Чувства или миссия?

– Нет, спасибо,– голос был ровный и бесцветный. Саске терпеть этого не мог, её отвратительное спокойствие и какой-то ненормальный самоконтроль. Наруто грустно отодвинул тарелку с ужином и поджал губы. Видел ведь, что-то произошло между ними и теперь оба ходили мрачнее грозовой тучи. О разговорах и речи не шло, односложные ответы на его вопросы и полная тишина уже третий вечер. К Учихе вообще не хотелось приближаться. Он и так был не слишком коммуникабельным спутником, но теперь они будто откатились на несколько лет назад. Полная отстраненность, сидел как статуя и молчал. Наруто не выносил молчание… На этой миссии они были втроём и, откровенно признаться, Наруто это не слишком импонировало. Они оба в последнее время были какие-то странные, а эти три дня их вообще будто подменили. – Я пройдусь,– громко буркнул друг, поднимаясь с травы. Сакура встревоженно подняла взгляд, в котором читалось явное недовольство. Она беззвучно взмолилась не оставлять их наедине, но блондин упрямо проигнорировал и повернулся к напарнику,– часа на два,– уточнил Узумаки и ушёл. Саске потянулся и почувствовал явственный дискомфорт в руке. Травмированное плечо переодически ныло. Он повредил его позавчера в легкой стычке, она молча залечила, но оно продолжало болеть. И в какой-то момент ему показалось, что она специально не довела лечение до конца. Чтобы он мучился и терпел, знала ведь, что не обратится за помощью. Его так сильно злило упрямство собственной девушки, что он решил взять её измором. Думал хватит на день, но вот уже заканчивался третий, а она даже не подавала признаков к поражению. Даже не смотрела на него. Даже не находилась рядом. Раздражала своим спокойствием, а еще тем, что не питалась нормально. Забыла все заповеди о том, что медик в первую очередь заботится о себе, а уже потом об окружающих. – Ты должна есть,– прервал гнетущую тишину, она медленно подняла глаза. Мазнула по нему с полной отстраненностью, скользнула по телу и вздохнула. На улице было словно в горячем источнике: духота и влажность, это лето выдалось уж очень жарким. У Саске почти полностью распахнута мокрая рубашка, явная провокация. Ведь знал же как хорош собой… – Переживаешь?– её голова слегка наклонилась, выражение лица из тоскливого превратилось в раздраженное. Он терпеть не мог эту дерзость, что стала появляться малахитовых глазах. Совсем страх потеряла. – Да, за нас с добе. Когда нам понадобится медик, ты можешь быть в отключке от голодного обморока,– добавил в интонацию холода, скрывая за ним истинные мотивы: она нужна ему здоровой, целой и невредимой. – Хорошая попытка вывести меня из равновесия, Саске,– мягкая улыбка отразилась на осунувшимся лице,– но я не настроена ругаться с тобой, уймись,– вот так резко, что он даже опешил. Впервые потерялся и не смог найти, что сказать. Собрался с мыслями, переварил, осознал, как грубо она оборвала его попытку завести беседу. Разозлился, но постарался изо всех сил взять себя в руки. А ведь это она источник их конфликта, почему он должен идти на примирение первым? Встал, подошел вплотную. – Жарко,– отстраненно протянул наследник великого клана,– я хочу искупаться. Идем со мной, поплаваем без разговоров,– увидел недоумение на её лице. Легкая морщинка прорезалась на лбу, она боролась между своими принципами и желанием. Он властно протягивает руку, чтобы помочь ей подняться. Она принимает. В сумеречном лесу только звуки природы. Трещат сверчки, теплый ветер гуляет в кронах деревьев, попутно теребит их волосы. Саске идет первым, он главный в их отношениях. Сакура идет за ним, намеренно слегка отставая, дабы не думал, что она так легко сдалась. Выйдя на песчаный берег, брюнет осмотрелся. Солнце почти село, вокруг ни души: ничья чакра, в том числе и напарника, не ощущалась. У них не было близости уже около недели и ему не терпелось затащить её в воду. Жара была великолепным предлогом, он придумал его почти сразу как она тихо сказала Наруто, что умирает от жажды. Балбес, конечно, сразу раздобыл питьевой воды, не давая Саске шанса сделать для неё что-то и помириться. Наруто давно нужно было спровадить, только намеков он не понимал. – Тебе не лучше вернуться в деревню и восстановиться?– Саске был еще тот командир команды. В отсутствие Какаши именно он отвечал за лидерство, так решила Цунаде, чем удивила не только сокомандников, но и его самого до глубины души. Он был не особо внимателен к чувствам партнеров, с трудом работал в команде, а про дипломатию вообще сложно заикаться, когда в последний раз он её проявлял? И тут вдруг она заявляет такое. Подобное бремя сначала угнетало, но позже он вошёл во вкус. Сакурой можно было управлять хотя бы через главенство в команде. Она как никто другой знала чем чревато непослушание на миссиях. – Да не-е,– почесал затылок блондин,– я в норме. Только есть охота,– Саске пусто выдохнул. Этот болван развивался только физически, в умственном всё стабильно плохо. – Тогда прогуляйся после ужина,– Учиха сидел на траве и начищал катану. Медленно, тщательно, с присущей только ему педантичностью. Обращался со своим оружием словно с женщиной. – А?– стеклянные, голубые глаза посмотрели на друга,– зачем это ты меня спроваживаешь?– терпение почти иссякло. Ну неужели нужно объяснять такие простые вещи взрослому парню? Зачем оставаться мужчине и женщине вдвоем? – Затем, что мне нужно остаться с ней наедине,– металл лязгнул и опустился в ножны. Саске церемонится больше не собирался, он и так постарался быть максимально деликатным. Но раз он идиот, то нужно упростить. Наруто с минуту мялся с ноги на ногу, видимо прикидывая, что же могут делать эти двое, а после понуро кивнул, больше никаких вопросов не задавая. Саске скинул рубашку, но она не смотрела. Её взгляд был прикован к закату, она всегда была сентиментальна на такие вещи. Тонкие руки расстегнули топ, затем она спустила шорты, оставаясь в нижнем белье. Дальше не раздевалась, а ему так не терпелось. Томила его в ожидании, знала ведь, что он с ума сходит. Точеное тело, принадлежащее только ему и упаси бог хоть кому-то еще до неё дотронуться. Она обернулась с едва уловимой улыбкой на лице. Тонкие ключицы, на которых колыхались густые, розовые локоны. Воздымающиеся от каждого вздоха груди, тонкая талия, по которой так любили скользить его ладони, и бедра. За прикосновения к ним он был готов даже на компромисс и примирение. – Ловко ты его спровадил,– махинацию распознала, и, кажется, не злилась. – Не понимаю о чем ты,– прохладная вода ласково окутала кожу, Саске зашел в озеро по пояс, ожидая куноичи. Но она все еще медлила, будто решала: снимать белье или нет? Знала ведь каким влиянием обладала, когда была обнажена. Они почти добрались до пункта назначения, завтра утром по плану прибытие. Саске закончил с картами и начал педантично убирать в сумку. Уголок к уголку, стопка к стопке. Наруто уже искупался и дрых без задних ног в дальнем углу от них. Его храп было невозможно слушать. Где же напарница? Её что-то долго не было, а ему в последнее время уж очень сильно хотелось контролировать каждый шаг куноичи. Вот и нашелся предлог прийти на пляж и посмотреть. Остановился в чаще леса, поймал взглядом розовое пятно в воде и стал наблюдать. Она нырнула под воду, проплыла к берегу. Затем еще немного поплавала и вышла. Полностью обнаженная. У Саске резко пересохло во рту. В паху заныло, он уже знал, подобные ощущения приходят с её появлением. И так уже полгода. Пока Харуно беспечно отжимала волосы и обсыхала, Учиха уже извел себя до такой степени, что стало больно от резинки штанов. Сумерки переходили в ночь, вокруг ни души и он мечтал схватить её, уложить на живот и отодрать что есть сил. Пока держался. Девушка взяла в руки полотенце и начала мягко водить им по изгибам собственного тела, будто лаская саму себя. Экс-нукенин истомно сглотнул. Её одежда скрывала слишком многое: если бы он знал, что под ней, взял бы уже намного раньше, но он слишком медлительный. Много думает, много перебирает вариантов развития событий, размышляет о последствиях такого выбора. А нужно всего лишь сделать шаг и в конце концов он его делает. В тумане похоти и желания, сам не понимая как и почему. Хруст веток и она оборачивается. – Саске?