Вишня и Шоколад или Мерлин простит!

Выходя из кабинета трансфигурации, в не самом лучшем виде, поскольку какой-то придурок, а если быть точной то лучший друг северный олень "промахнулся" попав заклинанием прямо в яблочко, самое красивое и умное яблочко-в меня. Думала Джо проходя очередной поворот, спешно идя в уже въевшемся в голову, давно известном направление — к лестнице. Сейчас нужно будет зайти в библиотеку, встретиться с Ремусом, может быть даже удасться пересечься с Реджиком и наконец-то доделать этот чёртов проект по зельеварению, заданный ещё месяц назад. Почему-то именно нашей паре досталось самое сложное зелье из списка предложенных, его изучают на 6 курсе, а мы ведь только на пятом! Вот Ремус - думала Джорджия- я понимаю, он бы его и один сделал, а нам "чистокровному шакалу" и "гриффиндорскому соколу" кажется так называли нас некоторые слизеринцы, когда мы брали в руки мётлы и выходили на поле для игры в квиддич, хоть я ещё даже не зачислен на в команду, как-то трудновато знаете ли! Джо настолько была возмущена, что даже не заметила как начала ругаться и называть профессора Слизнорта дрянным слизняком вслух, она продолжила бы это делать, если бы не врезалась во что-то твёрдое, длинное, говорящее и насквозь пропахшее сыростью, дорогим шёлком и приторным адекалоном с ароматом тёмного шаколада и огневиски, такой запах в наше время популярен, кажется я видела небольшой флакон бренда "zaebalisi" (НУ НЕ МОГЛА Я БЕЗ ЭТОГО) в магазине банка грингодс, судя по круглой сумме, такое расположение связано с тем, что взяв кредит в этом банке вы сможете запросто купить духи, ну, а если нет, можете посмотреть что-то из старой коллекции или наскрябать пару капель в помойке, куда выбрасывают закончившиеся стеклянные баночки. —Смотри куда прёшь грязнокровка! Подняв голову вверх и встав (так как ранее находилась на полу, из-за выше указоного столкновения) Джо ещё до высказонного оскарбления узнала человека перед собой. Малфой. Люциус-павлинний его хвост Малфой. —Сам смотри куда прёшь и я полукровка дурья твоё башка, что старость настолько не в радость, что-то скалироз тебя рановато посетил,не думаешь? —Если ты считаешь, что такое обращение ко мне, сойдёт тебе с рук ты ошибаешься! Тебе повезло что у меня есть дела, но мы ещё продолжим! - как-то слишком быстро отчиканил он, с каждым словом приближая свою физиономию к усмехающемуся, но немного нервному лицу Джорджии( не каждый день удаётся, хоть немного задеть всея величество белобрысого придурка, ах простите, пардон месье, наивеличайшего Люциуса Малфоя) примерно на сантиметр, пока под конец, не выплюнул остаток слов прямо в симпатичную мордашку. Он задел девушку своей рукой, грациозно и горделиво, как индюк! пошёл туда куда собирался, хотя в прочем не важно, он отнял у неё слишком много времени! Сегодня на ужин будут подавать пудинг, а она может не успеть полакомиться любимейшим блюдом заряжаещему её на новые авантюра аж на целую неделю вперёд, не успеет если задержится в библиотеке, а луничка не отпустит её, пока не поймёт, что она точно готова к тесту в пятницу. К слову сейчас только среда, и вроде есть время, но как всегда это ошибочное суждение многих школьников. Хотя Джорджи была уверенна, что до этого не дойдёт, им и так надо разобраться с зельем. Бедная Джо поскакала по лестнице удивляясь себе, почему решила просто идти по ступеням, а не скатиться по перила, чуть не разбив себе и другим ученикам головы как обычно. И вот, дверь, девушка уже спешит к ней, скользнув по полу, ещё шаг ииии.... БАМ!!! Вновь столкновение, но уже лба и судя по боли которую пришлось испытать Джордж ЧУГУННОЙ двери. —Ох Джо-Джо, прости, я не думал, что ты тут... ну я конечно ждал тебя, но-но, не думал, что ты будешь за дверью так, неловко, хах, ты не сильно ушиблась.—прозвучал тёплый, немного сиплый, обеспокоенный, мальчишичий голос. —Я в норме Ремусик— как можно убедительней сказала я и улыбнулась.— я спешила к тебе, прости что опаздала, нас задержали на трансфигурации, профессор МакКош... Гонагл, объясняла как можно себя вести, а как нельзя на её уроках, Джеймс, который из-за травмы пропустил какую-то важную тему демонстрировал свои способности в ней на нашем уроке и случайно попал заклинанием в меня—раздражённо вспомнила девушка об инциденте. —Уверенна что случайно? — Немного хихикнув спросил Люпин, протягивая руку Джо, помогая ей подняться. —Конечно нет, мы оба его знаем, держу пари, он даже прицеливался! Хохот прозвучал на весь коридор, пустой коридор, многие ученики уже на дополнительных занятиях или на поле для квиддича наблюдают за тренировкой игроков пуффендуя, показывающих все свои шансы на победу в полуфинале. Скорее второе. Ремус аккуратно отодвинул упавшие на лоб Джо волосы и прикоснулся к повреждённому участку кожи, стараясь причинить как можно меньше дискомфорта и не дай Мерлин боли своей подруге, осматривая садину. Тёплые, шершавые, местами мазолистые пальцы немного щекотали девушку,от