Уходя оставаться...

Я ушел от него. Сегодня. Сейчас! В эту минуту! Взяв с собой только сумку, деньги и мобильник. Черт, еще же ноутбук, без ноута я не смогу. Значит придеться возвращаться, что-то говорить, выяснять отношения. И ключи я оставил, так бы пришел, когда он на работе. Идиот! Какой же я идиот! День нашей встречи до сих пор мне кажется дебильным и невероятным. Подумайте, мне, почти гомофобу, почти презирающему всех пид... хм... геев и... влюбиться... в парня. С первого взгляда, прикосновения, с первого вздоха, когда его запах проник в мои легкие, и кровь по всему организму разнесла этот яд, убивший меня. Он оказался моим соседом. Банально и смешно. В этой квартире жила древняя старушка, и - то ли она умерла, то ли родственники забрали к себе, но жилье опустело и сдавалось в наем. Ему! Студенту престижного вуза, престижного факультета "Международной экономики". Все это мне рассказала мама субботним утром за завтраком, влепив смачный подзатыльник и причитая, что я неисправимый оболтус, а вот Гришенька не такой. Он интеллигентный, галантный, учится, работает и... маму любит. Гришенька... Имя-то какое... Гриша! Имя Гриша у меня ну никак не вязалось с интеллигентностью и образованностью. Вспоминался только кадр из старого фильма, где здоровый бугай раздирает на себе майку с криком "Я Грыша!" А вот этот Грыша умудрился разодрать все мои принципы и устои, в один миг и на мелкие кусочки. Вы когда-нибудь катались на перилах? Не стоит говорить, что это было мое любимое занятие - это был уже стиль жизни. По лестнице ходят только лохи, ну, по крайней мере, - спускаются. Вот это и стало моей ошибкой. Я тупо съехал вниз прямо в загребущие лапы к этому Грыше. И какая нечистая его там поставила?! Да я и сам хорош - выскочил из квартиры и даже не посмотрел по сторонам. Судьба?! Он стоял внизу, на площадке между этажами и, приколист хренов, поймал меня, галантно, как барышню, подхватив на руки. Он был не похож на киношного, здорового пьяного увальня, нет... Он был как греческий бог: высокий, мускулистый, и ... красивый. У него были стальные мышцы на руках. Он поймал меня. Хватка была железной. - Привет, сосед! - и улыбка, светлая, яркая, так улыбаются первоклашки первого сентября. - Ой, Грыша! - на меня иногда находит. - О! Ты уже в курсе. Да, меня зовут Грыша, - и заржал, меня бесит когда так гогочут, как лошади на выгуле, но... в его исполнении все было по-другому... и я непроизвольно дернулся. Новоиспеченный сосед подбросил мою не такую уж мелкую и легкую тушку, перехватил поудобнее и замер, наслаждаясь ситуацией. - А тебя как зовут? - спросил он. - Пусти!.. - я чувствовал, как мое сердце начинает набирать обороты, его запах околдовывает, а смех... лучше я промолчу. Ибо капитуляция была полной. - Козел! - Какое, оказывается, у тебя имя оригинальное, - от его хохота у меня похолодело внутри живота. - А ты, как я понял, моим недоволен? - Оно дебильное. Грыша! Пусти меня, - появилось жгучее желание уткнуться носом ему в шею, обнять крепко и не шевелиться. - Пусти! Я удвоил услилия, пытаясь вырваться. - Скажешь, как зовут - отпущу. - Артур меня зовут, - прошипел я в отчаянии. - Пусти. - Артур! - повторил он, отпуская наконец-то меня. - Красивое имя, королевское. Куда уж мне с Гришей. Только в слуги. Возьмешь меня к себе своим... стражем? - Иди ты знаешь куда... Грыша! - и я бросился вниз по лестнице, туда, где была спасительная свобода и свежий воздух. Рядом с ним дышать было невозможно, как и мыслить. Вы думаете дальше была душераздирающая история его ухаживаний, моих терзаний, наших случайных встреч... Нет, роман у нас не вышел, ну или вышел, но свой - простой и банальный. Я пришел