– непроизвольно его имя срывается с губ медика. Он видел абсолютное замешательство на её лице, еще бы, разве он похож на того, кто будет тайком наблюдать из кустов? – Почему ты так долго?– решил перейти из обороны в наступление, пусть потеряется с ответом. Но не тут то было… – Искал предлог, чтобы прийти сюда?–подобного он никак не ожидал, она его раскусила. Оказывается, не он один такой наблюдательный. – Я несу за тебя ответственность,– опустошено произнес Учиха, тяготившийся бременем командирского звания. – Ох, прости,– вдруг звонко рассмеялась девушка,– ты же у нас теперь капитан команды,– черные глаза закатились от недовольства, она еще позволяет себе смеяться над ним,– а вообще, подглядывать не слишком красиво, Саске,– наигранный укор в голосе не пугал. – Ты знала, что я здесь,– он не ожидал, что его наблюдения вскроются и что Харуно не предпримет ни единой попытки укрыться,– почему не торопилась одеваться? – Мне нечего стесняться,– она стояла на расстоянии меньше метра, влажная, в одном тонком полотенце. Его член уже истекал смазкой и горел от возбуждения,– я ловлю твой взгляд уже несколько месяцев, стало жалко,– уж чего-чего, а жалости к себе он не переносил. Тем более от той, кого он сам жалел столько лет. И вожделение сейчас ничего не меняет: пусть следит за языком или ему придется заткнуть ей рот. Хотя бы поцелуем. – И чего ты хочешь от меня, Саске?– он увидел, как её рука дрогнула над краем полотенца, который был заправлен под ткань, удерживающий его на хрупком теле. Но он не отвечает. Саске всегда был человеком действия, а не слова. Одним рывком сорвал единственное, что скрывало её наготу. Бросил на песок, а затем без зазрения совести взял то, что давным-давно его по праву. Она принадлежала ему и не боялась принадлежать. Знала, что нет сильнее защиты в этом мире, чем его глаза и истерзанные руки, что сейчас нетерпеливо мучили её нежную кожу. Она отдается. И вот она рядом с ним. Обнажена, понимала, что если не снимет сама, он скинет прямо в воде и прощай единственный лифчик. На миссиях был не показ мод и приходилось выбирать практичность, а не красоту. Лишние бинты или полотенце лучше чем чулки или нарядное платье. Саске намочил волосы, испытывая жуткое облегчение. Было невыносимо душно, он ненавидел жару. Особенно на миссиях, особенно когда и так было слишком много проблем. Внутри него колыхалось нетерпение, а Сакура будто и не замечала. Окунулась в воду, убрала назад волосы, открывая лицо, нарочито медленно подплыла к нему и с легким прищуром в глазах посмотрела в его черные омуты. – Я хочу понять,– он подплыл ближе, но она быстро вернула дистанцию. Нежно улыбнулась, дразня своим неподчинением, видела как злит его, радовалась своей маленькой победе как ребенок. – Почему я тебе отказала?– иногда его даже пугала её проницательность. А ведь она даже не обладала шаринганом… – Нет,– сквозь поцелуй простонала так тихо, что он даже не заметил. Рукой скинул лямки лифчика, требовательно сжал грудь и стал натирать сосок. От боли она начала выгибаться, сегодня будет то же, что и на прошлой неделе. – Нет, Саске,– твёрдо повторила его девушка и уперлась руками ему в грудь. Он тяжело задышал, она не давала ему расслабиться. Они только что с Наруто порешали несколько десятков человек и нет бы, дать ему выпустить пар, она выкобенивается. – Да в чем дело?– Учиха был человеком эмоций. Всегда. Всю свою жизнь ненавидел это в себе и боролся любыми доступными методами. Пытался быть шиноби без слабостей, пока однажды не увидел её обнаженной и не провалил все свои планы на жизнь. – Без контрацептивов больше не будем,– она попыталась нежно убрать его пряди волос за ухо, в ответ лишь грубый рывок головой, он не хотел нежностей. – Где я должен взять их в лесу?– вспылил последний наследник, не понимая причину её недоверия. Он ни разу не кончил в неё, каждый раз всё делая правильно. – Через три дня мы будем в портовом городе, там и достанем,– парень гневно цокнул и снова поцеловал. Вторгнулся языком в её рот, не давая высвободится. – Я хочу сейчас, ты боишься детей?– она попыталась выползти из-под него. – Бинго,– приподнялась на локтях и жадно дышала, накинула на свою грудь его рубашку. – Хорошо, разберемся на берегу,– он как мог успокоил свой бушующий нрав и благоразумно решил поговорить. Лучше сейчас, чем позже,– ты боишься забеременеть, потому что не уверена во мне?– разговор начинал пугать. Он что совсем перегрелся со своими бушующими гормонами? – В том числе…– он увидел на красивом лице печаль. Почему она расстроена? Разве он дал повод сомневаться в себе? – Что еще?– положил ладонь на низ живота, ей стало тяжело размышлять трезво. – Неважно, потерпи три дня,– она легонько чмокнула его в губы и попыталась встать. – Хочу жить вместе,– увидел как зеленые глаза в непонимании уставились на своего парня,– официально,– он даже не задумался, как предложил ей пожениться. Не произнес это слово, но знал, она поймёт. Ожидал увидеть радость, но получил словесную оплеуху. – Ты не готов к этому, Саске, да и я тоже,– улыбнулась непонятной ему улыбкой, разозлила до дрожи. – Не тебе решать, к чему я готов, а к чему нет,– холодно оборвал и грубо сжал за плечо. – Ай… больно,– ей показалось, что по плечу пробежал разряд тока. Атмосфера накалилась и о совместной ночи речи больше не шло. – Я люблю тебя и ты знаешь это,– теплые губы шелестели возле уха, прикусывая мочку, лаская шею. Он с щиплющей горечью во рту ощущал, что получил отказ. – А я люблю тебя, больше всего в жизни, но сейчас я говорю нет,– Харуно выползла из-под парня, они безмолвно смотрят друг другу в глаза с минуту и Саске оставляет её одну в лесу. Обиделся. – Ты напугал меня своим давлением,– чистосердечно призналась девушка, позволяя коснуться себя,– ты не производишь впечатление серьезного партнера, извини,- он терпеливо слушал,– сейчас я думаю ты и сам признаешь, что погорячился,– его руки сжали ягодицы девушки. – Нет, напротив, теперь я хочу этого еще сильнее,– он потянулся губами к её лицу, но она отодвинулась. Если сейчас перейдут на поцелуи, то не договорятся. – Только потому, что ты не умеешь проигрывать,– доля истины присутствовала, но он упрямо отвергал саму мысль о существовании у себя слабостей. Ладонью притянул за плечо, ногами ощутимо упёрся в дно, чтобы было удобнее удерживать на месте. Сглотнул вязкую слюну и, уже не спрашивая, поцеловал. Истомно