьбе. Подруга набросилась на меня с объятиями и поцелуями в обе щеки, а после она стала тискать Тео за щеки, притягивая его к себе, и, сюсюкала «Я знала, что ты не безнадежен». Она легонько хлопнула за по щеке и вновь вернулась ко мне, пока Гарри поздравлял Нотта чисто «по-мужски». — А что с твоими волосами? — Снова спросила у меня Пэнси. — А это Роуз решила доказать мне свою любовь и отрезала свои волосы. — Ответил Теодор, за что получил от меня испепеляющий взгляд. — Я решила сменить имидж, всё в порядке. Подруга косо взглянула на меня, явно не веря в мои слова. Но она не стала больше расспрашивать. — Как отреагировал наш бормотун? — С ухмылкой спросил Гарри. Конечно же, он говорил о Малфое. — Он ещё не знает. Я решил поберечь своё изумительное лицо и написать ему об этом в письме. — Ответил Тео. Драко уехал домой ещё вчера. Буквально через час после его отъезда я получила приглашение. Малфой не простил бы Нотту таких моих эмоций. Так что, может и хорошо, что его не было в этот момент. — Ну а кто тогда разукрасили тебе лицо? — Выгнула бровь Пэнс. Я помотала головой, взглядом говоря ей даже не начинать эту тему. — Напоролся на большой темный шкаф. — С иронией ответил Тео. — Ты с Блейзом подрался? — Ахнула Паркинсон. — Я краем уха услышал, что Забини женится на Гринграсс? — Обратился ко мне Тео, проигнорировав вопрос Пэнс. — Что? — Поразилась Пэнси. — Ты серьезно? — Так же пораженно взглянул на меня Гарри. — Да, Блейз давно испытывал чувства к Дафне. Но, советую вам не донимать его с расспросами. Теодор фыркнул. Он был обижен на него, пусть и говорил, что ему все равно. Я знала, что он любил Блейза и ценил его как друга, но гордость его слишком велика для того, чтобы извиниться перед ним за всё. — Так… — Вздохнула она, — Тогда на каникулах устроим отличный девичник и мальчишник в честь двух помолвок! — Пэнси хлопнула в ладоши и я поддержала её. — Отличная идея. — Но сможем ли мы терпеть Гринграсс так долго, вот это вопрос… — Пробормотал позади Гарри и Тео дал ему «пять», усмехнувшись. — Дафне нужен второй шанс, парни. — Убеждала я их, но те лишь многозначительно переглядывались. Мы с Пэнси синхронно закатили глаза и отвернулись от них. — Они из-за Дафны подрались? — Шепотом спросила у меня подруга. — Скажем так, у Блейза накипело и он решил всё высказать Нотту. Пэнс цокнула языком. — Высказал кулаками? — Как видишь. Она снова закатила глаза и взяла меня за руку. — Мы и это переживем. И я верила ей. Если Пэнси о чем-то уверенно говорит, значит так и будет. Мы провели остаток дня вместе. Это были отлично проведенные часы, на протяжении которых, мы с Теодором не расцепляли наших рук. Было приятно смотреть на влюбленных Гарри и Пэнси и понимать, что ты не та самая одиночка в компании влюбленных. А ведь с Эдрианом я так себя и чувствовала. У нас не было какой-то тактильности при друзьях, мне всегда казалось, что это не важно. Но сейчас, сидя с Ноттом на одном диване, когда наши плечи соприкасаются и я вспоминаю его признание… Я просто не могу не касаться его. Меня убивает желание крепко держать его теплую руку. То, как сильно я её, порой, сжимаю также пугает. Нотт был словно котенок, которого хочется затискать и обнять до хруста костей. Всё становилось так радужно и ванильно, что во мне проснулась старая недоверчивая Роуз. Но я старалась заглушить её голос. Точнее ворчание. Пускай я позже пострадаю, но сейчас я счастлива. Вечером нам пришлось всем распрощаться. К слову, Блейз не пришел попрощаться со мной. Наверное не желал видеть. Пэнси и Гарри оставили нас с Теодором одних. Перед этим мы крепко обнялись и договорились о приблизительной дате нашего девичника-мальчишника. Мы остались одни на заднем дворе, по щиколотку в снегу. Я смотрела в его глаза и видела нежелание прощаться сейчас. Это будет недолгая разлука. Однако, до чего же досадно, что именно сейчас нам нужно разъехаться. — Что ж, полагаю, мне не стоит приезжать к тебе? — Ухмыльнулся Теодор, зная мой ответ. Я рассмеялась, опустив голову. — Моему отцу нужно время. Ещё недавно я представляла ему Габриэля, а сегодня… — Оу, ну пусть привыкает. У него довольно шустрая дочурка. — С ноткой досады