чего та улыбнулась и широко раскрыла поблёскивающие зелёно-карие глаза. —Не везёт тебе сегодня Барнс. - подвёл итог парень, погладил девчонку по голове и засмеявшись поправил рукава на своей рубашке, немного потянув шуршавшую ткань на себя, выпрямляя её только-только зародившиеся складочки, не давая им наслодиться жизнью на плече у юного волшебника. —И без тебя знаю! —обиженно, чуть громче чем планировала сказала девушка, заставив парня немного опешить, но не в коем случае не обидеться. —простите мисс вредина! Так собозволит ваша нежная, королевская натура принять мою помощь? - не в силах скрыть улыбки, хоть и сохраняя полную серьёзность в глазах, монотонно произнёс Люпин. —С привеликим удовольствием, прийму любое ваше действие в свою сторону сэр "Самый умный гриффиндорец"! Не менее пафосно отразила свою мысль девушка, подняв голову так, что еле дёргающийся, как у котёнка нос, казался маленьким шариком, похожим на карамельную конфетку с лакрицей, которую неделю назад приносила Маккинон и угощала всех, кто попадался у неё на пути. Ремус улыбнулся. Он ещё с самого начала хотел сказать Джо, что им бы стоило поторопиться и пройти в библиотеку, а не стоять по среди безлюдного коридора, в котором несло сыростью из туалета Миртл и жутко тянуло холодом, не покидавшем его даже летними жарким днями. Но он, кажется не мог? Это было тяжело объяснить, он надеялся, что чуть позже сможет сам понять своё вечное замешательство,но юноша был уверен, что, он просто не должен прерывать их пока ещё хрупкие взаимоотношения, после крупной ссоры месячной давности, суть которой наверняка и он и она не поменят уже как недели 2 уж точно, но в памяти сама оболочка, сама трезвая, жгучая пощёчину и звонкии всхлипы, мокрые ладони, останутся в сознаниях друзей навсегда. Тогда кажется даже Джеймс, Сириус, Регулус и даже местами заносчивый Питер не смели трогать их, разве что девушки, любимые Мэри Лили, Марлин и Доркас пытались успокоить их, бегая из одной гостиной к другой, (девушка на неопределённый период засела в гостиной своего лучшего друга выше упомянутого Регулуса)пытаясь понять,что вызвало такой жаркий раздор в идилии пятикурсницы и шестикурсника, которых не возможно было разлепить даже после отбоя, если они чем-то начинали заниматься вместе. Блэк младший даже пару раз упомянул о том, как сильно он начинает ревновать подругу к друзьям своего старшего брата, и даже винил себя за то, что, когда-то, в поезде, решил их познакомить. —Ээй—громкий щелчок прямо над ухом, пальцы задевающие кожу и волосы около глаз, вывели Ремус из транса, вновь пытавшегося вспомнить, а может наоборот забыть их ссору.—Мы идём? —девушка указала пальцем на приоткрытую дверь за спиной молодого человека. —А... Да-да, конечно— он галандно, будучи настоящим кавалером открыл тяжёлую дверь до конца и взяв не из самых прилежных, но всё же леди под руку зашёл внутрь заздавшегося их помещения. В библиотеке было тепло, ярко горели лампы на столах, а шептания людей были еле слышны, их приглушал шелест страниц, их запах, звук покрапывающего дождя, только-только начавшегося, стремительно набирающего обороты и смех Барнс, увидевшая, как Лонгботом, (Джеймс рассказывал ей о нём, как о весьма неуклюжем юноше, гоняющемся за Алисой "Лонгботом", он конечно уже успел сосватать бедную, ничего не подозревающую девушку) ,упал и потирая локоть стукнулся головой о стенку комода. Она всячески пыталась прикрыть рот рукой, но всё, буквально всё, от немного подрагивающих кистей, до ушей и глаз выдавало её. Но Джо крепко держалася, боясь, что может обидеть парня, который даже почти не знаком ей. Стоило сесть за заранее приготовленный Люпином стол, как девушку окутало страшное, неимоверно пугающие желание уснуть, прямо за учебником, который она ещё даже не открыла. Зевнув и немного размяв пальцы гриффиндорка открыла книгу "зельеварение, продвинутый курс" и стала быстро перелистывать страницы. —209.—ища что-то пробубнил её временный сосед по парте. —Угу...— не поднимая глаз, кивнула головой та, к кому была адресована названная цыфра. Джорджия одну за другой перелистывала бумажные прямоугольники с выгреверованными на ней магическими чернилами буквами, которые то исчезали, то появлялись по мере листания страничек. Ремус взял в руки упавшую на пол книгу, которую видемо и искал, открыв нужную часть, предварительно заложив в неё засушенную, покрытую листвой, небольшую веточку рябины, служившая ему закладкой, услышал тихий, но режащий звук писк. Обеспокоенно повернувшись в сторону подруги, которая издала этот звук, он с полной тревогой в глазах посмотрел на прижавшую свой палец к губам девушку. Она стала быстрее и нервнее болтать ногой. И тяжело вздохнул посмотрела на товарища. Он же в свою очередь, увидев небольшую кляксу красного цвета в углу, погнутой на себя страницы, понимающе улыбнулся, будто чувствуя свою вину, мол не уследил на непоседлевой младшей сестрой,которой уже давно считал Барнс. Талантливый молодой волшебник махнул головой сдувая со лба лезущие прямо в глаза волосы цвета раннего льна и протянув руку взял в свою ладонь, хрупкий пораненый палец "сестрёнки". —Ничего тебе доверить нельзя, может мне за тебя в большом зале начать есть, а то малоли и там покалечиться умудришься!