и жарко, упираясь в её живот стояком, с ощущением, что вот-вот взорвется, если она не отдастся ему. Протолкнул меж мягких губ язык, одной рукой сминал груди, другой удерживал на месте, не давая отплыть. Саске клянется, что ему требуется все его самообладание, чтобы не кончить ей на бедро. Девушка тихо застонала, он толком не понял: протест ли это был или согласие, но ему понравилось. – Эй, вы, голубки,– закричал с берега напарник, по голосу явно недовольный,–Сай принёс плохие новости, вылезайте,– но Саске не хотел прекращать. Еще пару секунд, плевать, пусть смотрят. И пусть знают, что она принадлежит только ему. Сакура непослушно отпрянула. Брюнет закрыл её тело за своей широкой спиной, гневно взирая на блондинистое недоразумение, что испортил ему все планы на эту ночь. Член требовательно ныл, одной рукой он все еще инстинктивно держал её за талию. Рядом с добе стоял четвертый сокомандник, самый ненавистный и Саске можно было понять. Если Наруто уже давно отказался на притязаний на Харуно, то этот недалекий из раза в раз пытался обратить её внимание на себя. Был любезным до тошноты, приторно сладким, он терпеть такое не мог. Благо Сакура тоже. – Вернёмся через десять минут,– намекнул, что им пора свалить, Наруто вроде бы уловил. – Пошли, Сай…– угрюмо буркнул и поплелся по песку к их месту остановки. Саске увидел презрение в глазах застывшего на месте пришедшего напарника. Сай смотрел и на него и сквозь, увидел их поцелуй и потерялся в пространстве. Столько страсти, как будто они действительно любили друг друга, неужели этот человек способен любить? Помедлив, потянулся за Узумаки. Учиха нетерпеливо обернулся к ней и снова требовательно впился в губы. Благо были сумерки. Он быстро взял её за руку и вывел на берег, завёл в чащу деревьев и прижал лицом к стволу, прогибая в пояснице. – Саске…– не успела и слова вымолвить, как почувствовала его в себе и громко застонала. Брюнет накрыл ей рот ладонью. – Если станешь сопротивляться, будет только хуже,– прерывисто прошептал между резкими толчками, срываясь на глухие стоны, зажимая её соски в своей ладони, нарочито делая больно. Это доставляло особое удовольствие. Нет слов, чтобы описать уровень желания, который он испытывает, когда с ее губ срывается пронзительный, жалобный крик, ногти больно впиваются в его бедра, когда она извивается и извивается под ним, крепко сжимая его пальцы. Толчки, толчки, еще толчки, грубые, резкие, прерывистые. Он почти насиловал её, так жадно хотел ощущать её принадлежность ему и только ему. Закрывал глаза и вёл языком вдоль гладкой шеи, одновременно дотрагиваясь до Сакуры пальцами внизу, зная, как сложно ей было сдерживаться, чтобы не застонать. Спустил на спину. Вроде успел вытащить, но не был уверен. Должен был. Но было все равно. Блаженная пустота. Даже больно. Пульс в висках стучал так, что он просто опустил голову и пытался отдышаться. Даже не заметил, как она выползла из его оков и оттолкнула, когда он захотел поцеловать. – Ты точно болен, но у меня для тебя нет лекарства,– почувствовал знакомый взгляд полный разочарования. Кажется, пару лет назад он ловил подобные чуть ли не от каждого второго. Он и сам не знал чем болен. Хотел остановить, но не успел поймать за руку, она пошла одеваться. Член неприятно подсыхал от разлившейся спермы. Пора возвращаться… Команда добралась до порта всего за час. Они планировали прийти сюда в середине ночи, так менее заметно, но планы в жизни шиноби штука явно ненадежная. Сай принёс действительно паршивую новость: пока последний наследник и розововолосая куноичи утопали в любовных размолвках, а Наруто пытался скоротать часы, в точке назначения случилось восстание. Они опоздали. И теперь придется расхлебывать. Сакура его сторонилась; видел, как она отходила на шаг, едва стоило ему сократить расстояние. Даже Наруто сомнительно косился: чего она так дёргается, если еще час назад нацеловывались в воде? Больше он не предпринимал попыток, с этим можно чуть позже, сейчас есть дела поважнее. Силы были истощены, он всегда становился ленивым после оргазма. Ругал себя за это. Был шиноби без слабостей, теперь только они и остались: желания, усталость, она сама. Идет себе впереди, развивает в воздухе томный аромат парфюма: купил ей в прошлой деревушке, где в лавке продавали всякие женские штучки. Ему понравилось как она подозвала его, чтобы посоветоваться. Впервые. – Саске,– она помахала рукой. Наруто покупал еду, Сакура купила травы и лекарства, Саске был вообще не при делах. Стоял у витрины с кондитеркой и просто ловил теплый запах ванили, от которого приятно щекотало нос. Солнце село, мягкая жара разморила его, а сладкий запах соблазнял зайти и скупить всё. Наблюдал за ней осторожно, но с умеренным интересом. Раньше всегда смотрел скрытно, так, чтобы она не заметила. Теперь же мог не скрывать свой взгляд, это было слишком непривычно. Она зашла в аптеку, вышла с полным пакетом. Пошла вдоль торговых лавочек: потрогала рукой тонкий шарфик изумрудного цвета, у соседа попробовала спелую сливу, видимо ей понравилось, она улыбалась. Он непроизвольно поежился, увидев как эти мужчины тянулись к ней. Она как магнит притягивала похотливые взгляды, сама того не замечая. Воспринимала их как простые знаки внимания, но Учиха точно знал, что они значат. Из потока мерзких мыслей вывел её голос. Она позвала. Стояла и улыбалась ему своей улыбкой полной непосредственности. Зажгли фонарики. – Помоги мне,– дала ему в руку пакет,–какой нравится?– перед его носом появились две колбы с ароматами. – Выбрать духи?– Харуно игриво кивнула. – Ты же мой парень,– он скептично закатил глаза и приблизился носом к правой колбе. – Этот нет,– сморщился и вдохнул из левой,– тоже нет,– Саске вскинул бровь и покачал головой,– дай мне минуту. Он повернулся к прилавку и стал перебирать ароматы. Вдыхал один, второй, третий, остановился спустя пару минут. Сакура с улыбкой на лице наблюдала из-за спины. – Эти два,– она попробовала первый: пахло ванилью, амброй, немного кожей и табаком, это был очень теплый аромат. Второй был вишня. Очень томная, будто вымоченная в ликере, с добавлением миндаля, розы и чего-то еще. – Да у тебя талант, они потрясающие,– она жадно вдыхала снова и снова, пахло страстью, желанием, сексом. Он самодовольно ухмыльнулся, как и во всем. – Эти,– он указал на полноценные флаконы,– подарок,– предвкушая протест сразу оборвал и снова вдохнул из второй колбы. А не дурно подобрал, чистая Сакура,– нам еще за пирожными…– не смог удержаться. И теперь от неё всегда пахло головокружительно. Его пьянил тот факт, что она пахнет так, как он того захотел. И что она оставляла шлейф своего присутствия всюду, где была и чего касалась. Он лежал на ней и не мог наглотаться воздуха. Кончил так сильно, что не смог сдержать глухой стон возле её уха. Девушка слегка приподнялась и достала из-под себя его мятую рубашку. Жаль, вся промокла от их пота. Он привстал на колени и взял её в руки. Слегка помедлил. – Что это?