сам, в тот же вечер, знакомиться, с пирогом и мамой. Ну не смог придумать ни одного весомого аргумента, чтобы не идти. Был опять обозван невоспитанным оболтусом и, толкаемый пинками в спину, вытурен на площадку, поставлен перед дверью соседа с приказом доброжелательно улыбаться. Не знаю, насколько я смог выразить доброжелательность, но Гришу от моего вида слегка отшатнуло, и он опять заржал. Мама долго бегала по двум комнатам, умиляясь, казалось бы, совсем обычному ремонту. Гриша следовал за ней, пытаясь вклинить хоть пару слов и заверить, что так и было и его заслуги тут нет и не было. Меня же отправили на кухню разливать чай, потому что, как выразилась мама, я своим брезгливым видом порчу всю атмосферу общения. До чаепития она так и не дошла, позвонил её мобильный, и мама упорхнула из квартиры обсуждать самые последние офисные сплетни с очередной тетей Клавой с работы. Мы остались одни. - Я тебе нравлюсь, - Гриша стоял в проеме кухонной двери и смотрел на меня в упор. - С чего бы это? - я старался казаться невозмутимым. - В каком смысле? - В прямом. Он подошел ближе, наклонился и заглянул в самое нутро моей бренной тушки. Сердце зачастило, в горле запершило и ладони сразу же стали влажными. Я нервно передернул плечами, а он опять заржал и, потрепав меня по голове, уселся на стул напротив. - Ты мне тоже нравишься, - "успокоил" меня он и, схватив самый большой кусок пирога, принялся с довольным урчанием его поедать. - Не нравишься ты мне, - наконец-то очнулся я. - Мне девушки нравятся. - Мне тоже, - пробурчал он с набитым ртом. - Твоя мама печет божественно... - Так если тебе тоже, - я почему-то начал кричать, - чего ты тут представления устраиваешь? - Одно другому не мешает, - он подвинул тарелку со сладким ближе ко мне. - Ешь, давай. - С извращенцами не ем, - возмутился я. Детский лепет, даже самому смешно стало, про Гришу промолчу... - Тебе сколько лет? - спросил он отсмеявшись. - Шестнадцать... - А с педофилами ешь? - он посмотрел вызывающе, брал как наивного ребенка - на слабо... - Или боишься? - Тебя?! - я схватил сладкое, откусил, хлебнул чая и, естественно, подавился. Облил себя, заплевал его и полкухни. Меня спасли, вдарив по спине так, что не только крошки, позвоночник мне чуть не вытряс. - Мда, - Гриша рассматривал своё преобразившееся жилище. - Вот и не верь поговорке: любовь зла, полюбишь и... - Сам козел! - он удивленно уставился на меня, а я растерялся, покраснел и заткнулся. Ржать с меня у него уже вошло в привычку. - Убирать поможешь? - он почти ласково похлопал меня по плечу. - Или так уйдешь, по-английски? - Помогу... - какую-то толику совести в меня мама все же своими подзатыльниками вбила. А дальше мы убирались, по-новой пили чай, смотрели фильм и разговаривали, много и интересно. Грег, как звали его друзья, оказался очень легким в общении, тем еще приколистом и всесторонне начитанным и насмотренным. Глядя на него тогда, в наш первый вечер, я понял, что все, и даже рыпаться не стоит. Большой паук Грыша сети раскинул, и я, маленький и неискушенный мотылек попался, намертво запутавшись. Уходить не хотелось, но я пересилил себя... А он, он просто картинно поцеловал меня в макушку и вытолкал за дверь. Через неделю я из квартиры Гриши просто не вылезал. Маме было сказано, что он согласился подтянуть меня по учебе. Та только рада, еще и пирогами снабжала регулярно. Все было бы хорошо, но... увидев мои оценки за четверть, Гриша пришел в дикое недоумение. И мне пришлось заниматься, не по своей воле, но пришлось, ведь спорить было бесполезно, его аргументы были сильнее моего вялого сопротивления. Я даже попробовал сбежать домой в свою комнату, откуда тут же был