-перелистнув на нужную тему учебник, сказал Люпин. Школьница цокнула, сдерживаясь, чтобы не закотить глаза, осталась на мнение, что лучше просто благодарно кивнуть другу, доставшего из кормана пластырь. —Коленей мало? —указал он на расцарапынные, но уже почти зажившие участки кожи, после неудачной прогулки с Реджи в прошлую субботу. —Нет. —угрюмо, надув щёки отчиканив каждую букву сказала девушка, вспоминая, как плача обхватилась за плечи Блэка, спешащего с ней на руках в больничное крыло, гриффиндорка прыгая и танцуя, дожидалась, немного отставшего от неё слизеринца и по воле случая, не заметила что позади довольно крутой склон с кучей камней, потому конечно же споткнулась и вывихнула ногу, это ещё не считая многочисленных порезов на руках, лице и каленях. Совместно было принято решение ничего не говорить Люпину, никто не хотел получить вылозки от него и слушать натации о том, как можно так безответственно, относиться к своему здоровью. Ага, и этот человек почти неделю ходил на занятия с температурой. — Ну вот... Ладно. Давай начнём пожалуй... Что вы уже успели сделать с Редж.. Регулусом.—парень осёкся, чуть не произнеся милое коверконье имени чистокровного одногодки Барнс. Джо в свою очередь сделав вид, что не заметила, чтобы позже подстегнуть его за оплошность языка, девушка вздохнула и начала—Ну... Основы... То, что не вызывало особых трудностей. Кажется... —она пробежала глазами по книге. —Да. Первые три пункта были выполнены, яйца пеплозмея мы не смогли выпросить у Слизнорта, я уже упомянула, какой он склижкий червяк? —ехидно улыбнулась и качнулась на стуле волшебница, стягивая с себя галстук и натягивая его поверх головы, обвивая свой лоб и затылок, мягкой, хорошо выглаженнной тканью любимого, яркого, обжигающего взор цвета своего факультета. Она сделала вид, что падает, а сама ухватилась за край стала и аккуратно положила свою волшебную палочку на переносицу,радостно смеясь, но не позволяя себе привысить уровень громкости, чтобы не помешать никому. —Хорошо, придумаем что-нибудь, а что у вас есть? —приподнял бровь и вытянув руку вперёд Ремус поджал губы и дождавшись момента, когда девчонка посмотрит в сторону, быстро, сильным рывком выровнял стул, опустив его вновь на четыре ножки, заставляя плюхнуться и качнуться вперёд сидевшую, а вернее сказать качавшуюся на нём Барнс, еле успевшую поймать свою палочку, полетевшую стремительно вниз. Ремус довольно хмыкнул и дёрнул подругу за ухо, паказывая, что получит если будет отвлекаться и вообще это ей надо, а не ему,он бы мог сходить на спортивное поле или к запретному лесу, чтобы поглазеть на очередную тренировку-спор, между командами Гриффиндорка и Слизерина, проходящая под строжайшей секретностью, на которые никогда не ходит Джорджия, слишком тяжело выбрать, когда и в той, и в той команде твои друзья и подруги. —Так, что есть, да? —лишь для себя спросила Джо, не дожидаясь ответа. — Ключевая воды; тысячелистник; майоран; крысиные хвосты; отвар травы душицы; лакричный пион; желчь крупной жабы; лианы дремодена. Всё что надо кроме этих злощастных яиц. — буркнула девушка стукнув по столу со всей силы, однако тот лишь слегка кашлянул, издав пыхтящий звук. — С этим я вам помогу. Читай давай, что там дальше делать. И ещё...—парень немного помедлил— вы уже помешивали то что получилось? Гриффиндорка смутилась, нахмурилась, её брови съехались, почти столкнувшись друг с другом, а на небольшом растояние между ними, образовалось несколько сильно выпирающих бугорков-морщин. —Д-да, а-а, что? Не надо было, да!—С явным утверждением и злостью то-ли на себя, то-ли на Ремуса задавшего этот вопрос, она подогнула ноги под себя и встав на колени, облокотилась руками о стул, касаясь каких-то книжек и залетая пальцем по чернильнице, которая благодаря аккуратности Люпин была плотно закрыта хрустальной крышкой. Гриффиндорка попыталась оказаться на одном уровне с "товарищем по несчастью"( который к слову был не много не мало, а почти на две головы выше полукровки) , чтобы серьёзно, немного скося голову посмотреть ему прямо в глаза. Парень в свою очередь слегка превстал и посмотрев на Джорджию с прыгающим дьявалёнком в глазах промелькнувшем буквально на секунду мягко улыбнулся и сделав вид, что садится обратно, неожиданно для пятикоюурсницы двинулся вперёд предварительно схватив её за руку одной своей ладонью, а второй обхватил талию, чтобы, девушка не дай все всевышний силы вдруг упала. Безопасность превыше всего! —Бу! Глаза девушки на мгновение округлились, а плечи приподнялись, но в тот же момент,стоило Ремусу лишь моргнуть, она засмеялась и оттолкнув его, не сильно, лишь чтобы он сел обратно стукнула того по лбу. —Дурачок! Но смешной, а главное у-умный! —вновь искренне, широко, так как умела для Ремуса улыбаться только Джо, которую тот любя называл Джо-Джо. Эта улыбка кажется не сравнилась бы ни с улыбкой Эванс, ни Марлен, ни даже Мэри, которая первые годы его обучения в Хогвартсе, кажется даже нравилась ему, однако это прошло, он не был уверен, что то, что он чувствовал к ней, в действительности можно назвать любовью, скорее сильная привязанность? Такая же, как к Джо, верно?! — Конечно, вы правильно всё сделали, просто теперь придётся заново перемалывать и добавлять лакричный пион. Он уже наверняка не пригоден, вряд-ли сейчас вы найдёте их просто на территории школы, но можно попробовать..