проговорил Тео. В его глазах заиграла обида. Интересно, какими он видел мои отношения с Ридом? — Ты ревновал? Только честно! Хитро прищурила я глаза. — А ты это только ради этого затеяла? Только честно! Я хлопнула его по груди и он поймал моё запястье, посмотрел на меня таким обожаемым взглядом, что у меня перехватило дыхание. — Между вами что-то было с ним? — Спросил он. — Честно? Взгляд его посерьезнел. Я приблизилась к нему, встала на носочки и продвинулась к его губам. — Сплошные поцелуи и ни одной жаркой ночки. — Шепотом проговорила я, намеренно выводя его из себя, — Даже обидно, знаешь. Он отстранил меня от себя и я рассмеялась. — Ты такой забавный, когда ревнуешь. — Я слишком уверен в себе, чтобы ревновать. — Даже уверенные в себе иногда ревнуют. И ты ревнуешь. И знаешь что? Он вскинул брови. — Мне хочется радостно визжать от твоей ревности, ведь ты заставлял меня это делать чаще. Вот только, я не бросалась на людей с кулаками. — Ха-ха-ха. — Саркастично скривил он губы. Я оглянулась по сторонам, солнце садилось. Мне стоило появиться дома к ужину. Азарт и веселый взгляд покинули меня, на смену им пришло разочарование. — Мне пора, Нотт. — Ты напишешь мне? — Напишу. — Пообещала я, — На рождество. Теодор протянул мне руку и я с теплой улыбкой дала ему свою. Он потянул меня к себе и прижал к своей груди. Мои руки легли ему на талию и глаза закрылись. — Боги хотят наказать меня за все грехи и потому разлучают нас сразу после того, как между нами всё наладилось. — Он зарылся носом мне в волосы и вздохнул. — Это чтобы ты не расслаблялся. Я отстранилась, ободряюще улыбнулась ему и сказала. — Отца нужно морально подготовить к тому, что ты появишься на его свадьбе в качестве моего бойфренда. — Не волнуйся, с ним рядом образованный психолог. — Психологи хороши лишь с чужими людьми. В семье их методы, увы, недейственны. — Я театрально вздохнула, — Ну что ж, мой дорогой друг, до скорых встреч! — Блэк, хорошее настроение? — Сдвинул он брови к переносице. Теперь слово «друг» его ужасно раздражает. — Ужасное. Я потянулась к нему за очередным поцелуем и позже стерла большим пальцем алую помаду с его губ. — Я люблю тебя. Это вылетело у меня невольно. Я смотрела на его губы, ощущая такую нежность, что просто не сдержалась. Затем я стала стыдливо прятать глаза, щеки мои загорелись. Он зарылся рукой в мои волосы и поцеловал меня. — Я люблю тебя. — Ответил он мне и в сердце разразилось приятное чувство. Как же непривычно. И страшно. Страшно, что я размякну и снова обожгусь. Я знала, как тяжело Теодору было сказать эти слова впервые. Он не хотел любить, не верил в любовь, считал её чем-то темным и болезненным, отталкивал меня всячески. Он говорил «Люблю» и сам поражался этим словам. Это было «люблю», в которое я верила. Я трансгрессировала как только он отпустил мою руку. Оказавшись около ворот своего дома, я ощутила какую-то пустоту. Сейчас, возможно, мне предстоит хорошо постараться, чтобы наши отношения с отцом не ухудшились ещё больше. Мне нужно взять себя в руки и сдерживаться. Хотя, честно говоря, сейчас я меньше всего была настроена на злость и ссоры. У ворот меня встретил мой дорогой Добби. Тетя оставила его здесь чтобы он помогал Глории. Об этом я узнала от Драко. Я погладила его по макушке и мы вместе прошли к дому. У порога меня ждал отец со сдержанной улыбкой. Похоже, он всё ещё обижался. Но сегодня я буду дочерью мечты, у него не будет права долго обижаться. Я чмокнула его в щеку и широко улыбнулась. — Добрый вечер, папа! Надеюсь, ты рад мне? — Разве я могу быть тебе не рад? — Посмотрел он на меня как на глупую. Затем папа оглядел мой внешний вид. Особенное его внимание привлекли волосы. — Решила подражать мне? — Усмехнулся он, — Не обязательно было отрезать волосы до такой же длины, как у меня. — Папа! — Закатила я глаза и надула губы, — Смена имиджа, ничего более. Он, кажись, поверил мне, взял мою сумку и завел в теплый дом. Дом преобразился. Здесь стало уютно, стены украшали более современные картины, заменили старые треснутые стены и мебель на более светлое. Я занесла свои вещи в комнату, которую не трогали с той самой ссоры, когда я заметила