Товарищ, билет вам не нужен.

Приказ шефа добраться до ВДНХ майор Нечаев отправился выполнять незамедлительно. Конечно, вопреки его воле, у него много времени ушло на то, чтобы покинуть «Вавилов»(сраные колбы теперь будут мерещиться ему в кошмарах), а после чуть было не подохнуть от лап Беляша(спасибо бабе Зине, что спасла его бедовый зад), так что в данный момент он был упрямо настроен оказаться на месте как можно скорее, чтобы больше не разочаровывать своего Волшебника. Дорога до поезда большой проблемы не составила, даже при условии, что каждые пять минут приходилось отбиваться от обезумевших роботов. И Нечаев позволил себе слегка расслабиться, стоило ему наконец забежать в приглашающе-открытый вагон стоящего на перроне Вихря, и, уже замедлившись, двинуться к началу состава. Теперь же, П-3 оставалось только дать команду находящимуся за барной стойкой Рафику, и он спокойно доедет до пункта назначения — хоть здесь у него появится долгожданный перекур¹. — Добрый день, товарищ! Добро пожаловать на борт уникального скоростного поезда «Вихрь», гордости транспортной системы Предприятия 3826! — доброжелательно произносит робот, параллельно начищая пустую бутыль, и без того, кстати, чистую. — Мне нужно срочно попасть на ВДНХ, — бросил Сергей, старательно игнорируя искуственно-позитивный голос Рафика, абсолютно не подходящий творящемуся вокруг пиздецу. — С удовольствием, товарищ! В данный момент загруженность транспортной линии составляет: ноль процентов. Вы можете отправляться немедленно! Наверное, слишком тесное знакомство с поехавшими железками не прошло для майора Нечаева бесследно, потому что он с недоверием заявил: — А ты, случаем, не взбесился, как остальные роботы? Разгонишь состав посильней да разобьёшь в лепёшку вместе с нами! — Безопасность пассажиров есть первейшая задача любого роботизированного транспортного средства! Наши алгоритмы... — Видал я ваши алгоритмы! — затыкает Рафика П-3, окончательно теряя терпение, — ХРАЗ! Может, на станции есть информационная нейрополимерная капсула с руководством по управлению поездом? Найдём её, и ты сам поведёшь этот «Вихрь»! — К сожалению, данная станция не является узловой. Информационной капсулы с руководством здесь быть не может, — сдержанно отвечает его спутник из перчатки. — Твою мать, — горько вздыхает Нечаев, понимая, что все же придётся довериться этому злосчастному Рафику. — Отлично! Поехали! — Если у вас есть билет на поезд! — мгновенно осадил человека робот. — Какой, нахрен, билет? Ты дурак?! Кругом трупы, на Предприятии введён экстренный протокол! Запускай состав немедленно! — с пол оборота разъярился Сергей. Блять, сейчас он этого ушлёпка на металлолом пустит! — Товарищ! Согласно советским законам, безбилетный проезд возможен только для инвалидов и беременных женщин! — тут Рафик прервался, его механические глаза быстро забегали, будто считывая какую-то невидимую информацию. — Прошу прощения! Билет вам действительно не нужен, пожалуйста, займите любое понравившееся место, дорогой товарищ! Поезд отправляется через десять секунд. Поздравляю вас со счастливым событием! П-3 в немом удивлении уставился на робота, а ХРАЗ на его руке замер в неестественной позе. Какого черта? — Что за хрень ты только что сказал? — рычит Нечаев, но чувствует, как голос его подводит. — Каким таким счастливым событием? — Дорогой товарищ, успокойтесь, в вашем положении вам нельзя волноваться, пожалуйста, садитесь и наслаждайтесь поездкой! А ожидание ребёнка не может быть несчастливым событием для гражданина СССР! В следующее мгновение П-3 обнаружил себя опершимся руками на барную стойку и пребывающим на конечной стадии ахуя. Неужели он..? — ХРАЗ, ебучие пироги, что этот придурок несёт? — воззвал к единственному присутствующему рядом голосу разума Нечаев, в надежде, что у чертового Рафика просто что-то коротнуло в процессоре и он неправильно все интерпретировал. — Я же не могу быть?.. — Вам правда лучше сесть, товарищ майор, — произносит ХРАЗ, и П-3 почти на автомате следует его совету, устроившись за ближайшим столиком. И точно в нужный момент, так как поезд тронулся в тот же миг. — Продиагностировав ваше состояние, я пришёл к выводу, что данная модель РАФ-9 произвела верный поверхностный анализ, и вы, товарищ майор, на самом деле находитесь на третьей неделе беременности. Мне стоит поздравить вас?.. — неуверенно завершает его невольный напарник, от чего Нечаев искренне хочет провалиться сквозь