Кофе с травяным чаем

Уиллоу уже несколько минут смотрела на помаду, которую шутки ради отдала ей Эмити. Нет, это определенно было шутки ради, разве Уиллоу, которая раньше пользовалась только бальзамом для губ (разумеется, если не считать грим для дерби), будет пользоваться черной помадой. Даже для Эмити это было слишком. Однако попробовать хотелось. Наконец она открыла помаду и осторожно нанесла на пухлые губы. Наверное, неплохо? — Уиллоу! Я дома! Ведьма тут же вздрогнула и, позабыв о помаде, выскочила из комнаты, чтобы встретить Хантера. Он снял рабочий фартук, повесил на крючок у двери и, повернувшись к возлюбленной, застыл. — Уиллоу… Что с тобой? — Со мной? А что со мной? Хантер осторожно подошёл к ней и обхватил её руки так бережно, словно она была фарфоровой вазой, которая рассыпется от любого неаккуратного движения. — Твои губы… Уиллоу осторожно коснулась своих губ кончиками пальцев, вспомнив, что происходило буквально пять минут назад и приняла худшее решение в своей жизни. Ей показалось, что розыгрыш проклятием — неплохая идея и она, используя всё своё мастерство притворилась, словно ничего не знает. — Мои губы? Что с ними? Девушка покрепче вцепилась в ладони парня и сжала их. — Они… Они черные, Уиллоу. Ты хорошо себя чувствуешь? Уиллоу подняла на него испуганный взгляд и (не слишком правдоподобно, надо сказать), покачнулась. Хантер метнулся к ней и подхватил на руки. — Титан! — взволнованно воскликнул он и стремительно направился к спальне, бережно укладывая возлюбленную в постель и ласково обхватывая её ладонь, которая, казалось, стала холоднее и судорожно прижал её к своим губам. Мир Хантера рушился по маленьким кусочкам. Только не это. Только не Уиллоу. Он кусал губы, изо всех сил пытался не плакать, но слезы упрямо катились по его щекам. — Хантер?! —; Уиллоу обеспокоенно села в постели. Кажется, только сейчас до неё начало доходить, что она натворила. — Уиллоу… Я обещал беречь тебя… Я клялся, что не позволю ничему с тобой случиться… Но я снова облажался. Прости меня, Уиллоу. Ведьма замотала головой. — Нет! Нет-нет! Хантер, это ты меня прости! Гримволкер поднял на девушку недоуменный, полный отчаяния взгляд. Трясущимися ладонями девушка обхватила его лицо, большими пальцами стирая со щёк слёзы. — Хантер, это… Я пошутила… Прости, я не думала, что ты так отреагируешь… Это… Это просто помада. Она лежит на столе, можешь проверить. Хантер рывком поднялся с кровати и метнулся к столу. Он схватил помаду, открыл её и нервно хихикнул, увидев, что помада действительно черная. Он резко обернулся на Уиллоу, которая сжалась под его взглядом. — Х-хантер, я… Она не договорила. Хантер рванул к ней. На миг, на коротенький миг ей показалось, что он собирается ударить её, но он крепко обнял её. — Никогда, никогда больше так не делай! — воскликнул он, крепче прижимая к себе девушку, утыкаясь носом в её макушку. — Я не переживу если с тобой что-то случится, Уиллоу Парк! Ты… Ты с ума меня сведешь… Уиллоу прикрыла глаза и кивнула, утыкаясь в плечо парня. — Прости меня… Я поступила просто ужасно. Я могу как нибудь загладить свою вину, Хантер? Парень опустил на неё взгляд. Он ласково провёл ладонью по её щеке. — Не нужно. Я прощаю тебя… Просто… —он мягко улыбнулся — Давай в следующий раз ты будешь шутить так, чтобы не доводить меня до сердечного приступа, договорились? Уиллоу расплылась в улыбке. — Договорились. — шмыгнула она носом. Хантер ласково ей улыбнулся и прильнул дрожащими губами к её губам, покрытым черной помадой.