отсутствие портрета мамы. Я переоделась в белые брюки и черную водолазку, зачесала непослушные кудри и спустилась в гостиную. Глория стояла у дивана в длинной атласной юбке белого цвета и голубом кардигане. На ней были очки и большие круглые серьги. Светлые волосы собраны в прелестный хвостик. Я не чувствовала никакой злости или ревности. Кажись, меня почти попустило. Если я не хочу потерять отца, то должна принять Глорию. Быть может, я обрету ту семью, о которой всегда мечтала? Глория замерла, не зная куда себя деть. Она выглядела так, словно ждала очередного выпада с моей стороны, но его не последовало. Я опустила глаза на её плоский живот, а затем улыбнулась. — Свадьбу делаете так скоро, чтобы не было видно живота? — Да… — Выдохнула она с солнечной улыбкой, — Хочется выглядеть хорошо и обойтись без лишних сплетней. — Ты уже выбирала платье? — Пока нет… — Не против выбрать вместе? Глория раскрыла рот и повернула голову к отцу. Он, кажись, тоже был поражен, но одновременно доволен. — Конечно хочу, Роуз. — Роуз, пройдем ко мне в кабинет пока стол накрывают? — Обратился ко мне отец и я согласилась. В кабинете отца происходят самые серьезные разговоры. Я была уверена, что и сейчас меня ждет очередной разговор о серьезном. Он налил себе бокал красного и сделал пару глотков. Я терпеливо ждала, но все же не сдержала тяжелого вздоха. Любит же он потянуть. Отец указал мне на стул возле своего стола и сел за стол. Он сложил руки в замок и прислонил их к подбородку. — Розали Анабель Блэк… — Протянул он и по телу пошла мелкая дрожь. — Да, папа? — Похлопала я глазками. — Значит, твоим отношениям с Габриэлем Ридом конец? В последнее время отец узнает всё слишком быстро. От него стало трудно что-то утаить. Я догадывалась кто тому виной. — Ваша трогательная близость с моим кузеном начинает напрягать меня. — Недовольно пробормотала я. — Драко позаботился о том, чтобы брат Габриэля больше не появился в школе. А я в свою очередь навестил их родителей. Я с недоумением взглянула на отца. — Зачем ты это сделал? — Хотел узнать намерения Габриэля. Оказалось, его семья настаивала на том, чтобы он нашел себе жену до конца года, а иначе он бы лишился наследства и оно перешло бы его младшему брату, ведь тот уже почти заключил помолвку с Асторией Гринграсс. Мерлин, только не говорите мне, что и этот парень использовал меня в своих целях. Хотя… Не могу его судить. Я, в какой-то степени, тоже его использовала. — Их сынок не на шутку заинтересовался тобой и решил, что именно ты должна стать его женой. Глупый Габриэль… С меня бы получилась ужасная жена. — Я был рад слышать, что им руководило не только желание получить наследство, но ещё и чувства к тебе, которые мог не заметить лишь слепой. Тон отца становился всё более раздражительным, а мое тело всё более напряженным. — Но, что я слышу? Ты бросила Рида и согласилась на отношения с сынком Нотта! — Отец взмахнул руками и я дернулась, — Моя дочь меняет парней каждый месяц, какое счастье! — Ты сам говорил, что я должна по-настоящему сиять со своим мужчиной, как мама рядом с тобой! — Принялась спорить я. — Учитывая слова Драко, ты не особо то и «сияла», когда рядом с тобой был Нотт. Меня охватило дикое раздражение, хотелось свернуть Малфою шею. Я закатила глаза. — Папа, мне хорошо с ним, ясно? Я совсем не понимаю твоей ненависти к Астароту Нотту. Да, он ужасный отец, муж, но разве он сделал что-то тебе? — Он служил Волан-де-Морту! Этого достаточно. Отец сложил руки на груди и отвел от меня свой обиженный взгляд. Что-то его терзало, но он не говорил мне. — Это же не единственная причина, не так ли? — Выгнула я бровь. Он помотал головой, а я настояла. — Пап, расскажи мне. Я пойму тебя. — Разве помогут эти откровения разлучить вас с его сыном? Очевидно, нет. — С досадой на лице ответил он мне. — Пап, послушай меня. — Вздохнула я, — Теодор был рядом со мной тогда, когда я никому не могла открыться. Он поддерживал меня, хотя не должен был. Он стал моим спасением от таких отношений, как у Нарциссы с Люциусом. Отец лишь кривился и всем своим видом не хотел принимать то, что я говорю. Я могла понять его. В этот раз я не думала лишь о