– поднес к носу и глубоко вдохнул, его вещь пахла ею. Пьяная вишня. – Извини, я лежала на ней добрых минут сорок,– Сакура поднесла прядь волос к носу, аромат просто потрясающий. – Теперь я пахну женскими духами,– флегматично возмутился брюнет, не сильно огорчаясь по этому поводу. – Так даже лучше, воздыхательниц будет поменьше,– знала чем его умаслить. Хорошо подбирала ключи к его настроению. Поцеловала. Они шли по пылающим улицам. Крики, кровь, много крови. Сакура увидела ребенка, зажавшегося в углу полуразрушенного дома. Мальчик плакал и еще не до конца очерствевшее сердце куноичи затрепетало. Нет, она не пройдёт мимо. Саске знал, что остановится, слишком сентиментальная. – Сакура, стой,– крикнул Наруто, а Учиха просто молча пошел за ней. Знал, что слова бесполезны. Девушка присела рядом, попыталась успокоить, начала лечить его раны. Собрано делала свою работу, пока не послышались новые взрывы. – Идем,– позвал он, переводя на возлюбленную красные глаза. Готов к атаке. Активировал сусаноо, чтобы уберечь от падения разрушающихся стен. Выглядел так устрашающе окутанный фиолетовой чакрой, что Сакура боязнено поежилась. – Сначала залечу ему ногу,– он взял её за предплечье, не желая причинять боль, но желая защитить. И если ради этого нужно будет применить силу, он сделает это. – Ты ему не поможешь,– девушка отбросила его ладонь, применяя чакру, травмированное плечо заныло еще сильнее. – Надоело,– раздраженно выдохнул брюнет,– выйди, это приказ,– процедил так, что парни сзади поежились. Никто не посмел перечить или вступится за неё. Скелет сусаноо разросся еще больше, он пылал фиолетовой чакрой. Знакомый блеск предвестник скорых слез. Он уже знал этот взгляд, она еле держится, но всё еще стоит на месте. – Иди или я не знаю, что сделаю с тобой,– девушка смахнула две полосы, что потекли по щекам. Ребенок рыдал, держа медика за руку. Саске было плевать на него. – Не забудь внести это в свой рапорт,– Сакура стыдливо вытерла слезы и вышла на улицу. Сай хотел было утешить её, но девушка намерено обошла их и просто ушла в сторону, зябко обхватив себя трясущимися руками. Саске посмотрел на напарников, что с осуждением и одновременным пониманием его действий потупили взгляд в пол. Всю дорогу до места встречи Сакура плакала. Внутри неё что-то оборвалось, его преступная холодность никуда не исчезла. Всё тот же жестокий мститель, что ради своей цели готов наступить на горло любому. Саске шел сзади неё, сохраняя дистанцию в пару метров, но не давая ей возможности увеличить её. Он не хотел её слез, но увы, ситуация вынуждала. Закончив переговоры, их сопроводили в убежище повстанцев, где они могли дождаться утра. Стало прохладно, стало легче дышать, но не ей. Она выплакала всё, что копилось в ней последние месяцы и подавлено сидела в углу комнаты. Саске сидел напротив, не сводил с неё алых глаз, хоть они уже давно горели от усталости. Пытался прочесть её мысли, но тщетно. Напарники спали. Долго пытались держаться, на случай, если между ними вспыхнет конфликт, но усталость разморила. И вдруг она встает: медленно проплывает мимо него, даже не смотря, она хочет на свежий воздух. Все никак не могла забыть этого мальчика и то как он приказал ей бросить его. И она подчинилась. Она всегда была готова сделать что угодно ради него. Ненавидела себя. С минуту он сомневался: пойти ли за ней? Может лучше оставить в покое… она так горько плакала, что ему было невыносимо. Не заметил как ноги понесли в сторону выхода. Увидел её силуэт в нескольких метрах от выхода: она устремила взгляд к звездам, облокотившись на дерево. Заметила его и поежилась. Не захотела держать контакт, отвела взгляд. Ожидаемо. Когда между ними уже не осталось расстояния, ей пришлось обратить на него внимание. Сакура была бледной будто отравилась. Глаза опухшие, еще бы, он вообще удивлялся, откуда в девушках столько воды? – Не посмотришь моё плечо?– знал, что нужно начать с этого. Установить тактильный контакт, а затем поговорить. – Что, болит?– кажется, радуется. – Ты ведь специально его не залечила?– догадывался, но надеялся на её благоразумие. А зря. – Да,– Сакура расстегнула пару его пуговиц на рубашке и спустила рукав с левого плеча. Нежные руки методично ощупали мышцы, перешли к ключице, даже коснулась прилегающей груди. Конечно, не во имя его удовольствия, проверяла отечность воспаленных тканей. – Почему?– не злился, в целом, получил по заслугам. – Хотела, чтобы ты первый помирился со мной,– из рук стал исходить зеленый свет и тепло, наконец-то, теперь становилось легче. – Я и так помирился первый,– покачала головой будто оспаривая. – Только ради одного,– работала медленно и собрано, будто не замечала его магнетизма. А ведь он старался: приспустил рубашку больше нужного, дышал ей в шею, нарочито сократив расстояние больше требуемого. – Физическое желание естественно,– поймал на себе холодный взгляд зеленых малахитов. – Ты прав,– Харуно одела ему рукав обратно и сразу отошла на шаг назад,– я тоже так считаю. Поэтому теперь мы оставим только это между нами,– подул легкий ветер, раздувая её сладкий парфюм. Возбуждающий каждую фибру его естества, манящий к себе, так и приглашающий коснуться и взять её. – Как это понимать?– внутри него заклокотало что-то неприятное. Гнусное, раздражающее изнутри, делающее больно. Руки чесались схватить её, он буквально одергивал их по швам. – Работа и постель, никаких отношений. В первых двух аспектах ты можешь командовать мной, пожалуйста. Отдавай приказы, спи с мной, но отныне я не хочу, чтобы ты принимал участие в моей жизни,– его затрясло от закипающей внутри злобы. Прижал её к стволу, схватил за запястья одной ладонью, одной ногой раздвинул её бедра. Плечо больше не болело и как же кстати это было. На её лице отразился спектр эмоций: испуг, раздражение, обида и слабость. Понимала ведь, трогать его сейчас дело гиблое. Сломает еще что ненароком. Не каждый день терпит отказы, не привык. – Ты думаешь у тебя есть выбор?– бархатно зашелестел у уха, касаясь губами мочки. Она затрепетала,- ровно с того момента, как я коснулся тебя в первый раз ты больше не принадлежишь себе, Сакура,– отклонила голову, стараясь отдалиться. Они посмотрели друг другу в глаза. – Я принадлежу только себе,– он взял её за подбородок, устанавливая зрительный контакт. – Ты можешь думать так, ты можешь даже верить в это, но в реальности ты моя,– у него резко пропало желание касаться её нежно. Жалости к слезам тоже не осталось, только жгучее, разъедающее желание сделать ей больно. Эта мысль отдавала чем-то ублюдочным, но ему нравилось. – Пусти,– больше выяснять отношения не хотелось. – А ведь я могу сделать так, что тебя отстранят от миссий,– склонил голову вбок, стал ловить реакцию. – Что ж, попробуй, посмотрим на чью сторону встанет Госпожа,– а она его недооценивает. – Я согласен, с одним условием,– стоило им остаться наедине, как разговор из строго официального перешел в компромиссный. Цунаде знала, когда твёрдо объявлять приказы, а когда быть готовой обсуждать свои решения. Учиха ей был нужен. И совсем не для роли капитана команды, эту должность он давно перерос. Примерно тогда, когда стал одним из самых сильных шиноби мира. Ей было нужно завоевать его доверие и отправить на те миссии, на какие Наруто был абсолютно не годен. Поэтому сначала она вернула ему квартал, якобы за хорошо выполненную миссию, затем аккуратно высказала своё одобрение его личностным переменам, а после даже дала совет на счет своей подопечной. – Я тут кое-что заметила,– неторопливо и деликатно начала госпожа, как бы невзначай. Подписывала бумаги, а последний наследник клана терпеливо ожидал то, для чего его позвали,– ты наконец обратил своё драгоценное внимание на мою ученицу,– тон был явно с насмешкой. Цунаде знала, что в любовных делах Учиха еще тот тормоз, а тут, слава Ками, прозрел. Саске скучающе подпер лицо рукой, наблюдая за её молодым лицом и подумывая, что может ему тоже стоит сохранить свою красоту с помощью какого-нибудь дзютсу. Заметила она. Да только ленивый бы не заметил как глупо он себя ведет, пытаясь поймать её внимание. Будто местами поменялись. – Имеете что-то против?