Коннект

Переезд – дело хлопотное и нудное. Приходиться надрывать спину из-за перевозок различного домашнего хлама, а после жаловаться всем в округе, что ты слишком стар для подобного, да вообще пора категорически вычеркнуть из списка значение — работа. Оправдываясь хрустящими, крыхтящими суставами. Всё таки, нет ничего заводящего в переламывании спины, благодаря не хилых размеров коробок и ворчания любимой мамы, что ты разнывшийся оболтус, не способный занести пару коробок в квартиру. — Ну ма-а-ам, я такими темпами точно навернусь и твой любимый сын всё себе переломает. Минхо охал и ахал, пыхтя поднимаясь по лестнице в новую квартиру. Будь лестница человеком, вероятнее всего, не выдержала бы его соплей, отвесив хорошего профилактического подзатыльника. Однако мамы знают себе цену, обеспечивая смачный подталкивающий шлепок по заднице. — Ауч. — Выкуси. — она поднималась, пропуская на лестнице по одной ступеньки. — Это не справедливо, — запищал он, строя моську грустного кота. — я ваши коробки и там и тут. — Сейчас доболтаешься, и буду уже я тебя «и там и тут». И как мне угораздило такого лентяя родить. — Да, мам, я тоже тебя люблю. Отношения между Минхо и его мамой были в меру сплочёнными и дружными. Решали свои проблемы вместе, доверяли и не стеснялись рассказать о своих планах, решениях. Только вот, один подобный душевный разговор Минхо пропустил. Бывало вздорили между собой из-за всякой чепухи день и ночь, но не держали по долгу обиды. Уж слишком полагались друг на друга. У них не было ближе никого, кроме друг друга. Минхо не помнит своего отца, мама сказала ему ещё в раннем детстве, что он не вернётся, но будет наблюдать за ним свыше. По этой причине, Хо был рассержен на отца, оставляя мысли о том, что тот его оставил и ушёл, в своей маленькой голове. Когда подрос, осознал все слова его мамы, бил себя по мозгам за свою тупость. Мать одарила его лаской и заботой с рождения, за что Минхо был чрезмерно благодарен ей. Она единственная, перед кем он раскрывался и выпускал эмоции наружу. Хорошие отношения между мамой и ребёнком — самое лучшее, что может быть у человека. Однако, не у всех всё так «приторно». Кому-то и не доводилось ощущать, что такое — любовь в семье. — Ах... мне отбили все руки и ноги, — стонет он, плюхаясь на пыльный диван. — Скажи спасибо, что это сделала не я, — фыркая отвечает госпожа Ли, бегая по кухне в поисках какого-то предмета. — Ни это ли ты ищешь, м-м, маминька, — Минхо демонстративно крутит в руках её мобильник , вытягивая последнее слово и по дьявольски ухмыляясь. Мама тоже не промах. Поглядывая хитро на сына, разворачивается и стартует в гостиную крикнув злорадное «ха». Схватывает телефон Минхо, где он прячет все свои «тайны», и ухмыляется старушка, — салага, обмен. Ли вспоминает, что его телефон без пароля, а в браузере происходит полная «жопа» (да-да, в двух смыслах), и уступает в победе маме. Чаще, выигрывает в спорах Хо. Чтож, давно пора бы поставить пароль на телефон, а-то мало ли, что взбредет всяким мамам в голову, пока телефон останется без присмотра хозяева. — Окей-окей, договорились, 1:0, но тебе это так легко с рук не сойдёт, женщина. — он угрожающе тычет в неё пальцем, поднимая брови. — Хорошо-хорошо, но, помни! Бродяга - по жизни холостой, ему не надо, — подтанцовывая словно на дискотеке 80-ых, мама крутится возле сына, вскидывая руками вверх, парень решает побыстрее оставить любимую маму на едине со своим тик-токовским синдромом, чтобы та не втянула Хо в парашу.