себе, я попыталась представить что чувствует отец. И это помогло мне. Я встала со своего стула, подошла к отцу сзади и повисла у него на шее. Мы стали качаться из стороны в сторону и я чувствовала, как плохой настрой отца уходил. Атмосфера в кабинете стала куда приятнее. Папа посадил меня к себе на одно колено и моя голова легла на его голову. Он взял меня за руку и поцеловал в висок. — Я просто переживаю за тебя, Роуз. Было легче, когда я не видел тебя влюбленной. Любовь может слепить, заставлять закрывать глаза на ужасные вещи. Мать Нотта тому доказательство. Я подняла голову и нахмурила брови. — Ты знаешь о том, какие отношения у родителей Теодора? — Аврора была моей близкой подругой когда-то. Глаза мои широко распахнулись. — Но мы не общаемся с тех пор, как умерла твоя мама. — Почему? Тяжелый вздох, пару минут молчания. Кажись, история, о которой мне должен был поведать отец была для него трудной. — Мы с Авророй. стали друзьями на шестом курсе. Тогда она уже до безумия была влюблена в Астарота, но тот одаривал своим вниманием другую. Я всегда поддерживал её, даже привел в свою компанию несколько раз, дабы она развеялась. Надеялся, что ей понравится Римус, предпринял несколько попыток их свести, но всё напрасно. — Отец тепло улыбнулся этим воспоминаниям. Сомневаюсь, что у крестного и миссис Нотт что-то бы получилось. Римус — одинокий волк. И этого волка смогла подчинить себе лишь Нимфадора. — Аврора не видела рядом с собой никого кроме этого кретина. — Презрительно фыркнул он, — В конце концов, Аврора слезами и мольбой заставила отца организовать помолвку с Ноттом. Тот, конечно же, был в ярости, стал относиться к ней как к мусору, возненавидел всех. Его девушка бросила его, не дождалась пока он расторгнет помолвку. Но Астарот продолжал добиваться её. Тогда Аврора попросила у меня помощи. Я должен был влюбить в себя ту девушку и, тем самым, заставить Астарота отступить. — У тебя получилось? Отец задумчиво посмотрел в мои глаза, не решаясь ответить. Предчувствие у меня было дурное. — Да, получилось. Я влюбился в неё сам и в конце 7 курса мы уже планировали свадьбу. Я невольно открыла рот, надеясь, что моя догадка неверная. Мерлин, как это вообще уложить в голове? Моя мать была девушкой Астарота Нотта! И мой отец разрушил их отношения… — Я очень полюбил твою маму. И уже не собирался отпускать её. Женился, родилась ты, но очень скоро твоя мама заболела. Это были последствия родов. Она умерла и Астарот завалился на похороны, чтобы избить меня. Он был не в себе от ярости и боли. Глаза его были налиты слезами. Это был последний раз, когда я видел у него живые эмоции. — Он выдохнул, отпил немного вина и снова посмотрел на меня, но уже очень серьезно. — Я знаю на что способен этот человек и что у него сейчас на уме. Он не даст своему единственному сыну быть с тобой, Роуз. Я хочу защитить тебя! — Разве посмеет он причинить мне вред, пока мой отец рядом со мной? — С вызовом взглянула я в его глаза. Папа усмехнулся и сильнее прижал меня к своему боку. — Ты больше не считаешь меня убийцей? — А зачем ты забрал у нас блокнот? — Сузила я глаза. — Чтобы вы не лезли не в свои дела и провели последний учебный год как нормальные дети. — Ну па-а-а-п. — Сладко протянула я, захлопав ресницами, — Ты простишь меня? Папа смотрел на меня с ласковой улыбкой и блестящими глазами. Мне так не хватало его. Сейчас я чувствую себя по-настоящему счастливой и любимой. — Прощаю. — Тепло улыбнулся папа и снова чмокнул меня в висок. Я хотела спросить у него может ли Теодор погостить немного у нас, но решила оставить этот вопрос на потом. Мы вместе спустились на ужин, весело болтали и я больше не испытывала раздражения при виде взаимоотношений Глории и папы. Он смотрел на неё сияющими глазами, а она краснела каждый раз, как он заправлял за ухо её выпадающий локон волос. Я понимала, что у отца должна быть своя жизнь. Он заслуживает на счастливую семью, заслуживает чтобы его любили. Но мне всё ещё нужно было время. Не знаю сколько. Я просто должна привыкнуть к тому, что за обычным завтраком нас будет трое, а затем четверо. Мы с отцом больше не одни и Блэков становится всё больше.

