Краткий миг

Чан идёт по мягкому песку, щурясь от яркого солнца. На Чеджу жарко и он счастлив, что им, наконец, выпал шанс немного отдохнуть. Феликс стоит к нему спиной, любуясь бескрайним горизонтом и волнами, Чан знает, что это напоминает ему Австралию. — Не помешаю? — он подходит вплотную, обнимая Феликса со спины, кончиками пальцев дотрагиваясь до живота и груди. — Ты прекрасно знаешь, что нет. Я надеялся, что ты придешь, — Ликс откидывает голову назад, удобно располагая её на твердом плече. — Надо было написать мне, я просто не знал где ты, пока Чанбин не сказал, что видел тебя тут. — Тебе иногда нужно от меня отдыхать, — смеется Феликс, морща покрасневший от загара нос. — Я отдыхаю когда ты рядом. Будь моя воля, я бы положил тебя в карман и носил все время с собой. — Карманный бойфренд… звучит весело. Они какое-то время смеются, а потом Чан садится на песок и тянет за собой Феликса, все еще мягко обнимая его. Ликс лопатками чувствует крепкую грудь и ощущение безопасности накрывает его с головой. Чан — его опора, его надежда на светлое будущее, его дом… его любовь. От переизбытка эмоций он сжимает его пальцы так сильно, что Чан даже немного морщится. — Все в порядке, родной? — Я просто хочу, чтобы это никогда не заканчивалось. Если бы я мог всего один раз в жизни остановить время, то сделал бы это прямо сейчас. — Ликс-а, впереди тебя ждёт столько всего хорошего, не стоит этого лишаться ради одного мига. — Если этот миг с тобой, то мне все равно, — Феликс отвечает слишком эмоционально и Чан слышит слезы в его голосе. — Малыш, я с тобой, и это никогда не изменится, слышишь? Я подарю тебе миллион восхитительных моментов. Сделаю всё, чтобы ты был счастлив. — Я люблю тебя так сильно, Чани-хен, - Феликс поворачивает голову, чтобы украсть маленький поцелуй. — Я тоже тебя люблю. И… я давно хотел с тобой поговорить. — О чем? — Феликс настороженно разворачивается в его объятиях, целуя в кончик носа. — Ты думал о том, что будет позже? После всего. — О… да, конечно, я часто себе это представляю. — И какое будущее ты видишь? — Вряд ли я резко перестану быть публичным человеком после окончания контракта, но это все равно будет не так интенсивно, как сейчас. Может, я открою свою школу танцев и буду учить детишек, — он тихо хихикает, снова оставляя невесомый поцелуй, но уже на щеке, — а ты? — Я буду писать музыку, но для других артистов. Ты же знаешь, что мне продюсирование гораздо больше нравится, чем всё это… эти выступления и съемки, я от них устал. — Знаю, любимый. — Но ты захочешь быть со мной, даже, когда все это закончится? — Что за вопрос? — Феликс слегка отстраняется, становясь гораздо серьезней, чем секунду назад, — я хочу быть с тобой вне зависимости от нашего контракта и рода деятельности. Я люблю тебя, потому что ты лучший человек, которого я когда-либо встречал, а не потому, что ты айдол. Разве ты не так же думаешь обо мне? — Ликс, эм… я спросил, потому что ты застрял со мной, я хочу общий дом, собаку и много разных вещей. Мне важно, чтобы ты тоже этого хотел. — Конечно я хочу, — облегченно выдыхает Феликс, — всё это, и может даже две собаки или котёнка. Хочу, чтобы мы больше не прятались, хочу держать тебя за руку и выкладывать фотографии того, как ты спишь. Все эти глупости, которые делают парочки, романтические штуки, которые не будут иметь дурных последствий. — Тогда может, ну знаешь, через несколько лет, эм… может, через лет восемь или около того, ты хотел бы стать моим мужем? Я понимаю, что еще рано об этом говорить, но, просто, ты хотел бы? — Что? — Феликс звучит хрипло и растерянно, — ты-ты делаешь мне предложение? Ты хочешь, чтобы мы поженились? — Я знаю, что это предложение сейчас звучит странно, потому что впереди еще много лет, но да. Если ты примешь его, то я буду счастлив, но тебе необязательно давать ответ прямо сейчас, у тебя еще куча лет, чтобы подумать, — Чан смеется, но все равно выглядит напряженно. — О боже, Чани-хен! Да! Мой ответ «да»! Я буду твоим мужем, хоть через восемь лет, хоть через двадцать. Феликс кидается в объятия Чана, тихо всхлипывая. Этот разговор может казаться бессмысленным, потому что они забегают далеко вперед, но если они сейчас разговаривают о таких важных вещах, значит Чан все спланировал и представил лучший вариант их будущего. Феликс не может не радоваться тому, что не только он думает так далеко наперед. — Тогда, — Чан запускает руку в карман шорт и достает два серебряных колечка, — они не обручальные, и, даже не помолвочные, но я хочу, чтобы ты принял одно, они парные. — Ты все спланировал, — Феликс борется с тем, чтобы не разреветься, протягивая ему кисть, чтобы Чан надел кольцо. Оно подходит идеально, мягко поблескивая на маленьком пухлом пальце. Феликс крутит рукой, ловя солнечный блик, отскакивающий от блестящей поверхности, и предательская слеза все же скатывается по веснушчатой щеке. — Я все спланировал, — подтверждает Чан, хватая маленькую руку и расцеловывая ладошку, — спасибо, любовь моя. Они целуются на фоне закатного солнца, волны тихо плещутся о песчаный берег, а легкий ветерок колышет пушистые волосы. Впереди еще много лет, прежде чем они поженятся, купят дом, заведут собаку и котёнка, но, в конце концов, они прямо сейчас уже семья и дом друг для друга.