—заметив отличающийся серебром интерес в глазах юной волшебницы, Ремус добавил—попросить енотик,не надо подставляться! Стоило открыть собеседнице рот, как Люпин поспешил, надеемся не специально, заткнуть её. —Желательно Сохатого и Бродягу,достать из теплиц пару цветений, и как можно скорее, желательно сегодня же,сообщишь им об этом? —Конечно! Будет повод побалтать, а то они кажется в последнее время избегают меня.—опустила глаза в пол девушка, отвернувгись от друга. —Реми... Реми, скажи честно, я им надоела? Я не нравлюсь им, раздражаю, и только не лги ладно?—девочка сдалась, слово озябла, и вновь повернулась на любителя посидеть в библиотеке, который как никто знает двух обсуждаемых болбесов, умудряющихся и ерундой страдать, что так по душе Джо и учиться хорошо. Ремус опешил, он немного отодвинулся давая гриффиндорке простора, боясь сделать, что-то не то, он ошарашено смотрел на неё, не зная что сказать. Он кажется совсем не замечал, чтобы ребята избегали её, хотя... да нет не может быть, но разве ей то это может казаться? Она наверняка не первый раз задумывается об этом... Как я мог не замечать, что что-то тревожит её? —Прости... —вновь подала голос, немного дрогнувший, но остающийся гордым , таким же сильным как и юная леди которой он принадлежит. —За что? —хрипло, почти шёпотом сказал Ремус. —Вернее, почему? Почему ты думаешь... что Поттер и Блэк(сил назвать их по приевшимся и любимым прозвища не было, что если вдруг её опасения, причины её догадок обоснуются и окажутся правдой? Что тогда...) вдруг, по какой-то причине разлюбили тебя? —Ремус придвинулся ближе, он погладил подругу по макушке и спрятал свисающую прядку, немного ветвистых русо-рыжих волос за ухо. Боясь прикоснуться, Люпин аккуратно поднял подбородок девушки, заставляя поднять Барнс голову и потянул на себя, поворачивая личико, всем своим видом показывающее боль и непонимание. Ремус боялся увидеть реки, динные дорожки, блестящих как большие алмазы в обручальных кольцах у самых завидных женщин Лондона, капли ядовитых слёз. Их не было. Было самоотверженье, страх, ненависть, желание, быть ближе, получить тепла, желание слов, смеха, смеха людей воляющихся на полу от того что удержаться на ногах от резкого порыва веселья просто не представляет возможным, а смеяться ведь они будут над ней и только над ней, мол:глупышка, чего себе напредумывала, совсем головой ударилась? Но Ремус не мог дать того, что она хотела, он мог... мог... обнять Джо. Люпин резко притянул юную волшебницу к себе, гладя по спине, снова чувствуя слёзы на своём плече, как тогда во время ссоры. Кажется, Ремус вспомнил из-за чего, они ругались! Это было дождливым, серым днём, который уже плавно, но стремительно переходил в вечер, а там не далеко и в ночь. Он решил ввязаться в довольно глупую авантюра от трио мародёров, а куда им без своего четвёртого лучшего друга? Правильно. Никуда! От того Люпин и принял решение, ну что будет, столько раз творили всякого! Верно? Но сейчас, Джеймс захотел достать слезу русалки, где-то вычитав, что если смешать её с собственной кровью, то носитель амулета, который можно создать из двух жидкостей, конечно не без помощи магии, сможет видеть, чувствовать, прикосновения и эмоции того, чья кровь была заложена на основе колдовского оберега. Кончено он хотел подарить его своей любимой Лили, которая наконец обратила на него внимания, они даже пару раз ходили на свидание, но сейчас не об этом. Барнс знала, что это опасно, подслушав их разговор, любящая подруга переживающая за ребят попыталась отговорить их идти к мёртвом озеру, тем более ночью, тем более в новолуние, когда русалки особо активны. Но кто её когда-либо слушал, даже Ремус, он никогда не простит себе, что тогда защищал мародёров, а не Джо, когда та рассказала о их задумке профессору Макгонагл, не простит за то, что накричал и лишь потом узнал, что её дедушку утопили русалки, когда тому нужно было собрать одну маленькую каплю из их глаз, чтобы завершить свой многолетний эксперимент, по созданию волшебных артифактов,он никогда не простит её, что заставил плакать, оттого больно продаёт сам себе, свою собственную плоть, пытаясь заглушить боль исходящую изнутри. Дрожь в скомкамшемся, как маленький замёрзший котёнок, человеке по имени Джорджия Эмилинда Барнс перестала быть так заметна и гриффиндорец отпрянул. Вновь приподнял лицо девушки, он вытер мазолистыми ладонями её глаза проследовав к щекам и попробовал начать диалог. —Назови причину, прошу тебя, почему ты так решила? —Они... Они...