– вряд ли бы он спрашивал её мнения, но раз уж она вернула ему квартал, титулы и прочее, то он постарался изо всех сил быть любезным. – Хотела дать совет как добиться её расположения. Если нужно, конечно,– игриво продолжила дама, кладя ручку и поднимая свой проницательный взгляд на него. – Я слушаю. – Сакура девушка с характером,– сложила руки в замок и подперла ими лицо,– она не любит то, что обычные девочки в её возрасте. Ты ей нравился такой, какой есть: вряд ли тебя можно назвать романтиком, поэтому будь собой. Не пытайся вести себя вежливее или доброжелательнее, люди могут подумать, что ты сошел с ума,– как тонко подмечено. Он уже ловил на себе странные взгляд от Сакуры, будто она сомневалась в его здравом рассудке. А он всего-лишь сказал привет и открыл ей дверь… – Что за условие?– день подходил к концу и она имела полное право расслабиться. Налила себе рюмку и, не обращая внимание на укорительный взор, выпила. – Сакура должна во всем мне подчиняться. Если я скажу ей не вступать в бой, она должна отступить. Если я скажу ей вернутся в деревню, она должна уйти. – Ты же понимаешь, что она будет с тобой до конца,– о, еще как. – Именно поэтому. Разъясните ей это или ищите другого командира,– Цунаде обдумала и кивнула. В госпитале был сон час. Харуно сидела в кабинете и заполняла бумажки, как на пороге появилась Хокаге и пригласила пройтись по улице. – Он выбран не случайно как ты понимаешь,– девушка хотела задать этот вопрос еще в тот день, но не осмелилась. Была уверена, что назначат Наруто, но госпожа умела удивлять. – Понимаю, но почему?– Сакура не была за него сильно рада. Ей было в общем-то всё равно, главное, чтобы не зазнавался слишком сильно. Вел себя в последнее время как-то странно. Смотрел постоянно. Даже пугал этим. – Нужен для важной задачи. Хочу его завербовать,– подобное доверие удивляло, знала ведь, что она до сих любит его. – Тогда это хороший ход, госпожа,– зеленые глаза путешествовали по небу, мыслями была с ним, не здесь. – И от тебя кое-что потребуется. Подыграй ему. Подчиняйся,– малахиты резко уставились на блондинку. Теперь Сакура перестала понимать,– если он прикажет тебе уйти с поля боя или вернутся в деревню, ты должна выполнять. В целом, всё тоже самое, что и с Какаши. Он приказывает, вы исполняете. Саске хочет заполучить тебя, а я хочу заполучить его, помоги мне в этом,– ученица искренне не понимала смысл этого требования, но раз госпожа просит. – Мне нужно соглашаться на всё, чего он захочет?– уже не маленькая, понимала любые намеки без особых усилий. Госпожа сухо кивнула. – Хай,– кратко кивнула Сакура, еще совсем не догадываясь, на что она согласилась. Послышался шорох земли. Она заметила как в тоже мгновение у него активировался шаринган и он обернулся на шум. Руки не убирал, держал крепко, сдавливая запястья. – Теме, это я,– тихо пробормотал Наруто,– заканчивали бы вы ругаться…–почесал затылок. – Проваливай,– возможно грубее чем нужно, но он был слишком взбудоражен. – Как всегда, хочу помочь, а в ответ проваливай,– Узумаки стоял как вкопанный, а Сакура просто откинула голову на ствол дерева и ждала своей участи. Никакого страха. Ну разве что совсем капельку. – Наруто, все в порядке, мы скоро вернёмся,– ласковый голос успокоил друга и он кивнул. Ушёл вялой походкой спать. Алый взгляд переместился на свою девушку. – Мне жаль, но в этой политической игре я для Цунаде сейчас важнее чем ты,– увидел как она померкла еще сильнее. Замкнулась в себе и молчала, понимала, что проиграет любой спор. – Ты расстроена, что я заставил тебя бросить этого ребенка, но там было слишком опасно. Я хочу защитить тебя,– давился подобными признаниями. Было непросто. – Руки онемели,– безлико оповестила Харуно. – Я хочу, чтобы ты жила со мной,– Сакура пусто выдохнула. – Это предложение или приказ?– он аккуратно разжал руки, но колено не убрал. – Первый вариант,– она размяла руки. Неприятно жгло кожу, сводило запястья. Хотела сбежать, но понимала, что бестолку. Да и что говорить, любила и дрожала от его столько близкого присутствия. Даже не смотря на обиду и всю боль, что он принёс в её жизнь. – Ты понимаешь, что таким поведением только отталкиваешь меня?– раньше ему казалось, что только о таком она и мечтала. Чтобы он управлял ею, вторгался в её жизнь, подчинял себе. А оказалось, что она не то, что бы не в восторге, она вообще против подобного. А других методов в жизни он не знал, его никто не учил как нужно обращаться с девушками. Не нашёлся с ответом. Потянулся чтобы поцеловать. Коснулся мягких губ и попытался расшевелить их, но она не поддавалась. Просто позволяла себя целовать, потому что так велела Цунаде. Соглашаться на всё, чего он хочет. Саске перегорел изнутри; его гнев не нашел должного выхода и теперь он тоже не хотел ничего. Возможно трахнуть её. Грубо, без эмоций. Но видеть эти слезы после и чувствовать вину не хотелось, поэтому поцелуем решил ограничиться. Однако такой его не устраивал точно. Слишком вяло. Языком проник вовнутрь и стал усиливать давление, ладонями прижимая её руки вдоль туловища к стволу дерева. Внизу живота неприятно заныло. Да сколько еще ему надо, чтобы наконец-то перестать хотеть её? Эта навязчивая мысль зудела у него под ребрами, скрежетала в голове, крутилась каждый раз, когда он видел любую часть её тела. Прошло не меньше минуты как она начала отвечать. Не слишком уверено поддалась вперед и едва слышно застонала, когда он перебросил руку ей на шею. Слегка сжал сонную артерию, ей стало не хватать кислорода. Ей показалось, что он стал душить её по-настоящему, потому что она начала задыхаться. Пыталась глотнуть воздуха, но не получается. Сакура затряслась, отчаянно хватая ладонями его запястье и убирая руку. Он все еще касался теплых губ, наслаждаясь её страданиями, упиваясь властью, данной ему природой и её слабостью от чувств к нему. Девушка издала истошный стон больше похожий на хрип. У Саске в штанах ныло так, что он уже перестал соображать совсем. – На колени,– приказал без эмоций, но она знала, что за этим стоит. Любое неповиновение будет наказано. Его ладонь сползла с горла на плечо, толкая возлюбленную вниз. Девушка прокашлялась, жадно вдыхая воздух. Нежная кожа шеи горела, щипало от слез застывших в зеленых глазах. – Ты хочешь, чтобы я сделала это при наших напарниках?– их разделяли какие-то несколько метров. – Да,– прошептал измученный экс-нукенин и его девушка опускается на колени. Её нежные руки касаются резинки штанов, но не торопятся даже приспустить, а ему так натерпелось. Затолкать член в её маленький рот и отыметь со всей силой. Хотелось сделать ей больно. И не потому, что не любил, напротив, именно поэтому. С нелюбимой девушкой никакого желания, он пытался, даже взгляд не ложился. И только с ней становилось мучительно сладко. Так приятно, что было невыносимо сдержаться. Саске нетерпеливо сдернул штаны и поймал на себе взгляд изумрудов. Она не стеснялась, ей не впервой. Просто было противно. Не от его тела, а от его потребительского отношения к ней. Она смотрела так, будто сама хотела, чтобы он затолкал свой член в рот. На деле же его взбудораженный разум рисовал её в совсем другом свете, в реальности она с разочарованием ждала участи. – Почему ты тянешь?