Гулёна или как решиться признаться в чувствах

      Ночь встречала Субина тихим клацаньем клавиш и абсолютным спокойствием. Он размеренно набирал текст для предстоящего выступления с рефератом перед группой через пару дней, отвлекаясь пару раз на чай. Напиток согревал и собирал мысли в кучу, формируя красивые и лаконичные предложения, что безумно нравилось парню.       Субин за этим занятием совершенно не заметил, как на город опустилась глубокая ночь, забирая большинство людей в царство Морфея. Только такие студенты, как он сам, не спали и пыхтели над домашним заданием. Ах, да. Есть ещё один тип людей, который не спит ночью - пьющие или отмечающие что-то студенты.       Таким был Ёнджун - его давний друг и по совместительству довольно громкая проблема, которая периодически сваливалась ему на голову. Нет, он хороший парень и всё такое, но вот пить он совершенно не умеет. Ёнджун буквально не чувствовал меры и часто напивался в стельку, не помня ничего о прошедшем дне на утро.       Оповещение о новом сообщении выбило парня из колеи, а после и стук в дверь вернул парня в реальность окончательно. Субин тяжко вздохнул, ведь прекрасно знал, кто именно пришел к нему в такой поздний час. Только один человек мог такое сделать.       Ёнджун кое-как держался за стену, чтобы не упасть, когда Субин открыл дверь. Снова налакался.        – Привеет, – растянул Ён. В дрова.       И Субину бы удивиться, что этот дурачок смог на своих двоих доползти до его квартиры, но он слишком привык к Ёну, что уже спал на ходу, облокотившись на косяк двери.        – Снова напился?        – Я ни капельки не пьяный, – язык дико заплетался, так что было довольно сложно понять, что он вообще говорил. – Я стёкол как трезвышко.        – Да, да, ЗОЖник недоделанный, – Субин обхватил парня за талию и потащил за собой в квартиру, умудрившись ещё и дверь закрыть ногой. – Он тебя алкоголем за километр несёт. Сколько ты выпил?        – Чуууточку.        – Да, конечно.        – Ну, не будь таким букой, – надул губы в обиде. – Я отмечал, у меня был повод.        – Что на этот раз?        – Годовщина неразделённой любви!       Субин уложил друга на кровать, тяжко вздыхая, ведь ему возиться с ним придётся всю ночь. А он ещё реферат не закончил, но Ён был важнее сейчас. Он аккуратно снял обувь друга, кое-как стянул с него одежду, а после укутал несчастного в своё худи, чтобы тот ночью не замёрз.       Субин вытер лицо Ёна влажным полотенцем, убирая остатки пыли и лёгкого макияжа. Совсем домашний стал - уютный, миленький и маленький.        – Пить хочешь?        – Неа, – Ёнджун перевёл взгляд на друга. – Даже и не спросишь, кто моя любовь? Тебе не интересно?        – Если бы ты хотел, ты бы сам рассказал.        – Фу, какой ты противный.       Гулёна помолчал несколько минут, пока Субин бегал за тазиком на всякий случай и бутылкой воды. Ён думал, что с ним что-то не так. Почему никто не обращал на него внимание? Ладно, хорошо, ему нужен был только один конкретный человек, но всё же. Он недостаточно хорош? С ним что-то не так? Он некрасив или глуп? Он навязчив или слишком заносчив? Что-то было с ним такое, почему его в упор не замечали. Что-то, что сам Ён не мог в себе разглядеть.        – Субин?..        – Да?        – Можно спросить?        – Спрашивай, – Субин присел к нему, накрывая друга одеялом.        – Со мной... Со мной что-то не так?        – Нет, с чего ты взял?        – Тогда почему я праздную годовщину неразделённой любви?        – Потому что ты слегка дурачок. Никто такое не празднует. А по поводу другого... Ты прекрасен, Ёнджун, – Субин подвинулся ближе, беря руку друга в свою. – Самое что ни на есть настоящее искусство в воплощении человека.        – Правда?        – Правда, – улыбнулся хозяин квартиры.        – Тогда почему ты не видишь меня?        – Я вижу.        – Нет, ты не!..        – Ён, я вижу. Но давай отложим этот разговор на утро, когда ты отдохнёшь и протрезвеешь, хорошо?        – Хочу сейчас, – снова надул губы.        – Придется немного потерпеть, – руки Субина медленно проскользили в чужие волосы, слегка массируя горячую кожу.        – Обещаешь, что расскажешь подробнее?        – Обещаю. Засыпай. Я останусь с тобой.        – Сладеньких снов, Субин-и.        – Сладких снов, Ён.       Субин, как и обещал, остался вместе с другом до того момента, пока тот не уснул достаточно крепко. В раздумьях над словами Ёна он принялся стирать чужие вещи, чтобы утром тот не шёл в помятой и испачканной одежде. Субин размышлял над тем, что он сам чувствовал к другу, с которым знаком слишком давно. Он любил его?.. Вероятно, внутри каждый раз что-то переворачивалось, стоило только их взглядам пересечься. Субин безумно обожал, когда Ёнджун улыбался и хохотал во всё горло. Обожал, когда тот был сосредоточен и читал что-то. Любил его редкое спокойствие и частое несидение на месте. Любил его слёзы, его боль, его неудачи. Субин любил смелого и весёлого Ёнджуна. Субин любил тихого и закрытого в себе Ёна. Он любил. Он любил любого Ёнджуна. Всегда разного, но всегда прекрасного.       