Закат

- Нет. Мы туда все равно пойдем. После недавней встречи, меня заинтересовало, как именно работает черный рынок. - Ты хочешь поиграть в героя? – В голосе Алексей послышалась усмешка. - Если в нашем мире и были герои, то они давно вымерли как динозавры. Я просто по возможности хочу помочь. Разве тебе тоже не нравится, во что наш мир превращается? - Тебе следовало еще тогда уйти с майором. – Алексей, как обычно, оставил свое мнение при себе. В любом случае оно не имело никакое значение. Даже если ему не нравится, что от этого изменится? Мир, что в прежнее русло вернется? Нет, звери по-прежнему продолжат в нем стоять на вершине пищевой цепи, а люди, словно крысы прятаться. Или что кто-то законы старые вдруг начнет соблюдать? А кому это нужно во времена, когда они едва кусок хлеба могут найти, чтобы хотя бы еще один день прожить? Мир больше никогда не станет прежним и ничье мнение этого не изменит. - Да, майор… как ты думаешь, он еще жив? – Когда Алексей напомнил об их командире, Илья задумался о его теперешней судьбе. – Наверняка жив и прямо сейчас кого-нибудь учит жизни. Он ведь во всех понятиях «правильный» мужик. А помнишь Леха, как он… Эй, Леха? – Товарищ парня в этот момент почему-то перестал ему отвечать. Он полез искать рюкзак на ощупь и сквозь горы мусора, спустя некоторое время, добравшись до него, достал фонарик и посветил им в угол, где находился Алексей. – Ты что уснул? Мы всего лишь пару каких-то километров пробежали. – Когда он увидел, что глаза его были закрыты, а изо рта изредка слышалось сопение, Илья посветил ему в лицо светом от фонаря для вида, а после выключил тот. – Ладно, спи, черт с тобой. Все равно мы сейчас выбраться отсюда не можем. Эти твари… - Он бросил взгляд на дверь, откуда все еще доносился шум. – Придется пару часов выждать, чтобы избавиться от них. – А потом тоже попытался уснуть. Однако из-за того, что ему кое-что не давало покоя, он уже через минуты открыл глаза, и снова включив фонарик, начал свое тело осматривать на наличие укусов зверей. Несмотря на то, что Илья знал, что даже в случае если его тварь укусит, с ним ничего не случится... Люди, которые начало падения мира пережили, имели иммунитет и не могли в зверей уже превратиться ни под какими факторами, разве что стать пищей в их желудках. Это уже был доказанный многими факт. Парень все равно не мог терпеть их укусов – своего рода фобия у него выработалась за четыре года. Не мудрено, ведь звери сами по себе были ужасны на вид и во многие сердца людей вселяли одним только своим упоминанием страх. И пусть Илью состоял до всего этого в военной группе и обладал неимоверной смелостью, все же в первую очередь он был обычным человеком. И как любой обычный человек, который все время ежедневно подвергается стрессу, он с легкостью мог получить психическое отклонение. К счастью серьезная болезнь его обошла стороной, и он только фобию получил. «Вроде нет ничего такого. Всего лишь небольшие царапины, да ушибы». Илья облегченно вздохнул, в потом вдруг криво усмехнулся, чувствуя в одночасье вдруг насколько он был жалок. Казалось до такой степени, что был сам себе противен. Раньше его подобные вещи ничуть не интересовали. Как, однако, быстро все изменилось. Теперь внезапно стали такие мелочи беспокоить. Вот что конец света делает с людьми. Даже храбрые становятся трусами. Однако он не только из-за этого сейчас мог уснуть. Было еще кое-что, что его тревожило. «Значит, сегодня мы попадем на склад. Должен ли я сообщить ему эту новость? Может его попросту на черный рынок не тащить? – Илья посмотрел в сторону Алексея, блуждая мыслями где-то далеко. – Он все равно рано или поздно узнает, как не посмотри. Она здесь не последнее место занимает. Черт… весь план завалит же. Угораздило же с этой сукой вот так вот встретиться. - Парень, взлохматив на себе волосы. – Кто бы мог вообще поверить, что она после такой заварушки выживет. Ладно, доберемся до склада, а там… может, однажды еще свидимся». На этом Илья закончил свои мысли и поуютнее устроившись, второй раз за сегодня попытался уснуть. В этот раз ему удалось. Он проспал пару часов, пока его не разбудил Алексей, видя почему-то давние обрывки во сне того дня, когда пала их база 35 и миролюбивый Московск стал «адом».