***

Рождество. Праздник, который я всё детство ненавидела всей душой. В Мэноре каждый год устраивался бал в честь рождества. Было много гостей в роскошных нарядах и с высокомерными улыбками, большие столы, набитые едой и напитками, классическая музыка, вальс. Этот праздник никогда не был для нас связан с семьей, как это было у Пэнс или же у Блейза. Сколько себя помню, мы с Драко всегда прятались под столом, уплетая сладкое и, боясь, что на нас напялят что-то вычурное и заставят идти разговаривать с гостями Люциуса. Рано или поздно нас находили, громко кричали и заставляли идти в главный зал. Каждый год одно и тоже. Если что-то сделали не так — наказание, если сказали лишнее — наказание, если съели слишком много запрещенного — наказание, если сбежали — двойное наказание. Если Драко жалели, то меня наказывали и за него тоже. Подвалы стали моим самым главным страхом. Когда я чувствовала чрезмерный холод, сырость, плесень, то внутри всё сжималось, холодало. Из-за Люциуса в моем ящике всегда лежит зелье, сделанное Ноттом. Из-за него я пью его несколько раз в неделю, надеясь, что когда-то оно мне не пригодится. Каждое рождество ассоциировалось с ним. В этот раз всё будет иначе. Папа сказал, что соберется лишь семья. Приедет Римус, Нимфадора, Тедди, Гарри, тетя, Драко и даже тетушка Андромеда. Гарри гостил в Мэноре, а теперь остаток каникул проведет со мной. И это тоже меня тешило. Отец ведь должен отдыхать от меня, а я от него? Всю неделю до рождества мы с отцом проводили вместе. Отец не давал мне и дня поспать дольше, чем до девяти утра. При том, что ложилась я достаточно поздно. Мы вместе кормили лошадей, гуляли по саду, убивая время долгими разговорами. Отец катал меня на метле, водил по картинным галереям, на мастер классы по гончарству. Мы готовили вместе десерты, болтали за чашкой горячего чая. Я рассказывала ему обо всём на свете, даже о Теодоре, упуская при этом наши поцелуи и прочее. Это была одна из лучших недель в моей жизни. Неделя, которая показала мне, что я все ещё любимая дочь своего отца. В один из таких вечеров мы сидели в гостиной с Глорией и отцом. Меня почти не напрягало присутствие Лори. Даже наоборот, с ней было веселее. Мы втроем играли в настольные игры, громко смеялись и проливали на пол вино. Я чувствовала себя как дома. Хотя о чем это я? Это и есть мой дом. Дом, в котором нас очень скоро станет четверо. Сегодня мы с Глорией отправились в свадебный салон. Лори захотела купить платье в Лондоне у одного очень известного среди магглов модельера. Находиться с ней вдвоем было всё же непривычно. Ведь теперь я не видела в ней своего психолога. Теперь — это невеста моего отца, носящая у себя под сердцем моего брата или сестру. Я упорно работала над своим отношением к ней, старалась расслабиться в разговоре с ней, подавить свои обиды. Забавно, но я уже мало похожа на капризного ребенка. Наверное потому, что этот капризный ребенок теперь по-настоящему любим. Любовь делала меня счастливее, дарила чувство покоя. И я не была уверена, что именно любовь отца убивала во мне капризы и обиды. Мы вошли с Лори в салон с панорамными окнами и я широко раскрыла рот от тех нарядов, что открылись моим глазам. На секунду и мне захотелось примерить на себя пару платьев. Что, если бы я стояла на месте Глории на этой невысокой стойке перед зеркалом. Я бы также любовалась собой, мои глаза бы сверкали и рядом стояли бы Пэнси и Блейз. Я бы также закусывала губу, стараясь не пустить слезу от счастья. На Глории было красивое персиковое платье, что плотно село ей на груди и талии, а ниже был пышный подол. Тонкие бретели завязаны в бантики, ткань очень приятная на ощупь. Она выглядела очень нежной в нём и оно определено было создано именно для неё. Каждая девочка с самого детства представляла, как будет идти в самом пышном волшебном платье к алтарю, где ее будет ждать прекрасный принц. Я же никогда себе помыслить о подобном не могла. Даже, когда начались мои отношения с Эдрианом, в которых мы не раз говорили о свадьбе. Но в данном случае я представляла нашу с ним свадьбу как что-то необходимое, обязательно. Я не видела в этом ничего волшебного. Сейчас же я мысленно примеряла на себя платье, представляя как папа ведет меня к алтарю. Глупая. Какими же дурочками стают влюбленные. Гадость какая. Я скривилась и Лори заметила это. Её лицо вдруг погрустнело. — Тебе не нравится платье? — Спросила она тихим голосом. Беременность делала её очень чувствительной. Или же я действительно не знала её как человека. В роли психолога она была холодной, сдержанной дамой с проницательным взглядом. Сегодня же она едва не плачет от того, что я скривилась, глядя на неё. При том, что я скривилась не из-за её платья! безумие, я тоже буду такой? — Нет, что ты… — Замешкалась я, — Просто представила себя в свадебном платье у алтаря. — Честно ответила я. Лори расплылась в ласковой улыбке и мне вдруг стало неуютно. Я знаю, о чем она думает. — Я никогда не была замужем и не собиралась, Роуз. Пока не встретила твоего отца. Мысли о свадьбе с ним посещали меня каждый раз после свиданий с ним. — Вздохнула она. Я ведь даже не знаю истории их знакомства… Да и не знаю, стоит ли мне вообще знать? Вдруг я снова взорвусь, мне станет неприятно… — Я восхищалась твоим отцом, влюбилась по уши, но всё равно отталкивала его из-за тебя. Я подняла удивленные глаза. — Серьезно? — Хорошие психологи не выходят замуж за отцов своих клиентов. Твой отец узнал о тебе и Эдриане из-за моей неосторожности. Я прогнала его и избегала несколько недель. Тогда я поняла, что могу быть психологом для всех, но только не для себя. Мои методы на мне самой недейственны. У меня не получилось отпустить твоего отца. И мне жаль, что я заставила тебя пережить столько