—девушка слегка заякалась начав дёргать ногами и царапать пальцы. Плохой знак, плохой! —подумал Люпин, он знал, что это значит, все знали. Джо всегда была жизнерадостной, но никто никогда не упускал из виду шрамы на её пальцах, сильная тревога, переживания охватывали волшебницу с ног до головы. Она боялась причин вред другим и причиняла его себе... —Тише, тише, вдох-выдох, вот так смотри—лунатик стал ровно и глубоко дышать, давая понять, что он рядом, он поможет, покажет... Девушка смогла успокоиться, она сама вытерла вновь покатившиеся, но уже одинокие слезинки, не успевшие вылиться с ливнем и сложив руки в крестообразном положение положила их на стол, а поверх голову, создав себе что-то вроде подушки из собственных конечностей —Они... Игнарируют. Игнарируют меня! —Барнс повысила голос полнялась сев на стул нормально.— Они не разговаривают со мной, не слушают, уже больше недели, ладно эти двое, но даже Питер, ему та я что сделала? Девочкам я ничего не говорила, они кажется думают, что у меня... у нас всё хорошо, занимаются своими делами, не интересуюсь пока положением дел у своих, тоже, между прочем друзей. —нос предательски шмыгнул. Девочка натянула рукав мантии на правую кисть, так чтобы плотная ткань закрывала пол ладони и вытерла ею нос, глаза, и красные, горячие щёки. —Я... не замечал, до этого. Почему, не сказала раньше, сколько6ты уже так, —парень пытался подобрать нулное слово, но вымолвел лишь — маешься. —Почти две недели. Если бы честной, мысли о том, что я им не нужна стали посещать меня ещё давно, может я дура? — подняв брови и опустив голову на руку, поставленную локтём на книжку, на странице которой, всё также красовалось алое пятно. Осколочный шепёт ножей прозвучал над ухом оборотня-подростка. Две недели звучит слишком паршиво. И искреннее желание признать себя дурой в плане этих догадок тоже. — Да! Точно тебе говорю! Дура и ещё какая, я поговорю с ребятами, ну так намёками, если ты конечно не против — один из мародёров попытался выдать что-то вроде улыбки, однако получилось плохо, скошенная греммаса вызвала желанную вправду, всё туже прекрасную, чистую и широкую улыбку, которую теперь Люпин кажется воспринимает совсем по другому... —Джо-Джо... - знакомый, любимый удивлённый взгляд, широко раскрытые глаза, как у какого-нибудь оленёнка, только-только узнавшего, что находится за его родным лесом. —Что такое Реми? —кажется она уже много дней не называла так Люпина, а это второй, за один день! Улыбка сама будто подвешенная за ниточки появилась на лице у оборотня. —Амортенция. — Нет-нет! Не хочу! Давай пойдём погуляем, мы и так тут уже... —Джо не договорила, она подняла взор и быстро начала мотать головой по сторонам в поиске часов или, того кто сможет подсказать время. —Лонгботтом! — мальчик сидевшиц не подалёку слегка вздрогнул, не ожидал, что кто-то может потревожить его. —Привет. —произнёс парень — ты что-то хотела? — он захотел встать, но девушка махнула рукой. —Время, подскажи время пожалуйста.— она невино похлопала глазками и склонила голову немного влево. —А-ах,да-да,секунду...—Лонгботтом стал шариться по корманам — 5 часов 12 минут. —Спасибо большое—Джорджия благодарно кивнула. Кивнув в ответ парень вновь уткнулся в книгу,продолжив что-то любопытно рассматривать. — Полчаса! Лунатик,пойдём лучше в гостиную или погуляем по замку, заглянем к слизеринцам, я ужасно устала. — сползнув вниз, девушка потяжно и нндовольно застонала, зажмурив глаза, от резко ставшего слишком ярким света ламп. Ремус хмыкнул. —раньше закончим, раньше уйдём, давай - давай, не ленись! — парень обхват о плечи Барнс и помог ей вылезти из под стола. Девушка заныла, кажется она ненавидела зельеварения ещё с первого курса, когда профессор довёл её до слёз, как-бы намекая, что та, не имеет никаких особых способностей к магии. — Фух, ладно.—гриффиндорка взглянула на друга и прекрыв глаза, оставляя лишь маленькую щельку, сравнимая с небольшой замочной скважиной. —Только... поклянись, что мы пойдём на кухню и стащим те вкусные булочки, они точно ещё остались! Синхронный смех прозвучал так громко и зарозительно, что кажется, кто-то на другом конце помещения хихикнул и отвлёкся от собственного неимоверно скучного, но нужного и обязательного занятия. —Клянусь рогами Джеймса! — парень чуть не осёкся, он дал себе по лбу, мысленно конечно, но сути это не меняло, перед глазами, вновь появился расплывчатый, одинокий взгляд. Но никакой реакции кроме дружеского, не сильного удара по плечу не ожидалось, как впрочем по видимому и солнца в ближайшие сутки. —Так-с, что у нас там по плану? —промычала себе под нос Джо, взяв в руки книгу и обракотившись на стену стула она начала читать. — Засыпать нашинкованный лакричный пион, помешивая отвар по часовой стрелке; Добавить 5 измельченных крысиных хвоста, 3 яйца пеплозмея, душицу; Помешивать напиток против часовой стрелки не менее четверти часа; Оставить прокипеть на 26 минут; залить сок лиан дремодена. Ремусик может ты поможешь нам? —Помогу. — Люпин тут же продолжал.