– нервно бросил он, ощущая горячее дыхании у самого основания. Трусы едва приспустили, а дальше она лишь слегка касалась его ногтями, будто рисуя витиеватые узоры. – Вот было бы славно, если бы они увидели это, верно?– его вдруг передернуло. Девушка оголила плоть и стала едва ощутимо касаться языком. Влажно провела по основанию, оставила влажную дорожку. Он застонал. – Увидели, как ты держишь меня и поняли, что я принадлежу тебе целиком и полностью,– продолжила она между действиями языком и руками. Саске прикрыл глаза, не в силах сосредоточить свой взгляд на чем-то конкретном. Ощущения перекрывали всё: он почти оглох и её нежный голос доносился так отдаленно, что он даже не сразу понял, что в нем звучит горькая обида. Она слегка захватила головку и парень снова едва слышно застонал. – А как бы ты унизил Сая,– её ногти блуждали по прессу, чувствуя, что кожа экс-нукенина едва ли не электризуется,- он никчемный и жалкий, ты победитель, получивший меня как главный приз,- снова едва заглотнула головку и сразу убрала губы. Не хотела давать ему всё удовольствие сразу, только мучение. Пусть изнывает. – Замолчи,– грубо ответил наследник и схватил её за волосы. – И Наруто тоже проиграл,– ей стало больно,- ты стал командиром нашей команды, ты имеешь меня каждую ночь, живешь в самой богатом квартале,- Саске несдержанно втолкнул в неё себя и заставил замолчать насильно. – Прекрати,– он стал жадно притягивать девушку к себе, чувствуя жар, что охватил его изнутри. Был готов кончить уже сейчас, но еще слишком рано. Хотел помучить её сильнее. Сакура заглатывала как надо. Плотно обхватила ствол губами, хлюпая и давясь от грубых толчков, стойко терпя нехватку воздуха и унизительность всего её положения. Стоя на коленях перед Саске, она видит в этом некий ироничный символизм. Саске твёрдо стоит на земле, она расшатано болтается у его ног. Преданно смотрит ему в глаза и ждёт команды. Хозяин и его преданная собачка. Сакура почти плачет, Учиха задыхается от душащего жара внутри и уже не следит за силой собственных прикосновений. Сакуре очевидно больно, от этого еще приятнее. Потеряв счет минутам, брюнет очнулся лишь тогда, когда понял, что спустил ей внутрь. Кончил так, что колени подкосились и, кажется, стон был во весь голос. Увидел, как она отодвинулась, тонкая леска слюны протянулась от головки до её губ. Сакура послушно всё проглотила. Молчала, слов больше не было. Протерла губы тыльной стороной ладони и подняла на него мокрые, стеклянные глаза. Никаких эмоций. Всё умерло. Его легкие жгло воздухом, испарина выступила на лбу, он задыхался от нахлынувших ощущений. Она слишком завела его этим разговором. Она сказала слишком много. Лишнего. Девушка приподнялась и уже хотела пройти мимо, как он аккуратно придержал её за локоть и окинул тяжелым взглядом. Краснота сходит с глаз и за шаринганом остаются лишь стеклянные угольные зрачки. Пустые и безжизненные как отражение его сердца. – Если ты удовлетворен, то я пойду спать. – После этой миссии я скажу Цунаде, чтобы тебя отстранили,– подытожил экс-нукенин слишком жестко, ранил и без того разбитое сердце куноичи. Хотел лишить всего, чего она добивалась кровью и потом, возомнил себя богом. – Делай как считаешь нужным,– ушла спать и больше не произнесла ему за миссию ни слова. – Сакура, мне жаль,– Хокаге сложила руки у себя на груди и посмотрела в окно. Лето заканчивалось, веяло осенью,- ты временно отстранена. Хокаге было тяжело это говорить, но здесь как с пластырем, лучше один раз и резко. Девушка едва держалась. Распирало от гнева, обиды, ненависти к самому дорогому ей человеку. И каков оказался подлец. Не вынес обиды, что она нанесла ему, отвергнув его предложение о переезде. Еще бы. Отказалась жить с ним, отказалась встречаться с ним, отказалась даже разговаривать. Бедняжка спал и видел как бы сделать ей побольнее. – Вам жаль?– дрожащим голосом ответила ученица,– что ж, спасибо, теперь мне будет гораздо легче перенести это,– медик вытерла намокшие глаза и направилась к выходу. – У тебя много работы в госпитале, я полностью отдаю его тебе в управление,– какая честь. – Дело не в этом. А в том, что я снова проиграла, а он победил. – Может быть он действительно любит тебя..?- девушка прыснула от распирающего возмущения. – Не знаю. Но знаю то, что я сделала всё, как вы приказали, но за это вы меня отстраняете… Харуно занялась госпиталем. Исправно и со всем усердием проводила там сутки напролет, перестав появляться дома кроме ночи и даже на общих собраниях команды номер 7. Её отстранили, делать ей там было больше нечего. Наруто навещал иногда. Теперь у него появился новый объект для обожая и её это радовало. Хината была прекрасной девушкой. Сай заглядывал чаще. Знал, что бесполезно и зря тратит время, но из раза в раз приносил ей полевые цветы и радовал горячими напитками. Вечерами холодало. Приучил к тому, что при входе в кабинет пахло цветами и что после каждой их миссии он привозил ей сувенир из дальних краев. Саске не объявлялся уже месяц. Она знала, что большинство дней его не было в деревне. Знала, что он смертельно обижен и что вряд ли вообще когда-то заговорит с ней. Тем лучше. – Ну как дела? Справляешься?– госпожа, конечно, знала все и без её комментариев. Докладчиков было много. – Зачем спрашивать то, что вы и так прекрасно знаете?– Харуно была готова умереть, лишь бы не признаваться, что загнала себя как лошадь. – Ты молодец,– блондинка одобрительно кивнула,– а как дела…с ним?– у Сакуры неприятно засосало под ложечкой. – Никак,– какой смысл врать? – Вчера вернулся в деревню,– девушка пожала плечами. Не интересно,– сказал, что стал хуже видеть. Ему бы к медику квалифицированному… – Я больше не его личный врач,– в мире есть еще много больных помимо Саске Учиха и им она еще может помочь. Куноичи вышла из госпиталя, когда часы перевалили за десять. Дул свежий ветер, разнося запах пьяной вишни. Сакура не спеша пошла в сторону чайной лавки. Хотелось выпить чего-нибудь согревающего душу, было пусто и одиноко. По работе все получалось: пациенты были довольны, подчиненные шли на контакт, но она не чувствовала удовлетворения. Лишь разочарование в самой себе. Будто призрак он возник из ниоткуда. Ей сначала даже показалось, что померещился. Но одежда была слишком узнаваема: белая свободная рубашка с символом клана, темные брюки, грубые ботинки. Без оружия. Оно ему ни к чему, его глаза всегда с ним. Они приблизились к друг другу, Сакура не могла сдержать свое сердцебиение, резко стало нечем дышать. Саске увидел, что сначала она застыла, но после почти сразу взяла себя в руки и передумала поворачивать. Её шаг был неуверенным, ладони слегка подрагивали от волнения. – Привет,– бархатный баритон эхом зазвучал в ушах куноичи. – Привет,– ответила, но как-то очень сдержано. – Пройдёмся?