негативных эмоций. Её губы задрожали и Глория поспешно отвернулась от меня. Я сглотнула, часто заморгала. Не думала, что Глория винит себя в разногласиях между мной и отцом. Всё это время я не хотела ставить себя на её место или же на место отца. Я видела лишь себя и свои эмоции. Жила своими обидами. — Глория, всё в прошлом. Я, кажется, больше не злюсь. — Я пожала плечами, — Думаю, что я даже рада тебе в нашей семье. Что, если ваша встреча с отцом ни что иное, как происки судьбы? — Ухмыльнулась я, вспоминания её слова в самом начале наших странных отношений с Тео. Глория, кажись, тоже вспомнила. Она широко улыбнулась. — Вы с Теодором отлично смотритесь вместе. — Да, особенно когда не ругаемся. — Невесело улыбнулась я. — Ссоры — это нормально, если вы правильно их заканчиваете. Вы с Теодором похожи, это неоспоримый факт. У вас есть глубокие травмы, но, согласись, вместе вам гораздо легче жить с этим всем. — И ты снова заговорила как Глория Андерс… — Я все ещё психолог, Роуз. И я все ещё принимаю у себя клиентов. Или ты думала, что твой отец со своими деньгами отобьет у меня желание работать? — Усмехнулась она и я узнала в ней старую добрую Глорию. — Что ты, нет конечно. — С иронией ответила я. — Ты пригласишь Теодора на рождество? — Спросила Лори, примеряя бежевые туфельки на небольшом тонком каблучке. — Нет, отец сказал, чтобы он появится в нашем доме лишь на вашей свадьбе. — Закатила я глаза, — Всю эту неделю я то и делала, что пыталась изменить мнение отца о Теодоре, но всё в пустую! — Поверь, не в пустую. — Медленно помотала она головой, — Ему просто нужно время. Дай ему это. Лори встала с розового замшевого диванчика и стала рассматривать туфли в зеркале, приподнимая подол платья. — Ну как тебе? — Посмотрела она на меня, прелестно улыбаясь. — Волшебно. — Ответила я честно. Она выглядела словно принцесса. Отцу невероятно повезло иметь такую молодую и красивую невесту.

***

Вечером вся наша семья собралась за одним большим столом. Всё было так, как обещал мне папа. Моя тревожность покидала меня и я чувствовала себя спокойно в кругу семьи. Андромеда привезла с собой много подарков. Она долго щупала меня за плечи, отмечая мою излишнюю худобу. Мне пришлось пообещать раз пять, что я обязательно наберу пару килограмм до нашей следующей встречи. Затем внимание тети перешло моему братцу, который в этот вечер был необычайно весел. Он то и дело, что подшучивал надо мной, толкал в ребро каждый раз, как папа целовал Глорию в щеку, а тетя Цисси убивала его взглядом. Я знала, что он не со зла. Теперь, когда я не смотрела на Лори так озлобленно и больше не шипела на отца, Драко мог себе позволить подобные шутки. Каким бы потрясающим не был этот вечер, но в компании взрослых нам с Драко и Гарри быстро надоело. Нам с Драко поручили заботу о Тедди и мы ушли вместе с ним в гостиную, а Гарри украл мой отец. Как всегда. Римус ушел вместе с ними, оставив женщин одних. Тедди уселся на теплый ковер из меха и принялся издеваться над игрушками. Мы с Драко расположились на диване с горячим глинтвейном. — Теодор написал мне письмо на прошлой неделе. — Начал Драко и моё тело напряглось. Но напряжение спало как только наши взгляды встретились. Малфой озорно улыбался и хитро щурил глаза. — Написал о том, какая ты сумасшедшая, но как он жить не может без тебя такой сумасшедшей. Конечно, половина его слов была сплошная ирония… Я недовольно фыркнула. Если Нотт ещё раз назовет меня сумасшедшей, то я, пожалуй, задушу его. Никто мне ничего не скажет, я же сумашедшая! — Но я всё же понял, что его намерения серьезные и между вами больше не будет той чертовщины, что была ранее. — И что, ты даже не осудишь меня? — Недоверчиво взглянула на него я. — Роуз, я никогда не был против Нотта. — Взгляд Драко стал серьезнее, — Я лишь не хотел чтобы ваша связь принесла тебе потом проблемы. Но теперь тебе ничего не угрожает. Помолвки с Гринграсс нет. Насколько я слышал, Забини собирается жениться на ней, что весьма неудивительно. — Ты знал о его чувствах к ней? — Знал. — Малфой приблизился ко мне с нахальной улыбкой, — И я, в отличии от тебя, не подслушивал ни чьи разговоры, мне самому рассказали! Я закатила глаза и оттолкнула его от себя. Драко взъерошил мои волосы, которые и без того торчали отовсюду, а затем поднялся с дивана, зная, что сейчас ему прилетит ответ. Я гналась за ним по всей гостиной пока Тедди громко смеялся над нами. Я бросала в Малфоя подушки с дивана, а он ловко ловил их и бросал их в меня. В такие моменты я всегда делала одно и тоже. Я резко схватилась за живот и скорчилась от боли. Драко сперва не поверил мне и пару секунд подумал прежде, чем подойти очень близко и прикоснуться к моему плечу. — Что с тобой? — Взволнованно спросил он. Я тотчас запрыгнула ему на шею и попыталась сделать «удушающий прием». Он всегда велся на это, ничему его жизнь не учит. Драко вырвался из моей хватки и скрутил мои руки. — Драко Малфой, не смотря на уловки Розали Блэк, всё же побеждает со счетом 20:4. И это была блестящая победа! — Прокричал он с тоном комментатора каких-нибудь больших игр. Он отпустил меня и приобнял за плечи одной рукой, пока я гневно приводила волосы в порядок. — Вкус победы так сладок. — Я тебе в глинтвейн в следующий раз подсыплю яд. Будет очень сладко. — Что же ты потом будешь делать без меня, м? Вот нахал. —Значит, ты отрезала волосы из-за Нотта, да? Знаешь, а мне даже нравится. Жили бы мы вместе, я бы сказал Нотту спасибо за то, что твои волосы больше не будут повсюду. — Насмехался он надо мной. — Ты должен был врезать Теодору за то, что я с собой сделала, а вместо этого смеешься надо мной? — Меня накрыло возмущение. — Кто ж виноват, что ты у нас такая взрывная. Да и, ты бы выела мне весь мозг, ударь бы я его.