—Но делать всё за вас с Блэком не буду! — Джорджия надула губки и закатила глаза. — Я вовсе и не думала о том, чтобы ты сделал всё за нас, клянусь языком Сириуса. —Ну конечно... — Протянул парень, делая вид, что пропустил мимо ушей странную клятву. — Ты мне не веришь? —наигранно косила под дурочку Барнс —Ну что ты, о чём речь! Верю каждому сказанному тобой словом дорогая. — попробовал спородировать голос мадам Стебель, Лунатик рассмеялся. Спустя ещё около получаса, двадцать минут из которого было потрачено на пустую болтавню, на темы: "надо сходить в запретный лес, когда уже закончится этот дрянной дождь и смогут ли Поттер и Эванс быть вместе". И около десяти ушло на пошаговое объяснение на пальцах как резах продукцию, когда добавлять и почему не надо бежать и прятаться, если в котле забурлило слишком рано. — И главное, запомни — правильное зелье должно затянуть перламутровой и только такой пленкой, а пар будет завиваться спиралями. Зельевары, тоесть вы, должны ощутить самый прекрасный запах, который только можно представить. Но лучше не использовать его... сама знаешь в каких целях. — подытожил мародёр, вспоминая дурацкий случай с Питером и Снейпом, конечно произошедшем не без помощи двух якобы не причастных к этому делу его однокурсникам и к сожалению или к счастью лучшим друзьям, подстебнувшими не только вечно задираемого ими Сеаеруса, но и беднягу Питера, еле отошедшего от этого, ещё неделю оглядывающегося и неодобрительно посматривающе на длиноволосого слизеринца. — Я не хочу повторять учесть Петтегрю!— воскликнула девчонка закрывая книгу и откладывая её в сторону. —Никто не хочет.—завершил диалог Ремус и стал собирать вещи в кожаную, серовато-коричневую сумку с железным, звянящемм при открытие и закрытие сумки замочком, в котором Люпин обучно носил всё необходимое для занятий, с исключением шоколада и мази из трав, которую для "особых случаев" делает мадам Стебель каждый месяц, каждый раз, сожалеюще наблюдая за парнем во время занятий. Пусть это и раздражало Лунатик, который так не любил чувство жалости, которое мог вызывать у людей, но никогда не признается в этом, ведь это хотя бы не отвращение, с которым сталкивается он чаще, чем мог бы этого желать. Хотя, разве этого можно желать? Думаю нет. Джорджия в свою очередь уже успела схватить мантию, которую сняла минут эдак 15 назад и побежала к выходу, препрыгивая и напевая старую песенку, про какой-то мёд. (ну да отсылка на мою любимую баладу вересковый мёд, ну а как иначе-то) Ремус накинул сумку на плечо, разложил по своим ранее намеченым местам взятые книги и засунув руки в корманы чёрных школьных брюк, являющиеся неотъемлемой части формы и последовал в том же направление, что и его подруга ранее. Идя по длинному коридору в пока ещё не придуманым ни одним из друзей пути, ведущему к очевидно тому же неизвестному месту. Джордж сильно и резво жестикулировала руками, заякаясь от нехватки воздуха, набирая его побольше в лёгкие и без остановки и умолку тараторила о прошедшем дне и что той преснилось на наискушнейшей истории магии, поскольку Джо убежденна, что после войн с людьми, ничего особо интересного не происходило, по крайней мере, они доберутся до Геллерта Гриндевальта только в следующую среду, а учитывая что смежный урок будет со слизерином, она вдоволь сможет развлечься с Реджи и поспорить с кем-нибудь из особо одарённых слизеринцев, приверженцев старых мнений. Каковым, конечно частично и совсем-совсем немного, но всё же приходится Блэк,хоть в тайне и дружит с осквернительницей волшебства. Ремус слушал... Он не смел перебить её, даже тогда, когда её размышления казались ему чересчур бредовыми даже для давно знакомой ему девушки. Он кажется не мог позволить себе лишний раз вздохнуть, её щебечащий голос, с неимоверно скоростью сменявший и воспроизводивший слова доводил Люпина до чего-то такого, что он ранее не ощущал. Внутри то дёргался какой-то рычажёк, то ломалась и сжималась какая-то пружинка. Если бы Ремус не был человек, так бы и описал это какой-нибудь специалист по машинам и роботам. Но ведь Лунатик человек и "починить", то что по его мнению "сломалось" не подсилу ни одному, даже самому гениальному механику. А поломка ли это? Гриффиндорец не знал, но он был уверен, что никогда не захочет лишаться этого чувства, пусть ему придётся пройти через самые страшные испытания. Должно быть про это говорил Джеймс, вдруг задумался мародёр, когда вдруг решил рассказать о Лили, отвечая на очередную идиотскую шутку от Бродяги. Он уверял, что вся неприятная покалывающая боль способна в миг превратиться в ораву бабочек, или в случае Сохатого целый табун упёртых быков. Кажется "бабочки в животе" и есть некое клише любви. Люпин резко замер, не ожидая этого от себя, он посерьёзнел и уставился в мраморный пол. Он начал осматривать каждую царапинку и надкол на нём. Хмм, а этот узор всегда был здесь? Он похож на сердце? Бонально? Может быть! Ранее парень так и подумал бы, но теперь даже незамысловатый узор под ногами у юного волшебника, способен показаться намного красочнее и интереснее, чем было до этого. Тяжёлый груз упал ему на плечи неожиданным осознанием, затем последовала тревожность, страх...