вынесен на плече, позорно, попой кверху. Уже через месяц учителя удивлялись, мама умилялась, а я был весь такой умный! Красота! - С русским у тебя хорошо, а вот математика... - Грег многозначительно покачал головой. - А может, не надо, Гриша? - Я попробовал состроить жалостливую рожу. - Давай поиграем или фильм посмотрим? - Нет, давай так. Если ты решишь это задание правильно, то... - То... - Я тебя поцелую, - и эта его улыбка. Я замер, задумавшись. - Что не так? - он приподнял мою голову, заглянув в глаза. - Мне кажется, все очевидно, или я ошибаюсь? - Не знаю... - Что не знаешь? - Решать мне правильно, или нет... - А вот ты подумай, я устал ходить вокруг да около, - и вышел, сразу же загремев чем-то на кухне. Промучился я минут сорок, нет, не с задачей, с мыслями в своей голове. Потом встал и пошел его искать. Грег был в спальне, читал какую-то заумную книгу, лежа на кровати. - На, - я протянул ему тетрадь с решением. Он поднял на меня глаза и, схватив за руку, дернул на себя. Убиться мне не дали, мягко подхватив и уложив рядом. - Поцелуй меня, - неожиданно... я как-то рассчитывал на обратное... - Но... - Поцелуй меня, - перебив, повторил он. - Сам... Я ведь сам пришел, чего уж ерепениться. Вздохнул, попробовав унять колотящееся в груди сердце, робко потянулся и прижался своими губами к его, сухим, прохладным... - Ребенок, - улыбнувшись, прошептал он, не отстраняясь. - Мой. И лизнул, нежно, мягко, обводя контур моих губ. Я выдохнул, наконец-то, расслабившись и приоткрыв рот, высунул язык, пытаясь повторить его же действия на нем, чем опять вызвал у него улыбку. Целоваться с ним мне безумно понравилось, он был хорошим учителем, во всем, как оказалось. Я млел и таял в его руках. Боялся дышать, боялся пошевелиться, чтобы не прервать это волшебство, медленно затуманивавшее мой мозг. Его губы были такие мягкие, они то нежно касались, порхая по моей коже как бабочки, то жестко вжимались в мой рот, а язык яростно хозяйничал внутри, ища мой, толкаясь, заигрывая и... все это меня возбуждало, мой дружок готов был уже разорвать джинсы, и я невольно еще больше потянулся к Грегу, вжимаясь всей своей трепещущей тушкой в него. - Тихо, - он остановил мой порыв, слегка отодвинувшись. - Я очень этого хочу, но не сейчас. - Почему? - разочарованно спросил я. - Ты еще не готов, я хочу дать тебе время все обдумать. Хорошо? - Я не хочу думать, я... - Все равно. Давай... отложим на субботу. Два дня - это немного. Хорошо? - Ладно, - с ним лучше согласиться сразу, он все равно настоит на своём. А вот задание я решил неверно. Мысли были не те, наверное. Как же потом я был ему благодарен за эту отсрочку. У меня с девушками то еще не было... ну вот как-то не сложилось... А тут парень, притом и коню было ясно, кто и в какой роли будет в этом соитии. Не то, чтобы я записал себя в стопроцентные пассивы, да и Грег сказал, что ему собственно все равно, но... неее... лучше уж он меня... пока... боюсь, я нифига не смогу... Интернет наше все. К субботе я начитался и насмотрелся на эту тему столько, что в голове творилась полная каша из клизм, поз, ласк и умных советов. Готовился я долго и основательно, строго по прочитанным инструкциям. Хорошо хоть мама была на работе и не видела мои метания между ванной и туалетом с бритвенным станком в зубах... Одевался тщательно, в свежевыстиранные майку с джинсами и свежекупленные труселя, как советовал интернет. Пах, как бутик мужской парфюмерии. И нервничал, жутко нервничал. Грег открыл дверь, удивленно уставился на меня, принюхался и нет, не заржал, я бы точно обиделся, улыбнулся и втянул меня в свою квартиру за руку. - Ты удивительно быстро, - сказал он. - Я решил, что еще