No cure for us

      — Ну и чего ты так паришься из-за этого, котенька? Он все равно никуда от тебя не денется.       Луччи передергивает каждый раз, когда Луффи придумывает ему новое прозвище. Побывав голубятником, Эдвардом, мурлыкой, леопольдом, Сэмом Винчестером, и еще много-много кем, стоило бы уже привыкнуть, но никак не получается. К сожалению, фантазии в ответ у него не особо-то хватало, поэтому Луффи был всего-лишь обжорой и идиотом. Соответствуя высокому статусу ценителя хорошей еды, идиотом Монки Д. Луффи не был.       Видел и слышал больше, чем рассказывали и показывали. И это нередко оборачивалось казусными ситуациями. Вот его шайка «мугивар» откуда-то узнает о приезде высокопоставленных чиновников в Академию и решает самовольно провести им экскурсию, что гремит скандалом в газетах. Еще через пару недель они же устраивают массовую потасовку и погром супермаркета в одном из торговых центров, на что съезжается и полиция, и пожарные, и служба спасения. Кроме мугивар там также замечают членов студенческого совета, из-за чего Луччи под шумок пригрозили снятием с должности главы студсовета, но он смог выкрутиться чуть ли не уговорами, что до сих пор считает самой позорной ситуацией за все годы обучения.       — Много ты понимаешь, — мрачно ответил Луччи, и они свернули в пустой двор Академии.       Они опоздали-то всего на два занятия, и то по вине Луффи, который решил с утра пораньше покашеварить чего-нибудь, а в итоге подпалил шторы. Их спасти не удалось, соседи чуть не вызвали пожарных, и Луччи пришлось сначала пытаться уговорить тех этого не делать, а потом изнывающий от голода Луффи красноречиво кивнул на холодильник. Выбора по сути-то и не было изначально и, скривив самое вымученное выражение лица, Луччи снова принялся хозяйничать за двоих.       У входа их встречает вечно не выспавшийся и угрюмый Трафальгар Ло. Угрюмый со всеми, кроме Луффи, ведь будучи бесконечным источником энергии, Мугивара влиял даже на Ло. Влиял косвенно и непосредственно, и никто из них не ответит, когда начались их совместные походы до дома Трафальгара после школы и когда в лексиконе Луффи появились медицинские термины, значений которых он никогда не знал и не узнает. В общем-то, Ло крупно влип, познакомившись с Мугиварой. Он, конечно, будет отнекиваться, но в конце концов стыдливо натянет шапку пониже и уйдет от разговора по появившемся неотложным делам, записав собеседника в блэк лист.       — Луффи, ты сегодня в двух одинаковых носках, — констатирует факт Трафальгар, когда окидывает его быстрым сканирующим взглядом. Луффи же, с самым одухотворенным лицом, медленно и с чувством продемонстрировал Ло проездной, который не забыл впервые за месяц.       — Торао, ты видел, там в тц около твоего дома такой смешной декоративный гриб поставили? На тебя похож! — смеется Луффи и уходит вместе с Трафальгаром, напоследок махнув рукой и посоветовав Луччи «не хватать кота за яйца». Ло лишь обреченно вздохнул и потрепал его по волосам, потому что болтать то Мугивара горазд, а вот думать над тем, о чем болтает — не очень. И даже за эту черту его невозможно не любить, чем активно и занимается Ло.       — Очень милое братское пожелание, — беззлобно комментирует подошедшая Калифа, которой за это ничего не будет, и кивает в сторону кабинета. По средам Калифа надевает любимый черный свитер с v-образным вырезом и черные кожаные брюки под цвет туфлям на среднем каблуке. Выглядит она в этом просто прекрасно.       Луччи скептически поджимает губы и протягивает руку, чтобы вернуть свою тетрадь по политологии. Конечно же, именно он делился со всей компанией конспектами, ведь политология — его любимый предмет. И совсем не потому что преподавателем был Спандам, хотя… н-да, именно поэтому.       Луффи бесконечно забавляло то, как такой сильный и мрачный Луччи ухлестывает за слабаком и болваном вроде Спандама. На все подколки с его стороны Луччи приходилось только хмуриться и прикладывать руку к лицу, ведь угомонить названного брата не может никто, кроме Трафальгара, а у них в квартире тот, на удивление, еще не поселился.       «Торао вот вообще не был бы против! Но ему отец не позволяет», почти расстроенно повторял Луффи и не учитывал, что у Трафальгара, как и всего окружения Монки Д. Луффи, не было шансов на другое развитие событий. Потому что, если он захочет быть вашим другом — лучше сразу начать подстраивать свое расписание под капризы Мугивары, чем пытаться отнекиваться. Все равно это бесполезно.       