***

— Минхо, на этаж выше живёт моя давняя подружка, у неё есть доченька, ох, ну та ещё душка, — изображает «милый» жест руками на подбородке, — Предлагаю заскочить к ним на чай, как на это смотришь? Верно, его мама не подозревает о ориентации своего сыночки, умело скрывающего этот факт. — Горизонтально, — ворчит он, — даже не думай, ма, в мои обязанности не входит заводить разговоры с «дочерью маминой подруги». К тому же, Хо уже распланировал весь свой вечер от «А» до «Я». Если всё будет, как должно быть, он раздумывал улучшить себя в танцах перед единственным маленьким зеркалом в гостиной, танцы для него в первую очередь – выплёскивание всех проблем, переживаний, забываясь на неопределённое время, отдаваясь целиком и полностью любимому делу. Соответственно, идёт принять душ перед гулянкой, потому что его тело не первой свежести. Район, в который он переехал был ему не знаком, Минхо мало гуляет, и по той же причине толком не знает город, к сведению, свой родной город. Наконец Хо решил выйти в люди, зайти в кафейню, а то и может изучить по карте свой новый путь до школы. — По тому ты и похож на дикаря, ни друга, ни подружки. Потом не ной мне над ухом, что некому твою грусть унять. Госпожа Ли цокнув на сына, ускакала наводить порядок на голове. Минхо закатил глаза на очередное подначивание мамы, по поводу его отношений с людьми. Сам Минхо не считал себя социофобом, просто обычно, когда он привязывался к людям, те уходили от него, теряя полный интерес в его адрес. Данные ситуации послужили его проблеме в сближение с людьми. Минхо притягивает к себе людей благодаря только модельной внешности и навешанного языка. Многие хотят с ним общаться только из-за его популярности, но никто не переходит эту грань, видя в Минхо, того самого абьюзера, которым и не являлся. В душе, он та ещё маленькая девочка, требующая внимание и ласку. Но Минхо тошнило от одной мысли того, что он может показать себя кому-то с этой стороны. Потому и не показывал свои настоящие чувства никому, разве, что маме. Однако, только безнадежные девчонки и мальчики надеющиеся на «любовь», крутятся вокруг него, осыпая комплиментами, от которых тянет блевать. Но совсем недавно, Минхо подметил одну занозливую белочку, что с «заботой» посылает его на всевозможные стороны, не идя на контакт. Ни имея ни единого понятия, как разговорить этого гадёныша. Минхо не думает о том, чтобы сблизиться с ним ближе, чем друзья, ему по кайфу выводить из себя этого паренька.

***

После ухода мамы, Минхо выполнил свои планы, оставив на последок прогулку по ночному городу. — Слишком ярко, слишком элегантно, слишком тускло, оу... а это ничего так... ха-ха-ха, Минхо, сучёныш, на что ты рассчитывал, ты до сих пор не отстирал их от бурной ночки, — смеясь над самим собой и изображая тошноту от этого, он раскидывал из шкафа свои боксёры на пол. Выбирать нижнее бельё вошло в его — долг. На все случаи жизни, у Хо разные боксёры. В гости — чёрные. В школу — серые с котятами, мол припёрся в них и получил пятёрку, позже хвастаясь ими в раздевалке. А вот для походов по городу в новинку. Тщательно осматривая свой ящик, сводит брови в переносице и выглядит, как самый злой кошара, — о-о-оу, да, малышка, вот мы и встретились, — со свистом втягивает воздух, поднимая белые трусы выше головы, с рисунками хомячков, якобы разглядывая их получше. Минхо собрался за десять минут, надев черную зипку и чёрные широкие штаны, взял телефон, наушники, деньги и прочую ерунду, обул кроссовки и покинул свою новую небольшую, но уютно обставленную квартирку.