час, и я иду прекращать твои сборы. - Смеёшься,- я улыбнулся в ответ. - Нет, восторгаюсь, - он наклонился и поцеловал меня, спокойно, без напора, успокаивая и лаская. - Ты красивый. - Ты тоже, - пробормотал я, опустив глаза, как-то это все было... - Ну, если мы уже закончили обмениваться комплиментами, то пошли пить чай. - Чай? - С коньяком. Или кофе? - А может не разбавляя? - я хитро сощурил глаза. Какой кофе? Я вас умоляю... - Чай? Не разбавляя, - вот гад же... - Коньяк! - Можно, - Грег ухмыльнулся. - Если маме не расскажешь. И тут заржал я, набрался, черт возьми, плохих привычек. Не, ну я такой отмытый, весь красивый, трахаться пришел, а он боится споить несовершеннолетнего... А трахнуть не боится?.. Ну а дальше? А дальше все было как в романтичном кино. Сервированный столик возле кровати. Коньяк выпитый на брудершафт. Поцелуй... Поцелуй медленный, нежный, расслабляющий все тело, приносящий спокойствие и сметающий все сомнения. Опомнился я уже совершенно голым, распластанным на кровати с помутневшим мозгом и с легкой дрожью во всем теле оттого, что его пальцы нежно и неторопливо растягивали меня. Боли не было, было какое-то ноющее и тянущее ощущение, слегка отрезвляющее и возвращающее в реальность. - Тебе больно? - он внимательно заглянул мне в глаза. - Странно, - слегка скривившись, ответил я. - Мне остановится? - Нет... лучше поцелуй... ты обалденно целуешься... Его проникновение было более болезненным, но терпимым. Как там пишут: его яростные толчки, нащупывание волшебной точки, небо в звездах и душа в алмазах. Красиво... Но я не знаю, как правильно описать наш первый секс. Было медленно, чувственно, он давал мне привыкнуть к себе, свыкнуться с ощущением наполненности внутри, прочувствовать момент нашего единения, расслабится и осмыслить - это именно то, что должно быть...с ним... именно с ним... Я прикрыл глаза и начал сам толкаться, провоцируя его на более активные действия. Он все это время смотрел на меня, и теперь тихонько засмеялся. - Что смешного? - я опешил. Не ну... - Все твои мысли отражаются на твоем лице. Это забавно и мило, - он поцеловал меня, слегка прикусывая и оттягивая нижнюю губу, - Мой... люблю тебя... И эти его слова были последней каплей, снесшей все оставшиеся барьеры. Дальше было безумие: страсть, его руки, всюду, его губы, его язык, оставляющий влажные дорожки на моем теле. И оргазм, оглушительный и крышесносящий... Больше не от того КАК. А именно с КЕМ! - Я тоже люблю тебя, - прошептал я непослушными губами. - Хорошо то как... - он сжал меня в объятиях, притянув к себе, и зафыркал уткнувшись носом в мои волосы. Действительно, как же хорошо! А дальше... Дальше мы просто были вместе. Я закончил школу и поступил на журналистику. Он устроился на хорошую работу. Квартиру мы сняли в другом районе города, так, чтобы не мозолить всем глаза. Мама... Она догадывалась, потом застукала нас целующимися, повздыхала и... нет, я бы не сказал, что она приняла Гришу и рада за нас, скорее она смирилась и нам не мешает. И на том спасибо. Жизнь с ним не похожа на сказку, с завтраками в постель и прогулками под звездами. Бывают и небольшие скандалы и мелкие обиды, в этом мире нет ничего идеального. Но люди на то и люди, чтобы смочь осмыслить свои поступки и сделать правильные выводы. Он старше и чем-то мудрее и снисходительнее. Я младше и более импульсивный и заносчивый.Но за три года многому научился у него - понимать, слушать, уступать, любить... И вот теперь я ушел. Навсегда, насовсем... В груди пустота... Почему? Представить свое будущее без него невозможно. Представить, что его больше нет рядом со мной - невыносимо. Лучше умереть... Скрип колес... Удар... Всё!!!