Тысячи невстреченных глаз | сборник

      — Когда ты собираешься рассказать ему?       Рэй вздрогнул от вопроса. Весьма логичного. Однажды этот разговор должен был случиться, и он много думал об этом, но… как же боялся. Каждый раз корил себя за малодушие, но отчего-то был просто не в силах сказать.       Должно быть — это осознание пришло куда позже — ему было до ужаса страшно потерять стабильность, обретённую таким непосильным трудом. Разочаровать, испортить отношения, не оправдать ожиданий.       ДОК сидел на краю кровати, перебирал в пальцах край атласной чёрной рубашки. Единственной оставшейся на нём одежды теперь, после быстрого, не сдержанного Рэем порыва страсти. Обычно в такие моменты они лежали рядом, нежась в объятиях друг друга, но в последнее время многое переменилось.       ДОКа — очевидно — что-то сильно беспокоило. И Рэй — очевидно — знал, что именно.       — Я уверен, что он обо всём догадался сам. Мы не то, чтобы сильно скрываем, что происходит между нами, — попытался сгладить тот угол, что, врезавшись в грудь почти физически, выбил из лёгких учёного весь воздух.       Обнял за плечи, погладил, успокаивая. ДОК задышал так часто-часто — плохой, пугающий знак. Рэй в такие моменты всегда старался выяснить и устранить причину. Когда не удавалось, просто быть рядом. Целовать, ласкать, пока приступ давящей тревоги не прекратится.       Но в этот раз они будто были по разные стороны, и Рэя не подпустили ближе.       — Ага. Именно поэтому на вчерашнем приёме все так радостно обсуждали твою помолвку, — ДОК прикусил губу, смотря перед собой, впился ногтями в предплечья, — Ты не думал, что его императорское, блять, величество считает меня твоим «близким другом»? Или способом поразвлечься, пока тебе не подыщут жёнушку из какого-нибудь знатного рода?       Рэй выдохнул. Помолвка? Его даже не поставили в известность, на приёме он был слишком занят, развлекая светскими беседами знатных гостей. Правда, отец просил зайти сегодня вечером. Должно быть, на разговор.       Выходит, всё вот-вот разрешится.       — Не говори глупостей, — Рэй бережно, но настойчиво перехватил чужие руки, — нам просто было не до этого, сам ведь помнишь. О помолвке я не слышал. Это… в порядке вещей здесь, у нас.       — Ты хоть суженную свою знаешь? — его будто не услышали.       Это плохо. ДОК начинал понемногу срываться, выдернув руки из хватки чужих пальцев и вернув на место. Царапая кожу едва не до крови.       — Тише, иди сюда, — Рэй одним привычным движением заключил учёного в объятия. Тот вырывался лишь первые несколько мгновений. После затих, уткнулся в ключицы, редко и крупно вздрагивая.       — Послушай, я расскажу сегодня же. Всё, как есть, — поцеловал в макушку, окончательно растрепал аккуратно заплетённые волосы.       ДОК не ответил, отчаянно стараясь выровнять дыхание. Получалось плохо, и Рэй опустил ладонь ему на спину, поглаживая. Обычно это помогало.       — Пора бы, — отстранился, упал назад, на кровать, потёр глаза пальцами, будто приводя себя в чувства, — прости, что я… так реагирую. У тебя и без того проблем хватает сейчас.       Рэй удивлённо глянул на него — должно быть, в его голосе усмотрелось раздражение, злость или другая эмоция, которой там не могло быть в помине. Потому ДОК и извинялся теперь. Он так старался быть «идеальным» партнёром, похожим на Рэя в умении поддержать, помочь и вовремя остановиться.       Правда, из-за этого скрывал любые негативные проявления. И Рэю это совершенно не нравилось — ему хотелось доверия, хотелось открытости, хотелось защищать, как должно будущему императору.       Ему не нужен был идеальный партнёр — ему нужен был ДОК. Таким, каким Рэй узнал и полюбил его. Настоящим.       — Всё хорошо, — лёг рядом, обнял, всё ещё ощущая чужую дрожь, — Я люблю тебя. И сделаю что угодно, чтобы я мог рассказать об этом всей империи. Клянусь.       — Всей? Твою мать, — ДОК рассмеялся, ткнулся в чужую грудь, сжимая ладони Рэя в своих так отчаянно, — я всё ещё не понимаю, как я тут оказался.       Прежде, чем Рэй успел что-то спросить, приподнялся и коснулся его губ улыбкой:       — Не уверен, что я мог бы предположить такое будущее для себя, но…— Рэй ощутил горячий выдох, прижал крепче, — чёрт, это определённо лучшее, что могло со мной произойти.       Рэй даже не нашёлся, что ответить. Лишь про себя улыбнулся — все испытания стоили того, чтобы сейчас находиться здесь. С ним.