Ночник освещал всю комнату, поэтому проблем с видимостью не было, что радовало уставшего хозяина квартиры. Субин прилёг рядом с гулёной, разглядывая его умиротворённое личико и едва касаясь его кончиками пальцев. Такой милый. И сопел он тоже мило. И мило причмокивал губами во сне. Субин едва смех смог сдержать из-за этого. Милый. И любимый.       Утро наступило в тот момент, когда будильник Субина пробил 7 часов. Ён, что был на груди друга, закряхтел и заскулил, ведь совершенно не желал просыпаться именно сейчас. Субин отключил мелодию, обращая внимание на парня, что пускал на него слюни. Буквально. Это немного рассмешило хозяина квартиры, но всё же нужно было вставать. Только вот кто бы ему позволил это сделать?        – Не уходи, – тихий шёпот сквозь сон и крепкие объятия не дали Субину подняться с кровати.        – Ён, у меня занятия.        – Я важнее.       И не поспоришь ведь. Субину пришлось подчиниться и лечь обратно, пропуская занятия на сегодня. Но Ёнджун прав - он действительно был важнее, чем какие-то там пары. Поэтому Субин прижал его к себе покрепче и снова уснул.       Второй раз они проснулись уже самостоятельно. Субин открыл глаза первый, поэтому имел возможность просто понаблюдать и слегка поиграться со спящим парнем рядом. Ёнджун же проснулся от лёгкой щекотки на лице, когда его друг водил холодными кончиками пальцев по коже.        – Субин?        – Доброе утро, гулёна.        – Только не начинай свои наставления. Не до них сейчас.        – Помнишь что-нибудь?        – Вообще нет.        – Я не удивлён, – Субин резво поднялся с кровати. – Пойду сделаю завтрак.        – С кофе?        – С кофе, – улыбнулся. – Но выпей сначала воды.       Ён ещё несколько минут лежал звёздочкой на кровати, пытаясь вспомнить вчерашний день, точнее, вечер и ночь. В голове были только боль и белый шум, что перекрывал все воспоминания. Хотя может и не стоило вспоминать? Он ведь у Субина дома, значит, всё хорошо. Тело не болит сильно, значит, не подрался. Прекрасно. Осталось только разобраться с противным привкусом во рту, который сразу уйдёт после завтрака.       Ён медленно поднялся и поплёлся на кухню, где его уже ждал горячий кофе. Субин готовил завтрак только почему-то без футболки.        – Ты... Ты чего это без верха так резко?        – А? – Субин обернулся. В очках. – Встал? Хорошо. Да я случайно кофе пролил, поэтому снял быстро.       На полу в уголке действительно лежала серая футболка с темным пятном от пролитого напитка.        – Не обжёгся?        – Нет. Садись, сейчас есть будем.       Субин подал завтрак, и они начали тихую трапезу. Почему-то Ён чувствовал себя крайне неловко, будто бы он что-то натворил, чего совершенно не помнил. Что-то внутри нервировало его и не давало покоя, поэтому он решился спросить.        – Я вчера... Ничего такого не творил?        – Нет, ты просто пришёл пьяный, как и всегда. Я тебя уложил и вещи постирал. Ты, видимо, упал где-то.        – Не болит нигде, кроме головы.        – Кофе пей, поможет.        – Спасибо.       И снова эта неловкость. Вопрос не решился, нервозность не ушла.        – Я точно ничего не творил странного вчера?        – Точно.        – Вот прям точно, точно, точно преточно?        – Ну, пришел ты пьяный, рассказал мне о причине, поплакался слегка о том, что с тобой что-то не так, а потом уснул. Всё.        – Я не говорил имени?        – Нет, – в сердце кольнуло, ведь неразделённой любовью Ёна мог быть кто угодно.        – Хорошо. Даже прекрасно.        – Расскажешь?        – Нет, я ещё не созрел для этого.        – Хорошо, я подожду.       Снова тишина. Кошмарно неловкая, какой между ними никогда и в помине не было. Хотелось как-то разрядить обстановку.        – Эй, эм... – позвал Ён. – Спасибо.        – Не бери в голову.        – Нет, правда, спасибо. Ты ведь всегда мне помогаешь и поддерживаешь.        – У меня есть на то причины.        – Какие?        – Честно тебе сказать?        – Конечно.       Сейчас или никогда.        – Всё просто - ты мне нравишься.       Тишина. Субин поднял взгляд на Ёна, что залился алым цветом и отвернулся от него. Всё ещё безумно милый, хоть и так сильно смущённый.        – Это не то, что ты ожидал услышать, – усмехнулся Субин, кладя голову на ладонь.        – Да...        – И ты не сможешь сейчас мне ответить, да?        – Я... Ты мне тоже... – едва слышно.       Теперь обоим стало ужасно неловко. Оба решали, как бы им правильнее поступить в этой ситуации, поэтому оба одновременно выдохнули:        – Давай встречаться?       Это и стало начало их новой жизни.