землю. — Почему ты раньше не сообщил мне об этом?! — скорее по-привычке огрызается П-3 на перчатку, чем действительно обвиняет его. Он сам даже не догадывался о своём положении, а ведь вполне мог предвидеть такой исход. В конце концов, в свою крайнюю приватную встречу они с шефом не пользовались защитой. Хоть у него тогда и не было течки, но он все равно, твою же ж мать, умудрился залететь, вот свезло-то! Вовремя однако, ничего не скажешь! Да почему же именно сейчас, а?!? — Я проводил диагностику уровня кортизола и частоты пульса, о чем и сообщал вам, анализ же единиц прочих гормонов ранее не представлял необходимости, — ХРАЗ уверенно парировал, взмахнув щупальцами с диодами на концах. — Могу ли я поинтересоваться, кто счастливый отец? — А кто, ты думаешь, им может быть? — задает встречный вопрос Нечаев, недобро усмехаясь, — я, кроме Дмитрия Сергеевича, никого к себе не подпускал. Метка на загривке, скрытая воротом водолазки, запульсировала сладкой фантомной болью, едва он упомянул имя Волшебника, оставившего её. — И он отправил свою омегу на смертельно опасное задание в одиночку?! — практически в ужасе восклицает ХРАЗ, презабавно всплескивая тончайшими металлическими конечностями в воздухе. Однако П-3 мгновенно ощетинивается: — Он не знал обо всей серьёзности ситуации! Раньше подобного не случалось, а у меня до сегодняшнего дня не было осечек с его поручениями, поэтому шеф просто был уверен во мне! — Не могу не согласиться, товарищ майор, — примирительно отозвался собеседник Нечаева. — Тем не менее, вы на задании, которое может стоить вам жизни, а с учётом новых данных, то не только вам, но и вашему нерождённому ребёнку... Не сочтите за дерзость, но, на мой взгляд, академик Сеченов поступил слишком опрометчиво, послав вас одного в самую гущу событий. — Твоего мнения не спрашивали, — цедит сквозь зубы Сергей, недовольно нахмурившись. — Как разберусь со всем этим дерьмом, так и расскажу ему о ребёнке, все равно ничего страшного не случится, если я попридержу это известие до того, как сбой у роботов устранят. Так хотя бы по-торжественней будет, ёпт. Да и не прав ты, не один я работаю, ХРАЗ, ты ж со мной. Голос в перчатке ничего не ответил, но лампочки на кончиках её щупалец словно пораженно заморгали. «Ха» — невольно замечает Нечаев, — «а он реагирует почти как человек, Дмитрий Сергеевич действительно хорошо постарался над его искусственным интеллектом». Однако вслух говорит другое: — Слушай, ХРАЗ, — меняет он русло разговора, так как больше не горит желанием обсуждать собственное невыгодное положение, — я всё никак не пойму, почему вообще возникли сомнения в том, как погиб профессор Захаров? — Мы уже говорили на эту тему. В той печальной истории слишком много тёмных пятен, — отзывается Хранитель Знаний так, будто не желает продолжать их беседу. — Постой! Я хочу разобраться! У меня, кроме Сеченова, другой родни нет, для меня это важно! — Понимаю вас, товарищ майор. В чем именно вы хотели бы разобраться? — учтиво спросила перчатка. — Не могу представить, чтоб Сеченов убил своего лучшего друга! Бред какой-то! Зачем ему это? — от одной только мысли, что его шеф способен на подобное зверство, у П-3 пробегают мурашки по коже. Такие методы совсем не в характере Дмитрия Сергеевича. — Незачем, разумеется! Если, конечно, Захаров не пошёл против него, как другие соратники. Например, доктор Филатова, — делится с ним своими соображениями ХРАЗ. — Филатова пошла за Петровым. Она — влюблённая женщина. Чувства затмили ей разум. — пренебрежительно произносит Нечаев, не подмечая всю ироничность своих же слов. Вдруг, боковым зрением он улавливает что-то странное — а именно скатывающийся в их направлении по отвесной скале, мимо которой проезжал поезд, здоровый темно-зеленый шар — и резко вскакивает со своего места. — Так, блять, это чё ещё за хуйня? В ту же секунду адская машина врезается в вагон, снося все на своём пути, и П-3 из-за дикой тряски падает на пол: — А-аа, ебанные пироги, че за..? — непроизвольно кричит он и в панике хватается за соседний стол, всеми силами стараясь удержаться на месте. Но всё без толку — его несчастную тушку как тряпичную куклу мотает туда-сюда. Поезд полностью сходит с рельс и последнее, что успевает сделать майор Нечаев перед тем, как вылететь в разбитое окно — это ядовито ответить на ХРАЗовское «Держитесь!», и, инстинктивно сгруппировавшись, закрыть обеими руками живот. Если он, сука, выживет, то непременно уйдёт в отпуск!..