– Саске не торопился сокращать дистанцию. Знал, что от подобного вторжения она может сразу закрыться. Девушка безысходно кивнула. Он уверено взял её за руку и повел за собой сквозь толпу на другую улочку. Провел мимо остатков торговых лавочек и завернул на следующую. Спустя несколько минут пара оказалась около главных ворот в его квартал. Харуно пусто выдохнула. Заманил к себе домой. – Здесь тихо и нет людей,– будто читая мысли прокомментировал брюнет. – Я спала сегодня всего четыре часа, Саске, поэтому, пожалуйста, говори что ты хотел и отпусти меня,– никакой ласки. Они не виделись гребанный месяц, а она даже не подает виду, что рада его видеть. – Заходи,– он распахнул дверь своего дома и терпеливо ждал, когда она войдет. Пустой выдох. Ему не понравилось как она с осуждением посмотрела на него и шагнула в особняк. Впервые. Он почувствовал, что задыхается от ревности. Вчера не смог сдержаться и понаблюдал за ней. Увидел как заботливо она ставила в вазу цветы у себя в кабинете. Как убрала на полку какой-то сувенир, будто собирала коллекцию. Догадывался от кого могли быть эти безделушки, но даже в голове не желал произносить его имя. Не теряющий надежду недоносок. Жалкий и сопливый. Саске разъедало изнутри. Сакура прошла вглубь комнаты: они встречались несколько месяцев, но он ни разу не приглашал её к себе домой. Она тоже. Возвращаясь в Коноху они пропадали из поля зрения друг друга. А теперь, после расставания и подавно. Было пусто как в больнице. Никаких фотографий, статуэток или чего-то такого, что могло бы напомнить о том, что это жилой дом. От неё всё еще веяло тем самым запахом. Саске измучено сделал пару глотков воздуха и приблизился. – Хотел поговорить с тобой наедине,– скрипнул ключ в дверной скважине и Сакура обернулась. Злостно сверкнула малахитами, хотела не отвечать, но не выдержала. – Знаешь, почему я так злюсь?– он не знал. Пытался понять, проанализировать её поведение и почему она ему отказала, но не получилось. Вскинул бровь и терпеливо ждал разъяснений, - потому что ты всё решил за меня. Я просила подождать всего три дня, но ты всё равно сделал по-своему и подверг меня риску забеременеть. Ты сделал так, что меня отстранили от миссий. Кем ты себя возомнил, богом? Ты знаешь, через что мне пришлось пройти, чтобы заслужить такой уровень доверия от госпожи? Нет, не знаешь, потому что все эти годы ты был далеко и занят только своими проблемами. А теперь я выгляжу в её глазах слабой и бесполезной! Не годной на миссии, а только для работы в госпитале. – Тебя поставили главой госпиталя, это ли не показатель?– лично для него всё выглядело более чем убедительно. Вот её место, то, в чем она лучшая. – Но с меня хватит. Я не твой личный врач, не твоя собственность,– девушка кипела от гнева. Она даже покрылась пятнами на груди, не в силах сдержать возмущение,– и самое ужасное, что я все равно люблю тебя, – Саске сжался как пружина. Ведь он тоже её любит. Разве не так это показывают? Он пытался защитить, проявляет заботу. Да, по-своему, специфично, но по-другому не умеет. Его никто этому не учил. – Я не пытался унизить тебя своим решением,– Сакура посмотрела на часы, будто торопясь уйти. Понимала, что прирастает к полу рядом с ним и если задержится чуть дольше, то уже не сможет сдержаться. – Но унизил. И не только перед Госпожой, но еще и перед всей деревней. Знаешь сколько вопросов за этот месяц я получила? А почему тебя отстранили? А что случилось? А почему Саске-кун так решил? Ты где-то провинилась?– с присущим артистизмом парировала куноичи, пародируя окружающих,– да я сквозь землю провалиться хочу, когда чувствую на себе их взгляды полные укора или еще хуже сожаления,– ему становилось понятнее. Он задел её самолюбие, вот что её оскорбило. – И подумать не мог, что моя девушка такая карьеристка,– он едва заметно дрогнул губами в ухмылке. Уже не заметил, как приблизился вплотную и старательно искал момент, чтобы коснуться её. Нашелся. Заправил выбившуюся прядь волос за ухо, Сакуру пробило мелкой дрожью. – Бывшая,– снова это бестолковое уточнение. Он никогда не признается даже самому себе, что его бросили. – А мы расстались?– его ладонь невозмутимо легла на бархатную щеку. – Разве моего отказа переехать к тебе оказалось не достаточно, чтобы понять это?– Сакура плавилась от его прикосновения. Не могла противостоять, сердце вырывалось из груди, кислород выжгли и она задыхалась от любви к нему. Ненавидела, но любила. – За этот месяц я понял, что твои отказы не имеют значения,– он коснулся кончиком носа до её. – Со времен академии ничего не изменилось…– девушка прекрасно помнила его результаты и то, как слепо она восхищалась ими, не обращая внимание на явные психические проблемы. – О чем ты?– его рука медленно заползла в розовые волосы. – Самый низкий балл за сотрудничество и уверенность в себе,– его глаза прищурились, он неохотно улыбался. Она смогла развеселить его. Забрать на секунды разъедающее чувство в груди. А ведь он настроился говорить серьезно. – Второй с конца,– скептично прокомментировал брюнет, для него эта была болевая точка еще с детства. Как это Учиха и не уверен в себе?– и думаю, что я всё-таки смог проделать некоторые успехи в данном направлении,– девушка сдержанно улыбнулась в ответ. – Ты про сотрудничество?– Саске несдержанно чмокнул её в губы. - Я про уверенность. Теперь у меня нет с этим проблем,- у неё закружилась голова. От его касаний всегда так: сначала отключается мозг, затем тело. – Да, теперь от этого проблемы у меня,– медик умело увильнула от еще одной попытки легкого поцелуя и коснулась его щеки в ответ. – Что с глазами?– сам он, конечно, никогда не признается. – Цунаде…– недовольно промычал брюнет, блуждая губами по её щеке,– ничего нового. В последний раз когда я использовал мангёкью, из глаз пошла кровь,– Сакура замерла, на лице застыла тревога. – Дай посмотрю,– в полумраке было плохо видно, но её руки и так всё поймут. Она коснулась его висков и пустила чакру. Зеленый свет сопровождался теплом, Саске почувствовал резкое облегчение. Его веки трепетали, эта резь в глазах так мучила, что сейчас он находился на пике блаженства,– лучше?– кивнул и медленно прикоснулся к её губам. – Ты будешь жить со мной,– их руки сцепились в замок. – Зачем? Чтобы ждать тебя от миссии к миссии?– это больше не её роль. Ждать, когда Саске Учиха соизволит вернуться в деревню и уделит ей свое драгоценное внимание. – Думаю, ждать больше не придется. Поступило предложение от Цунаде,– вокруг была гробовая тишина. Казалось, что даже птицы не залетают в этот квартал. Мерещилось, что слышно, как оседает пыль. Медленно, почти неосязаемо,– возглавить АНБУ,– таких новостей она явно не ждала. Вот для чего он был нужен Госпоже. До чего же удачная получилась стратегия. – И что ты решил?– он снова поцеловал её, уже наглее, с присущим напором. – Я не уверен, что мне подойдет эта роль. Но так я смогу быть рядом с тобой и сделать что-то полезное для деревни. – Откажешься от миссий?– Саске облокотил девушку на диван, придавливая собой. – Нет, предполагаю, что она хочет использовать меня на два фронта,– девушка впервые почувствовала под собой что-то мягкое, а не холодную землю. Это оказалось в разы приятнее. – Значит, ты догадывался… о её планах?