***

Все разошлись ближе к полуночи, остался лишь Драко и Гарри. Оба они не не спешили ложиться спать. Мы сидели в моей спальне до поздна, раскрывая подарки и беседуя о том, о сем. Драко подарил мне браслет из белого золота. Он выглядел очень нежно и просто, потому я приняла его и пообедала носить его. Я редко ношу дорогие украшения с камнями. Разве что по праздникам. Гарри подарил мне новый роман в подарочном издании. Драко я порадовала специальной униформой для него, ведь именно он капитан нашей команды по квиддичу, а Гарри нетрудно было угодить. Он радовался даже носкам. Потому я подарила ему несколько дорогих рубашек, чтобы он поскорее снимал с себя эти толстовки. К нам зашёл Добби, принесший Драко коробку среднего размера. Похоже, Малфой в этом году решил разбаловать меня и купил мне ещё один подарок. Я с нетерпением ждала пока он вручит мне его. — Этот подарок от Нотта. Прислал его мне в Мэнор с просьбой вручить тебе лично. — Брат вручил мне коробку и я затаила дыхание. За эти 4 месяца от Нотта я получила подарки лишь дважды. В первый раз я согласилась стать его другом, и он подарил мне кулон с розой, который я в порыве злости выбросила в окно. Второй раз роза с признанием, на которое я тогда решила закрыть глаза. Мной овладел интерес и желание поскорее раскрыть подарок. — Откроешь уже без меня. Не хочу смотреть на это. — Наиграно скривился Малфой. Я перекривила его и отложила подарок. — Всё хотела спросить о Грейнджер. — У-у-у. — Гарри ухмыльнулся. — Спокойной ночи, Роуз. — Вдруг сказал Драко и поднялся с моей постели. Я резко схватила его за руку и усадила назад. — Доброе утро, Драко. Малфой вздохнул и посмотрел на меня как на надоедливого ребенка. — Что ты хочешь знать? — Ты представишь её как свою девушку на свадьбе отца? — Выпучила я свои пытливые глаза. Драко задумчиво склонил голову. — Думаешь стоит? — Конечно! — Воскликнула я. — Я имел разговор с мамой…- Неуверенно начал Малфой, а затем поджал губы, смотря то на меня, то на Гарри. — Мама не против Грейнджер, но сказала, что род Малфоев отныне не будет в числе чистокровных. — Разве это важно, Драко? — посмотрела я на него. — Легко говорить, когда вы с Ноттом оба чистокровные. — Кто сказал, что я когда-нибудь рожу от него детей? — Выгнула бровь я, — Я планировала провести старость в покое. Малфой смотрел на меня так, будто я несу чистый бред. Его мышление не отличалось от мышления тети. Он считал, что женщина обязана выйти замуж и родить ребенка для продолжения рода. Нам обоим это внушали всё наше детство. Но я даже представлять подобное не хотела. Не то, чтобы я не любила детей. Но, рожать детей нужно лишь тогда, когда искренне этого хочешь, когда рядом мужчина, от которого хочется родить. Мы же с Ноттом только начали встречаться. Не думаю, что он будет спешить с чем-то. Возможно, он даже будет бояться говорить о свадьбе, ведь ещё недавно Тео боялся признаться в своих чувствах. Всё может быть. — Мой отец ждет ребенка от магглорожденной. Род Блэков также не будет чистокровным, Драко. Разве это плохо? По-моему, мы сражались за то, чтобы это больше не подлежало осуждениям. — Не разочаровывай меня, я чуть не умер! — Поддержал меня Поттер. — Ты каждый год в статусе «Чуть не умер». — Отмахнулся от него Малфой. — Я всё время думаю о том, что бы сказал мне отец…- Признался нам Драко. Его лицо побледнело, глаза наполнились страхом. — Он сбежал, его тело не нашли. Он может быть жив и это не дает мне покоя. Отец никогда бы не позволил мне взять в жены магглорожденную. — Люциус больше не часть нашей семьи, Драко. — Я взяла его за ледяную руку и подвинулась ближе, — Он больше не имеет права голоса. После выпускного ты станешь главным Малфоем. Он — никто. Теперь ты можешь жениться на ком хочешь, делать с домом что хочешь, воспитывать детей так, как тебе хочется. Без постоянных угроз и наказаний. Малфой сжал мою руку, не поднимая глаза, а затем улыбнулся краем губ. — Грейнджер была бы душной матерью. — Отлично, что ты уже представляешь её в роли матери своих детей. — Усмехнулся Гарри. — Думаю, что первыми обзаведитесь детьми вы с Пэнси. Уж очень вы быстрые. — Я 7 лет медлил, а теперь не хочу ждать.