Кроме того, его «Торао» и сам отчаянно тянулся к солнечному Луффи. А они со Спандамом… Танцоры танго на битом стекле, насколько бы это сравнение не казалось Луччи идиотским. Услышал в какой-то из песен, которые ему давала послушать Калифа и запомнил.       — Снова витаешь в облаках? — треплет его за плечо Стусси и снисходительно ухмыляется, потому что она видела те краткие взгляды, которыми Луччи постоянно цепляет Спандама. Она мало что знает, но не в свои дела не лезет и на том спасибо.       — Вроде того, — хмыкает Роб, усаживается за одну из недавно закупленных новых парт, сбрасывая сумку на пол. Выждав пару минут, к нему подходит Хуисху с самым отвратно-самодовольным выражением лица. Точнее губ, потому что глаза предпочитал прятать за длинной светло-розовой челкой. Подлец считает, видимо, что он бессмертный, поэтому тоже подтрунивает над Луччи, но если у Луффи все это выходит довольно безобидно, то Хуисху не гнушается подлыми приемами, взывая к собственническому чувству и заставляя ревновать.       — Знаешь, Спандам-сенсей так часто спотыкается на лестнице, что приходиться постоянно его подхватывать, — и скалится, демонстрируя заточенные передние клыки.       Луччи, честное слово, пытается не обращать на это внимание, думать о чем-то своем, прислушаться к чужим разговорам. Но среди всех этих звуков отчетливее всего слышит прерывистое дыхание Хуисху, который терпеливо выжидает.       — Хорошо, конечно, что рабочий день у него заканчивается после этого занятия. Может, получится пригласить в «Олл Блю».       Луччи закрывает глаза и медленно вздыхает, досчитывая в голове от одного до десяти, как его когда-то по собственной инициативе учил Луффи с подачки Ло. Жаль, конечно, что Трафальгар не исходил из тех расчетов, что Луччи готов был убивать. Он досчитывает, и кидается на Хуисху со злобным рычанием. Вместе они валятся на пол, сбивая несколько парт и поднимая жуткий грохот, на который тут же обращает внимание остальная часть класса. Перед глазами все плывет от ярости, Луччи не слышит ничего вокруг и не видит, кроме улыбающейся довольной рожи Хуисху, который крайне слабо сопротивлялся, защищая только рога и позволяя наносить по себе беспорядочные удары, силу которых Луччи не мог контролировать. План по дискредитации Роба Луччи проходил успешно, по мнению Хуисху.       — Что, черт возьми, здесь происходит?! — кричит Спандам, замерший в дверях с папкой в руках. Стусси и Калифа обменялись полными сожаления взглядами, когда Бруно с Джабурой наконец-то собрались их растаскивать. Оттянуть Луччи стоило титанического труда, седых волосков в усах Джабуры и еще одной парты, но в конце концов они с Хуисху оказались в метре друг от друга.       Хуисху не выглядел даже толику виноватым. Только гадко скалился и утирал кровь, хлещущую из носа, периодически отплевываясь от нее же и чуть качаясь на неровных ногах. Бордовый костюм прекрасно скрывал масштаб трагедии и позволял вытирать об него ладони, но тоже был изрядно помят.       — Луччи… — Спандам смотрит на него совсем слегка разочарованно, а потом хмурит брови, отчего выглядит немного забавно, — оба к Сенгоку, — чеканит он и показывает на дверь. Луччи молча вылетает в коридор, хлопая дверью.       — Какая же ты сволочь, — тихо шепчет и морщится Калифа, когда Хуисху проходит мимо.       Тот качает головой и выходит за Робом. К обоюдному счастью, весь путь они проделали в тишине и хрипах побитого Хуисху.       — Ой, мурлыка, и ты тоже здесь! — радостно лыбится Луффи, когда парочка заходит в кабинет директора. Постоянный посетитель устроился с ногами на стуле и уминал печенье с кусочками молочного шоколада, а напротив него сидел крайне заебанный Сенгоку и заполнял вчерашнюю отчетность.       — Ну-с, — не отрывая взгляд от бумаг начал директор, поправляя сбившийся ворот рубашки одной рукой, — рассказывайте.       — Любовная драма, Сенгоку-са-а-ан, — нараспев начал Хуисху и прошел вглубь кабинета, садясь на стул рядом с Луффи.       — Ты… — подозрительно прищурился Мугивара, не отвлекаясь от еды, из-за чего на футболку сыпались крошки, — ты кто такой вообще?       — Самая мерзотный ублюдок, — скривился Луччи и встал позади Луффи, скрестив руки на груди. Костяшки пальцев неприятно ныли после драки, отчего хотелось их расчесать, чтобы тянущее ощущение прекратилось.       — Ого, да ты крут. Редко кто может получить такое красноречивое прозвище. Что ты натворил, коровка? — оглядывает с ног до головы Хуисху Луффи и откидывается на спинку стула, устроив ноги на столе Сенгоку.       — Ну ты совсем-то не наглей… — причитает директор, но Луффи не трогает. Свежа еще память о его заместите Гарпе, который совсем недавно ушел на пенсию. Монки Д. Луффи — точная копия деда, во всяком случае в молодые годы так точно.       Хуисху не стал отвечать на вопрос Мугивары, теребя сережку в ухе. Сенгоку, взглянув на них обоих, а потом на Луччи, вздохнул.       — Вот уж от кого не ожидал, Роб Луччи. Я-то надеялся, что Портгас был сам по себе таким дурным, или это гены папаши. Но вот, он перевелся в спортивную академию и покоряет вершины, а ты пришел ему на замену, м-да. Мугивара, ты ужасно влияешь на свое окружение.       — Спасибо, старик! Ши-ши-ши, — весело хохочет Луффи и засовывает в рот еще три печенья. Он, как всегда, разворачивал чужие упреки себе в комплименты, и Луччи даже завидовал ему немного, потому что сам так не умел. Для всех они были как день и ночь — очаровательный Монки Д. Луффи и зловещий Роб Луччи, бестолковая шпана с иррационально хорошей успеваемостью и прилежный ученик, взгляд которого выдержать было крайне тяжело. Но, вопреки расхожему мнению, они были крайне похожими.       С первого взгляда и не скажешь, что с ними что-то не чисто. Прилично одетые, способные на какой-либо адекватный — по меркам общества — диалог. Но, к большому сожалению, они оба были кошмарно вспыльчивыми, и готовы наброситься с кулаками по первому же звоночку. Луффи из-за желания хорошенько подраться, Луччи — по-разным причинам, но в основном из защиты устава академии, с которым должны были считаться все. Случай с Хуисху выходил за рамки этого, являлся чем-то более личным и оттого Робу было в стократ досаднее, что он поддался на провокацию.       Сенгоку, считающий, что периодические выходки Луччи — влияние Луффи, ошибался. Луччи всегда не против начистить кому-нибудь рожу и чрезмерно опекает своих близких, Мугивара лишь возводит эти качества в абсолют и множит на два, утаскивая за собой еще десяток-другой человек.       Все четверо оборачиваются на дверь, когда слышится громкий стук и, не дожидаясь ответа, в комнату влетает доктор Куреха, тащившая за шкирку Трафальгара Ло. Тот безвольно волочился за ней, смирившись. Замахнувшись, Докторина швыряет Ло на ковер между Луффи и Хуисху и тот, не успевая подставить руки, падает лицом вниз и вымученно стонет.       — Блять, Сенкогу, угомони уже своих «Ди», пока мне не пришлось делать этого самостоятельно! Еще раз тебе вздумается, что ты можешь писать работы за деньги, а я ничего не замечу — постучи по своей тупой башке и передумай, кретин! — гневно кричала Куреха, тыча пальцем в Трафальгара, а потом развернулась и так же быстро удалилась, хлопнув напоследок дверью. Да так, что в ней задрожали стеклянные вставки.       — Шерочка с машерочкой, — покачал головой Сенгоку, имея в виду Луффи и Ло. Все обладатели инициала Д. непременно доставляли проблемы учительскому составу, а периодически к ним присоединялись еще и другие ученики, отчего беды только увеличивались в геометрической прогрессии, — что скажет Коразон, а, Трафальгар?       — Что он молодец, ведет свой бизнес, — отвечает за него Луффи, вытряхивающий из пачки остатки, — ну че, старик, отпустишь нас? Котик точно ни в чем не виноват, мне-то уж поверь!       Сэнгоку скептически глянул на наливающийся на лице Хуисху синяк, бордовый след от растертой по щеке крови и помятую одежду, потом на абсолютно спокойного Луччи, который не выглядел хотя бы немного смущенным. И, наконец, снова на Луффи, который улыбался во все тридцать два и уже ждал, когда «старик их отпустит».       — Напишите объяснительные, тогда можете идти, — он ткнул ручкой на Луччи, Луффи и Ло, а потом перевел на Хуисху, смеряя его почти жалостливым взглядом, — ты топай в медпункт.       Когда Хуисху встал и собирался пройти мимо Луччи, тот крепко схватил его за предплечье, нагнулся и злобно зашептал:       — Ты уже опоздал, рогатый. Отстань от Спандама, если хочешь остаться целым.       — Опоздал?.. — удивленно повторил Хуисху и повернулся к Луччи, но тот уже сел за стол и требовательно протянул руки за бумагой и ручкой. Ему ничего не осталось, кроме как уйти.       