пока все безумные мысли не были отогнуты одним, приближающимся звуком и ясным обеспокоеным взглядом, внезапно всплывшем перед лицом оборотня. —Эй! —будто эхом отозвался голос, её голос, сейчас Люпин хотел слышать только его и нагоняющее с каждой секундой сердце, которое видимо решило устроить гоночный заезд,соревнуясь с самим собой. —Лунатик,эй,ты меня... слышишь? Что с тобой? —тёплые руки коснулись моего лица и нежно провили тонкими, мокроватыми пальцами по щекам и шраму у носа,заставляя поднять голову и посмотреть в глаза... Никогда ещё Реми не видел таких, совсем необычных и уже не кажущимися просто глазами. Они были большими, пугали своей глубиной, но манили нескрываемым желанием окунуться в них, как в глубокое озеро или самую дремучаю чащу леса и никогда больше не возвращаться в цивилизованный мир. —Д-да... —прозвучал тихий шёпот. —Я - я просто вспомнил...—попытался что-то предумать парень. —Что? —серьёзно спросила девушка. —Помнишь тот неловкий случай на дополнительных занятиях? Нас тогда ещё в пару поставили!— смог выкрутиться гриффендорец, осторожно, стараясь прочувствовать всё тепло женских рук, убрал ладони со своего лица и неловко улыбнулся. —О нет! Зачем ты напомнил! —протяжный визг? Похожий на крик чаек у воды прозвучал из уст Барнс. Кажется они оба смогли отвлечься,начав вспоминать забавные истории из прошлых лет обучения. Речь кажется зашла даже о том, что будет делать Хогвартс без мародёров, ведь на них всё тут держится, а совсем скоро пройдёт шестой курс, а за ним и седьмой. А одной хрупкой девушке не справиться с громадным замком, пусть с ней будет и Регулус. Конечно всё это были разговоры, так, для смеха и поднятия настроения. Но Джо кажется в первый раз всерьёз задумалась,а что ей делать после выпуска большей части её друзей,особенно Ремуса? Чтобы та не говорила, но именно лунатик стал для неё ближе всех остальных. Иногда она замечала и продолжает замечать за собой, что не видя его слишком долго становится вся сама не своя. Но кажется, кто и замечал перемены в её поведение, так это только Лили, пока. Джорджия знала, что только Ремус для неё всегда будет прекрасен! Каждый его шрамик она готова исцеловать, прижать к себе, почувствовать их, потому что ни какой изъян не заставил бы меньше любить его, меньше доверять. Каждый её поднятый на лунатика взор был полон самыми чистыми эмоциями. Она даже не пыталась отрицать,она была уверенна, убежденна что именно Ремус Джон Люпин лучший друг мародёров и её Луничка, человек, которому она готова посветить свою жизнь и даже больше. О том же кажется начал задумываться и тот кто плотно и под срок "навсегда" засел в сердечке у юной леди мечтающей стать магозоологом. В его мыслях было только одно, разгульное ветром новоприобретённой чувство и имя:Джо-Джо, она моя Нимфа, мой ангел, мой Бог, управляющий мною безукоризнено, честно, по моей собственной искренней вере и воле,её голос чарует меня словно она Сирена, а взгляд и смех будет волновать меня ещё тысячилетия, она не просто та, с кем я смог бы хорошо провести время, она моё всё и даже больше. Я люблю её так нежно и рьяно, так как мог бы описать вкус самого дорого виски, который только смог бы достать, хотя совсем и не пью. Она мой верисковый мёд, моё спасение, каждый мой шрам и его пластырь, каждый крик и каждая слеза удачи, она заставляет видеть и принимать меня мир не так как я видел его раньше. Ремус стал думать чересчур сентиментально, хотя всегда был романтиком, но не ожидал услышать в своей голове красноречие слова, которые возможно никогда, не сможет произнести в слух, он слишком боится. Хотя кто бы не боялся говорить о том, что или в случае Люпин кто, так сильно волнует его. Он видел. Чувствовал. Любил. Ощущал это подкоркой своего мозга, знал, как никто иной, что было в ней что-то привлекательно особенное, и эта изюминка не была замечена им ни в ком другом ранее. Одно "Реми" сказанное из её уст что-то в нём обнаруживало, нечто такое, что полностью отказывался принимать его разум. Что-то очень правильное. То что должно было быть. Должны были быть их объятия, сказанные друг другу слова, любые, пусть самые паршивые. Её нежный взгляд, строгий, справедливый, обеспокоенный, любой казался лунатику правильным. Правильным был запах, исходящий от неё, который почувствовал бы он приготовив амортенцию. В такие моменты и сейчас и если бы знал, то и ранее отчетливо понимал, что обезумел. И спасти