Но, порой мне страшно, что я не справлюсь. — Ты справился с самым темным волшебником, а теперь боишься, что не справишься с семейной жизнью? — Насмешливо посмотрел на него Драко, — Не смеши меня, Поттер. Я похлопала брата по руке. — Простите конечно, но мне уж очень хочется открыть свой подарок. Так что, поднимайте свои геройские задницы и выметайтесь из моей спальни. — Надеюсь, там ничего извращенного. — Заговорил он тоном, похожим на отцовский. — Твоим детям жутко не повезет… — Зато твои захотят поскорее сбежать от тебя. — Твои сделают это быстрее, не переживай. — Сказала я, когда он уже открывал дверь, — И да! Блейза в крестные заберу я, ясно? — И вот ты уже заговорила о детях… Насколько же изменчиво ваше мнение, мисс Блэк. Я не успела ничего ответить, как он закрыл за собой дверь, а за ним вышел Гарри. — Вот паршивец. — Сказала я в слух. — Сама паршивка. — Прозвучало за дверью, после чего послышался смех обоих парней. Я бросила в дверь подушку и наконец приступила к подарку. Черная коробка, обмотана большим розовым бантом. Полагаю, розовый бант — это я? А черная широкая коробка — это Нотт? Я закусила губу, распечатывая её с осторожностью. Открыв коробку, первое, что я увидела — это книгу. Книгу, которую я никак не могла найти уже несколько недель. Книгу, которую я готова перечитывать вечность. «Дневник памяти». Я взяла её в руки и открыла. На форзаце было написано аккуратным почерком небольшое послание. «Пускай эта книга всегда будет вместе с тобой. Читая её, я вижу в ней нас. Ты моя неугомонная, задорная, мятежная Элли, которая наполняет мою жизнь белым светом» А ты мой Ной. Мой упрямый, обаятельный и нерешительный Ной… Ведь Ной столько раз хотел сорваться и вернуть Элли, но сделал это лишь тогда, когда она сама приехала к нему. Но всё же их история невероятная. Это любовь, о которой я тайно стала мечтать. Любовь, не увязшая с годами. Ной любил Элли на расстоянии долгие годы, не имея возможности видеть её. А Элли могла быть собой лишь с Ноем, могла бунтовать с Ноем, ведь тот поддержал бы её идеи. Элли была с чистым сердцем и она также всегда всем хотела помочь и никого не хотела обидеть. Она боялась задеть чьи-то чувства. Не скажу, что я копия Элли. Есть много качеств, которые нас различали. Также как и Теодора с Ноем. Однако, порой я всё равно видела в них нас с Теодором. Я закрыла книгу и приступила к следующему подарку. Это был рисунок. Мой портрет, который он рисовал в своей мастерской, а я для него позировала. Он так детально изобразил меня на бумаге… Даже родинку на шее не забыл. К рисунку прилагалась записка. Сказать честно, записки мне нравились даже больше, чем подарки. Ибо в этих записках был Нотт. Эти слова предназначены мне. «Словами не передать как я не хотел отдавать тебе этот рисунок. Я привык смотреть на него перед сном. Не спрашивай зачем. Хотя, я знаю о чем ты думаешь, маленькая извращенка.» Мои щеки разгорелись. Как же не хватало его здесь. В коробке лежал ещё один подарок. Это была одежда для конной езды. Он надо мной издевается? «За день до свадьбы отца ты наденешь эту форму и будешь ждать меня в саду вместе с Айлин. Без паники. Я просто понемногу начну избавлять тебя от всех страхов. Ps: Твой отец в курсе. С люб, к черту. Твой Тео.» Представив себя на лошади, внутри похолодело. Но осознав, что Теодор прибудет сюда за день до свадьбы отца, я забыла об этом. Главное, что он приедет. И отец наверняка позволил ему это. Я также отправила Нотту и его матери подарки. Надеюсь, что сейчас он также сидит на кровати, рассматривая свой подарок, широко улыбаясь.