– и с умеренным интересом подыгрывал. – Наивысшие баллы во всем остальном как ты помнишь,– с нотками удовлетворения бросил парень, да, чего-чего, а интеллекта ему не занимать. И высокомерия тоже,– и о твоей роли в этом тоже. Сакура застыла от испуга. Забегала глазами по его лицу, пыталась считать эмоции, но с ним это всегда так непросто. Непробиваемая маска. – Саске, я…– его глаза вдруг стали совершенно стеклянными. Холодными и такими отстраненными, будто подменили. От теплого и родного парня ничего не осталось, лишь бледное лицо в свете луны из окна. – Ты наконец-то стала настоящим шиноби,– поцеловал в шею, проводя губами по содрогающейся груди,– верная ученица Цунаде. И твоя верность ей оказалась выше, чем мне. Это похвально. – Я не буду лгать, что не причастна к этому,– Сакура коснулась его ладони, что сжимала плечо,– но в чувствах к тебе я всегда была настоящей,– парень уже спустился ртом к её груди,– злишься? – её тело содрогалось от жарких касаний. – Как продвигаются ваши отношения?– Цунаде вызвала ученицу под абсурдным предлогом обсудить закупки в госпиталь, до чего же нелепо, Сакура сразу ожидала допрос с пристрастием. – Всё получилось. Он не сдержался,– имела ввиду их первый раз на берегу озера. Госпожа одобрительно кивнула. – Теперь жди нужный момент, чтобы порвать с ним. Не сейчас, спустя пару месяцев, когда прирастете друг к другу,– подобной просьбы она не ждала. Зачем отдаваться ему, чтобы потом всё сломать? – Мне нужна веская причина, чтобы он захотел остаться в деревне,– Сакура помассировала виски. – С чего вы вообще решили, что я смогу стать этой причиной? Он меня не любит,– к чему эти иллюзии? Саске умнее, чем все, кого она когда-либо встречала. Обмануть не получится. – Попытайся. Заставь его поверить тебе. С твоими чувствами это будет совсем не сложно,– вот же вляпалась в историю. Если он узнает, то она вряд ли доживет до своего следующего дня рождения. – Поэтому ты боялась забеременеть, верно?– выдернул из омута воспоминаний. Она молчала,– спать с объектом одно, а вот залететь от него,– заточил её испуганные глаза в капкан. Она понимала, что каждым своим словом он попадает в точку и что сейчас оказалась в ловушке. – Подожди,– Сакура попыталась остановить его действия, касаясь волос. Но он не откликнулся. – И что она тебе за это пообещала? Возглавить госпиталь?– ладони переместились на предплечья и сдавили нежную кожу до бела. – Ничего. Ты верно сказал, я шиноби, я просто выполняла приказ,– терпела боль стиснув зубы. – Глупая,– его рот нащупал сквозь ткань сосок и едва прикусил, девушка прогнулась в спине и застонала,– решила найти в этом повод отдаться мне и оправдать себя за свою бестолковую любовь?– одним движением порвал на ней топ и оголил нежную грудь. Рукой сжал так, что Харуно вскрикнула и попыталась выползти из-под него, но безуспешно. Ловушка захлопнулась. – Саске, пожалуйста, не делай этого,– взмолилась так, что завела его еще больше. Внутри него чесалось нечто злое. Он был ранен и готов причинить ей ответную боль самым любимым способом – насилием. В момент содрал с неё шорты, царапая бедра ногтями, шершавыми руками растирая по фарфоровой коже, готовя к жгучей боли. Зеленые глаза с ужасом поймали нездоровый взгляд возлюбленного. Прежний Саске исчез, осталась лишь оболочка. Харуно протестующе замычала, когда он грубо впился в губы, кусая их до крови. Становилось понятно: сегодня он её изнасилует. – Пожалуйста,– жалобно простонала куноичи, понимая, что это разрушит всё, что между ними было до. И это её вина. Девушка едва сдерживала слезы. Он видел это и победно ликовал. – Замолчи,– сдернул кружевной лифчик на талию,– красивый,– язвительно прокомментировал он,– готовилась для очередного объекта?– попутно содрал последнюю деталь её гардероба и скинул с себя рубашку. По щекам стекли две полоски соленой воды. Большим пальцем стер дорожку, сплюнул на ладонь, смочив промежность и рывком вошёл в неё. В глазах помутнело. Низ живота зажгло адской болью и Сакура начала плакать, пряча слезы за ладонью. – Нет,– кровожадно прошептал Учиха,– я хочу видеть твоё прекрасное лицо,– рывками толкался внутрь девушки, насилуя и получая зверское удовольствие. Пусть не сможет ходить. Харуно даже не кричала, лишь жалобно скулила от боли, а слезы ручьем лились по щекам. Жар окутал тело, ноги сводило от неудобной позы. Схватил за предплечье и перевернул её на живот. Уткнул лицом в подушку, навалился сверху и безжалостно имел. Вдалбливал хрупкое тело в диван, перехватив её снизу за грудь и сжимая за соски. Девушка взвыла от бессилия и жжения внизу живота. Будто тысяча иголок. Обида затмевала все чувства, ей стало так паршиво, что хотелось умереть. Но он не позволит; теперь она будет делать всё, что он пожелает. – Мне очень больно,– не выдержала и взмолилась медик, надеясь, что он сжалится, однако лишь еще больше спровоцировала его на грубость. Саске кусал нежную кожу, трепал груди, иногда сжимал горло, да так сильно, что ей казалось, будто вот-вот потеряет сознание. Но тщетно. Разум всё еще ясно воспринимал всё, что он с ней делал. Его кожа влажно скользила по её телу, он плавился от жара и нахлынувших чувств, ни одна предыдущая их ночь и рядом не стояла. Её слезы будоражили воображение и даже когда он не видел лица, он помнил, насколько оно прекрасно. Сакура Харуно принадлежит ему и это сейчас единственное, чего он желал целый месяц. Проклятый запах вишни. Он ненавидел этот аромат, потому что хотел вдыхать каждую секунду, но её больше не было рядом. Когда кончил прямо в неё, куноичи почти не было слышно. Она беззвучно плакала в подушку, не поднимая головы и больше не сопротивляясь. Когда отдышался, осмотрел худое тело и увидел своё творение в полной красе: кровавые следы укусов, фиолетовые засосы словно разводы акварели на белоснежном холсте и красные пятна везде, где касался. Видимо ей и вправду было больно. Харуно почти не шевелилась, лишь слегка содрогаясь от пробившейся наружу истерики. Он наконец приподнялся. Сел рядом и попытался отдышаться. Откинул её длинные волосы в сторону, чтобы повнимательнее осмотреть следы своего преступления. Ничего, она сильная девочка, чакрой уберет их в два счета. Интересно, а может ли она также вылечить свою истерзанную душу? Саске провел рукой по выступающему позвоночнику и Сакура вздрогнула, забиваясь в угол, но он хотел посмотреть ей в глаза. – Повернись,– ладонями провел по влажному лицу и ждал встречи с ней взглядом. Куноичи подняла голову и отстраненно мазнула по лицу, которое больше не узнавала. Холодная маска, бледный и равнодушный, бесчувственная машина. – Знаешь, что самое ужасное?– бесцветно заговорил он, смотря в заплаканные изумрудные глаза,- что я всё равно люблю тебя. – Остановись…– искусанные губы шевелились, но так вяло, что он едва услышал её просьбу. – Нет,– стер остатки слез с разъеденных щек,– будем следовать вашему плану. Я принимаю предложение твоей обожаемой госпожи, а ты остаешься со мной. Сакура задрожала от страха, когда он встал. Медленно пошел в сторону ванной, чтобы взять полотенце. – Дверь заперта, не пытайся,– девушка опустила голову и протерла замыленные слезами веки. Если бы она могла встать… – Оставишь меня в заточении в своем квартале?– бросила ему в след, давясь от першения в горле. – Да,– он протянул ей мягкое полотенце для лица и холодно посмотрел на свою обнаженную девушку сверху вниз,– вытри слёзы, Сакура, мечты сбываются.