Быстро что-то накидав по шаблону, — не без помощи Сэнгоку — Луччи и Трафальгар отдали свои объяснительные и были бы таковы, но вот Луффи не мог придумать какой-нибудь интересный аргумент. Именно поэтому им пришлось всем вчетвером думать над этим, разводя пустые споры, в итоге оканчивающиеся именно решением Луффи. Полчаса спустя — свобода! Ло, смахнув пот со лба, нахлобучил шапку обратно и почти бегом покинул душный кабинет первым, попрощавшись с директором.       Собравшись в коридоре, они втроем направились к выходу из Академии, лавируя между попадающимися им учениками. Смысла идти на последующие занятия Трафальгар и Луффи не видели, а Луччи просто не хотелось встречаться со Спандамом, перед которым ему даже немного было стыдно. Поддаться на провокацию Хуисху так просто… Когда прозвенел звонок на занятие, лестничные пролеты опустели и теперь звуки шагов были слышны куда лучше, заглушаемые разговором Луффи и Ло.       — Вчерашний суп в столовке был таким нажористым! — выдает Луффи и ожидающе смотрит на Ло.       — Пытаешься удивить меня сложными словами? — удивленно чешет затылок Трафальгар. Мугивара прикусывает губу, затем быстро кивает. Ло вздыхает и прикасается к его волосам, заправляя прядь за ухо, — ты молодец.       И Луффи сияет улыбкой, тут же натягивает на голову соломенную шляпу да пониже.       Луччи, засунув руки в карманы, шел чуть позади, не желая мешать их странной полу-романтической беседе. Поэтому именно он был первым, кто услышал позади себя приближающиеся шаги. Развернувшись он, ожидаемо, увидел Спандама, который выглядел крайне злым и расстроенным одновременно. Подбежав, он схватил Луччи за галстук и притянул к своему лицу, прищурившись.       — Ты!.. Болван! — Луффи обернулся через плечо, но Ло потянул его за локоть, и они быстро скрылись за поворотом, оставляя их наедине.       Спандам другой рукой обхватил подбородок Луччи и повертел его голову, осматривая.       — Он тебя не ранил?..       — Нет, конечно, Спандам-сенсей. Я же не какой-то слабак, — Роб перехватил запястье руки, которая держала его за подбородок, и аккуратно подался вперед, торопливо чмокая Спандама в губы. Тот, опешив, замер, продолжая держать Луччи.       — Кретин, — выдавил, наконец, Спандам, и отпустил руки, обтирая вмиг вспотевшие ладони об штаны, — прекрати уже поддаваться на подначки Хуисху, это просто смешно.       — Пусть не лезет к тебе, мне это уже конкретно надоело.       — Луччи… Ты же знаешь, что я никуда от тебя не денусь, даже если очень захочу, — вздыхает Спандам и идет в сторону поворота, где ранее скрылись Луффи с Трафальгаром.       — От этого менее поганым Хуисху не становится, — стыдливо почесывая затылок, ответил ему Луччи.       Пурпурные волосы Спандама мило вились, если он не сушил голову после душа, и эффект держался еще пару дней. Это могло сыграть с обычным прохожим злую шутку, ведь внешность не соотносилась с едкими речами, которых он ни на кого не жалел. Многие сходились во мнениях, что Спандаму место в учительском составе перепало по связям отца, но они были неправы, потому что он был действительно экспертом в своей области. Поэтому, видимо, и терпели скверный характер.       Завернув за угол, Спандам натыкается на Луффи, за плечи которого держался Ло, стоя позади, и вместе они выпученными глазами смотрели друг на друга. Луччи прикладывает руку к лицу.       — Ой, Спанда, какая встреча… — пятится Луффи назад, пододвигая Трафальгара, и, наконец, они дают деру. Напоследок Мугивара оборачивается, складывая ладони лодочкой у рта так, чтобы его было лучше слышно, — совет да любовь! Увидимся дома, котяра!       — Один «Ди» уже катастрофа, но, когда их двое — это просто невыносимо, — комментирует Спандам и они вместе уходят из Академии.       Улица встречает их снова пустым двором, двадцатипятиградусной жарой, и жужжанием кружащих над клумбами пчелок. Единственным смягчающим обстоятельством был легкий ветерок, из-за которого на улице не было так невыносимо и он приятно трепал распущенные волосы. Не хватало только гитарного аккомпанемента, чтобы совсем расслабиться.       — А у тебя разве не должны быть занятия? — вдруг вспоминает Луччи.       — Попросил Айсберга провести их за меня, пришлось даже пообещать платить за него в следующую пятницу, — цыкает языком Спандам и чешет затылок, а потом гадко ухмыляется, — пусть помучается, сволочь. Кстати, так у тебя дома сейчас никого, получается?       — Луффи вернется только под ночь, так что да.       — Тогда к тебе?       — Тогда ко мне, — кровожадно скалится Луччи.