***

Время близилось к одиннадцати часам ночи, когда уставший, запыхавшийся с гнездом на голове Минхо заходит в подъезд многоквартирного дома, после утомительного разгула по городу. Где-то на 4 этаже горела тусклая лампочка подъезда, означая, что там кто-то находится, сам же Хо переехал на 5. Из серьёзных раздумий Ли вывел тихий, мелодичный голосок, постукивая ногой в такт музыке по лестнице, из-за чего отдавалась вибрация по перилам. Не торопясь, Минхо поднимался всё ближе и ближе к источнику звука. "Где-то я уже слышал этот голос". Приблизившись к нужному этажу, из под тяжка старался разглядеть человека, что так по ангельски исполнял песню. "Что?! Стоп.что. Каким хуём этот бурундук тут очутился" Не думая о том, что он может напугать «подъездного артиста», прямиком с хмурой миной направлялся на него. Даже не задумываясь о своём порыве к этому засранцу, учтя только то, что оно ему необходимо. Джисон пел с закрытыми глазами, не видя стоящего рядом, оперевшись плечом на холодную стену Минхо. Находясь в уродливом подъезде, с облупленными стенами, Джисон приковывал к себе весь взгляд Минхо. На Хане широкая чёрная майка с глубоким v-образным вырезом, подчёркивая все его напряжённые мышцы рук и пресса. Минхо запечатлел этот момент в своей памяти навсегда, здесь Джисон рядом с ним выглядел, ну очень горячо. Длинные, светлые волосы свисали на его прикрытые глаза, томно вздыхал из-за темпа музыки, то хмуря брови, показывая образовавшиеся морщинки по середине бровей, то расслабляя. Тяжело вздымалась его грудь, заставляя Ли кричать и метать изнутри. Как бы Хо того не желал, с того момента, как Хана увезли в больницу со школы, Хо не переставал думать об этом придурке ни на один день. Не знал, где живёт его одноклассник. С кем общается, якобы таким способом отследить его. А сейчас и вовсе, Джисон сидит на лестнице нового дома Минхо, едва прикрытый одеждой около него и тихо поёт. Старший приближается к Хану и кладёт свои руки на его плечи. — Твою мать! — вскрикивает Хан, вздоргнув так сильно, что Ли видит, как всё его тело подпрыгивает на ступеньке, а на лице самый настоящий шок. Парень выпучивает огромные глаза и сжимает коленки. — Т-ты какого чёрта здесь делаешь?! Следишь за мной? — запищал, так и не сдвинувшись с места. Минхо заливисто смеётся, не закрывая ладошкой свой рот. — Спокойно, щекастый. У меня к тебе такой же вопрос. — не сдерживая своей улыбки, глядит на испуганную белку. — Ты и-идиот? Н-нахрен мне за тобой следить, из нас двоих схож на извращугу т-только ты, псих, — продолжая заикаться, пробормотал он. — Из-звращугу з-значит и пси-их, д-да? — усмехается он, пародируя запинки одноклассника. Минхо разрабатывает план мести над Джисоном за его «псих и извращуга». Минхо игриво поиграл глазами, словно кошара, которая задумала очередную пакость, приближаясь к Джисону. Хан, как маленький испуганный и загнанный котенок, вжался в стену, прижимая коленки всё ближе, в ожидании худшего. Минхо подметил открытую часть плеча Хана, надвигаясь на цель. Слегка проводил ногтём по бархатный коже, слыша хриплый звук из горла младшего, — Нет, не трогай меня... — он вздрогнул, пропищав. Ли блажённо улыбается реакции Джисона и снова проводит пальцем по шее, слегка щекоча его чувствительную кожу. В животе Джисона всё перевернулось. Он не был готов к таким тактильным ощущениям со стороны человека, которого ненавидел. Минхо рядом с ним был таким горячим и возбуждающим, одновременно милым. Он и позабыл, что терпеть не может с первой их встречи этого ушлёпка. Он не смог подавить своё наслаждение от приятных ощущений, издав тяжёлый, тихий стон. Ли не до конца понимал свои собственные действия и реакцию этого несносного бельчонка, но однозначно ловил дикий кайф. Минхо так чертовски заводило от одного вида одноклассника: растрёпанные волосы, вздымающая грудь, тяжкое дыхание, не давая набрать нужное количество воздуха, и волны горячего пламени, что так обжигающе расплывались в область паха. Ли начал водить по его телу интесивнее, вызывая глубокие, еле слышные гортанные стоны. Джисон был готов проволиться под землю, лишь бы подавить своё сладкое мучение в штанах. В какой-то момент, Хан начал отбиваться ногами и руками, он хотел было толкнуть того в грудь, но его руки перехватили и впечатали полностью в холодную стену позади. Ноги Хана разъехались по сторонам, давая шанс протиснуться между ними Минхо. Тяжёлое тело нависло над Ханом, ухмыляясь, смотря в глубокие карие глаза. От такого пристального взгляда, ноги Джисона тряслись, а глаза бегали из угла в угол, лишь бы не