его сможет лишь только её голос, глаза, запах похожий на запах только-только соспевшей вишни, полевых ромашек, рябины, которую Ремус внезапно для себе, почему-то тоже стал любить хотя раньше даже не обращал на неё внимание,запах жжёной бумаги, травы после дождя и свободы... Они оба забыли, что ранее собирались сходить на кухню, что разговор не должен обрываться на недоговорённом слове и что они не должны так не привычно идти в тишине. Ноги сами привели их к гостиной, язык и губы сами смогли назвать пароль. Войдя в просторную комнату, в которой обычно бывает достаточно людей, чтобы любой смог почувствовать ритм и энергию исходящую от факультета, сейчас была почти пуста. Только у окна сидели трое первокурсников и почти шёпотом о чём-то невнятно болтали. —Реми,—прозвучала мелодия для ушей—давай выпьем горячего шоколада?—скорее это было утверждение, а нотка вопроса присутствовала лишь для приличия. —Конечно! Жди здесь. —мягко улыбнулся Ремус, позволив себе коснуться плеча подруги и покинув гостиную направился в спальню за необходимыми ему вещями и продуктами. Джо осталась ждать. Она рассматривала стены, ковры со львами и портреты с былыми героями умаевшимися за день, пока наблюдали за школьниками. Она прислушивалась к треску брёвен в комине и крику сов за окном. Она и не заметила, как дождь прекратился, а на небо взошёл пока ещё небольшой месяц. Медленно пройдя к дивану, обшитого красным толи шёлком толи шерстью, Джо поняла, что чувствует холод. Руки сами собой легли на плечи, начав растерать их. Долго пытаться согревать себя самой не пришлось, на её плечи упала тёплая кофта, а на макушку приземлилась чья-то (хотя она уже знала чья) ладонь. —Держи. —хрипло сказал Ремус за спиной у девушки и протянул ей чашку желанного горячего напитка. Барнс подняла голову вверх и посмотрела другу прямо в глаза. В них мелькнуло что-то странное, что она раньше не видела в его глазах, хотя всегда любила рассматривать из, даже тогда, когда, он вовсе и не смотрит на неё саму. Она похлопала рукой около себя приглашая парня сесть рядом. Тот повиновался. Некая неловкость тучей в ясный день нависла над ними и никак не хотела уходить. —Спасибо, Лунь. — первой заговорила Джорджия,уже почти допив напиток и поставив его на небольшой столик, на котором чаще всего играют в карты. —А разве есть за что? —Весело спросил Люпин. — Будь я даже в облике —он оглянулся, первокурсников уже не было. —оборотня —лунатик продолжил — я бы сделал всё что ты пожелаешь. —Ремус слишком поздно понял, что сказал сейчас наверняка лишнее. И вновь замолчал. Но теперь тихо сидеть не собиралась его собеседница. —Привда? — искренне снова улыбнулась волшебница. — Я когда-либо врал тебе? —Также искренне поинтересовался полукровка. Да вот что-то не припомню. —медленно и тихо сказала Джо пододвинувшись ближе к парню. Тот отчаянно пытался справиться с накотившимся на него волнением, раньше молчавшее во время подобных поседелок. — Джо... — гриффиндорец заглянул подруге прямо в искрящиеся глаза, подобно двум звёздочкой освещающие ему путь, он так нуждался в ней и кажется сам не управляя собой решил продолжил. — моя Джо-Джо... —сердце бешено колотилось. Мисс в свою очередь немного робя протянула руки вперёд и охватила ими его лицо, обжигая пальцами мальчишечью кожу, как тогда в коридоре. —Твоя. — им обоим хватило и одного слова. Джо-Джо подалась вперёд и прикоснулась своими губами к губам видемо уже не друга. Вкус вишни и шоколада, запах свободы и бушующего ветра, дружелюбный енотик и одинокий волк сошлись. Реми запустил руку девушке за волосы нежно проведя кончиками пальцев по шее, второй обхватил талию девушки, от чего кофта весевшая на её плечах упала на пол. Они никак не хотели отрываться друг от друга им было мало этого. Они нуждались друг в друге всегда и наконец могли позволить себе быть рядом, ближе чем ранее. Оттого слушая пение огня в камине и наслаждаясь танцем вылетающих из пламени пепельных огоньков, они уснули на всё на том же диване, где их совсем не было видно, выдавали лишь крепко сплетённые пальцы между собой,торчащие из-за спинки мебели. Даже мародёры и их подруги не смогли в темноте сразу узнать своих друзей,подойдя к ним почти в плотную. —Лили—прозвучал недовольный шёпот кажется Сириуса. — зачем мы так долго готовили твой план, если это бессмысленно. —Ну простите— без всякого стеснения вслух, деловмто произнесла рыжеволосая волшебница. —Лучше порадуйтесь за них. Не зря мы этих двоих с собой в Хогсмид не взяли. Ну какие же они милые! — Со стороны девчачей половины компании раздались вздохи и пищание. —Мерлин простит. —На последок добавил Джеймс и пожелав всем доброй ночи отправился спать, уже готовясь расспросить их обо всём и самым первым, если конечно успеет раньше девчонок или бродяги рассказать обо всём Регулусу, совсем не подозревающем о происходящих переменах в жизни его лучшей, неугомоной подруги Джорджии Эмилианы Барнс и её уже совсем не друга Ремуса Джона Люпина.