встретиться взглядом с «извращугой». Левой рукой Хо схватил два запястья напротив, а правой начал нежно водить по ключице. Он уловил, что слабые места Джисона : плечи, шея, рёбра, а вишенка на торте — обычные, невесомые прикосновения. Старший наклоняется к уху парня, обдавая его горячим дыханием на шее, сводя ещё больше с ума Джисона, — Какой милашка. Джисон хотел бы его сейчас ударить и столкнуть с себя эту тушу, но силы иссякли. В уголках глаз Хана скопились слёзы, которые не вышли наружу. Со свистом втягивает кислород, чувствуя, как Ли очередной раз проходится пальцем по предплечью, после останавливая все свои действия и наблюдает исподлобья на бедолагу. — Ха-ха-ха-ха, видел бы ты своё лицо, — он хватается за лоб, отодвигаясь от обескураженного паренька, — твои глаза кричат о том, что тебя сейчас жёстко трахнут. Я не идиот, чтобы трахаться по среди подъезда. Хан не расслабляет свои хмурые брови, медленно точа зубы на этого гада. — Я ненавижу тебя, Ли Минхо. Джисон сотый раз успел проклясть своего одноклассника. Хан отворачивается от него, потирая до красноты, и без того красные уши. Он ненавидел себя за свою в данной ситуации слабость. Должен был отбросить руки Ли, послать, как умел это делать и уйти с гордо поднятой головой. Но вместо этого, был прижат к стене старшим, трясясь то-ли от страха, то-ли от тягостных ощущений. И всё же, Джисон выглядит так... сексуально. Не смотря на потрёпанный вид, уши чертовски горели, а красные щёки придавали ему миловидный, очаровательный образ. — Я с бурундуками не вожусь, — тихо прошептал он на ухо, обжигая кожу горячим дыханием. Нагло врёт самому себе. Всё бы ничего, если бы не... ... задел коленкой выперший бугорок в штанах младшего. — Минхо, уйди, пожалуйс... мгх, — Джисон запрокидывает голову назад, рефлекторно цепляясь за бедро Минхо, в этот же миг, убирая её обратно. —Свали, бездарь! — Хан краснеет и шипит, грозно смотря на непонимающего Хо. Джисон старался всё это время скрыть свою эрекцию в штанах, но Ли был более, чем настойчив. Ли в замешательстве сводит брови к друг другу и смотрит на шокированного Джисона. — Ты, Я...Я объясню, ты не правильно пон.. ах, — не договорил младший. Минхо ради своих же мысленных догадок, повторно проходиться коленкой по бугорку и ойкает, мол, я тут не причём и вызывает хриплый стон у младшего. — Да ну, — неверяще произносит Ли. Хан заскулил, смущённо накрыв глаза ладонями и вздрогнул от ещё одного трения ногой, промычав что-то невнятное. Он заливается краской, сжимаясь в комочек сильнее. — Да ты и впрямь, тот ещё чудак. Эмоции кипели, не давая здраво переосмыслить происходящее. Но, боже, Хо сидит в подъезде на полу, упираясь ногой в эрекцию одноклассника. Он протягивает одну руку и обвивает её на шее, а другой невесомо проходится по ключице, и, ох, тело напротив поддаётся навстречу. Минхо хихикает, проводя рукой по гладкой спине. Джисон сам, того не понимая, выгибается, тут же прикрывая своей лапкой маленькое личико, чтобы скрыть стыд и смущение. Джисон хнычет от тёплых рук на своём теле, потеряв контроль над разумом. Он ещё никогда и никому не давал себя лапать в собственных чувствительных местах. Вероятнее всего, это происходило только из-за гормонов, а позже он будет сгорать со стыда и ненавидеть всех ещё больше. Ли пришлось прервать все свои действия, хоть и хотелось закончить начатое. Минхо не мог поддаться своим желаниям и эмоциям. Определённо не сейчас. В эту же секунду он отлитает от Джисона, слыша звук открывающейся двери подъезда, что очень кстати. — О боже, — услышав звук, шепчет Хан, распахивая глаза. — Вставай, придурок, потом себя проклинать будешь. Точнее, он должен проклинать того, кто сотворил с ним это. Джисон вскакивает за Минхо и не знает куда себя деть. Разум затуманен, а ноги слишком ватные, чтобы спокойно стоять на ногах. Так в придачу, хочет выть, смотря на мокрое пятно в области паха, прикрывая его всевозможными способами. Минхо опёрся на перила, чуть ли не летя прямиком вниз, разглядывая поднимающегося человека. Позади него, туда-сюда ходил парень, держа большой палец между зубами, а другой рукой прикрывая достоинство, — Угомонись, шизик! — почти шепча, цедит Хо. Разворачиваясь недовольно обратно на лестницу, замечает до боли знакомую фигуру и сердце пропускает сильный удар от страха и неприятной ситуации. Как никак, Минхо был потный и давала о себе знать проблема в спортивках. Джисон, который мог уже давно свалить из этого ада, но остался стоять, как пень позади шокированного Ли. Тупость обоих зашкаливает. Они стоят друг друга. — Мама?